АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ПЕРЕХОД НА ЗЕЛЕНУЮ ЭНЕРГИЮ

Читайте также:
  1. F12 - для перехода между окнами формы и кода программы.
  2. II. Учет продажи продукции в случае момента перехода права собственности, отличного от момента отгрузки продукции покупателю
  3. III. Категория переходности – непереходности глагола
  4. А) Фіксована частина прибутку, що переходить у розпорядження власників акцій
  5. Анализ переходных процессов.
  6. Береславский пишет, что матери — родовые упыри — сосут энергию у своих детей, насилуют их физически и духовно
  7. БОЛЬШИЕ ПЕРЕХОДЫ
  8. Вопрос. С чем связан процесс перехода ребенка от свободного манипулирования вещами к предметной деятельности?
  9. Врата Перехода. Божественное со-Чувствование.
  10. Выражение концентрации растворов в единицах нормальности, молярности и моляльности. Взаимный переход от одних видов выражения концентрации к другим.
  11. ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ТИПЫ ЗОН ПЕРЕХОДА ОТ ОКЕАНА К МАТЕРИКАМ
  12. ГЛАВА 10. МЕГАРЕЛЬЕФ ГЕОСИНКЛИНАЛЬНЫХ ОБЛАСТЕЙ (ПЕРЕХОДНЫХ ЗОН)

В 2000 и 2001 гг. в Европе уже всерьез обсуждалось увеличение доли возобновляемых источников в энергетическом балансе до 20% к 2020 г. Это означает, что к концу второго десятилетия XXI века 30% электроэнергии должно поступать из зеленых источников. Столп первый — 20%-ная доля возобновляемых источников энергии — стал целевым показателем.

Переход на новую систему возобновляемых источников энергии происходит намного быстрее, чем кто-либо мог предположить еще несколько лет назад. Рыночные цены на традиционное ископаемое топливо и уран растут по мере истощения этих источников энергии. Стоимость их использования становится все выше в результате выбросов углекислого газа с их катастрофическими последствиями для климата планеты и существующих на Земле экосистем.

Тем временем цены на новую зеленую энергию быстро падают вследствие технологических прорывов, распространения и экономии масштаба. Ожидается, что стоимость электроэнергии от солнечных батарей будет снижаться на 8% в год и сокращаться в два раза каждые восемь лет [3]. При умеренном росте тарифов на электроэнергию на 5% в год солнечная энергетика должна по расчетам достичь сетевого паритета на всех европейских рынках к 2012 г. (при сетевом паритете стоимость электроэнергии из альтернативных источников равна или ниже стоимости электроэнергии из традиционных источников — тепловых электростанций на ископаемом топливе и атомных электростанций) [4].

Увеличение разрыва между растущей стоимостью энергии из старых источников на основе ископаемого топлива и снижающейся стоимостью энергии из возобновляемых источников создает базу для переворота в глобальной экономике и появления новой экономической парадигмы XXI века. Расширение коммерческого применения солнечной и ветровой энергии напоминает поразительный рост использования персональных компьютеров и Интернета. Первые персональные компьютеры появились на массовом рынке в конце 1970-х гг., а к 2008 г. их насчитывалось уже более миллиарда [5]. Число пользователей Интернета более чем удвоилось за первое десятилетие XXI века и в 2010 г. достигло 2 млрд [6]. Число солнечных и ветровых установок удваивается каждые два года и, похоже, пойдет в следующие два десятилетия по той же траектории, по которой нарастало использование персональных компьютеров и Интернета [7].



Вместе с тем старая энергетическая индустрия не спешит сдавать позиции благодаря прежде всего толстым кошелькам, которые обеспечивают ей влияние на формирование государственной энергетической политики. Субсидии со стороны государства и прочие формы протекционизма искусственно поддерживают стареющий энергетический сектор, давая ему несправедливое преимущество перед зеленой энергетикой. Хотя в нефтяном, угольном, газовом и атомном сегментах и признают со скрипом перспективность зеленых источников энергии, там считают их слишком нестабильными, чтобы стать основой глобальной экономики. В лучшем случае они рассматриваются как дополнение к энергетике на основе ископаемого топлива и атомных станций. Такие аргументы, однако, не выдерживают критики.

