АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 15. Уголок рта Донована Кейна приподнялся в легкой улыбке — или гримасе

Читайте также:
  1. Taken: , 1Глава 4.
  2. Taken: , 1Глава 6.
  3. В результате проникающего огнестрельного ранения бедра были повреждены ее четырехглавая и двуглавая мышцы.
  4. Глава 1
  5. Глава 1
  6. Глава 1
  7. Глава 1
  8. Глава 1
  9. Глава 1
  10. ГЛАВА 1
  11. Глава 1
  12. Глава 1

 

Уголок рта Донована Кейна приподнялся в легкой улыбке — или гримасе. Сложно сказать, поскольку его черты, словно уродливыми веснушками, были усеяны красными следами от ударов и порезами. Правый глаз начал заплывать, на левой щеке уже темнел синяк. Я спасла Кейна от участи Финна, но детективу всё равно неслабо досталось.

— Именно ты сейчас не в порядке, — заметил Донован Кейн.

Я глянула на свое отражение в зеркале над туалетным столиком. Кровь запеклась на лице, как грязевая маска из салона Джо‑Джо. Куртка и водолазка тоже были в крови, отчего ткань казалась ещё черней, а джинсы и брюки покрывал узор из брызг и подтеков в духе абстракций Джексона Поллока. Вокруг шеи отпечатались синяки в форме подушечек пальцев, жуткое ожерелье из фиолетовых самоцветов. Должно быть, на плече после смертельной хватки противника также осталось нечто подобное. А если сложить кровь и синяки, то я словно нарядилась в хэллоуиновский костюм жертвы маньяка.

Не с таким лицом мне бы хотелось предстать перед детективом, но бывало и хуже. Намного хуже. Но сегодня отчего‑то из‑за этой крови я показалась себе старой. Усталой. Высосанной до последней капли. Хоть раз бы выйти на улицу ночью и по возвращении не сжигать одежду. Хоть раз.

Я оторвала глаза от зеркала.

— Издержки профессии.

Кейн не мог никуда деться, поскольку ещё был прикован к стулу. Я зашла ему за спину. Руки детектива сковали, цепочку пропустили через спинку. Среброкаменные наручники. Похоже, без них Кейн никуда не ходит. Оригинально.

— Ключ?

Кейн мотнул головой.

— На столике.

Я взяла металлический ключ и присела за спиной детектива. Его напряженные мускулы окаменели, и он резко втянул в себя воздух. От него слегка пахло мылом, и я чувствовала в нем силу, пусть он и был прикован к стулу. Кейн, наверное, думал, что это ухищрение. Что я перережу ему глотку, а не освобожу его. Я бы не стала исключать такой вариант, если бы уже не предложила работать вместе. А я тоже не разбрасывалась словами.

Наручники с щелчком расстегнулись, и Донован Кейн поднялся на ноги. Он повернулся лицом ко мне и помассировал запястья, восстанавливая кровообращение. Оглядел разгромленную комнату: кровь, трупы, сломанная мебель. Заметил у ног брошенный пистолет, наполовину скрытый остатками одной из ламп.

— Ты должен принять решение, — тихо сказала я. — Можешь поднять пистолет, направить его на меня и попытаться отомстить за смерть напарника.

Я не добавила, что в этом случае он умрет на месте от удара ножом в сердце. Кейн знал, на что я способна. Своими глазами видел, как я работаю. Я только надеялась, что этого достаточно для того, чтобы утихомирить его упорное стремление заставить меня заплатить за смерть Клиффа Инглеса.

— Или? — Детектив продолжал тереть запястья, но не сводил глаз с лежащего у ног оружия.

— Или можем заключить перемирие, и ты пойдешь со мной. Будем вместе докапываться до сути этого дела. Теперь они желают смерти и тебе. Всем нам.

Донован Кейн смотрел на пистолет. Прошла секунда. Ещё пять. Десять. Пятнадцать. Тридцать. Он пошевелил пальцами — ни дать, ни взять шериф с Дикого Запада, готовый арестовать паршивого вооруженного бездельника, угрожающего его городку, спокойствию, жизни. Я напряглась, готовая броситься в атаку.

