АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Шимель Шлизголь

Читайте также:
  1. Ч а с т ь П е р в а я

Это был бедный еврей из Вильно, умерший в мае 1865 года. В продолжение 30 лет он просил милостыню. Все в городе знали его крик: "Помните бедных, вдов и сирот!". За всё это время Шлизголь собрал 90.000 рублей. Но себе он не оставил ни одной копейки. Он ухаживал за больными, платил за обучение бедных детей и раздавал всё съестное, что получал, неимущим беднякам. Вечерами он приготовлял нюхательный табак, от продажи которого существовал сам. Всё, что у него оставалось, он предоставлял бедным; сам он был одинок. В день его погребения большая часть населения города следовала за его гробом, и лавки были закрыты.

(Парижское Спиритическое Общество, 15 июня 1865 г.)

1. Вызывание.
"Очень счастлив, что наконец добился исполнения своих желаний, которые обошлись мне очень дорого, но я здесь, между вами, с самого начала вечера. Я очень благодарен вам, что вы интересуетесь духом бедного нищего, который с радостью постарается отвечать на ваши вопросы."
2. Письмом из Вильно мы были уведомлены о Вашей замечательной жизни. Симпатия к Вам внушила нам желание побеседовать с Вами. Мы желали бы знать ради нашего личного руководства, каково Ваше положение в мире духов и какая причина определила род Вашего последнего существования.
"Прежде всего позвольте моему духу, понимающему своё действительное положение, высказать вам своё мнение насчёт той вашей мысли, которая касается меня; я прошу ваших советов, если мнение моё ошибочно.
Вы находите странным, что публичное выражение симпатии приняло такие размеры, чтобы воздать честь столь ничтожному человеку, сумевшему своим милосердием привлечь к себе общее расположение. Я говорю это не для Вас, дорогой учитель, не для Вас, милый медиум, и не для всех, истинных спиритов, но я говорю для тех, кто относится равнодушно к религии. В том нет ничего удивительного. Сила морального давления, которое производит на человечество истинная благотворительность, так велика, что как бы матерьяльны ни были люди, они невольно преклоняются перед добром, не взирая на видимое своё расположение ко злу.
Теперь возвратимся к вашим вопросам. Они, я знаю, вызваны не любопытством, но имеют ввиду только общее наставление. Я постараюсь, возможно короче, объяснить вам причину, которая руководила мною при выборе моего последнего существования.
Несколько столетий назад я был королём. В моих владениях, маленьких по сравнению с теперешними государствами, я был самовластным владыкой над судьбой моих подданных. Я поступал как тиран или, лучше сказать, как палач. Характера был надменного, был жесток, скуп и сладострастен, вы можете себе представить, какова была участь несчастных, которые должны были подчиняться моему произволу. Я злоупотреблял своей властью и притеснял бедняков. Я облагал податью ремёсла и производства, страсти, потребности и страдания - и всё это в пользу моих собственных страстей. Наконец, обложив всё известное, я дошёл до налога на нищенство, я постановил, чтобы никто не смел собирать милостыни, не уплачивая мне доброй доли того, что попадало в его суму. Хуже того: я старался, чтобы не уменьшалось число нищих в моём государстве, и был вполне безжалостен к страданиям и горю.
Наконец, я покончил жизнь в мучениях и страданиях невыразимых, смерть моя была образцом ужаса для тех, кто как я, хотя и в меньшей степени, угнетал своих ближних. Я пробыл в состоянии скитающегося духа почти три с половиной столетия и наконец понял, что цель моего воплощения была совершенно иная, чем та, какую искали мои грубые и притуплённые чувства. Тогда молитвою, безропотной покорностью я достиг разрешения принять на себя задачу перенести все страдания и даже больше того, что я заставлял терпеть других. Бог дал мне также право, в силу моей свободной воли, ещё увеличивать мои моральные и физические страдания. Благодаря помощи добрых духов, я утвердился в моём решении делать добро, они же помогли мне вынести моё испытание и не пасть под тяжестью ноши, которую я себе избрал.
Наконец, я достиг существования, которое своим милосердием и самоотвержением искупало всё, что было жестокого и несправедливого в первом. Я родился от бедных родителей, рано остался сиротой и научился снискивать средства к жизни в таком возрасте, когда обыкновенно ещё мало понимаешь. Я жил один, без ласки и любви и даже в начале своей жизни испытал жестокое обращение, в каком прежде сам бывал виновен. Я могу сказать без ложного стыда, как и без гордости, что все деньги, которые я собирал, были мною розданы несчастным; прибавлю ещё, что ценою больших, иногда очень тяжёлых лишений, я ещё увеличивал милостыню, которую общественная благотворительность оставляла в моих руках.
Умер я тихо и спокойно, с доверчивостью ожидая, что буду вознаграждён превыше всех моих ожиданий. Теперь я счастлив, очень счастлив, и могу сказать вам, что кто возвышается, будет унижен, а кто был унижен, тот возвысится."
