АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА

Читайте также:
  1. А) ВЛАСТЬ ГОСУДАРЯ
  2. Разграбление и разорение Константинополя. - Назначение латинского императора. - Раздел Греческой империи между победителями
  3. Теория доказательств в Уставе уголовного судопроизводства императора Александра II.
  4. ТОЛПА УМНЕЕ И ПОСТОЯННЕЕ ГОСУДАРЯ

Законодательство Древней Руси Том 1

Законодательство периода образования и укрепления

Русского централизованного государства

Том 2

Акты Земских соборов Том 3

Законодательство периода становления абсолютизма Том 4

Законодательство периода расцвета абсолютизма Том 5

Законодательство первой половины XIX века. Том 6

Документы крестьянской реформы Том 7

Судебная Реформа Том 8

Законодательство эпохи империализма

В буржуазно-демократических революций

Том 9

Законодательство^ первой половины XIX века Том 6

Ответственный редактор тома

доктор юридических наук, профессор

О. И. Чистяков

Законодательство о правовом статусе населения

Законодательство о государственных учреждениях

Уголовное законодательство

67.3 Р76

ВВЕДЕНИЕ

Введение

Рецензенты:

Сектор истории государства,

права и политических учений

Института государства и права АН СССР,

старший научный сотрудник

Института истории СССР АН СССР

Г. И. Щетинина

«Л

1203010000-009 012(01)-88

- подписное

ISBN 5—7260—0154—0 (Т. 6) ISBN 5—7260—0009—9

Издательство «Юридическая литература», 1988

ороткое и противоречивое царствование Павла I шло к своему трагическому концу. Последний дворцовый перево­рот завершал традицию века XVIII и открывал новый век, которому будут свойственны уже не дворцовые, а более серьезные перевороты — экономические, социальные, полити­ческие. Вырастал новый век, однако, из старого. Противоречия, порожденные общественным развитием ранее, теперь развора­чивались с новой силой. И главное противоречие вытекало из назревающих формационных изменений. Феодализм все боль­ше показывал свою экономическую несостоятельность. Кризис феодально-крепостнической системы хозяйства, обнаруживший­ся еще в предыдущий период, теперь становится всеобъемлю­щим, охватывая все важнейшие сферы экономики.

В промышленности крепостная мануфактура не выдержива­ет конкуренции с капиталистической мануфактурой, вооб­ще — с буржуазной организацией производства. Капитализм обеспечивает неизмеримо большую производительность труда и работает с необычайной гибкостью и изворотливостью в сложных условиях, когда ему препятствуют все устои феода­лизма, прежде всего крепостничество, мешающее привлекать в производство рабочую силу и сужающее внутренний рынок. Буржуазное производство одерживает победу за счет примене­ния наемного труда и введения машин. Мануфактура сменяет­ся фабрикой. В России начинается промышленный переворот. С 1825 по 1860 год число крупных предприятий обрабаты­вающей промышленности и занятых в ней рабочих возросло втрое. И не случайно — именно в этой отрасли к 1860 году 4/5 рабочих были уже наемными, в то время как во всей про­мышленности доля крепостных рабочих составляла еще 44%'.

Наемный труд стимулирует повышение производительности заинтересованного в результатах производства работника, а применение машин экономит рабочую силу, столь дефицитную в условиях феодализма, крепостничества. Попытки же приме­нения машин в крепостной промышленности наталкиваются на низкий профессиональный уровень крепостного рабочего, а главное — на его нежелание работать, поскольку он заинтере­сован не в повышении производительности, а в экономии свое-

См.: История СССР с

древнейших времен

до наших дней. М.,

1969, т. IV,

с. 218, 248.

Законодательство

первой половины

XIX века

См.: Буганов В. И., Преображен­ский А. А., Тихонов Ю. А.

Эволюция

феодализма в

России. М, 1980,

с. 153.

См.: Гернет М. Н.

История царской

тюрьмы. М., 1960,

т. 1, с. 70—75.

го труда, попросту говоря — в том, чтобы работать как можно меньше.

Нарушение закона обязательного соответствия производ­ственных отношений характеру и уровню производительных сил становится заметным и в сельском хозяйстве. В XIX ве­ке Западная Европа все более нуждается в русском хлебе. С 1831 по 1860 год среднегодовой вывоз хлеба из России уве­личился с 18 млн. до 69 млн. пудов. При этом растет и вну­тренний рынок: сбыт хлеба на нем в 9 раз превышает эк­спорт. Между тем урожайность зерновых в начале века соста­вляла в среднем сам-2,5, т. е. существенно не отличалась от той, что была века назад.

Помещики разнообразными средствами пытаются увеличить товарность своих имений. Одни это делают путем все больше­го нажима на крестьянина. Например, в «образцовом» име­нии графа Орлова-Давыдова было издано специальное уложе­ние, строго регламентировавшее жизнь крепостного крестья­нина. Этот вотчинный «закон» предусматривал сложную си­стему наказаний за нерадение крестьян к работе и даже за невступление в брак в положенные сроки (ведь помещику нужно постоянное пополнение рабочей силы)3. Другие по­мещики пытаются повысить доходность своих имений путем нововведений. Но и они не дают успеха. Нововведения терпят крах из-за той же незаинтересованности крестьянина в своем труде.

Всесторонний нажим на крестьянина лишь усиливает его классовое сопротивление. После некоторого затишья в самом начале века ширятся крестьянские волнения, особенно в опре­деленные моменты. Так, после Отечественной войны 1812 го­да, породившей в крестьянстве определенные иллюзии, подня­лась волна возмущения крестьян, когда их надежды на облег­чение своей участи не оправдались. Новая волна крестьянских выступлений прокатилась в связи с вступлением на престол Николая I. Только в 1826 году было зарегистрировано 178 крестьянских выступлений. В конце царствования Николая I число их выросло в 1,5 раза.