Ученые отмечают, что солнечный свет всего за час приносит на Землю столько энергии, что ее хватит для функционирования глобальной экономики на протяжении целого года [8]. В странах ЕС 40% крыш и 15% стен зданий пригодны для размещения солнечных батарей. По оценкам Европейской ассоциации фотоэлектрической промышленности, установка солнечных батарей на всех доступных поверхностях зданий позволит генерировать 1500 ГВт электроэнергии и покрыть 40% потребности ЕС в электричестве [9].

В 2007 г. в отчете об исследовании, опубликованном в журнале Scientific American, сообщалось, что преобразование в электричество всего 2,5% солнечного излучения, падающего на юго-западный регион США, позволило бы удовлетворить потребности в электроэнергии всей страны в 2006 г. По заключению исследователей этот регион может к 2050 г. покрывать 69% потребности США в электричестве и 35% общей потребности в энергии [10].

Европа на текущий момент далеко опережает остальной мир по использованию солнечной энергии. В 2009 г. на нее приходилось 78% мощности всех установленных фотоэлектрических преобразователей, что намного превышает доли Японии, США и Китая [11].

‡агрузка...

В 2009 г. в ЕС по темпам развития доминировала ветроэнергетика — ее доля во вновь установленных источниках альтернативной энергии составила 38%. Эта индустрия, в которой сейчас занято почти 200 000 работников, дает 4,8% электроэнергии. По прогнозам, она будет поставлять на европейский рынок около 17% электроэнергии к 2020 г. и 30% к 2030 г., когда в ней будет занято почти полмиллиона человек [12].

Ветровые ресурсы США могут многократно перекрыть потребности страны в электроэнергии [13]. В октябре 2010 г. Google и финансовая фирма Good Energies объявили о намерении вложить $5 млрд в строительство подводной линии передачи электроэнергии для морских ветроэлектростанций вдоль 600-километрового отрезка береговой линии от Норфолка в штате Вирджиния до северной части штата Нью-Джерси [14]. Новая магистральная линия передачи энергии поможет восточным штатам ускорить освоение морских ветровых ресурсов и увеличить долю зеленой электроэнергии в энергетическом балансе.

Исследование глобальных ветровых ресурсов, проведенное Стэнфордским университетом, показало, что освоение 20% доступной на планете энергии ветра даст в семь раз больше электроэнергии, чем мир потребляет в настоящее время [15]. В городских и пригородных зонах индивидуальные ветрогенераторы у зданий могут к концу десятилетия стать быстро растущим сегментом рынка зеленой ветроэнергетики, когда миллионы домов, офисов и промышленных площадок начнут обзаводиться собственными генерирующими мощностями. Компании вроде американской Southwest Windpower производят небольшие ветрогенераторы, способные покрывать 20–30% потребностей среднего дома в электроэнергии. Такие ветрогенераторы стоят $15 000–18 000 и окупаются всего за 14 лет.

Гидроэнергетика в настоящее время дает подавляющую часть зеленого электричества в мире. В Европейском союзе гидроэлектростанции имеют суммарную мощность 180 000 МВт и представляют собой главным образом давно действующие крупные предприятия. По мнению отраслевых экспертов, нераскрытым потенциалом обладают небольшие распределенные гидроэнергетические установки. Экономически жизнеспособные электростанции, разбросанные по всей Европе, могут вырабатывать 147 тераватт-часов электроэнергии в год. В Великобритании, по оценкам Агентства по охране окружающей среды, небольшие гидроэлектростанции в будущем смогут обеспечивать энергией 850 000 домов.

В США на гидроэлектростанции приходится 75% всего электричества, получаемого из возобновляемых источников энергии. По прогнозу Научно-исследовательского института электроэнергетики, к 2025 г. прирост мощностей крупных ГЭС, микрогидроэлектростанций и электростанций, использующих энергию океанических волн, составит 23 000 МВт [16].

Тепловая энергия недр Земли — еще один гигантский источник практически неосвоенной зеленой энергии. Температура недр Земли достигает 4000 °С и даже больше, и поток тепловой энергии непрерывно идет к поверхности. В Европе зонами с повышенным тепловыделением являются Италия и Франция. В число других стран, богатых источниками геотермальной энергии, входят Германия, Австрия, Венгрия, Польша и Словакия.

