АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

VII. Анализ характера

Читайте также:
  1. B. Департаменты и управления функционального характера.
  2. II. Основные проблемы, вызовы и риски. SWOT-анализ Республики Карелия
  3. III. Анализ продукта (изделия) на качество
  4. III. Анализ результатов психологического анализа 1 и 2 периодов деятельности привел к следующему пониманию обобщенной структуры состояния психологической готовности.
  5. IX. Дисперсионный анализ
  6. Oанализ со стороны руководства организации.
  7. SWOT- анализ и составление матрицы.
  8. SWOT-анализ
  9. SWOT-анализ
  10. SWOT-анализ
  11. SWOT-анализ в качестве универсального метода анализа.
  12. SWOT-анализ.

 

 

В 1933 году вышла в свет книга Вильгельма Райха «Анализ характе-

ра, подводящая итоги девятилетней работы. Его теоретические поло-

жения и практические приемы значительно продвинули психоанали-

тическую работу с неврозами. Первое же издание этой книги с вооду-

шевлением было воспринято в кругах психоаналитиков. И сегодня,

много лет спустя, терапевты и аналитики считают ее одним из основ-

ных трудов по теории и практике психоанализа. С моей точки зрения,

ценность этой работы в том, что она перекинула мост от психоанализа

аналитическому пониманию мышечных напряжений и энергетичес-

ких блоков. Психология и биология пересекаются в исследовании ха-

рактер, и мы рассмотрим теперь биоэнергетические принципы с точ-

ки зрения структуры характера.

 

После выхода первого издания книги Райха его дальнейшая работа,

расширяющая и углубляющая изучение структуры характера, не осве-

щалась в специальной литературе. Райх занимался исследованием мы-

шечного панциря, энергетических блоков, соматических заболеваний и

природы биологической энергии. Другие аналитики признали ценность

принципов и техник анализа характера, но дальше это направление не

развивали. Я сам учился у Райха анализу характера и вегетотерапии и

как характера и вегетотерапии и. ра его последователь продолжил работу над проблемами мышечного на-

пряжения и энергетических блоков, поскольку чувствовал, что необхо-

ма единая, объединяющая психоанализ и биоэнергетику программа,

которая легла бы в основу нового терапевтического подхода. Такое един-

ство возникло благодаря применению принципов анализа характера как

целостного выражения функционирования человека на психическом и

соматическом уровне. Столь широкий подход требует основательного зна-

ния психологии Я и энергетических концепций.

В предисловии к первому изданию Райх отметил, что его работа по

изучению характера не завершена. «Сегодня, как и девять лет назад,

мы все еще далеки от развернутой и систематизированной характеро-

логии. Эта книга всего лишь сокращает неисследованную область». Хотя

в более поздние издания был добавлен некоторый новый материал,

перед нами по-прежнему стоят вопросы, на которые Райху удалось



ответить только частично. Это: «генетически-динамическая теория ха-

рактера, строгая дифференциация формы и содержания сопротивлений

и, наконец, клинически обоснованная дифференциация типов харак-

тера» (Reich 1949, р. XIX).

 

Психоаналитическая концепция характера появилось раньше. В 1908

году вышла в свет статья Фрейда под названием «Характер и анальная эро-

тика», в которой он утверждал, что постоянно встречающееся сочетание

трех особенностей характера-аккуратности, упрямства и бережливости-

связано с анальной эротикой, а в заключение постулировал идею структу-

ры характера. «Во всяком случае, можно вывести формулу формирования

основного характера из определенных черт; постоянные черты представля-

ют собой либо неизмененные первоначальные импульсы, либо субли-

мацию их, либо вызванное ими реактивное образование» (Freud 1908,

р. 50). Эта формула означала, что характер не может формироваться про-

сто из какого-то сочетания черт. Черты характера - это скорее аспекты

единой структуры.

 

В последующие годы Фрейд занялся разработкой психологии Я. Черты

характера были исследованы, изучены и интерпретированы, но попытки

определить основные типы характера он не сделал. В 1921 году Абрахам

написал статью об анальном характере, в которой попытался связать от-

дельные черты с анальными проблемами, вызванными определенными

детскими переживаниями. Затем, в 1924 и 1925 годах, он продолжил

типизацию еще в двух статьях об оральном и генитальном характере.

Успешной оказалась его попытка связать типы характера с либидиноз-

ным развитием ребенка. К сожалению, Абрахам, описавший типы харак-

тера в терминах специфических черт, не попытался обобщить их, используя

клинический материал. В дальнейшем проблема осложнилась тем, что в

специальной литературе появились описания других типов - компульсив-

ного, истерического, мазохистского и т.д., - которые не были интегриро-

‡агрузка...

ваны общим подходом.