Развитие буржуазных отношений в экономике, кризис кре­постнического хозяйства не могли не найти отражения в соци­альной структуре общества. Важнейшим моментом, опреде­ляющим изменения в общественном устройстве в этот период, является замена основных классов феодального общества ос­новными классами буржуазного общества — капиталистами и наемными рабочими, буржуазией и пролетариатом. Формиро­вание новых классов, как и ранее, идет за счет разложения старых. Буржуазия складывается главным образом за счет купечества и верхушки крестьянства, сумевшей тем или иным путем разбогатеть. Значительная часть ивановских фабрикан­тов, например, вышла из среды разбогатевших крепостных, которые эксплуатировали десятки тысяч собственных одно­сельчан. Российская буржуазия первой половины XIX века, растущая количественно и богатеющая, оставалась, однако,

слабой политической силой. Во всяком случае она, как и в предыдущие века, не помышляла еще о политической власти. Революционной силой российская буржуазия не была. Ею в России XIX века стали декабристы. Опираясь на идеи

A. Н. Радищева и западных мыслителей, преимущественно французских, они исходили, однако, не из умозрительных конструкций, а из назревших потребностей русской действи­тельности. Будучи дворянскими революционерами, они тем не менее выдвигали лозунги, носившие буржуазный харак­тер, — ликвидацию крепостничества и самодержавия.

B. И. Ленин называл декабристов первым поколением русских революционеров4.

За счет разложения старых классов складывался и пролета­риат. Он образовался из ремесленников и городских низов, но основным источником его было опять же крестьянство. Помещики, главным образом нечерноземных губерний, часто отпускали своих крестьян на заработки под условием уплаты оброка. Эти крестьяне поступали на фабрики и заводы и экс­плуатировались как наемные рабочие. Широкое распростране­ние имела и другая форма капиталистической организации производства, когда предприниматель раздавал работу по крестьянским избам, не заботясь, таким образом, ни о поме­щении, ни об оборудовании. Крепостной крестьянин становил­ся рабочим, даже не замечая этого.

Формирование новых общественных классов порождало и принципиально новые классовые антагонизмы, борьбу труда с капиталом. Уже в 30—40-е годы возникает рабочее движение. Царизму приходится учитывать новый фактор в своей поли­тике: в 1835 и 1845 годах издаются первые законы о труде, в ничтожной мере, но все же ограждающие элементарные права рабочих.

Образование новых классов происходило в рамках прежней сословной системы. Деление общества на сословия оставалось в принципе незыблемым. Несмотря на все сдвиги в экономи­ке, правовое положение отдельных групп населения было прежним. Однако пришлось сделать маленькую уступку креп­нущей буржуазии: в 1832 году было введено новое состояние в составе сословия городских жителей — почетное граждан­ство. Почетные граждане были неподатным сословием, по своему статусу близким к дворянству. Эта уступка буржуазии имела и цель оградить дворянство от проникновения в него социально чуждых элементов, поскольку замкнутость дворян­ского сословия усиливается. В 1810 году Александр I разре­шил верхушке купечества приобретать у казны населенные земли, специально оговорив, что это не дает, однако, покупа­телю никаких иных дворянских прав6. В то же время еще в 1801 году была запрещена раздача дворянам населенных имений7.

При Николае I принимаются меры к тому, чтобы затруд­нить приобретение дворянства по службе. В 1845 году были резко повышены требования к государственным служащим,

7 Введение

См.: Ленин В. И.

Поли. собр. соч.,

т. 21, с. 261.

См.: История

СССР.., т. IV,

с. 305.

См.: Буганов В. И., Преображен­ский А. А., Тихонов Ю. А. Указ. соч., с. 174.

См.:

Ключевский В. О.

Сочинения. М.,

1958, т. V,

с. 214.

Законодательство

первой половины

XIX века

См История

СССР, т IV,

с 278—279.

См Калнынь В

Очерки истории

государства и

права Латвии в

XI —XIX

веках Рига, 1980,

с 114

См История

СССР, т IV,

с 382

11 См

Зайончков-ский П А Правитель­ственный аппарат самодержавной России в XIX веке М, 1978, с 9

претендующим на дворянство. Для приобретения потомствен­ного дворянства теперь нужно было дослужиться до штаб-офицерского звания в армии и до 5-го класса в штат­ской службе. Среди самих дворян было установлено неравно­правие в зависимости от имущественного положения в поль­зу, разумеется, наиболее богатых помещиков В 1831 году был введен порядок, по которому прямо участвовать в дво­рянских выборах могли лишь крупные землевладельцы и кре-стьяновладельцы, средние голосовали лишь косвенным путем.

Экономическое развитие страны, крестьянское движение за­ставили сделать некоторые шаги к ослаблению крепостного права. Даже шеф жандармов Бенкендорф писал царю о необ­ходимости постепенного освобождения крестьян. Однако шаги к этому были настолько робки и незначительны, что суще­ственных изменений в правовое положение крестьянства не внесли. Об этом ярко говорят документы, помещенные в пер­вом разделе настоящего тома. Важно лишь отметить, что в законодательстве о крестьянстве опробовались институты, ко­торые потом будут использованы в крестьянской реформе 1861 года (выкуп земель, «обязанное состояние» и пр.).

Классовое и сословное деление российского общества допол­нялось делением этническим. Россия, с незапамятных времен бывшая полиэтническим государством, в данный период стала еще более многонациональной. В нее входили районы, стояв­шие на разных уровнях экономического развития, и это не могло не отразиться на социальной структуре империи. Вме­сте с тем все вновь вступавшие в Российскую империю терри­тории типологически относились к феодальной формации. Следовательно, классовая и сословная структура их была в принципе однотипной.

Присоединение новых территорий к России означало вклю­чение инонациональных феодалов в общую структуру россий­ских феодалов, а феодально-зависимого населения — в состав эксплуатируемых. Однако такое включение проходило не ме­ханически, а имело определенные особенности. Еще в XVI11 веке царское правительство предоставило все права российско­го дворянства прибалтийским баронам. Больше того, они по­лучили еще и особые привилегии9. Права русских дворян первоначально получили и польские феодалы. Приобрели их и молдавские бояре в Бессарабии. В 1827 году такие права получили грузинские дворяне10. В XIX веке, как и раньше, на государственную службу принимались лица вне зависимо­сти от их национальной принадлежности. В формулярных списках чиновников даже не было графы о националь­ности".