На территории США в поверхностном слое земной коры толщиной 3 км количество геотермальной энергии составляет примерно 3 млн квад[11]. Этого достаточно, чтобы удовлетворять потребности Америки в энергии на протяжении 30 000 лет [17].

Мощность действующих геотермальных энергетических установок в мире увеличилась на 20% в промежутке между 2005 и 2010 гг. Однако из 39 стран, потенциально способных полностью удовлетворять свою потребность в электроэнергии за счет тепла Земли, только в девяти этот вид энергии находит заметное применение [18].

Хотя США лидируют в этой области и мощность геотермальных электростанций составляет там 3086 МВт, потенциал геотермальной энергии огромен. По оценкам Массачусетского технологического института, умеренные вложения на уровне $300–400 млн в течение 15 лет могли бы сделать геотермальные электростанции конкурентоспособными на американском рынке электроэнергии. Государственные и/ или частные инвестиции на уровне $800–1000 млн позволили бы довести их коммерческую мощность до 100 000 МВт к 2050 г. [19]

Биомасса — последний компонент зеленого энергобаланса, который включает в себя топливные культуры, древесные отходы и бытовой мусор. Биомасса является наиболее спорным источником зеленой энергии. Всемирная ассоциация биоэнергетики заявляет, что «мировой потенциал биоэнергетики достаточен для удовлетворения глобальной потребности в энергии в 2050 г.» [20]. Брайан Ханнеган из Научно-исследовательского института электроэнергетики (США) согласен с тем, что биоэнергетика может играть значительную роль в производстве зеленой энергии, однако, отталкиваясь от последних экономических исследований, не верит в ее способность покрыть более 20% глобального спроса на энергию в 2050 г. [21] Из отчетов Совета по защите природных ресурсов (США) следует, что только в США ежегодно остаются неиспользованными 39 млн т пожнивных остатков — этого достаточно для обеспечения электроэнергией всех домов на территории Новой Англии [22].

При производстве биоэнергии необходимо учитывать ряд ограничительных факторов. Так, выращивание кукурузы для получения биоэтанола фактически непродуктивно. Количество энергии, затрачиваемой на получение урожая, его переработку и транспортировку полученного этанола, делает энергетическую ценность конечного продукта практически ничтожной [23].

Главными препятствиями для производства энергии из сельскохозяйственных культур и древесных отходов являются необходимые для этого количества земли и воды, которые могут использоваться более продуктивно для выращивания пищевых и технических культур, а также выбросы парниковых газов, сопровождающие получение биомассы и ее переработку.

Превращение бытового мусора в источник энергии для производства электричества и обогрева — пожалуй, самое перспективное направление использования биомассы. В 2010 г. человечество произвело около 1,7 млрд т твердых бытовых отходов. Более миллиарда тонн отходов завершило свой путь на свалках, и только 0,2 млрд т было использовано в качестве источника энергии, что свидетельствует о значительном потенциале этого источника зеленой энергии. Почти 98% энергии получают сейчас путем сжигания горючих отходов и твердого вторичного топлива, которое негативно влияет на окружающую среду и приводит, помимо прочего, к выбросам опасных газов. Оставшиеся 2% энергии приходятся на менее вредные технологии термической и биологической переработки.

Исследование, проведенное компанией Pike Research, показывает, что глобальный рынок технологий термической и биологической переработки отходов, размер которого составлял $3,7 млрд в 2010 г., вырастет до $13,6 млрд в 2016 г. в результате перехода муниципальных и коммерческих предприятий на новые, более чистые технологии преобразования энергии [24].

Перспективы использования всех этих источников зеленой энергии зависят от их коммерческого масштабирования. Для ускорения процесса правительства вводят разнообразные стимулы, поощряющие переход на зеленую энергию. В настоящий момент более чем в полусотне стран, штатов и провинций действуют так называемые зеленые тарифы, то есть более высокие цены на поставку в энергосеть зеленой электроэнергии из возобновляемых источников [25]. Зеленые тарифы устранили коммерческие барьеры для солнечной и ветровой энергетики и создали благоприятные возможности для выхода первопроходцев на рынок.

