АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ОБЩЕСТВО, КУЛЬТУРА И ЛИЧНОСТЬ В СОЦИОЛОГИЧЕСКОМ РАССМОТРЕНИИ 25 страница

Читайте также:
  1. I. Перевести текст. 1 страница
  2. I. Перевести текст. 10 страница
  3. I. Перевести текст. 11 страница
  4. I. Перевести текст. 2 страница
  5. I. Перевести текст. 3 страница
  6. I. Перевести текст. 4 страница
  7. I. Перевести текст. 5 страница
  8. I. Перевести текст. 6 страница
  9. I. Перевести текст. 7 страница
  10. I. Перевести текст. 8 страница
  11. I. Перевести текст. 9 страница
  12. II.6.1. Античная культура и христианство

Все изложенное позволяет выделить несколько основных параметров глобализации, требующих основательного исследова­ния в рамках складывающейся социологической глобалистики.

Во-первых, системообразующим элементом любой цивили-зационной системы, в том числе и глобальной, является экономи­ческий фундамент общества, занимающий центральное место в возникновении и сохранении любой цивилизации и ее идентично­сти (вспомним хотя бы историю феодализма и капитализма). Од­нако цивилизация отнюдь не сводится только к экономическому укладу, а включает в себя и социальную структуру общества, и существующую в нем политическую систему, и культуру, и рели­гиозные верования, и социальные нормы и институты, и образцы поведения и многое другое. Культурно-цивилизационная общ­ность сохраняет свою идентичность и способность к саморазвитию только в той мере, в какой все эти структурные компоненты в про­цессе своего взаимодействия образуют единую, целостную, устой­чивую и динамично развивающуюся систему. Всякое же преуве­личение роли одного из этих компонентов и недооценка других чревата непредвиденными кризисами, катастрофами и, в конечном итоге, разрушением самой системы. Это относится не только к со­циальным системам, совершившим цивилизационное самоубийст­во (Римская империя, Советский Союз), но и к любой другой сис­теме, включая и становящуюся глобальной социальную систему. Поэтому глобализацию не следует рассматривать и интерпретиро­вать как линейный процесс, как однонаправленное расширение масштабов глобальных интеграционных процессов.

Во-вторых, глобализация имеет нелинейный характер, со­провождается усилением неравномерности социально-экономичес­кого развития, приводящим, с одной стороны, к возникновению пресловутого, экономически преуспевающего «золотого миллиар­да», а с другой, - к маргинализации целого ряда стран, где люди находятся на грани выживания, где свирепствуют голод, болезни. Ежегодно более десяти миллионов детей умирает в младенчестве вследствие болезней, вызванных тем, что они голодают, либо тем, что голодают их матери. Эта ситуация имеет тенденцию к ухуд­шению, что чревато серьезными потрясениями и конфликтами.

 

В-третьих, в процессе развертывания глобализации возникло противопоставление глобального и локального. Глобализация про-

17 Зак 2030


 


никает в самые глубины социально-экономических структур и, со­провождаясь мощными информационными потоками, пропаганди­рующими западные стандарты жизни, нередко сталкивается в ост­рейших противоборствах с такими локальными структурами, как] местный образ жизни, традиции, обычаи, привычки, образцы no-i ведения. Это приводит к возникновению и распространению но-: вых форм идентификации, которые утверждаются в жизни многих социальных групп через трудности, противоречия и конфликты, затрудняя вовлечение индивидов и социальных общностей в ста­новление и развитие глобализационных процессов.