Что касается трудящихся, то инонациональные крестьяне имели даже определенные преимущества перед великорусски­ми. В Прибалтике раскрепощение крестьян было проведено раньше, чем в Центральной России. Личная свобода сохрани­лась за крестьянами Царства Польского и Финляндии. Мол-

давским крестьянам было предоставлено право перехода. В Северном Азербайджане царское правительство конфисковало земли непокорных феодалов, составлявшие 3/4 всех земель­ных владений края. При этом крестьяне, жившие на таких землях, освобождались от повинностей своим прежним феода­лам и переходили на положение казенных крестьян. Права казенных крестьян получили и казахи, им даже было разре­шено переходить в другие сословия. Было запрещено рабство, имевшее место в Казахстане. Казахское население было осво­бождено от рекрутчины, тяжким гнетом давившей русских крестьян.

Что касается господ, то их интересы чем дальше, тем боль­ше начинают сталкиваться с интересами русских феодалов, а это порождает определенную волну местного национализма. Правда, царизм вел довольно гибкую политику по отношению к инонациональным феодалам, стараясь привлечь их на свою сторону, и в большинстве случаев это ему удавалось.

9 Введение

См История

государства и

права Казахской

ССР Алма-Ата,

1982, ч 1, с Ю6—107.

Внутреннее развитие России проходило в сложной и проти­воречивой международной обстановке. Крупнейшим внешнепо­литическим событием периода, да и всего XIX века, была Отечественная война 1812 года. Вызванная стремлением Наполеона к гегемонизму, к мировому господству, она не только сокрушила наполеоновскую Францию, но и перекрои­ла политическую карту Европы. Россия, вынесшая на своих плечах основную тяжесть войны, конечно, не могла не при­обрести в результате победы определенных политических преимуществ. Однако они были неравноценны ее вкладу в войну.

В течение данного периода Россия имела, разумеется, не только успехи на внешнеполитической арене. Тем не менее общим итогом внешнеполитических усилий России явилось заметное расширение ее территории, важное не только по раз­мерам, но и по характеру присоединенных районов. В общем территория Российской империи увеличилась примерно на 20%, а население достигло 70 млн. человек13. В первой по­ловине XIX века изменились северо-западная, западная, юж­ная и юго-восточная границы России.

Начатая в 1808 году война с давним соперником России — Швецией после нескольких неудач завершилась в 1809 году подписанием мира в Фридрихсгаме, по которому к России отошла Финляндия. Это существенно укрепило позиции Рос­сии на Балтийском море, прикрыло ее столицу, на протяже­нии столетия стоявшую, по существу, на границе империи.

Война с другим давним противником — Турцией закончи­лась в мае 1812 года, как раз накануне нападения на Россию Наполеона, Бухарестским договором, по которому к России отходила Бессарабия и участок черноморского побережья Кавказа с городом Сухуми. Присоединение Бессарабии к Рос-

См История СССР, т IV,

с 357

Законодательство

первой половины

XIX века

См.:

Киняпина Н. С.

Внешняя политика

России первой

половины

XIX века.

М, 1963, с. 40.

См.: Ленин В. И.

Поли. собр. соч.,

т. 19, с. 128.

сиискои империи означало воссоединение в ее пределах всего молдавского народа.

По решению Венского конгресса, завершившего победу над Наполеоном, большая часть герцогства Варшавского, создан­ного императором французов из отобранных у Пруссии поль­ских земель, была передана России. Еще раньше, по Тиль-зитскому договору Александра I с Наполеоном, к России отошла от Пруссии польская Белостокская область.

Расширились пределы Российской империи и на Кавказе. Еще в 1783 году по Георгиевскому трактату Восточная Гру­зия отдалась под покровительство России. Однако Россия не смогла уберечь ее от иранского завоевания в 1795 году. В са­мом начале XIX века карталино-кахетинский царь Георгий XII, подобно его отцу Ираклию II, добился вновь включения Восточной Грузии в состав России. Вслед за тем к Россий­ской империи была присоединена и Западная Грузия: в 1804 году — Мегрелия и Имеретия, а в 1810 году — Гурия.

В начале XIX века к России по Гюлистанскому договору был присоединен также Северный Азербайджан. В 1828 году были присоединены Эриванское и Нахичеванское ханства, из которых затем была образована Армянская область.

В первой половине XIX века в состав Российской империи вошел весь Казахстан.

Продолжала развиваться тенденция к инкорпорации при­соединенных и присоединившихся к России территорий. Тем не менее существовали районы, имевшие особый правовой ста­тус, причем достаточно вольный, но, разумеется, в феодаль­ных формах.

Широкое самоуправление имела в составе Российской импе­рии Финляндия. С-кав частью России, она не только ничего не потеряла, но и впервые в своей истории приобрела госу­дарственность, хотя и с определенными ограничениями. Эти льготы были обусловлены исторической обстановкой, в кото­рой произошло присоединение и дальнейшее развитие Фин­ляндии. Финляндия вошла в состав России не без поддержки определенных кругов финского общества, компенсацией за что и стало самоуправление. Царское правительство, кроме того, не хотело иметь под боком у столицы очаг недовольства. На­против, оно было заинтересовано в том, чтобы подходы к Пе­тербургу с запада и севера-запада охранялись в спокойных условиях. Да самоуправление Финляндии и не было источни­ком особого беспокойства для царизма, этот край не причи­нял царскому правительству столько хлопот, как, скажем, Польша или Кавказ. В. И. Ленин отмечал давление на царя и западноевропейских кругов15.

Правовой статус Финляндии в составе Российской империи был предметом споров между дореволюционными государ-ствоведами. Так или иначе, но Финляндия в составе империи обладала атрибутами государственности. Она официально именовалась Великим княжеством, имела органы власти, в том числе и сейм, правда, не собиравшийся с 1809 по 1863

год. В Финляндии действовала независимая от России судеб­ная и правовая система. В 1813 году был выработан даже проект конституции Финляндии, однако силу закона он не получил. Конечно, титул великого князя финляндского пе­решел к императору России, а в Финляндии его особу пред­ставлял генерал-губернатор. Больше всего взаимоотношения Финляндии с Российской империей походили на классиче­скую феодальную систему персональной унии. Финляндия по­лучила даже особый таможенный статус. Она смогла с выго­дою для себя торговать как с Западом, так и с Россией. Между Финляндией и Россией в 1811 году была восстановле­на таможенная граница, создавшая льготный режим для фин­ской буржуазии17. Эти и другие обстоятельства привели к тому, что экономика Финляндии, особенно ее отсталых во­сточных районов, в составе Российской империи резко пошла в гору.