Детектив поднял глаза на меня. Они были цвета дымчатого топаза или хорошего виски, с оттенками, переливающимися от чистого золота до темно‑коричневого и обратно. В янтарных глубинах, как порхающие светлячки, отражались сменяющиеся эмоции. Отвращение. Гнев. Недоверие. Подозрительность. Любопытство.

— Зачем ты сюда пришла? — спросил он. — Могла бы дать им меня убить.

Я снова пожала плечами:

— Как я уже говорила, ты мне нужен. Я должна узнать, что тебе известно о Гордоне Джайлсе. Мне показалось или я слышала что‑то о файлах и флешке?

Кейн запустил пятерню в волосы.

— Ага. Кажется, они пропали. Вот эти друзья ошибочно полагали, что данные у меня.

— Но у тебя их нет?

Он не ответил. Кейн тоже знал, как сделать лицо непроницаемым.

Я обошла комнату, собирая ножи и засовывая их на места. Обшарила карманы мертвецов, выуживая их бумажники, телефоны и драгоценности. Цепочки с руной в виде треугольного зуба не нашлось ни у кого, но у одного из мужчин этот символ был вытатуирован на тыльной стороне левого запястья. Я заметила наколку, когда снимала с него часы.

Я нахмурилась. Снова этот чертов знак. Я уже всерьез устала натыкаться на него, не зная, кому, чёрт возьми, он принадлежит.

Кейн увидел, что я на что‑то смотрю, и присел, чтобы разглядеть предмет моего интереса получше. Но он старался держаться от меня хотя бы на расстоянии вытянутой руки с ножом. Умница.

— Это руна? — уточнил он.

— Ага. И в последнее время я её много где встречала. — Я вытащила из заднего кармана джинсов телефон, сфотографировала руну и убрала устройство.

Кейн больше ничего не сказал, но схватил парня за запястье, повернул его на свет и уставился на топорно сделанную наколку, запечатлевая узор в памяти.

Я выпрямилась.

— Хорошо, детектив. Пришло время решать. Ты в деле или нет?

Он поднял глаза:

— А если я откажусь?

— Пойдешь своим путем, а я своим. Погляжу, как через пару дней твои коллеги в синей форме будут выуживать твой труп из реки Анейрин.

Он покачал головой:

— Этого не случится.

— Серьезно? — спросила я. — Я следила за домом и заметила, как ты ругался с кем‑то по телефону как раз перед появлением этих парней. Готова поспорить, ты говорил с кем‑то из коллег. Не подскажешь, с кем именно?

Кейн уткнулся в пол, и я заметила в луже крови ещё один мобильный. Должно быть, его.

— Стивенсон, — пробормотал Кейн. — Я говорил с Уэйном Стивенсоном, моим начальником.

Тучный великан с пресс‑конференции. Тот самый, который постоянно оттеснял Кейна. Я сделала мысленную пометку дать Финну задание обратить внимание на шефа полиции. Если элементаль Воздуха подкупила его, возможно, она оставила ниточку, ведущую к себе.

— А чего хотел Стивенсон? Убедиться, что ты дома, прежде чем спустить собак?

— Он хотел обсудить дело Джайлса, — пояснил Кейн. — Вот и все. Это ничего не доказывает.

— Нет, — ответила я. — Ничего не доказывает. Но это чертовски странное совпадение.

Молчание. Донован Кейн уставился на меня. В его глазах все еще бушевали эмоции. Теперь быстрее. Как молнии, снова и снова врезающиеся в землю жаркой летней ночью. Хотя детектив больше не смотрел на пистолет, я знала, что он по‑прежнему думал об оружии, дразняще валяющемся всего в паре метров от него. Думал, что мог бы прямо сейчас избавиться от одной из хлопот. Я надеялась, что он понимал, насколько это глупо. Или мои руки вновь обагрятся кровью через минуту. Максимум две.