В-четвертых, активные поборники глобализации в ее мир-системном варианте говорят о снижении привязанности интересов крупных и средних собственников и обслуживающей их профес­сиональной элиты к нации — государству, в силу чего националь­но-государственный фактор в перспективе неизбежно упразднит­ся. Если первая часть таких утверждений достаточно обоснована реальными фактами из жизни многих стран, то вторая расходится с социальной действительностью. На самом же деле глобализация не ведет к исчезновению национальных идентификаций, не заме­няет их транснациональным единством интересов крупных пред­принимателей и банкиров, а порой, напротив, подталкивает к на­циональной консолидации, к повышению значимости националь­ных социокультурных традиций, национального самосознания. Общемировой процесс демократизации общественно-политичес­кой жизни очень часто переплетается с возрождением и усилением традиционных национально-цивилизационных и этно-религиозных ценностей. А такая ситуация приводит к тому, что глобализацион-ные процессы в так называемом «центре» и на «периферии» миро­вой системы начинают развиваться не по сходящимся, а расходя­щимся траекториям. Всякая же попытка втиснуть эти процессы в желаемое для США и их союзников русло путем экономического, военного и иного давления, как показали бомбардировки объеди­ненными силами НАТО городов и стратегически важных объектов Югославии весной 1999 г., способны вызывать обратный эффект и поднять волну национальной солидарности и сплоченности, бази­рующихся на исконных культурно-религиозных ценностях, высту­пающих в роли духовных опор жизнедеятельности народа. Тем са­мым процесс глобализации подвергается серьезным испытаниям и деформациям, умножая силы социальных общностей, противодейст­вующих этому процессу в его нынешних, проамериканских формах.


В-пятых, важнейшим компонентом глобализации является ее социокультурное измерение, что находит многообразие прояв­лений в повсеместном распространении культуры постмодерна, различных вариантов поп-культуры, новых интегральных форм религиозных культов, мирового туризма, возникновении глобаль­ных социокультурных гибридов (таких, например, как рок-опера «Иисус — суперзвезда»), складывающихся из причудливого сме­шения различных, прежде несовместимых культурных феноменов. Все это, упакованное в яркие символические формы и тиражируе­мое в миллионах экземпляров и в разнообразных вокально-музы­кальных шоу, собирающих многочисленные аудитории поклонни­ков, главным образом молодежь, оттесняет классические и нацио­нальные формы культуры на обочину массового сознания, что вы­зывает тревогу и неприятие среди культурной элиты не только развивающихся, но и высокоразвитых стран, в частности, Фран­ции, побуждая ее выступать против глобализации культуры в поп-американизированных вариантах. А если сопоставить по духовно-ценностным критериям широко глобализируемые средствами ки­но, телевидения, электронной коммуникации американизирован­ные социокультурные стандарты с великими шедеврами мирового уровня во французской музыке, театре, живописи, художественной литературе, кинематографе или с такими же шедеврами в класси­ческой русской литературе, музыке, театре, изобразительном ис­кусстве, то перспективы глобализации в сфере культуры скорее окажутся более предпочтительными для вторых, нежели первых.

В-шестых, глобализация ведет к периориентации содержа­ния и форм рациональности от «модерна» к «постмодерну», со свойственным последнему отказом от четко артикулированной ис­тины, акцентированием трактовки новых форм рациональности как свободы самоорганизации субъективности, произвольной активно­сти сознания и воображения, радикального плюрализма теоретиче­ских и мировоззренческих моделей, языков и стилей культуры. Фундаментальной предпосылкой постмодернистской мироинтегра-ции выступает отказ от определенности значения понятия, от идеи целостности, иерархической структурности и гармоничной упоря­доченности научно-теоретических, социальных и культурных сис­тем вокруг «центра», «ядра» и превознесение «фрагментированного мира», в котором «смысл имеет проблематичный статус». В силу чего открывается бесконечность культурных интерпретаций любого события, знака или символа. Все это, применительно к осмыслению


феномена глобализации, означает почти необозримое пространство вариативности и плюрализации понимания и истолкования ее про­цессов, перспектив и последствий, не сводимых к единой, а тем бо­лее к единственной ее теоретической парадигме. Новые формы ра­циональности, утверждающиеся в глобализирующемся мире, уси­ливаясь индивидами, способствуют возникновению новых форм идентичности, а это очень важно, ибо именно индивиды, а не безли­кие социальные силы, действительно делают мир глобальным.