Другим национальным районом, обладавшим первоначально широким государственно-правовым статусом, была Польша, получившая после присоединения к России герцогства Вар­шавского имя Царства Польского. По мнению современных польских исследователей, статус Польши в составе Российской империи после 1815 года можно определить как личную унию18.

Царство Польское получило конституцию, которой Алек­сандр I даже присягнул, что создало своеобразное положение, когда самодержавный в империи монарх стал ограниченным в ее части. Конституция Царства Польского была более либе­ральной, чем конституция герцогства Варшавского, дарован­ная ему Наполеоном. Она вообще была наиболее либеральной из конституций тогдашней Европы. В Центральной Европе Польша была единственным государством, обладавшим парла­ментом, избираемым прямыми выборами всеми общественны­ми классами, хотя и с незначительным участием крестьян. В Царстве Польском была сохранена своя армия, в качестве официального государственного языка выступал польский, ор­ганы власти формировались, как правило, из поляков. Суще­ствовал герб царства Польского19. Католическая религия была объявлена пользующейся «особым покровительством правительства». Сохранилось гражданское законодательство, введенное в герцогстве Варшавском в 1808 году по образцу Кодекса Наполеона.

Правда, на практике отнюдь не все положения польской конституции соблюдались, что явилось одной из причин вос­стания 1830—1831 годов. Однако восстание привело к потере и существовавших вольностей. Уния сменилась инкорпорацией. Был упразднен сейм. Правовое положение края стало опреде­ляться Органическим статутом, изданным Николаем I в 1832 году. Из государства Царство Польское превратилось в про­винцию, даже ее административное деление изменилось: вме­сто воеводств, были учреждены губернии (в 1857 году).

Прибалтика была инкорпорирована еще в XVIII веке. В

11 Введение

См.:

Киняпина Н. С. Указ. соч., с. 56.

См.: Корнилов Г. Д.

Русско-финляндские таможенные отношения в конце

XIX — начале

XX века. Л., 1971,

с. 51.

См.: Бардах Ю.,

Леснодорский Б.,

Пиетрчак М.

История

государства и

права Польши. М.,

1980, с. 331.

19 См. там же,

с. 336.

данный период она делилась на три губернии — Эстлянд-

-Законодательство СКуЮ Лифляндскую и Курляндскую, объединенные одним ге-

первои половины XIX века

См.: Калнынь В. Указ соч., с. 120

И Др.

нерал-губернаторством. Управление Остзейским краем строи­лось на общеимперских началах, однако здесь были и свои особенности, преимущественно в организации сословного уп­равления и суда. Для Прибалтики был издан даже свод мест­ных узаконений, гарантирующих древние привилегии дворян­ства, мещанства, духовенства20.

Включение всех молдавских земель в состав Российской им­перии, воссоединение в ее пределах всего молдавского народа не привело, однако, в это время к воссозданию молдавской государственности. Больше того, молдавские земли были раз­делены между разными административными единицами, а молдавское население смешано в одной единице с инонацио­нальным. И все же Бессарабия, где проживало компактное большинство молдаван, получила особый правовой статус. Он не предполагал элементов государственности, но давал мест­ному населению (разумеется, феодалам) определенные права в управлении краем.

Финляндия, Польша и другие западные районы империи, будучи включены в нее, не стали тем не менее ее колониями. По своему экономическому развитию они стояли на одном уровне с Центральной Россией, их экономика продолжала ус­пешно развиваться и в составе империи. Переселение шло не на вновь присоединенные территории из метрополии, а как раз наоборот — на восток, в глубь России. Западные районы стали не сырьевой, а промышленной базой страны.

По-другому дело обстояло в восточных и юго-восточных районах. С завершением вхождения Закавказья в Российскую империю существовавшая здесь ранее государственность была постепенно упразднена: уже в 1801 —1802 годах на террито­рии Карталинско-Кахетинского царства была образована Гру­зинская губерния, в 1810 году упразднено Имеретинское цар­ство, а в 1828 году — Гурийское княжество. Сохранялись лишь некоторые мелкие феодальные владения (до 1857 го­да— Мегрелия, до 1858 года — Сванетское княжество, до 1864 года — Абхазия). Управление Грузией было вверено ко­мандиру Отдельного Кавказского корпуса, который одновре­менно был «главнокомандующим Грузии». Непосредственное управление Грузией было сосредоточено в Верховном грузин­ском правлении, во главе которого стоял царский генерал, он же помощник главнокомандующего по гражданскому упра­влению.

Государственность в Северном Азербайджане не сохрани­лась. Его территория была разделена на провинции, а по­следние — на магалы. Правда, магальное управление возгла­влялось чиновниками из местных феодалов (во главе провин­ций стояли русские чиновники). Первоначально и в Азер­байджане, подобно Грузии, сохранялись мелкие феодальные владения. Но уже в 1804—1806 годах, в ходе присоединения, были ликвидированы Ганджинское, Бакинское и Кубинское

13 Введение

См.: История

государства и

права Казахской

ССР, ч. 1, с. 88.

ханства. Позднее были упразднены ханства, признавшие сю­зеренитет русского царя: в 1819 году — Шекинское, в -|820 — Ширванское, в 1822 — Карабахское, в 1826 — Та­лы шское.

Сходные процессы происходили и в Казахстане. Однако в силу значительно меньшей развитости этого района они шли медленнее. Сказались, конечно, и необъятные просторы казах­ских степей, и их большая отдаленность от центра империи. Процесс добровольного присоединения Казахстана к России, начатый еще в XVIII веке, завершился переходом Старшего жуза под сюзеренитет русского царя.

Уже в XVIII веке отношения Казахстана с Российской им­перией строились как типично феодальные отношения сюзере­нитета — вассалитета. Современные казахские исследователи видят здесь и протекторат21. Думается, однако, что это не так: протекторат свойствен более поздним, преимущественно буржуазным, государствам. Со временем власть казахских ха­нов все более слабеет. Устанавливается порядок, по которому ханы, избранные местными султанами, должны утверждаться российским правительством. А царь утверждает только угод­ных ему, а значит, более покорных лиц. В XIX же веке хан­ская власть вообще упраздняется. Казахстан включается в об­щую систему управления империи, хотя сохраняет свои суще­ственные особенности, связанные с кочевым хозяйством и ро-доплеменной организацией. При этом единого статуса для разных районов Казахстана установлено не было, западные и восточные его области управлялись на основе различных спе­циальных законов (Устав о сибирских киргизах 1822 года, Положение об управлении оренбургскими казахами 1844 года и др.).