Но, похоже, мои соображения показались ему не лишенными смысла. Детектив выдохнул, отпустил руку мертвеца и поднялся на ноги.

— Я в деле, но… — Он покачал головой. — Без серьезных условий и с несколькими правилами. Перемирие, которое ты предлагаешь, будет в силе только на время расследования этого дела. Я не стану прикрывать ваши действия. Ни единого. Не стану убивать ради вас и не дам вам навредить невинным людям.

Я рассмеялась. Резкий звук эхом отдался от стен комнаты, словно поцелуй смерти.

— Невинным людям? Вроде джентльменов, нанесших визит сегодня? Тех, кто хотел удерживать тебя, пока их босс будет тебя пытать? Не думаю, что в этом деле стоит беспокоиться о невинных, детектив.

— Может быть, и нет. Но я все сказал.

Я не ожидала от него ничего другого и с этими условиями могла смириться. Причиной гибели Кейна могла стать лишь его личная вендетта против меня, обжигающе‑горячая безрассудная ярость.

— Договаривай до конца. Я же знаю, что тебе хочется.

— В тот же миг, когда это закончится, я приду за тобой. Отомщу за Клиффа Инглеса, своего напарника, и неважно, что мне придется для этого сделать, пусть даже убить тебя. Поняла?

Злое и резкое обещание Кейна горело в его глазах как костер. Его рот превратился в узкую полоску, руки сжались в кулаки, тело напряглось. Я его знатно разъярила.

— Поняла, — кивнула я. — А теперь бери все, что сможешь собрать за три минуты. Вещи, деньги, что там ещё. Пора выдвигаться. Прямо сейчас.

Он уставился на меня. Я не мигая посмотрела ему в глаза. Детектив кивнул, и я поняла, что он сдержит слово. Теперь мы на одной стороне.

— Нужно уходить, потому что элементаль Воздуха едет сюда? — Кейн обошел меня, все ещё держась на расстоянии вытянутой руки, и пошёл к гардеробу. Он шел вполоборота, не поворачиваясь ко мне спиной.

— Ага. Поэтому поспеши.

Донован Кейн вытащил из гардероба спортивную сумку. Сунул палец под оборванный край ковра, повернул его и снял незакрепленную паркетную доску. Вытащил пару пачек денег и сунул их в сумку. Туда же отправились пистолеты и несколько коробок с патронами. Возможно, детектив и не такой уж образчик добродетели, как я думала. Или, возможно, он только что понял, как ценится в этом городе готовность ко всему. В любом случае я ещё больше его зауважала. Несмотря на старомодные понятия о справедливости, Кейн умен. А этой чертой характера я всегда восхищалась.

Он перешел к гардеробу и вытащил немного одежды. Джинсы, носки, боксеры. Я зацепилась взглядом за последний предмет. Черные трусы из шелка, хотя и не такие дорогие, как у Финна. Я погрузилась в мечты о том, как этот шелк трется об меня, а следом в меня входит пульсирующая плоть Кейна. М‑м‑м. Жаль, что он ненавидит меня, а я сейчас выгляжу как актриса массовки из фильма ужасов. Иначе я могла бы попытаться соблазнить детектива.

— Я‑то думал, что такая как ты получила бы удовольствие от схватки с элементалью. — Кейн продолжал запихивать вещи в сумку.

Я вынырнула из фантазий.

— Возможно, я и наемный убийца, детектив, но мне не то чтобы очень нравится убивать.

— Тогда зачем ты этим занимаешься?

Неизбежный вопрос. Я решила дать на него стандартный обтекаемый ответ. Доновану Кейну необязательно знать о моей уничтоженной семье и жизни на улицах. Ему не нужно знать, как я устала быть слабой, напуганной и загнанной. И что я выбрала для себя судьбу убийцы лишь затем, чтобы больше никогда этого не испытывать. Чтобы быть сильной.

И особенно ему не нужно знать, что мои навыки никак не помогают мне справиться с горем из‑за смерти Флетчера и этой внезапной усталостью.