Зеленые тарифы к тому же привели к созданию сотен тысяч рабочих мест в последние несколько лет. Например, в Германии в 2003 г. в традиционной энергетике (угольной, нефтяной, газовой и атомной) насчитывалось 260 000 рабочих мест. В 2007 г. в секторе возобновляемой энергетики было 249 300 рабочих мест. Это притом, что доля возобновляемых источников в общем первичном потреблении энергии не превышала 10%. Иными словами, менее чем 10% электроэнергии, производимой возобновляемыми источниками, создали почти столько же рабочих мест, сколько все другие источники энергии, вместе взятые [26].

Испания — другой пример взрывного перехода на возобновляемые источники энергии. В секторе возобновляемой энергетики испанской экономики с его 188 000 рабочих мест и 1027 компаниями занятость в пять раз выше, чем в секторе традиционной энергетики [27].

Даже без зеленых тарифов занятость в американской индустрии возобновляемых источников энергии растет, в отличие от традиционного энергетического сектора, где уровень занятости падает. Только в сегменте ветроэнергетики за последнее десятилетие появилось 80 000 новых рабочих мест — примерно столько же рабочих мест существует в угольной индустрии США. А ведь на ветроэнергетику приходится всего 1,9% в энергобалансе США, в то время как доля угольной энергетики составляет 44,5% [28].

ЭЛЕКТРОСТАНЦИЙ

Европа определилась и сделала ставку на зеленую энергию. Вслед за этим встал вопрос, где добывать солнечную, ветровую и геотермальную энергию, гидроэнергию и энергию биомассы. Первое, что пришло в голову, — отправиться в места, где всегда светит солнце, вроде южной части Европы и Средиземноморья, и построить там гигантские солнечные электростанции. Освоить территории, продуваемые ветрами, вроде побережья Ирландии. А источники гидроэнергии искать в Норвегии и Швеции.

Для энергетических и коммунальных компаний, не говоря уже о банках и правительствах, которые привыкли к ископаемому топливу, сконцентрированному в месторождениях, применение традиционного подхода к возобновляемым источникам энергии казалось разумным. И вот в разных частях Европы, богатых соответствующими ресурсами, стали появляться крупные централизованные солнечные электростанции и ветроэлектростанции.

Однако где-то в 2006 г. некоторым предпринимателям, аналитикам, представителям неправительственных организаций и политикам в глаза бросилась одна простая вещь, которая в конечном итоге коренным образом изменила дискуссию вокруг экологически устойчивой экономической модели. Солнце светит каждодневно во всех уголках Европы, хотя и с разной интенсивностью. Ветер дует во всех частях света, хотя и непостоянно. Куда бы мы ни отправились, в глубинах земли везде есть тепло. Все мы производим мусор, а в сельских районах всегда можно найти сельскохозяйственные культуры и древесные отходы. На морском побережье, где проживает значительная часть нашего населения, волны и приливы наблюдаются каждый день. Жители долин давно используют для получения электроэнергии реки, берущие начало в горных ледниках. Другими словами, в отличие от ископаемого топлива и урана, этих элитарных энергоносителей, которые встречаются только в некоторых районах мира, возобновляемые источники энергии есть везде. Осознание этого факта коренным образом изменило взгляды моих коллег. Если возобновляемые источники энергии являются распределенными и есть в разной мере во всех уголках мира, то зачем эксплуатировать их централизованно в нескольких точках?

Мы поняли, что опирались на устаревшие представления XX века об энергии, отталкивались от прошлого опыта использования ископаемого топлива. Хотя никто из нас не возражал против гигантских ветроэлектростанций и солнечных электростанций (я даже считаю их принципиально важными для перехода к постуглеродной экономике третьей промышленной революции), ограничиваться ими нельзя.

Если возобновляемые источники энергии имеются везде, то как их эксплуатировать? В начале 2007 г. комитеты Европарламента по энергетике и по изменению климата занимались подготовкой отчетов по переходу к следующему этапу обеспечения энергетической безопасности и предотвращения глобального потепления. Мне позвонил Клод Тюрма, ведущий специалист Европарламента по возобновляемым источникам энергии. Он настаивал на вовлечении в нашу работу строительной индустрии. Клод знал, что у меня были связи с некоторыми крупными европейскими и американскими строительными компаниями, которые работали над созданием экологически дружественных зданий, и что я продвигаю идею превращения домов в мини-электростанции. Он подчеркивал, что строительную индустрию нельзя упускать из виду — ведь это крупнейший в ЕС работодатель и сектор, представляющий 10% ВВП [29]. По мнению Клода, она вполне могла стать ключевым союзником и противовесом крупным энергетическим компаниям, которые постоянно чинят препятствия реализации зеленого законодательства и политики экологически устойчивого развития на уровне Еврокомиссии и отдельных членов ЕС.