Таким образом, в развитии формы государственного един­ства в данный период можно отметить две взаимосвязанные тенденции: тенденцию к усложнению, вызванную расширени­ем территории империи, и тенденцию к упрощению, обусло­вленную политикой царизма на укрепление централизации, единообразия и в определенной мере — русификации нацио­нальных окраин. При этом архаичные, чисто феодальные формы государственного единства (сюзеренитет — вассалитет, личная уния) сменяются свойственными буржуазному госу­дарству отношениями административной инкорпорации, уни­таризма, хотя процесс этот не будет доведен до конца.

В. И. Ленин в развитии российского государства выделял в качестве самостоятельного период с начала XIX века до 1861 года. Действительно, в это время, особенно в царствование 22

Николая I, абсолютизм достигает своего апогея. Вся власть См.: Ленин В. И. сосредоточивается в руках одного лица — императора всерос- Пб сийского. В Основных законах, открывающих Свод законов Российской империи, идея самодержавия сформулирована чет-

т. 20, с. 121.

Законодательство

первой половины

XIX века

Портрет М М Сперанского

работы В Т ропинина

См Ерошкин Н П

Крепостническое

самодержавие и

его политические

институты(первая

половина

XIX века)

М, 1981, с 29

Архив кн

Воронцова, кн 17,

М, 1880, с. 5.

ко и безапелляционно: «Император Российский есть монарх самодержавный и неограниченный. Повиноваться верховной его власти не только за страх, но и за совесть сам бог пове­левает». По-прежнему, как видим, самодержавие идеологиче­ски обосновывается божественным происхождением. Вместе с тем появляется новая идея — идея законности власти мо-

нарха.

Император в данный период стремился лично вмешиваться даже в мелочи государственного управления. Конечно, такое стремление ограничивалось реальными человеческими возмож­ностями: царь был не в состоянии обойтись без государствен­ных органов, которые проводили бы его желания, его полити­ку в жизнь. Русский посол в Лондоне граф С. Р. Воронцов писал в 1801 году в частном письме: «Страна слишком об­ширна, чтобы государь, будь он хоть вторым Петром Вели­ким, мог все делать сам при существующей форме правления без конституции, без твердых законов, без несменяемых и не­зависимых судов»24.

Разговоры о конституции велись и при Александре I. Были составлены даже два проекта — М. М. Сперанского и Н. Н. Новосильцева. Несмотря на то* что они сочинялись с расчетом ни в коей мере не колебать устои самодержавия, дальше авторских упражнений дело не пошло.

И все же, обходясь без конституции, российские императо­ры не могли обойтись без совершенствования государственно­го аппарата, без приспособления его к нуждам нового време­ни. Развитие государственного механизма в целом характери­зуется в предреформенный период консерватизмом и реакци­онностью. Изменения, в нем происшедшие, невелики и отно­сятся преимущественно к самому началу века, когда молодой Александр I, воодушевляемый кружком аристократов-едино­мышленников, решил провести либеральные реформы. Эти реформы, однако, остановились на учреждении министерств и Государственного совета. Пора либеральных увлечений скоро прошла, сменившись (при Николае I особенно) аракчеевщи­ной и репрессиями.

Учреждением, наиболее ярко отразившим абсолютистский порядок устройства высших органов управления, стала Соб­ственная его императорского величества канцелярия. При Николае I она фактически стояла над всем аппаратом упра­вления. Судьбы государства вершила небольшая группка лю­дей, находившихся в непосредственном подчинении у царя. При Николае I в этой канцелярии было создано шесть отде­лений, права которых почти ие отличались от прав мини­стерств. Особо известно пресловутое Третье отделение, вед­шее борьбу с революционными и вообще прогрессивными на­строениями в обществе. В историю вошло и Второе отделе­ние, проведшее колоссальную работу по систематизации зако­нодательства.

Местное управление не претерпело в данный период суще­ственных изменений. Во главе губерний стояли губернаторы,

на окраинах группы губерний возглавлялись генерал-губерна­торами. Во главе уездов стояли капитан-исправники, осуще­ствлявшие свои функции совместно с нижним земским су­дом, который был не судебным, а полицейским органом. Уезды делились на станы. Для управления казенными кре­стьянами были созданы волости. Во главе волостей стояли волостные правления из волостного головы, старост и писаря.

(//, />ti//t / in

t III,/',/ /tl/ /',ll/i //,/>, I il II lit/ /// '/•<}.)

Законодательство первой половины

XIX

века

См.: Российское

законодательство

X — XX веков, т. 5

с. 170 и ел.

26 См.:

Зайончков-

ский П. А. Указ.

соч., с. 29—31, 34,

40 и др.

27 См.:

Ключевский В. О. Сочинения, т. V, с. 188.

См. там же, с. 226.

См.: Ерошкин Н. П, Указ. соч., с. 33,37

и др.

С. М. Троицкий даже полагал, что

эволюция

феодального

государства в

буржуазное

начинается уже с

XVII века

(См.: Троицкий С. М.

Россия в

XVIII веке.

М., 1982, с. 7).

Не подверглась существенным изменениям и судебная си­стема. Только еще при Павле I была несколько упрощена структура сословных судов, созданная екатерининским Уч­реждением для управления губерний25. Отпало верхнее зве­но трех сословных судов — верхний земский суд, губернский магистрат, верхняя расправа. Нижнее звено сословных су­дов — уездный суд, городовой магистрат, нижняя распра­ва — замкнулось непосредственно на губернские судебные па­латы. Тем не менее судебная система оставалась сложной и громоздкой, зараженной волокитой и взяточничеством.

Низкий профессиональный уровень чиновничества был свойствен не только судебным органам, но и всему государ­ственному аппарату. В 1809 году по инициативе М. М. Спе­ранского законом было выдвинуто требование определенного образования для продвижения по службе, в том числе и юри­дического. При Александре I была развернута сеть учебных заведений, включавшая университеты, гимназии и пр. Однако больших результатов эти мероприятия не дали даже к концу периода. В 50-х годах ежегодный выпуск всех университетов, лицеев и училищ правоведения составлял 400 человек, в то время как вакансий в государственном аппарате открывалось 3 тысячи в год. Не случайно еще в 1834 году столь ненавист­ный чиновничеству закон 1809 года был отменен26.