 

Райх изучал характер не с теоретической точки зрения, а как практи-

ческую проблему. Он не рассматривал черты характера как обособлен-

ные, а пытался, во-первых, понять характер как сопротивление аналити-

ческой интерпретации, а во-вторых, исследовать его функцию с точки

прения либидинозной организации организма. Первое привело к разра-

ботке принципов анализа характера, с которыми мы и познакомимся в

этой главе. Речь пойдет о том, что Вульф назвал «характерным поведением

пациента, который защищается от аналитических инсайтов и материала

бессознательного» (Reich 1949, р. XIII).

 

Для того чтобы понять, каким образом характер связан с либидинозной

организацией, необходимо знать, каковы его форма и структура. Этому

посвящена следующая глава. Абрахам обозначил эту связь следующим

образом: «Характер традиционно определяется как направленность вызы-

ваемая произвольными импульсами человека» (Abracham 1925, р.407)

Важно иметь в виду, что, как бы мы ни определяли характер, он является

основной позицией, находясь на которой человек встречается с жизнью,

будь то сеанс психоанализа или внешний мир. Когда-то характер

понимали как естественное сопротивление, проявление которого нетрудно

заметить.

 

Иногда говорят, что характер отражает объективную реальность.

Довольно легко обратить внимание на чужой характер, но крайне трудно

осознать свой собственный. Мы склонны смотреть на других критически,

а на себя - благосклонно. Важно то, что характер проявляет себя

типичным паттерном поведения, или привычной направленностью. Это

устойчивый, застывший, или структурированный, способ реагирования. Он

обладает «характерным» качеством, след которого заметен во всем, что бы

человек ни делал. В этом смысле любая структура характера патологична.

Про человека, либидинозная энергия которого не структурировалась

в типичный способ реагирования, или привычную направленность,

никак не скажешь, что он имеет структуру характера. Таким людям,

встречающимся, кстати, крайне редко, трудно дать определение,

описание или прозвище; они обладают живой экспрессией и спонтанностью,

которую охватить невозможно.

 

Мне бы хотелось четко разграничить понятия личности и характера.

И то и другое изучено эмпирически; первое понятие, однако, является

более субъективным. Определяя личность, мы говорим, что она приятна,

притягательна, сильна, подавлена и т.д. Это - описание наших их эмоциональ-

ных реакций на другого человека. С другой стороны, характер можно

определить путем исследования и изучения поведения. Личность - это

экспрессия жизненной силы человека и, пожалуй, распространение этой

силы на окружающих. Характер и личность связаны между собой, но эти

понятия не заменяют друг друга.

 

Характер сложным образом связан с Я. Если Я является субъективным

приятием собственной персоны, то характер и личность определяются

объективно. Описание пациентом своего Я совершенно ненадежно. Он

говорит о нем в терминах Я-идеала, выражая желательное качество, а не

действительную функцию. Аналитику необходимо распознать его истин-

ное Я, определив структуру характера и оценив личность*.

 

Обратившийся ко мне за помощью молодой человек, о котором я еще

расскажу более подробно, имел напыщенный вид и покровительственную

улыбку. Он поведал, каким славным парнем он был с девушками и как

хорошо работал. Однако во время последующих встреч он был подавлен-

ным и удрученным. В реальной жизни он стал терпеть неудачу во всем,

что раньше удавалось, и преувеличивал малейший успех. Он вел себя так,

будто имел сильную, высокоразвитую Я-структуру, но на самом деле она

была раздута совершенно несообразно реальности. Как только с него сби-

вали спесь, Я-структура опадала, сдувалась и становилась маленькой и

недоразвитой. Его преувеличенное Я-представление о себе служило защи-

той от восприятия истинной структуры Я. Что-то в нем заставляло меня

чувствовать, что он обладает гораздо большими возможностями, но они

скрыты от него самого. Нельзя сказать, что его Я-идеал не выражал дей-

ствительного аспекта Я, но высвободить то, что скрыто, бывает очень труд-

но. Цель аналитической терапии состоит именно в том, чтобы освобо-

дить Я из-под влияния характера и сделать его доступным для законного

стремления к Я-идеалу.

 

К сожалению, невротики идентифицируются со своим характером, ча-

стью которого является Я-идеал. Это происходит потому, что структура ха-

рактера отображает только ту модальность, в которой способна функцио-

нировать инстинктивная жизнь. Целеустремленный человек может внут-

ренне понимать свою устремленность как величайшее преимущество. В

некоторых случаях это действительно так, но во множестве других эта ус-

тремленность становится врагом, препятствующим более полной и успеш-

ной жизни. Человеку часто не удается избавиться от подобного врага, и он

жертвует нормальным образом жизни. Ситуация при этом может стать

весьма проблематичной. У меня был пациент, который как бы сам себя

постоянно подталкивал, и такое подталкивание порождало фрустрацию и

тревожность. Я предложил ему прекратить это. Он ответил: «Если я не буду,

например, подталкивать себя вставать утром, то весь день пролежу в по-

стели и не пойду на работу». Мне пришлось признать, что лучше идти на

работу, чем лежать весь день в постели. Возможно, другие аналитики по-

Другому справились бы с этой проблемой, но мы разрешили ее с помощью

______

* Ср. это с Отто Фенихелом: «Способ согласования различных задач друг с дру-

гом является характеристикой личности. Таким образом, привычные способы при-

способления Я к внешнему миру. Оно и Сверх-Я, а также типичные сочетания этих

способов между собой образуют характер» (Fenichel O., The Psychoanalytic Theory

of Neurosos. New York, Norton, 1945, р. 467).