— Потому что у меня хорошо получается, я не боюсь вида крови, и за мой труд полагается весьма достойная оплата. Вовсе не потому, что я испытываю извращенное наслаждение, глядя, как в глазах жертв угасает свет, — бойко ответила я. — А что касается элементалов, то они умирают так же, как и все остальные. Магия не делает их неуязвимыми. Гордон Джайлс был элементалом Воздуха, но эта сила не спасла его от смерти в огне в подстроенной аварии. К тому же я не хочу сражаться с элементалью Воздуха, когда уже неслабо потрудилась и отягощена раненым. Кроме того, я не знаю, сколько народу она приведет с собой. Скорее всего, пару парней, может, больше. А мне такой расклад не по душе. Наверное, ты уже догадался, что я предпочитаю борьбу один на один.

— Ясно.

Уголок его рта приподнялся. На этот раз я была уверена, что мне не показалось. Но я по‑прежнему не могла точно сказать, гримаса это или улыбка.

Кейн застегнул сумку и повесил её на плечо.

— Веди, Макдуф.

— Цитируешь Шекспира? Никогда бы не подумала, детектив.

— А я бы никогда не подумал, что буду работать с убийцей. Чудеса, да и только!

— Туше. — Я взмахнула среброкаменным ножом. — Держись за мной и веди себя тихо. Ещё один громила пошёл к задней двери. Мой помощник должен был о нем позаботиться, но лишняя предосторожность не помешает.

Кейн приподнял черную бровь:

— Помощник?

— Помощник. А теперь иди за мной.

Я повернулась и пошла к двери спальни. Сжала ладонь на рукоятке ножа и секунду подождала, прислушиваясь. Но Кейн не стал вынимать третий пистолет, который вытащил из шкафа и сунул за пояс джинсов, когда думал, что я на него не смотрю. Детектив держал слово. Он не собирается стрелять мне в спину — пока что.

Я на цыпочках прокралась в коридор. Царила тишина, не слышалось никаких движений. Никакого хриплого шепота или прерывистых вздохов. Ничего.

Донован Кейн держался близко. Меня снова окатило волной его свежего мыльного аромата. Тепло его тела согревало меня, а дыхание касалось затылка совсем как поцелуй. Мы дошли до лестничной площадки, с которой открывался вид на первый этаж. Я сделала Кейну знак оставаться на месте, а сама опустилась на колени, скользнула вдоль стены и высунула голову из‑за перил.

Финн прислонился к входной двери, читая газету. Мертвый охранник лежал там же, где я его оставила. Финн уперся ногой в окровавленную спину трупа, что означало, что он уже обошел дом и убил последнего из пятерки. Иначе не стоял бы здесь. Я покачала головой и выпрямилась.

— Идем, — позвала я Кейна. — Горизонт чист.

Мы спустились. Финн не обратил внимания на скрип и потрескивание деревянных ступенек под нашими ногами. Я выхватила из его рук газету и отбросила её в сторону.

— Эй! — запротестовал Финн. — Я же читал!

— А теперь нет.

Я отступила, чтобы Финн и Кейн смогли рассмотреть друг друга.

— Это Донован Кейн, а это мой помощник Финнеган Лейн.

Двое мужчин уставились друг на друга. Кейн оглядел куртку Финна из мягкой кожи, дизайнерские брюки защитного цвета и сшитую на заказ рубашку‑поло. Финн смерил взглядом потрепанную спортивную сумку детектива, его потертые джинсы и пятна на поношенных ботинках. Предположения сделаны, суждения вынесены, члены измерены.

Секунд через двадцать пристального изучения Финн протянул руку. Кейн просто посмотрел на неё бесстрастным невозмутимым взглядом копа.

— Значит, руки не пожмешь? Очень плохо, — Финн опустил руку.

— Как там тот, что сзади? — спросила я.

— Убит, ясное дело.