3. Скажите нам, пожалуйста, в чём состояло Ваше искупление в мире духов, и сколько времени оно продолжалось, начиная с Вашей смерти и до тех пор, пока судьба Ваша не смягчилась раскаянием и добрыми намерениями, а также скажите, что вызвало в Вас такую перемену идей, когда Вы стали духом?
"Вы заставляете вспомнить очень тяжёлые минуты. Как я страдал! Но я не жалуюсь. Я вспоминаю. Вы хотите знать, какого рода было моё искупление? Вот оно во всём своём ужасе.
Будучи палачом всего доброго, как я уже говорил вам, я долго, очень долго оставался привязанным к моему разлагающемуся телу. Я чувствовал до полного его разрушения, даже до червей... которые сильно меня мучили. Когда же я освободился от уз, приковавших меня к телу - причине моих мук, я испытал ещё худшее страдание. После физических мук наступили нравственные, и они длились гораздо дольше первых. Я был вынужден находиться среди всех своих жертв, всех тех, кого я мучил при жизни. Периодически неизвестная мне сила заставляла меня лицезреть и вновь переживать все мои ужасные преступления. Я перечувствовал физически и морально все муки, которые доставлял другим. О, друзья мои, как тяжко видеть беспрестанно перед собой тех, кому мы делали зло! Вы имеете слабый пример тому в очной ставке подсудимого со своей жертвой.
Вот вам вкратце всё, что я терпел целых 250 лет, пока Бог, тронутый скорбью и моим покаянием, а также молитвами моих покровителей, не дозволил мне принять новое воплощение."
4. Была ли у Вас какая-либо особенная причина выбрать в новом воплощении иудейскую религию?
"Нет, я её не выбирал, но взял по совету своих руководителей. Еврейская религия прибавила ещё некоторое унижение к моему искуплению, так как во многих странах большая часть воплощённых презирает евреев, и в особенности - евреев-нищих."
5. На каком году жизни в последнем существовании Вы начали исполнять свои решения? Как пришла Вам эта мысль? И когда Вы поступили с таким самоотвержением, имели ли Вы какое-нибудь внутреннее сознание причины, заставлявшей так поступать?
"Я родился от бедных родителей, довольно образованных, но очень скупых. Очень маленьким ребёнком я уже был лишён ласк моей матери, смерть которой для меня была тем более чувствительна, что отец, увлечённый страстью к наживе, совершенно забросил меня. Братья и сёстры были гораздо старше меня и не замечали моих страданий. Один еврей, руководимый более корыстью, чем доброй целью, приютил меня у себя и стал учить работать. Мой труд, иногда превышавший мои силы, с избытком покрывал его расходы на моё содержание. Позднее я отделался от этой опеки и стал работать на себя. Но везде и всегда, как на работе, так и во время отдыха, меня преследовало воспоминание о ласках моей матери и, чем более я вырастал, тем сильнее образ её врезывался в мою память, и тем более я скорбел по ней, о её заботах и любви.
В скором времени все члены семьи моей один за другим умерли, и я остался совершенно одинок. Тут-то впервые у меня появилось сознание того, как я должен был провести остаток моего земного существования. Двое из моих братьев оставили сирот. Вспоминая всё, что я перенёс в детстве своём, я хотел избавить эти маленькие существа от участи, подобной моей, но работы моей не было достаточно для содержания нас всех, и я стал протягивать руку не для себя, а для других. Но Бог не дал мне утешения порадоваться успеху моих стараний, бедные малютки покинули меня навсегда; конечно, им всё-таки недоставало материнской ласки! Тогда я решил всю свою помощь, т.е. всё, что я мог собрать милостыней, отдавать несчастным вдовам, которые не могли своим трудом содержать своих детей и изнурялись непосильной работой, лишь сводившей их в могилу и оставлявшей сирот на произвол судьбы. Мне было 30 лет, когда я, полный сил и здоровья, стал нищенствовать для вдов и сирот. Начало было очень тяжёлым, и мне не раз пришлось выслушивать оскорбительные выражения, но когда увидели, что я, действительно, раздавал всё, что получал, когда узнали, что я прикладываю к этому часть своего заработка, ко мне стали относиться с большим уважением, что, не скрою, доставляло мне известное удовлетворение.
Я прожил 60 с лишком лет и никогда не изменял раз принятому решению. Никогда также не имел мысли и не предполагал, что двигателем моего образа действия было моё предшествовавшее существование. Только один раз, когда я собирался итти за милостыней, я услышал слова: "Не делай другим того, чего бы ты не желал, чтобы сделали тебе." Я был поражён смыслом этих немногих слов и позднее стал часто прибавлять к ним следующее: "Но всегда делай то, чего бы ты желал для себя." Память о моей матери и мои страдания помогли мне, и я продолжал до конца жизни следовать по раз избранному пути, который одобряла моя совесть.
Я кончаю это длинное сообщение, сказав вам, спасибо!
Я ещё далёк от совершенства, но уже знаю, что зло ведёт только ко злу, и буду стараться поступать опять так, как поступал, то есть сеять добро, чтобы собрать счастье.

‡агрузка...


Шимель Шлизголь."


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 |


При использовании материала, поставите ссылку на Студалл.Орг (0.006 сек.)