 

биоэнергетической терапии. Во время наших встреч он не должен был себя

подталкивать. Он бы добился большего прогресса, спонтанно двигаясь и

чувствуя, чем производя много шума. Одновременно мы прорабатывали то

напряжение, которое вынуждало к подталкиванию.

 

Характер - результат противостояния двух сил: Я-движения и Я-защиты,

которые используют энергию Я. Если удается отделить Я от структуры

характера, с которой оно слито, то открывается путь к изменению

последней. Но чтобы пациент идентифицировался со своим Я, а не с ха-

рактером, необходимо преодолеть и устранить Я-защиты. Это задача

любого аналитического подхода. В словах Райха о том, что «невроз всегда

вызван конфликтом между вытесненными инстинктивными требованиями

- включая детские сексуальные притязания - и силами, подавляющи-

ми Я» (Reich 1949, р. 3), сформулирована основная задача любой анали-

тической терапии. Проблему, однако, необходимо рассматривать во всей

ноте, и реальный успех терапии невозможен, если пациент не пони-

мает, что характер является базисным нарушением.

 

Анализ характера позволяет пациенту почувствовать, что его характер-

это невротическая структура, которая вмешивается в жизненные функ-

кции Я и их ограничивает. Эта задача представляется очень важной. И

Ференци и Райх отмечали, что даже если клиент чувствует, что невроти-

ческие симптомы чужды Я, он все равно принимает характер за Я. Про-

блема требует упорного и последовательного анализа паттерна поведения,

демонстрирующего, каким образом каждое действие вписывается в об-

щую картину. С помощью биоэнергетического анализа можно также

показать, как динамика тела раскрывает структуру характера. Как отме-

чал Ференци, ничто так не убеждает, как опыт на физическом уровне.

 

Принцип анализа характера не допускает никакой интерпретации на

инфантильном уровне, до тех пор пока характер диссоциирован с Я. В

противном случае она будет использоваться как оправдание структуры

характера, все более затрудняя ее изменение. Неверные действия на ос-

нове ложного представления о том, что характер является главным объек-

том воздействия, приводят к неудаче и практически сводят на нет тера-

певтический эффект. Вот что говорит Райх о первом опыте анализа ха-

характера как технической процедуры:

 

«Если по ходу работы возникает заметное сопротивление, каждый

аналитик оценивает ситуацию по-своему. Если после этого он снова бе-

рется за тот же случай, то видит несчетное число других технических

возможностей, и растерянность его возрастает. Необходимо усвоить, что

одно определение аналитической ситуации допускает только одно опти-

мальное техническое решение, наиболее действенное в этом случае. Это

относится не только к каким-то отдельным случаям, но и к аналитичес-

кой терапии в целом» (там же, р. 5).

 

Нельзя сказать, что у современных специалистов не возникает подоб-

ных трудностей. Я работал с аналитиками, предварительно прошедшими

курс психоанализа, иногда довольно продолжительный. Все они чувство-

вали, что анализ недостаточно глубок, что фундаментальная проблема не

проработана. Такое может быть, если не проанализирована структура

характера. Анализ симптомов и проблем по мере их возникновения дает

поверхностное понимание, которое не затрагивает внутренней неудовлет-

воренности. Я вспоминаю один случай из своей практики. Пациент про-

шел полное обучение у известного психоаналитика. Он пришел ко мне,

поскольку начал сознавать, что его грудь ригидна. Его отец страдал тяже-

лыми сердечными приступами, и мой клиент испытывал страх. Он боял-

ся множества вещей; боялся воды и не мог плавать, для него было прак-

тически невозможно сказать «нет» женщине, он боялся связать себя по-

ступками или обязательствами перед каким бы то ни было человеком.

Паттерн его поведения отличался дружелюбием и желанием понравить-

ся, которые скрывали лежащие за ними недоверие и негативизм. Поскольку

характер пациента не был предметом психоаналитического исследования,

эта базальная проблема осталась непроработанной. Аналитик принял дру-

желюбие клиента и его готовность принять интерпретацию за чистую

монету. Именно от этого предостерегал Райх. В данном случае лечение

потерпело неудачу, и заслуга клиента состояла в том, что он сам понял

бессмысленность дальнейшего продолжения психоанализа.