Если смотреть на вещи с точки зрения экономики, то именно строительство порождает деловую активность и создает новые рабочие места. В 27 странах — членах ЕС насчитывается 190 млн зданий [30]. Каждое из них является потенциальной мини-электростанцией, которая может использовать доступные возобновляемые источники энергии — солнечное излучение, попадающее на крышу, энергию ветра, обдувающего стены, энергию потока сточных вод, выходящих из дома, тепловую энергию недр под зданием и т.д.

Если первая промышленная революция привела к появлению городов с плотной застройкой, многоквартирных домов, таунхаусов, небоскребов и многоэтажных фабрик, вторая промышленная революция — к появлению промзон и пригородных жилых зон, то третья промышленная революция приведет к превращению каждого существующего дома в здание двойного назначения — в жилище и мини-электростанцию. Это и есть второй столп.

В настоящее время строительная индустрия и сектор недвижимости работают совместно с компаниями возобновляемой энергетики над проблемой превращения зданий в мини-электростанции, которые будут обеспечивать эти здания зеленой энергией. Такой мини-электростанцией стала, например, фабрика компании Frito-Lay в Каса-Гранде, штат Аризона. Концепция получила название «нулевого энергобаланса». Фабрика получает всю необходимую для приготовления чипсов энергию от концентраторов солнечной энергии, установленных на ее территории [31]. На крыше завода GM в исторической области Арагон, Испания, установлена солнечная электростанция мощностью 10 МВт, что достаточно для обеспечения электроэнергией 4600 домов. Первоначальные вложения в размере $78 млн должны окупиться менее чем за 10 лет, после чего электроэнергия будет практически бесплатной [32]. Во Франции при строительстве гигантского офисного комплекса промышленной группы Bouygues был сделан еще один шаг в направлении использования зеленой энергии. Солнечная электростанция этого комплекса в пригороде Парижа не только обеспечивает все внутренние потребности, но и генерирует избыточную электроэнергию [33]. Возможность превратить свой дом в мини-электростанцию есть теперь даже у домовладельцев. Примерно за $60 000 домовладелец может установить на крыше солнечные батареи, которые будут давать достаточно электроэнергии для покрытия всех или почти всех бытовых нужд. Избыток электроэнергии можно отдавать за плату в общую электросеть. Чтобы такая установка окупилась, требуется от 4 до 10 лет.

Через 25 лет миллионы зданий — жилых домов, офисных комплексов, торговых центров, фабрик и заводов — будут служить не только в качестве крыши над головой, но и как мини-электростанции. Массовая реконструкция коммерческих и жилых зданий и их переоборудование в мини-электростанции в течение следующих трех десятилетий приведут к строительному буму (созданию тысяч новых компаний и миллионов новых рабочих мест), экономический эффект которого отразится на всех других отраслях.

Как все это будет выглядеть на местном уровне? В Великобритании, например, по оценкам правительства Кэмерона, простая теплоизоляция кровли 26 млн домов для повышения энергоэффективности и подготовки к использованию зеленой энергии может привести к созданию 250 000 рабочих мест [34].

Превращение домов в мини-электростанции откроет еще более разнообразные деловые возможности, а вместе с ними и перспективу появления десятков миллионов рабочих мест. Приведу реальный пример возникновения новых коммерческих возможностей в сфере строительства и недвижимости. В 2008 г. моя группа по глобальной политике обсуждала с Раффаэле Ломбардо, президентом Сицилии, пути адаптации экономики острова к третьей промышленной революции. Пятимиллионное население Сицилии жило сравнительно бедно по западноевропейским меркам, но при этом располагало бесценным ресурсом — избытком солнечной энергии. Исследование, инициированное региональными властями, показало, что установка солнечных батарей всего на 6% поверхности крыш в течение следующих двух десятилетий даст острову 1000 МВт генерирующих мощностей. Этого достаточно для удовлетворения потребностей трети населения Сицилии в электроэнергии. В ходе исследования были также идентифицированы 36 000 местных малых и средних строительных компаний, архитектурных и проектно-конструкторских фирм, которые могут участвовать в установке солнечных батарей. Таким образом, частичный переход на экономику третьей промышленной революции должен за двадцатилетний период привести к созданию рынка объемом €4–5 млрд и принести дополнительные доходы в размере €35 млрд малому и среднему бизнесу, а также сицилийским семьям [35].

