АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Манфред. Карает ли преступника преступник?

Читайте также:
  1. Манфред
  2. Манфред
  3. Манфред
  4. Манфред
  5. Манфред
  6. Манфред
  7. Манфред
  8. Манфред
  9. Манфред
  10. Манфред

 

  Не ты судья грехам!

Карает ли преступника преступник?

Убийцу тать? Сгинь, адский дух! Я знаю,

Что никогда ты мной не овладеешь,

Я чувствую бессилие твое.

Что сделал я, то сделал; ты не можешь

Усилить мук, в моей груди сокрытых:

Бессмертный дух сам суд себе творит

За добрые и злые помышленья.

Меня не искушал ты и не мог

Ни искушать, ни обольщать, – я жертвой

Твоей доныне не был – и не буду.

Сгубив себя, я сам и покараю

Себя за грех. Исчадья тьмы, рассейтесь!

Я покоряюсь смерти, а не вам!

 

Духи исчезают.

Аббат

 

Увы, ты страшен – губы посинели

Лицо покрыла мертвенная бледность

В гортани хрип. – Хоть мысленно покайся:

Молись – не умирай без покаянья!

 

Манфред

 

Все кончено – глаза застлал туман

Земля плывет – колышется. Дай руку

Прости навек.

 

Аббат

 

Как холодна рука!

О, вымолви хоть слово покаянья!

 

Манфред

 

Старик! Поверь, смерть вовсе не страшна!

 

(Умирает.)

Аббат

 

Он отошел – куда? – страшусь подумать

Но от земли он отошел навеки.

 

Альфред Теннисон
Годива

 

 

Я в Ковентри ждал поезда, толкаясь

В толпе народа по мосту, смотрел

На три высоких башни – и в поэму

Облек одну из древних местных былей.

 

Не мы одни – плод новых дней, последний

Посев Времен, в своем нетерпеливом

Стремленье вдаль злословящий Былое, –

Не мы одни, с чьих праздных уст не сходит

Добро и Зло, сказать имеем право,

Что мы народу преданы: Годива,

Супруга графа Ковентри, что правил

Назад тому почти тысячелетье,

Любила свой народ и претерпела

Не меньше нас. Когда налогом тяжким

Граф обложил свой город и пред замком

С детьми столпились матери, и громко

Звучали вопли: "Подать нам грозит

Голодной смертью!" – в графские покои,

Где граф, с своей аршинной бородой

И полсаженной гривою, по залу

Шагал среди собак, вошла Годива

И, рассказав о воплях, повторила

Мольбу народа: "Подати грозят

Голодной смертью!" Граф от изумленья

Раскрыл глаза. "Но вы за эту сволочь

Мизинца не уколете!" – сказал он.

"Я умереть согласна!" – возразила

Ему Годива. Граф захохотал,

Петром и Павлом громко побожился,

Потом по бриллиантовой сережке

Годиву щелкнул: " Россказни!" – "Но чем же

Мне доказать?" – ответила Годива.

И жесткое, как длань Исава, сердце

Не дрогнуло. "Ступайте, – молвил граф, –

По городу нагая – и налоги

Я отменю", – насмешливо кивнул ей

И зашагал среди собак из залы.

 

Такой ответ сразил Годиву. Мысли,

Как вихри, закружились в ней и долго

Вели борьбу, пока не победило

Их Состраданье. В Ковентри герольда

Тогда она отправила, чтоб город

Узнал при трубных звуках о позоре,

Назначенном Годиве: только этой

Ценою облегчить могла Годива

Его удел. Годиву любят, – пусть же

До полдня ни единая нога

Не ступит на порог и ни единый

Не взглянет глаз на улицу: пусть все

Затворят двери, спустят в окнах ставни

И в час ее проезда будут дома.

 

Потом она поспешно поднялась

Наверх, в свои покои, расстегнула

Орлов на пряжке пояса – подарок

Сурового супруга – и на миг

Замедлилась, бледна, как летний месяц,

Полузакрытый облачком… Но тотчас

Тряхнула головой и, уронивши

Почти до пят волну волос тяжелых,

Одежду быстро сбросила, прокралась

Вниз по дубовым лестницам – и вышла,

Скользя, как луч, среди колонн, к воротам,

Где уж стоял ее любимый конь,

Весь в пурпуре, с червонными гербами.

 

На нем она пустилась в путь – как Ева

Как гений целомудрия. И замер,

Едва дыша от страха, даже воздух

В тех улицах, где ехала она.

Разинув пасть, лукаво вслед за нею

Косился желоб. Тявканье дворняжки

Ее кидало в краску. Звук подков

Пугал, как грохот грома. Каждый ставень

Был полон дыр. Причудливой толпою

Шпили домов глазели. Но Годива,

Крепясь, все дальше ехала, пока

В готические арки укреплений

Не засняли цветом белоснежным

Кусты густой цветущей бузины.

 

Тогда назад поехала Годива –

Как гений целомудрия. Был некто,

Чья низость в этот день дала начало

Пословице: он сделал в ставне щелку

И уж хотел, весь трепеща, прильнуть к ней,

Как у него глаза оделись мраком

И вытекли, – да торжествует вечно

Добро над злом. Годива же достигла

В неведении замка – и лишь только

Вошла в свои покои, как ударил

И загудел со всех несметных башен

Стозвучный полдень. В мантии, в короне

Она супруга встретила, сняла

С народа тяжесть податей – и стала

С тех пор бессмертной в памяти народа.

 

27. VI.06

 

Адам Мицкевич
Из "Крымских сонетов"

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.006 сек.)