 

Мне хорошо знакома эта проблема, поскольку я и сам не раз допускал

подобные промахи. И только когда мне удалось углубить понимание струк-

туры характера, я научился избегать подобных промахов в работе. О та-

ких сложностях Райх прекрасно рассказывает в своей книге, и мне не

остается ничего другого, как посоветовать прочитать ее. Я хочу только

проиллюстрировать эту проблему некоторыми собственными соображе-

ниями и случаями из моей практики.

 

Всем нам знаком пациент, который улыбается аналитику. Иногда эту

улыбку вызывает интерпретация, а иной раз такая улыбка может быть

постоянной формой экспрессии, предназначенной для терапевта. Чаще всего

человек не сознает своей улыбки, пока она остается привычной формой

реагирования. Особенно она бросается в глаза, когда пациент чувствует себя

в неловком положении или смущается. Такая улыбка редко бывает просто

выражением дружелюбия, и я никогда не интерпретировал ее таким обра-

зом. Она маскирует негативное отношение. Но какое? У всех пациентов

оно разное и проявляется в некотором искажении общей экспрессии лица.

 

У одного человека улыбка покровительственная, у другого - насмешливая,

третьего она может быть глупой ухмылкой дурака, отказывающегося та-

ким образом от ответственности за свои действия. Точно интерпретиро-

вать экспрессию можно лишь интуитивно, в этом и состоит искусство ана-

лиза. Правильный вывод зависит от знания всего невротического механиз-

ма индивида, то есть от знания структуры характера.

 

Улыбка одного из моих клиентов не соответствовала серьезности его

проблемы. Мне удалось обратить на это его внимание, и он начал созна-

вать ее защитную функцию, но лишь старался убрать улыбку с лица. Он

рассказал, что такая улыбка возникает у него всякий раз в отношениях с

другими людьми, а не только во время терапевтических сеансов. Это была

улыбка хорошего маленького мальчика, который старается понравиться.

Он и был хорошим мальчиком, который старался завоевать одобрение всех,

с кем встречался. И чем больше он старался, в том числе убрать улыбку,

тем больше был этим хорошим маленьким мальчиком. Биоэнергетичес-

кий анализ раскрыл, что у него была мазохистская структура характера,

сопровождавшаяся импотенцией.

 

Он рассказал мне, что всегда был хорошим мальчиком. Его популяр-

ность в школе была основана на том, что он никогда никому не возра-

жал. Еще он вспомнил, что, когда ему было семь или восемь лет, его тер-

роризировали близкие. У него возникали приступы неистового гнева. Я

уверен, что его мазохизм начинался сразу после того, как стихали эти

гневные вспышки. Мазохизм-это догенитальная структура характера.

Здесь понадобилось проанализировать два направления: любезность как

защиту против агрессии и роль мальчика как защиту против мужчины.

Биоэнергетический анализ имеет преимущество перед психоанализом,

поскольку здесь есть возможность сделать основной акцент на высвобож-

дении агрессии и развитии генитальности. В дальнейшем мой клиент вдруг

заметил, что его улыбка исчезла - как в кабинете врача, так и вне его.

 

Если аналитик не понимает основной проблемы мазохизма, он легко

может споткнуться о тот же подводный камень, что и сам его пациент,

обладающий мазохистским характером. Улыбка скрывает очень глубокие

наслоения негативизма и чувства обиды. Это глубокая яма в зыбучем пес-

ке. Более полно я буду описывать динамику такой структуры характера

главе X. Сейчас мне только хотелось бы отметить, что терапевтический

эффект здесь зависит от способности терапевта привнести в позицию па-

циента позитивный элемент. Ни хороший, ни плохой мальчик не могут

преуспеть во взрослой жизни, для которой необходим мужчина. Пациент,

однако, не выработает позитивной установки, пока не проработана струк-

тура характера. Каждый симптом, каждая экспрессия, каждое сновидение

анализируются на фоне характера и затем описываются в терминах харак-

тера. Только когда характер начнет поддаваться, можно приступить к ана-

лизу инфантильных пластов. Это хорошо видно на следующем примере.

 

Какое-то время я работал с одной пациенткой, а затем уехал учиться

за рубеж. Около пяти лет она продолжала работу с другим терапевтом.

Пока шло лечение, у нее было множество эмоциональных прорывов, то

есть аффективных разрядок, и каждый раз она говорила, что чувствует себя

лучше. Затем я возобновил с ней работу, и мне пришлось отметить, что

со времени моего отъезда ее состояние не улучшилось. Сильные аффек-

тивные разрядки ни к чему не приводили. Они начались еще в период

нашей предыдущей работы. В то время они принимали форму рыданий,

клиентка ощущала удушье и одновременно злость. Проанализировав эти

эмоциональные вспышки, я понял, что они совершенно не продвигают

терапию. Она плакала и злилась не потому, что сознавала прошлую трав-

му. Такая реакция указывала на фрустрацию чего-то неопределенного. Я

истолковал это как сопротивление, означавшее, что пациентка «выпуска-

ет пар». Наступало временное облегчение, но одновременно восстанав-

ливалось внутреннее напряжение, которое вело к еще большему контак-

ту с панцирем характера. После того как я несколько раз обратил на это

ее внимание, такие реакции прекратились, и я смог продолжить анализ.