Зеленый тариф в Италии дает существенный коммерческий импульс для быстрого запуска процесса. Расходы на эту льготу перекладываются на население, для которого тарифы за электроэнергию повышаются на 5%. Пока солнечная энергетика по большей части развивается путем строительства крупных солнечных электростанций, проектам, связанным с распределенным генерированием электроэнергии, уделяется значительно меньше внимания. Положение вещей может, однако, измениться, если правительство начнет кредитовать малый и средний бизнес, а также домовладельцев и поддерживать их при установке солнечных батарей.

Ускорить реконструкцию зданий может и зеленая ипотека. Банки и другие кредитные организации могут, например, брать более низкий процент с компаний и домовладельцев, устанавливающих солнечные батареи. Если считать, что эти батареи окупаются за 8–9 лет в результате сокращения платы за электроэнергию, то компании и домовладельцы, получившие 20-летний ипотечный кредит, будут обеспечивать себя бесплатным электричеством в оставшиеся 11 или 12 лет. Ежемесячная экономия на счетах за электричество может идти на уплату ежемесячного платежа по кредиту и служить базой для сокращения процентной ставки. Преобразование здания в электростанцию приведет, в свою очередь, к повышению стоимости этого объекта недвижимости. Некоторые банки уже предлагают специальные зеленые ипотечные кредиты. В будущем зеленая ипотека наверняка приведет к реструктуризации ипотечного кредитования как бизнеса и будет способствовать началу строительного бума по всему миру.

Теперь отступим подальше и посмотрим со стороны на макроэффект повышения энергоэффективности зданий и их оборудования возобновляемыми источниками энергии. Исследователи из группы по энергии и ресурсам и из Школы бизнеса Хааса при Калифорнийском университете в Беркли разработали аналитическую модель создания рабочих мест в энергетическом секторе в 2009–2030 гг. Данные для нее были почерпнуты из 15 независимых научных работ по повышению энергоэффективности и установке и обслуживанию возобновляемых источников энергии в зданиях на территории США. Модель учитывала широкий набор переменных, включая сокращение рабочих мест в других частях энергетического сектора в результате повышения энергоэффективности и перехода на возобновляемые источники энергии, косвенное создание рабочих мест в результате повышения расходов работников, мультиплицирующее воздействие начала экономической деятельности на другие коммерческие предприятия. Это исследование показывает, что «сокращение годового темпа роста выработки электроэнергии в два раза и установление доли возобновляемых источников в портфеле генерирующих мощностей энергокомпаний на 30%-ном уровне (так называемый стандарт использования возобновляемых источников энергии) приведет к созданию в совокупности около 4 млн рабочих мест к 2030 г.» [36]. Если стандарт использования возобновляемых источников энергии поднять до 40% (некоторые регионы уже достигли 60%-ной доли, а к 2030 г. многие превзойдут и этот уровень), то общее число новых рабочих мест в США превысит 5,5 млн.

Как будет показано дальше, эти оценки числа новых рабочих мест получены с учетом только первого и второго столпов, то есть перехода на возобновляемые источники энергии и превращения зданий в мини-электростанции, и не принимают во внимание аккумулирование энергии, создание интеллектуальной энергосети и перевод автотранспортного парка на электромобили, заряжаемые от сети, и автомобили на топливных элементах. Если уж говорить об аналогиях, то упомянутый выше прогноз создания рабочих мест напоминает сделанный еще в доинтернетовскую эпоху прогноз увеличения занятости за два десятилетия в результате ИТ-революции. Взаимодействие всех пяти столпов третьей промышленной революции даст экономике новую нервную систему, приведет к качественному скачку в сфере энергоэффективности и откроет новые возможности для создания бизнеса и рабочих мест.

После векового доминирования крупных энергетических компаний в экономике, не говоря об их влиянии на внутреннюю политику государств и геополитику, у нас появился новый план демократизации производства и распределения энергии через создание миллионов небольших энергетических предприятий. Как заметил один обозреватель, мы наконец-то пришли к «энергии для людей».


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.01 сек.)