Финн был не слишком искусен в обращении с холодным оружием, но когда прикрывал меня на заданиях, всегда носил с собой пару пистолетов. Обычно он имел при себе и глушитель, и, наверное, именно поэтому я не слышала выстрела. В дополнение к прочим навыкам и достоинствам, Финн был прекрасным стрелком.

Он указал на мертвеца у своих ног.

— Я так полагаю, остальные в том же состоянии, Джин?

— А то.

Финн усмехнулся мне:

— Так точно.

Донован Кейн пристально посмотрел на меня.

— Джин? Это твое настоящее имя?

Я поняла, что так и не сказала детективу, как меня зовут, лишь назвала свою кличку, Паук. Но ему придется как‑то меня называть, раз уж мы собираемся работать вместе, и сейчас уже поздно придумывать вымышленное имя.

— Примерно.

— Джин? — переспросил Кейн.

— Ага, как напиток.

— Джин, — осторожно произнес Кейн, словно пробуя на вкус дорогое вино, а не исковерканную версию моего настоящего имени. — Тебе идет.

Несмотря на сложившееся положение, его медленный тягучий выговор показался мне теплым и манящим.

— Рада, что ты так думаешь. А теперь пойдем.

Мы тайком пробрались через двор. Вечеринка у соседей продолжалась, хотя теперь из колонок орала «Свободная птица». Несколько студентов выбрались наружу и забылись пьяным сном на газоне. Похоже, никто не слышал выстрелов и стонов умирающих внутри и снаружи домика Кейна. Южный рок играл так громко и звонко, что сомневаюсь, что едва ли хоть один человек на улице был способен расслышать даже собственные мысли. Шумные соседи. Порой нет худа без добра.

Мы дошли до внедорожника. Финн сел на водительское кресло, я заняла пассажирское. Донован Кейн остановился, глядя в темные глубины салона. Он набрал в грудь воздуха, открыл дверь и сел на заднее сиденье. Снова заколебался, но затем выдохнул и закрыл дверь. Наверное, думал: «Пути назад нет», подразумевая: «Какого хрена я делаю в машине наемной убийцы?».

Но детектив вроде смирился со своим решением. С нашим перемирием. Он поставил сумку на пол и пристегнул ремень. Резкий звук напомнил мне о защелкивающихся наручниках.

— Что дальше? — спросил Кейн.

Я повернулась, чтобы ответить, и увидела свет фар автомобиля, едущего по улице в нашу сторону.

— Черт. Они едут.

Мы скорчились на сидениях, пропуская машину. Еще один роскошный седан. Он остановился рядом с тем, что был припаркован у подъездной дорожки к дому Донована Кейна.

— Неужели к нашим новым друзьям прибыло подкрепление? — усмехнулся Финн. — Они немного опоздали на вечеринку. О, как жаль, что мы разминулись.

— Давай посмотрим, кто там, — сказала я.

Я надела очки ночного видения и посмотрела вперед. Водительская дверь открылась, и на мгновение загорелся свет, осветив троих мужчин. Ай‑ай‑ай, как можно было не отключить эту функцию? Двоих я узнала. Чарльз Карлайл, вампир, сегодня клеивший студенток у «Пары пустяков», и его друг, который тогда читал газету. Третьего я видела впервые, но он как и другие двое, был в костюме.

— Ещё три бандита, — пробормотала я.

Мужчины выбрались из седана и заговорили, разделенные широким капотом. Четвертая фигура оставалась в темноте автомобиля. Я прищурилась, и холодный комок ярости в груди сжался до предела.

«Вылезай, — думала я. — Вылезай и покажись, садистская сука».

— Как насчет элементали Воздуха? — спросил Донован Кейн. Его дыхание овеяло мою щеку.

— Сидит сзади, — ответила я.

Обтянутый кожей руль скрипнул под хваткой Финна.

— Та самая, что…

— Да.

Я перебила Финна прежде, чем он успел упомянуть Флетчера. Финн зыркнул на меня, но заткнулся.