 

Опытный аналитик вполне может отличить подобные эмоциональные

прорывы от спонтанных аффективных высвобождений, приносящих нео-

жиданное осознание подавленного конфликта или переживания. Я, как

правило, не доверяю таким эмоциональным вспышкам. Во-первых, разрядка

происходит через наиболее слабую точку структуры характера. Это зако-

номерно, поскольку слабое место удобно для всякого взрыва. Сильные и

стержневые точки панциря характера остаются незатронутыми и могут даже

еще больше укрепиться. Во-вторых, у многих импульсивных людей такой

вид высвобождения эмоции еще более усиливает характер и мышечное

напряжение. Подобные высвобождения в действительности есть не что иное,

как часть невротического механизма. Это тормозит терапию. Аналитик,

который и дальше позволяет пациенту вести себя невротически в процессе

анализа, сам ставит блок эффективному воздействию на невроз. Проявле-

ния невротического характера есть фундаментальное сопротивление.

 

Терапия с данной пациенткой теперь проходила в русле анализа и

лечения сопротивлений. Но скоро я натолкнулся на другой, более проч-

ный блок. Каждое успешное продвижение вызывало у нее рыдания, но

заплакать ей не удавалось. Она давилась, начинала кашлять, пыталась что-

то произнести и задыхалась. Попытки ослабить спазм горловой мускула-

туры были безуспешны. Пациентка повторяла, что обратится к другому

аналитику. Однажды, давясь слезами, она вдруг сказала, что словно ощу-

щает во рту вкус кислого материнского молока. Как только она чувство-

вала, что горло набухает, она ощущала кислый вкус. Когда она сообщила

мне об этом, я вспомнил, что читал в «Анализе характера» об интерпре-

тации раннего детского материала. Это было связано с очень ранним

возрастом! Я отнесся к этому с недоверием. То, что она помнила вкус

материнского молока, я не мог отрицать, но почему это воспоминание

возникло во время анализа ее нынешней ситуации? В дальнейшем, даже

после того как определился истерический тип характера пациентки, про-

блема ее отношений с людьми не разрешилась.

 

Я не стал обращать внимания на ее слова, но срывы продолжались.

Можно было бы задаться вопросом, какую роль такие срывы играют в

настоящей ее жизни, но я сомневался, что найду ответ. Анализ продол-

жался. Темой его стали проблемы настоящего времени. Несколько меся-

цев спустя я вдруг увидел истинное положение вещей. Я дал верную ин-

терпретацию, и это было как раз то, что нужно. Не кислоту, а горечь-

вот что ощущала пациентка, хотя она никогда не произносила этого слова.

Ей было горько, но она все так хорошо скрывала, что я и не подозревал

об этом. Ей было горько оттого, что она продолжала испытывать фруст-

рацию. Оглядываясь назад, я вижу, что и более ранняя вспышка ярости и

рыданий била реакцией на ощущение горечи. Реагируя подобным обра-

зом и не противясь этому, она ничего не меняла.

 

Теперь можно было двинуться дальше. Для этого требовалось ответить

на два вопроса. При каких обстоятельствах возникла горечь? И что вызы-

вало горечь в настоящем и прошлом? У пациентки была еще одна харак-

терная черта -гордость. Она не выражала ее, самолюбие было подавлено

так же, как и горечь. Однако ее длинная негнущаяся шея говорила о

многом. Мне бы не удалось определить это аналитически или работая с

мышечным напряжением шеи, если бы я не понял, что пациентке было

горько оттого, что она продолжала испытывать фрустрацию. Это понима-

ние открыло путь к терапевтическому воздействию. До этого она не рас-

крывала терапевту одну из своих черт, что и не позволяло интерпретиро-

вать данный симптом.

 

Мне бы хотелось рассказать о том, чем завершилось ее лечение. Горечь

в настоящем была связана с невозможностью для пациентки наладить

нормальные отношения с мужчиной. Пока эта горечь оставалась для нее

сладостью, ничего сделать было невозможно. Будучи ребенком, она перс-

жила подобную фрустрацию. Ее мать по типу была пчелиной маткой. Отец

чрезмерно заботился о жене, а к женственности подрастающей дочери

относился безразлично. Он обращался с девочкой как со славным прияте-

лем-мальчуганом, и она приняла эту роль. Она носила мальчишескую

одежду, играла в мальчишечьи игры, соревнуясь с ними. Когда она под-

росла и начала исполнять роль женщины, ее чувства к мужчинам были

уже амбивалентными. Она испытывала горечь из-за раннего удара по своей

женственности, но была чрезвычайно горда, чтобы не скрыть чувство оби-

ды. Это и определило ее желание быть независимой от мужчины и пред-

ставление, что только таким образом можно предотвратить повторение

детского разочарования. Ей было необходимо, чтобы мужчина изо всех

сил подтверждал ее сексуальность.