Если в системе государственного механизма не произошло принципиальных изменений, то продолжалось его разбухание, количественный рост чиновничества, бюрократии, отмеченный еще В. О. Ключевским27. Это разбухание, а также активная внешняя политика требовали громадных денег. Государство искало их старым испытанным способом — повышением нало­гов. В 1810—1812 годах они были увеличены в два с лишним

раза.

Таким образом, политическая надстройка России в рассма­триваемый период оставалась феодальной, приспособленной к защите устоев феодального общества, охраняющей и отстаи­вающей интересы дворянства от всякой угрозы его существо­ванию и господству. Вместе с тем на государственном меха­низме не могли не отразиться те серьезные изменения, кото­рые происходили в базисе, — неуклонное развитие капитали­стического уклада. Сопротивляясь действию новых сил, само­державие не могло не идти на некоторые, хотя и не очень значительные, уступки. Так, в 1802 году было учреждено Министерство коммерции, в 1819 году — Государственный коммерческий банк, в 1828—1829 годах — Мануфактурный и Коммерческий советы при Министерстве финансов.

Некоторые советские авторы полагают, что уже в данный период феодальное государство в России сделало известный шаг по пути превращения в буржуазную монархию29. С этим можно согласиться, с той лишь оговоркой, что это, ско­рее, не шаг, а шажок. Но совершенно бесспорно, что в сере­дине XIX века феодальная государственность в России всту­пила в полосу сильнейшего кризиса. Нужны были перемены.

И эти перемены будут скоро произведены буржуазными реформами 60—70 годов.

Консерватизм и реакционность политической надстройки России первой половины XIX века предопределяли аналогич­ные особенности ее правовой системы. В силу этого измене­ния в праве, производимые только для того, чтобы отстоять абсолютистские порядки, в своем существе невелики.

Стремление удержать и подкрепить устои шатающегося феодализма приводит к идее своеобразной феодальной закон­ности. Вслед за Петром I, требовавшим неуклонного соблюде­ния законов, ту же мысль проводит спустя столетие Алек­сандр I. При этом он демагогически связывает и себя рамка­ми законности: «Закон должен быть для всех единственен. Коль скоро я себе дозволю нарушать законы, кто тогда по­чтет за обязанность наблюдать их?...»30.

Стремление закрепить существующие порядки приводит и к идее систематизации законодательства. В данный период в этом направлении была проведена грандиозная работа, соста­вившая целую эпоху в истории российского законодательства. Последним универсальным систематизированным сборни-Х^ ком, охватывающим почти все отрасли русского права, было •^ч Соборное уложение 1649 года31, по существу, как бы не-^> большой свод законов. Но уже вскоре после издания Уложе-^>^. ния начал накапливаться новый правовой материал, в той или V иной мере изменяющий, дополняющий и даже отменяющий отдельные его нормы. Поэтому в начале XVIII века стали учреждаться комиссии по переработке и изданию нового уло­жения. При Петре I оно создано не было, но появилось не­сколько крупных законов, имеющих характер кодексов, преж­де всего в области военного права, — Артикул воинский, Краткое изображение процессов и др.

Большой размах кодификационная работа приобрела при Екатерине 11 в пору ее «легисломании». Однако деятельность девяти комиссий, последовательно создаваемых в XVIII веке, оказалась бесплодной. К началу XIX века неразбериха в за­конодательстве дошла до предела, что было одной из причин беспорядков и злоупотреблений в судах.

Александр I уже в 1801 году учредил новую, десятую по счету, комиссию во главе с П. В. Завадовским, так называе­мую комиссию составления законов. Она провела значитель­ную подготовительную работу. Но лишь при Николае I уда­лось по-настоящему развернуть и завершить систематизацию российского законодательства.

Неуспех всех десяти комиссий определялся тем, что они раздирались противоречиями, борьбой между новым и ста­рым, в основе которой лежал вопрос о существовании крепо­стного права, т. е. о существе феодализма. Когда «главный исполнитель»- работ -последней, -десятой, комиссии Г. А. Розен-

Введение

См.: Русская

старина. 1870 год.

Том 1, с. 440.

См.: Российское законодательство X — XX веков, т. 3, с. 83 и ел.

См.: Российское законодательство X — XX веков, т. 4.

Законодательство

первой половины

XIX века

33 См.:

Филиппов А. Н.

История русского

права. Юрьев,

1912, с. 569.

В литературе высказывается и другое мнение, по

которому

Сперанский

остался и при

Николае I

верным своим

прежним взглядам,

но лишь

вынужденно

приспособился к

новому положению

вещей (см.: Сидорчук М. В. Систематизация законодательства

России в

1826—1832 годах.

Автореферат. Л.,

1983, с. 13).

См.: Киняпина Н. С. Указ. соч., с. 11.

кампф предложил начать дело с пересмотра законодательства о крестьянстве, он натолкнулся на резкий отпор Алек­сандра I.

Не следует думать, что Николай I, «размышлявший» о не­обходимости отмены крепостного права, открыл дорогу новым веяниям. Как раз наоборот. Его установка — ничего не ме­нять в праве, а лишь привести в порядок существующие нор­мы. За проведением в жизнь своей директивы император на­блюдал лично. Для этого кодификационная комиссия была создана не при Государственном совете, которому подготовка законопроектов полагалась по штату. Она была просто пре­образована во Второе отделение Собственной его император­ского величества канцелярии. Впоследствии, когда уже был готов Свод законов, император учредил семь ревизионных ко­миссий с целью проверить тождество Свода существовавшему законодательству. Проверка Свода облегчалась тем, что каж­дая его статья имела ссылку на источник — соответствующий акт в Полном собрании законов, с датой и номером.

Успеху работы комиссии способствовал и субъективный фактор: ее фактически возглавлял М. М. Сперанский -*■ вид­ный юрист и человек удивительной трудоспособности, впер­вые привлеченный к кодификационным работам еще в 1808—1809 годах. Надо сказать, что Николай I с большой неохотой привлек Сперанского, прежние либеральные настрое­ния которого, конечно, были известны императору. Поэтому даже во главе Второго отделения был поставлен не он, а во­спитатель Николая I M. А. Балугьянский33. Сперанский, от­решившись от прежних либеральных иллюзий34, вполне принял установки императора и действовал на основании их.