Я продолжила наблюдение. Карлайл подошел к задней двери машины и открыл её. Протянул руку, женщина приняла её и вышла из седана, словно дебютантка из лимузина на свой первый бал. Пафосная сука.

— Проклятье! — ругнулась я. — Она стоит далеко, спиной ко мне, и на ней длинный черный плащ. Кто, черт возьми, сейчас носит плащи? Мы же не в «Драконах и подземельях». Да ещё и капюшон опущен. Ни черта не вижу. Ни лица, ни волос, ни даже одежды. Вообще ничего.

Руль снова скрипнул.

— Мы можем убить её прямо здесь и сейчас, — сказал Финн. — Они не ждут нас. Не ждут тебя.

— Нет. Я не буду убивать элементаль. Не сегодня. Она порешит нас всех. А я не допущу, чтобы с тобой это случилось.

— Но…

— Нет, Финн, — рявкнула я. — Слушай меня. Возможно, ты думаешь, что знаешь, на что способны элементалы, но это не так. Неважно, что ты там видел на фотографии. Ты даже понятия не имеешь, какой дурной может быть их магия. А я в курсе.

В голове промелькнул образ тела Флетчера, за которым последовало воспоминание о тлеющих обгоревших телах матери и старшей сестры. Знакомое горе сдавило легкие, пытаясь задушить меня. Руны паука на ладонях зачесались, как настоящие пауки, шевелящиеся под израненной кожей, а не просто печальные воспоминания.

Донован Кейн переводил взгляд янтарных глаз с меня на Финна и обратно.

— Но…

Финн не успел закончить предложение. От дома хлестнул сильный порыв ветра, просвистевший как смертоносная коса. Поток воздуха прижал к земле чахлые сосенки во дворе, пролетел по холму и завихрился по улице миниатюрным торнадо. Мусорные баки перевернулись, почтовые ящики сорвало с заборов. Ветер поднял какую‑то бедную кошку и швырнул её в припаркованный пикап. Животное больше не встало.

Элементаль Воздуха нашла первый труп у входной двери и явно этому не обрадовалась.

Я прищурилась за стеклами очков, пытаясь рассмотреть её лицо. Капюшон отбрасывал на него тень, но женщина закатала рукава плаща. Кончики её пальцев от магии светились молочно‑белым, словно каждый палец представлял собой отдельный сварочный аппарат. Такая концентрация силы могла бы причинить невыносимую боль. Такую, которая отделила бы мясо от костей. Такую, какой подвергся Флетчер.

«Флетчер».

Горе и вина примешались к ярости в моей груди, образовав до того единый коктейль, что я перестала понимать, что чувствую — за исключением боли. Но я заставила себя думать, заставила холодный разум успокоить бурю эмоций. Если бы я была одна, то пробралась бы в дом и попыталась расправиться с элементалью и её свитой. Но нужно думать о Финне. И о Доноване Кейне.

Кроме того, Флетчер не зря назвал меня Пауком. Нет никого осторожнее меня, когда я крадусь в тени. Плету свои сети, строю планы. Не веду себя глупо, проявляя ненужное геройство.

Я указала в сторону дома:

— Видишь этот свет? Мерцание? Это ее магия. Хочешь полетать, как эта кошка, Финн? Потому что я уверена, элементаль будет рада выместить свое плохое настроение на тебе.

Финн задумался, взвешивая желание отомстить за отца и понимание того, что в лучшем случае это провальный план, а в худшем — смерть.

На заднем сиденье Донован Кейн продолжал переводить взгляд с меня на Финна и обратно.

Спустя примерно тридцать секунд Финн вздохнул и выпустил руль.

— Нет. Не хочу.

Я протянула руку и стиснула его ладонь.

— Умница. Не беспокойся, мы позаботимся о ней. Я сама позабочусь о ней. Только не сегодня.

— Обещаешь? — понизил голос до шепота Финн.

Я снова сжала его руку.

— Обещаю. А теперь поехали, пока сука не поняла, что мы ещё здесь и следим за ней.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.015 сек.)