 

Когда картина полностью прояснилась, пациентка начала меняться. Гор-

дость, горечь и решительность постепенно перестали владеть ее поведени-

ем. Она стала спокойнее, ее фигура приобрела более женственные очерта-

ния, а ее взаимоотношения стали более зрелыми, чем прежде. С появле-

нием позитивных установок более важной стала биоэнергетическая работа

на физическом уровне. Вскоре она дала положительные результаты.

 

Чтобы овладеть техникой анализа характера, необходимо понять тео-

ретическую основу структуры характера, знать ее природу и основные типы

характера. В следующей главе я буду говорить о генетически-динамичес-

кой теории формирования характера, сопровождая свой рассказ подроб-

ным изложением случаев из практики. Сейчас же давайте поближе по-

знакомимся с природой и функцией характера и его связью с техничес-

кими проблемами анализа переноса.

 

Мы уже отмечали, что и Райх и Ференци различали невротический сим-

птом и характер. Райх подчеркивал, что невротический симптом пережи-

вается как «инородное тело и человек переживает его как заболевание».

Он «никогда не рационализируется полностью как характер» (Reich 1949,

р. 42, 43). Невротический симптом переживается как нечто чуждое Я.

Характер же действительно не рационализируется, это всего лишь способ

невротического переживания человеком своего Я, Он рационализируется

только после того как подвергается воздействию. Когда в процессе терапии

структура характера начинает надламываться и выявляется более спонтан-

ный способ существования, он кажется пациенту чуждым, даже если он

чувствует, что этот новый путь ведет к здоровью и благополучию.

 

Конечно, пациенту хочется стать другим. Поэтому он и проходит курс

терапии. Это также имеет значение и для его Я-идеала, Но это все равно

что пристально смотреть на противоположный берег реки и не знать, что

происходит на этом. Это все равно что просить поплыть человека, кото-

рый боится воды. Пациент чувствует, что ему предлагают покинуть при-

вычную территорию ради неизвестных земель. Он начинает видеть то, что

его пугает, чувствовать себя слабым и незащищенным, и оказывает по-

этому сильное сопротивление. Мотивация должна быть столь же сильной.

Чтобы этого достичь, терапевт должен привести пациента к тому, чтобы

он начал сознавать свой характер как проблему и одновременно почув-

ствовал возможность более успешного функционирования. Если он сможет

получить опыт нового существования, задача значительно упростит-

ся. Как мы вскоре увидим, очень важную роль в такой трудной ситуации

играет перенос.

 

Человек идентифицируется с характером, и, пока это позволяет ему

функционировать без заметных конфликтов в социальных ситуациях, зат-

руднений не возникает. Когда они появляются, он в первую очередь зада-

ется вопросом о том, что требуется от его окружения. И только повтор-

ные неудачи и глубокая неудовлетворенность заставляют его усомниться

в своем образе жизни и действий. Но человек не может сам изменить

ничего, он способен только поставить перед собой этот вопрос. Пускать-

ся в новый путь без руководства-все равно что шагнуть в пропасть. Струк-

тура характера- это результат компромисса; это выражение динамического

равновесия противоположных сил, которое обладает лишь относи-

ной стабильностью. Перемены в жизни обычно доказывают его

недостаточность. Если подавленные силы вырываются наружу в виде ис-

терики, неистовой ярости или компульсивного реагирования, человек

переживает это как угрозу для Я. И наоборот, интегрированные черты

характера, составляющие часть его структуры, большинство людей вос-

принимают как эксцентричность или странность. Если подавлены мощ-

ные силы, которые могут проявиться, когда человек попадает в более сво-

бодную среду, он начинает чувствовать себя там чужим. Это опять под-

тверждает идентификацию с характером. Даже временное разрушение

структуры характера сбивает человека с толку. Он начинает спрашивать:

«Кто я?», «Какой я настоящий?». Из предыдущих рассуждений легко

можно понять, что, когда анализ касается характера, возникает сопротив-

ление. Каждый хотел бы освободиться от невротических симптомов со-

противления, возникающих, когда затрагивается характер. Поэтому мы

приравниваем характер к сопротивлению, соглашаясь с определением

Вульфа. Безынициативность пассивно-женственного характера, недоверие

мазохиста и зависимость человека орального типа являются не только

сопротивлением, они представляют собой фундаментальные модальности

поведения. Такие люди не могут вести себя по-другому ни во время ана-

литического сеанса, ни где-нибудь еще. Поэтому я не склонен интерпре-

тировать эти установки только как сопротивление. По-моему, сопротив-

ление просто больше проявляется в структуре характера, которая тоже

ответственна за проблемы, побудившие пациента обратиться к терапев-

ту. Хотя этот паттерн поведения лучше всего разрешал определенные

ситуации, он представляет собой жесткое препятствие в более пластич-

ной среде взрослого человека.