Сперанский решил организовать работу поэтапно. Сначала он хотел собрать воедино все законы, изданные с момента принятия Соборного уложения, затем привести их в опреде­ленную систему и, наконец, на базе всего этого издать новое Уложение. В таком порядке работа и развернулась.

Первый этап — создание Полного собрания законов. Оно включило в себя все нормативные материалы с Соборного уложения до начала царствования Николая I, собранные в хронологическом порядке. Таких актов набралось свыше 50 тысяч. Они составили 46 толстых томов. Впоследствии ПСЗ дополнялось текущим законодательством. Так появи­лось второе Полное собрание законов Российской империи, охватившее законодательство до 1881 года, и третье, вклю­чившее законы с марта 1881 года.

И все-таки ПСЗ было не совсем полным собранием зако­нов. Некоторые акты кодификаторам не удалось найти. Дело в том, что государственные архивы России находились в скверном состоянии. Ни в одном из них не было даже полно­го реестра существующих законов. В некоторых же случаях отдельные акты умышленно не вносились в ПСЗ. Речь идет о документах внешнеполитического характера, сохранявших оперативную секретность35. Не вносились в него и законы,

изданные по обстоятельствам чрезвычайной важности, и част­ные дела, касающиеся какого-либо лица или содержащие пра­вила внутреннего распорядка для государственных органов. По подсчетам А. Н. Филиппова, в первое ПСЗ не вошло не­сколько тысяч документов36.

В то же время в Полное собрание вошли акты, по суще­ству, не имеющие характера законов, поскольку само понятие «закон» в теории не было разработано. Здесь можно найти акты неюридического характера, а также судебные преце­денты.

После издания Полного собрания законов Сперанский при­ступил ко второму этапу работы — созданию Свода законов Российской империи. При составлении Свода исключались не­действующие нормы, устранялись противоречия, проводилась редакционная обработка текста. Надо сказать, что уже и при создании ПСЗ Сперанский позволял себе несколько редакти­ровать публикуемые законы. Конечно, существо их не меня­лось, но форма несколько преобразовывалась. Прежде всего, акты давались в орфографии XIX века. Отбрасывались эле­менты закона, которые кодификатор считал, видимо, несуще­ственными. Например, в Учреждениях для управления губер­ний 1775 года37 были отброшены заголовки статей. Это, ко­нечно, значительно сократило объем документа, но вместе с тем потерялся удобный для читателя вспомогательный к тек­сту аппарат. Иногда — вероятно, в силу высокого темпа рабо­ты — вкрадывались и ошибки. Так, Краткое изображение процессов и Артикул воинский попали под шапку Воинского устава и были датированы 1716 годом. Все эти недостатки, разумеется, не умаляют громадного исторического значения работы, проделанной Сперанским и его небольшим коллек­тивом.

При создании Свода Сперанский исходил из того, что «Свод есть верное изображение того, что есть в законах, но он не есть ни дополнение их, ни толкование». Однако, по мнению исследователей, он и сам неоднократно формулировал новые нормы, не опирающиеся на действующий закон, осо­бенно в сфере гражданского права.

Весь материал в Своде законов расположен по особой си­стеме, разработанной Сперанским. Если ПСЗ строится по хронологическому принципу, то Свод — уже по отраслевому, хотя и не совсем последовательно проведенному. В основу структуры Свода положено деление права на публичное и ча­стное, идущее от западноевропейских буржуазных концепций, восходящих к римскому праву. Только Сперанский называл эти две группы законов государственными и гражданскими. Работая над Сводом, он изучил лучшие образцы западной кодификации — римский, французский, прусский, австрий­ский кодексы, но не скопировал их, а создал собственную оригинальную систему.

Свод был издан в 15-ти томах, объединенных в 8 книг. Книга 1-я включила по преимуществу законы об органах вла-

19 Введение

36 См.:

Филиппов А. Н. Указ. соч., с. 573.

См.: Российское законодательство X — XX веков, т. 5, с. 170 и ел.

Законодательство

первой половины

XIX века

В литературе

обычно всю работу

Сперанского по

систематизации

законодательства

называют

кодификацией

Это, как видим,

неверно До

настоящей

кодификации он

так и не дожил

сти и управления и государственной службе, 2-я — уставы о повинностях, 3-я — «устав казенного управления» (уставы о податях, пошлинах, питейном сборе и др.). 4-я — законы о сословиях, 5-я — гражданское законодательство, 6-я — «уста­вы государственного благоустройства» (уставы кредитных установлений, уставы торговые и о промышленности и др.), 7-я — «уставы благочиния» (уставы о народном продоволь­ствии, общественном призрении и врачебный и др.), 8-я — за­коны уголовные. С самого начала законодатель установил, что такая структура Свода должна оставаться неизменной, да­же если меняется содержание отдельных законов. Этот прин­цип соблюдался на всем протяжении истории Свода, т. е. до Октябрьской революции, только в 1885 году к нему был до­бавлен том XVI, содержащий процессуальное законодатель­ство.

После издания Свода Сперанский мыслил приступить к третьему этапу систематизации — созданию Уложения, кото­рое должно было не только содержать старые нормь;, но и развивать право. Если ПСЗ и Свод были лишь инкорпораци­ей, то создание Уложения предполагало кодификационный метод работы, т. е. не только соединение старых норм, но и дополнение их новыми. Однако именно этого-то и не хо­тел император.

Планируя создание Уложения, Сперанский отнюдь не соби­рался посягать на устои феодализма. Он просто стремился привести законодательство в соответствие с требованиями жизни. Новеллы в праве должны были, по его замыслу, не подорвать, а укрепить феодальный строй и самодержавие, усовершенствовать его. Но, трезво оценивая ситуацию, он по­нимал, что нужно пойти на определенные уступки, чтобы не потерять всего. Однако эти идеи Сперанского не нашли под­держки. Работа по систематизации остановилась на втором этапе. Можно лишь отметить как элемент третьего этапа из­дание в 1845 году Уложения о наказаниях уголовных и ис­правительных, публикуемого в настоящем томе.