В-седьмых, в силу многокомпонентное™ своей структуры и множественности вариантов осуществления, равно как и множест­венности своих последствий, глобализация в принципе несовмес­тима с идеями «ядра», «центра», «однополярности мира», который якобы должен развиваться и впредь в русле капиталистической мировой системы. Кстати, и сам автор мир-системной теории при­знает, что ныне «существует ряд процессов, которые подрывают базисные структуры капиталистической мировой экономики и тем самым приближают кризисную ситуацию»; что она оказалась в «пункте системной бифурации», а потому и непохоже, чтобы эта «историческая система протянула слишком долго (самое большее, вероятно, 50 лет)» (1; 18,20). Серьезные экономические прогнозы показывают, что на протяжении ближайших 15-20 лет Китай суме­ет не только сравняться, но и превзойти США по объему (правда, не в расчете на душу населения) ВНП - самого важного экономи­ческого показателя - и превратиться в новую сверхдержаву XXI века. Да и Россия, если наметившиеся в ней тенденции преодоле­ния экономического кризиса, упрочения центральной власти, кон­солидации регионов, возрастания социокультурного и военно-стратегического потенциала, возобладают, то она сумеет вернуть себе растраченный за последние 10 лет статус великой (во всех смыслах) мировой державы. В таких условиях наиболее реальной перспективой глобализации станет не однополярный мир с цен­тром в «ядре», а полицентрическая система отношений в глобаль­ной социальной системе. Именно такой вариант активно поддер­живают Россия, Беларусь, другие страны СНГ, Китай, Индия и т.д., т.е. половина человечества, - значит, он и имеет наибольшие шансы на реализацию.

Эти тенденции глобализации все более отчетливо становятся предметной областью социологии, ее новейшей отрасли - социо­логической глобалистики, или глобальной социологии.


Вопросы для самоконтроля и повторения

1. В чем состоит сущность глобализации?

2. Каковы основные факторы глобализации?

3. Каково содержание мир-системной теории И. Валлерстайна?

4. Как интерпретируется становление и развитие глобальной социаль­
ной системы Н. Луманом?

5. В чем заключается своеобразие понимания процессов глобализации в
теории структурации Э. Гидденса?

6. Каковы основные параметры глобализации, составляющие предмет­
ную область социологической глобалистики?

Литература

1. Валлерстайн И. Социальное изменение вечно? Ничто никогда не из­
меняется? //Социологические исследования. 1997. № 1.

2. Валлерстайн И. Анализ мировых систем: современное системное виде­
ние мирового сообщества //Социология на пороге XXI века. М., 1999.

3. Володин А.Г., Широков Г.К. Глобализация: истоки, тенденции, пер­
спективы //Политические исследования. 1999. № 5.

4. Гидденс Э. Социология. М., 1999.

5. Дахин В.Н. Политические аспекты экономической глобализации //Сво­
бодная мысль. 2000. № 6.

6. Кулагин В.М. Мир в XXI веке: многополюсный баланс сил или гло­
бальный pax democratica //Политические исследования. 2000. № 1.

7. Лоуи Т. Глобализация, государство, демократия, образ новой поли­
тической науки //Политические исследования. 1995. № 5.

8. Луман Н. Теория общества //Теория общества. М, 1999.

9. Луман Н. Глобализация мирового сообщества: как следует понимать
современное общество //Социология на пороге XXI века. М., 1999.

10. Молчанов М.А. Истоки российского кризиса: глобализация или
внутренние проблемы //Политические исследования. 1999. № 5.

11. Орлов Г.П. «Глобальная социология» в учебном спецкурсе
//Социологические исследования. 2000. №6.

12. Панарин А.С. Глобальное политическое моделирование. М., 1999.

13. Покровский Н.Е. Российское общество в контексте американизации
//Социологические исследования. 2000. № 6.

14. Уткин А.И. Векторы глобальных перемен: анализ и оценки основных
факторов мирового политического развития //Политические исследо­
вания. 2000. № 1.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.004 сек.)