 

Биоэнергетическая терапия делает акцент на гибкости реагирования

и позитивных установках. Если у человека в результате повторявшегося в

детстве негативного опыта развилась недоверчивость, ему необходимо

осознать эту установку как защиту от дальнейших разочарований. Ребе-

нок ограничен в выборе своего окружения. Может ли он сменить родите-

лей? Или покинуть родительский дом? Взрослый человек не так ограни-

чен. Но свойственное ему недоверие не позволяет увидеть тех, кому он

близок. Если ему опять причиняют боль во взаимоотношениях, разве он

не может изменить их? Найти иных друзей или партнеров? Эти возмож-

ности имплицитно содержатся в каждой аналитической терапии, важно

сделать их эксплицитными.

 

Посмотрим теперь, как структура характера проявляет себя в ситуа-

циях переноса. Большинство пациентов начинают терапию с позитивной

установкой, что подтверждает каждый их приход. Однако эта позитив-

ная установка весьма поверхностна. Они надеются на быстрое излечение,

на обещание счастья, предполагая, что аналитическая терапия предоста-

вит им что-то отличное от их собственных реальных желаний. Глубже

лежит сопротивление характера - страх, недоверие, сомнение, обида и

т.д. Если бы анализ мог не затрагивать характер, все было бы хорошо, но,

поскольку это невозможно, надо иметь в виду, что появится негативная

установка. Мы должны учитывать, что каждый пациент реагирует на ана-

литика в соответствии со своей структурой характера. Если помнить о двух

аспектах переноса, можно избежать многих осложнений. Хорошо бы

обратить внимание пациента на то, что, хотя не возникает сомнения в

искренности проявляемой им доброй воли, все же в его характере есть

элементы, свидетельствующие о наличии в настоящий момент негатив-

ной установки. Вскоре после начала анализа характера человек перестает

скрывать эти негативные чувства.

 

Некоторые пациенты пассивно-женственного типа демонстрируют

сотрудничество, под которым скрывается такое же антагонистическое

отношение к терапии, которое проявляется и в скрытой враждебности

по отношению к отцу. Их сотрудничество не направлено на продвиже-

ние терапевтического процесса, более того, оно выражает страх перед

терапевтом и желание не сердить его. Эти чувства основываются на глу-

боко лежащей ненависти и враждебности. Именно по причине такого

сотрудничества» терапия может потерпеть полный провал. В лучшем

случае пациент атакует терапевта, пытаясь доказать, что он не прав, и

таким образом оправдать свою пассивность. Аналитик попадает в трудную

ситуацию. Ему необходимо разоблачить мотивацию пациента и одновре-

менно обеспечить подлинное с ним сотрудничество.

 

Несколько слов о ситуации, вызывающей разновидность переноса, когда

пациент «вешается» на терапевта. Она означает, что возник чрезмерный

позитивный перенос, который тормозит терапию. Чем позитивнее пере-

нос, тем сильнее вытеснены негативные установки. В конечном итоге

характер становится недоступным воздействию терапии. Это происходит

в том случае, когда терапевт принимает на себя роль родителя, который

несет ответственность за структуру характера пациента. Когда отноше-

ния прекращаются, из-за высвободившейся вдруг вытесненной негатив-

ной установки все лечение идет насмарку. У меня была пациентка, пре-

дыдущий курс анализа которой проходил при очень сильном переносе на

аналитика. Позже она сказала мне, что он был для нее словно мать. Он,

как и ее мать, знал о ней все, но не мог ей помочь. Вместо работы над ее

потребностью в поддержке и дефицитом независимости он поддерживал

эти симптомы. Это вызывало еще большую зависимость и делало ситуа-

цию безнадежной.

 

Аналитическая ситуация основывается на реальном взаимодействии двух

людей, объединяющих усилия для работы. Реакции того и другого будут

строго соответствовать структуре их характера. Это относится и к анали-

тику, или терапевту, и к пациенту. Стоит только аналитику допустить

формальное, невнимательное отношение, как пациент тут же бессозна-

тельно отреагирует на это, тонко проявив свой характер. Формальное

отношение не позволяет аналитику атаковать характер пациента, и на-

оборот. Если терапевт открыт и свободен, если он проработал свои соб-

ственные проблемы, связанные с характером, перенос предоставит пре-

красный материал, позволяющий обрисовать характер пациента.