Параллельно с систематизацией общеимперского права бы­ли проведены работы по инкорпорации остзейского права, от­ражающие привилегированное положение местных дворян, ме­щан и духовенства. Еще при Александре I задание по систе­матизации остзейского права было дано Общеимперской ко­дификационной комиссии, работавшей над ним в течение семи лет. В 1828 году при Втором отделении Собственной его им­ператорского величества канцелярии была учреждена комис­сия по систематизации остзейского права. Собранные по ре­шению Государственного совета и доставленные в Сенат древ­ние документы со всего края, составившие 23 объемистых па­кета, на немецком, латинском, польском, шведском, русском (немного) языках были направлены в эту комиссию. Резуль­татом работы комиссии, вернее ее члена Р. фон Гиммельштер-на, явилось издание в 1845 году первых двух частей Сво-

да местных узаконений губерний Остзейских (часть пер­вая— Учреждения, часть вторая — Законы о состояниях). Значительно позже была издана третья часть — Законы гражданские.

Так в первой половине XIX века была оформлена система российского права, дожившая в своей основе до последних дней Российской империи.

21 Введение

* * *

Законодательство первой половины XIX века в советское время публиковалось лишь в учебных целях. В 1968 году из­дан сборник «История государства и права СССР» (ч. 1), со­ставленный А. Ф. Гончаровым и Ю. П. Титовым, в 1970 го-ДУ — сборник, подготовленный Н. Н. Корольковым, «Законо­дательство России XIX века». Оба сборника посвящены бо­лее широкому периоду, содержат ограниченный круг докумен­тов, и притом в извлечениях. В «Сборнике материалов к изу­чению истории государства и права СССР», ч. 1 (Свердловск, 1У67) вообще отсутствует законодательство исследуемого пе­риода, хотя имеется предшествующее и последующее. Источ­ником, использованным во всех названных работах, служило

олное собрание законов Российской империи.

Мы публикуем, естественно, также ограниченный круг за-онов те_ которые нам представляются наиболее интересны-

Невские ворота Петропавловской

крепости и

Комендантская

пристань

Гравюра

Б. Патерсона.

Законодательство

первой половины

XIX века

ми и важными. В соответствии с принятым для нашего изда­ния правилом, все законы публикуются полностью. Исключе­ние составляет Уложение о наказаниях уголовных и исправи­тельных, которое из-за его громоздкости пришлось дать лишь в наиболее важной части, вернее частях. Подавляющее боль­шинство документов дается по первоисточнику Только там, где его не удалось найти, мы позволили себе взять текст из ПСЗ Впрочем, для документов XIX века это уже не так су­щественно. Тексты воспроизводятся с соблюдением правил публикации исторических источников 1969 года.

Том, как и предыдущие, подготовлен коллективом авто­ров. Введение к тому написано профессором О. И. Чистяко­вым Раздел «Законодательство о правовом статусе населе­ния» подготовлен доцентом Ю. П. Титовым. Введение к раз­делу «Законодательство о государственных учреждениях» на­писано доктором исторических наук, профессором В. А. Федо­ровым. «Образование государственного совета» подготовлено доцентом С. М. Казанцевым, а «Общее учреждение мини­стерств» и библиография к разделу — В. А Федоровым. Вве­дение к Уложению о наказаниях уголовных и исправитель­ных, текст его первого — четвертого разделов и комментарии к первому, третьему и четвертому разделам подготовлены до­центом В. М. Клеандровой, комментарии ко второму и пятому разделам — С. М. Казанцевым, текст пятого раздела — им же и Г. А. Кутьиной. Библиография к Уложению о наказа­ниях составлена В. М. Клеандровой.

Указатели составлены кандидатом юридических наук В. В. Лучниковой

Иллюстрации к тому подобраны В М. Клеандровой, М. М. Лерерман и М. И. Сизиковым

Научно-вспомогательная работа проведена Г. А. Кутьиной и Л. Н. Чистяковой.

Законодательство о правовом

статусе населения

Законодательство

первой половины

XIX века

ВВЕДЕНИЕ

ПСЗ 2-е,

т VI, отд 2-е, № 4989

равовои статус российского подданного в рассматривае­мый период, как и прежде, определялся в первую оче­редь его сословной принадлежностью. Все население делилось на четыре сословия: дворянство, духовенство, крестьянство и городские жители.

Экономически и политически господствующим классом по-прежнему оставались дворяне. Они обладали большей ча­стью земли, эксплуатировали живших на ней крестьян. Им принадлежало монопольное право на владение крепостными. Другим сословиям это в принципе запрещалось Дворяне со­ставляли основу государственного аппарата, занимая в нем ко­мандные должности.

Александр I вернул дворянам все привилегии, отмененные мероприятиями Павла I, восстановил действие Жалованной грамоты дворянству. С развитием капиталистических отноше­ний они получили и новые права' иметь в городах фабрики и заводы, вести торговлю наравне с купечеством. Феодальное го­сударство экономически поддерживало дворян через государ­ственный заемный банк и иные кредитные учреждения. Осо­бенно стремилось оно усилить позиции дворян — крупных землевладельцев, надежной опоры российского абсолютизма. Манифест 6 декабря 1831 г. «О порядке дворянских собраний, выборов и службы по оным» установил порядок, по кото­рому избирать на дворянские общественные должности могли только дворяне, имевшие не менее 100 душ крепостных кресть­ян или 3 тысячи десятин незаселенной земли. Этой же це­ли — укреплению позиций крупного дворянства служил закон от 16 июля 1845 г., по которому заповедные дворянские име­ния (майораты) должны были переходить по наследству к старшему сыну, их нельзя было отчуждать посторонним лицам и дробить. С увеличением земельного ценза при выборах уси­лилась роль крупных землевладельцев в дворянских сослов­ных органах и их влияние на местное управление. Дворянство все больше становилось замкнутым сословием, проникновение в которое представителям из других сословий усложнялось. Духовенство по-прежнему делилось на черное (монаше­ствующее) и белое (приходское). Как и дворянство, оно осво­бождалось от личных податей и повинностей, военных постоев, телесных наказаний В первой половине XIX века было поз­волено вступать в ряды духовенства представителям других

сословий. Был разрешен также выход из духовного сословия, причем дети бывших священнослужителей получали звание по­томственных почетных граждан.

Феодальнозависимые крестьяне составляли основную массу населения. Они подразделялись на помещичьих, государствен­ных, посессионных и удельных (принадлежавших царской фа­милии). В целях развития промышленности указ от 28 декаб-

УКАЗЫ

ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.059 сек.)