 

Структуру характера можно выявить по многочисленным деталям

повседневного поведения пациента. Она проявляется в динамике и эксп-

рессии тела. Можно определить характер по тому, как клиент относится

к терапии и аналитику. Затем, когда характер полностью определен и

объяснен, необходимо выделить его составные части. Позитивные силы Я

следует отделить от его негативных защитных функций. Последние ана-

лизируются, но они не исчезают, пока имеют силу. Один из моих паци-

ентов сказал по этому поводу, что чувствует, как его Я выкристаллизовы-

вается из той смеси, что являлась его характером.

 

Структура характера и панцирь характера - это не одно и то же. Ха-

рактер - средневековый рыцарь, а панцирь - его доспехи. Как всякий пан-

цирь, он ограничивает подвижность и снижает восприятие, затрудняя про-

явление агрессивной функции индивида. В отличие от Райха я использую

слово «панцирь» только для тех структур характера, которые включают

себя, как часть невротического механизма, способность снижать чувстви-

тельность к обиде. Это исключает все догенитальные структуры характера.

 

Отталкиваясь от концепции панциря характера, Райх пришел к кон-

цепции мышечного панциря, демонстрирующего напряжения и ригид-

ность. На самом деле правильнее будет говорить, что характер и структу-

ра тела -это тесно связанные аспекты человеческого существования. Но

независимо от определения они представляют собой то звено, которое

соединяет психологию и биологию. Сейчас мы умеем определять тип ха-

рактера и по поведению, и через анализ позы тела, ориентируясь на то,

как характер проявляется в позах и движениях. Этот значительный шаг

вперед не только раскрыл физический аспект индивидуального анализа и

интерпретации, но и предоставил возможность для направленного воз-

действия на мышечное напряжение и ригидность с целью изменить ха-

рактер. Теперь мне бы хотелось привести пример, демонстрирующий, как

черта характера формирует структуру характера.

 

Во время первой встречи с привлекательной молодой женщиной мне

бросилась в глаза ее посадка головы и мощная челюсть, создававшая впе-

чатление непреклонности. Она сознавала, что ей не хватает радости ни в

личной жизни, ни в семейной. Когда я рассказал ей о своем впечатлении,

она сразу поняла, о чем идет речь. Склоненной в сторону головой и при-

поднятыми плечами она производила впечатление человека, который му-

чительно, но неуклонно и решительно следует своей судьбе. Я работал со

всем телом, но всегда находил время для того, чтобы смягчить челюсть и

ослабить напряжение задней части шеи. После каждого сеанса она плака-

ла, но затем начинала все лучше и лучше понимать свою ситуацию. Я про-

должал упорно работать и спустя несколько месяцев вдруг обнаружил, что

на ее лице нет и следа сурового выражения. Структура характера пациен-

тки лишь слегка поддалась воздействию, но одна черта явно исчезла из ее

жизни.

 

Мне бы не хотелось создавать впечатление, что проанализировать ха-

рактер и определить его структуру легко. Диагностика характера по стро-

ению тела требует знания биоэнергетических процессов и значительного

опыта исследования пациентов. Райх говорил, что пройти хороший ана-

лиз - все равно, что «пройти через мельничные жернова». Лучшее описа-

ние того, что включает в себя биоэнергетический анализ, можно найти в

«Божественной комедии» Данте. Возможно, вы помните, что поэт Данте

обнаружил, что заблудился в дремучем лесу. Назад пути не было, а перед

собой он увидел свирепого льва. Беспомощный и испуганный, он обра-

тился к небесам с молитвой о помощи. Его услышала Беатриче и послала

поэта Вергилия помочь герою вернуться домой. Вергилий сказал Данте,

что путь домой пролегает через ад, чистилище и рай. Ад полон опаснос-

тей и ужасов. Никто не может пройти через него без опытного провожа-

того. Сам Вергилий, по его словам, прошел ад и знает путь. В аду Данте

видел страдания грешников, которые несли наказание за свои прегре-

шения. Данте избежал наказания, но не освободился от греха и его по-

следствий. С помощью Вергилия он прошел через ад.

 

Аналитика можно представить Вергилием, который прежде столкнул-

ся с проблемами собственного характера и преодолел их. Данте - это

пациент. Ад - это страдания, которые возникают из-за невротического

поведения пациента. В чистилище человек освобождается от невротичес-

ких тенденций и может достичь небес и обрести радость.

 

Здесь очень уместна цитата из Достоевского. В романе «Братья Карама-

зовы» отец Зосима говорит: «Что есть ад? Страдание о том, что нельзя более

любить». Каждый из нас должен встать лицом к лицу с собственным адом

пройти через него, чтобы найти дорогу на небеса и вернуться домой.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 |


При использовании материала, поставите ссылку на Студалл.Орг (0.159 сек.)