АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Пример эзотерической альтернативы Я-центризму

Читайте также:
  1. X. примерный перечень вопросов к итоговой аттестации
  2. Альтернативы глобальной империи: продление Ялтинского status quo
  3. Альтернативы диалектики
  4. Альтернативы покупателя
  5. Альтернативы развития России и социально-политическая практика весной-летом 1917 г.
  6. В некоторых странах, например в США, президента заменяет вице-
  7. Вания. Одной из таких областей является, например, регулирова-
  8. Виды знания. Контрпример стандартному пониманию знания
  9. Власть примера. Влияние с помощью харизмы
  10. Внешний долг (внешняя задолженность): пример России
  11. Вопрос 11. Герои романтических поэм М. Ю. Лермонтова (на примере одного произведения).
  12. Вопрос 2 Проверка и оценка в задачах со случайными процессами на примере решения задач экозащиты, безопасности и риска.

Так сложилось, что альтернативное Я-центризму мировоззрение, мозаика которого развивается в направлении «от общего к частностям», предстаёт в истории не как догадка самих людей, а как явленное людям в Откровении Богом.

Однако не всё так просто с получением доступа к альтернативе Я-центризму, поскольку, как правильно указал Е. Гильбо «элите» постсоветской России, исторически реально в культуре толпо-«элитарных» обществ развиты образовательные традиции «для всех» и «для избранных», чьё призванье якобы — управлять «всеми». Эти две различные образовательные традиции именуются терминами «экзотеризм» и «эзотеризм».

«Эзотеризм», «эзотерический» и однокоренные с ними слова происходят от греческого слова, означающего «внутренний». В современном лексиконе термин «эзотери­чес­кий» означает «тайный», «скры­тый», «предназначенный исключительно для посвящённых» (о религиозных обрядах, мистических учениях, политических доктринах и т.п.). Противоположность «эзотеризму» — «экзотеризм», «экзотерический» и однокоренные с ними слова происходят от греческого слова, означающего «внеш­ний». В современном лексиконе термин «экзоте­ри­чес­кий» употребляется гораздо реже, нежели термин «эзотерический», и означает «не составляющий тайны», «предназна­ченный для непосвящённых» (о религиозных обрядах, мистических учениях, политических доктринах и т.п.)[87], т.е. для всей толпы.

Иными словами пара «эзотеризм — экзотеризм» предполагает, что должно быть учение (доктрина), предназначенное для широкой пропаганды в обществе (это — экзотеризм), и учение (доктрина) для «луч­ших», «избранных» (это — эзотеризм). И оба учения (доктри­ны) в жизни должны быть согласованы друг с другом так, чтобы эта пара в целом обеспечивала самоуправление общества в русле одной и той же концепции, суть которой знают однако не «экзотеристы» или «эзотеристы», а хозяева того и другого учений и их носителей; а также и те, кто мировоззренчески выше «экзотеризма», «эзотеризма» и их хозяев.

Эта пара «эзотеризм — экзотеризм» может существовать и культивироваться в обществе явно — открыто (как это было в древности в Греции и Египте, когда все знали, что есть эзотерические учения, но только посвящённые знали их суть).

Но она же может существовать и культивироваться неявно по умолчанию (как это имеет место ныне, когда обществоведческие науки, предназначенные «для всех», носят метрологически несостоятельный характер и оспаривают управляемый характер глобального исторического процесса, истории и судеб государств, вопреки тому, что это — процессы, управляемые закулисными мафиями посвящённых «эзотериков» и хозяев соответствующего «экзотеризма» и «эзотеризма»).

При разделении на «экзотеризм» и «эзотеризм» по умолчанию и то, и другое, а равно и версии одного и того же учения, предназначенные «для всех» и «для профессионалов» соответственно, называются как-то иначе либо остаются безымянными. Однако и в этом случае, как и при явном парном культе «эзотеризм — экзотеризм» «профессионалы» безраздельно правят жизнью и деятельностью «любителей», которые — в силу свойств учения «для всех» — лишены возможности убедиться в том, что деятельность «профессионалов» соответствует полюбившейся им концепции, провозглашённой в учении «для всех», до тех пор, пока «любители» не пожнут плоды своего доверия «профессионалам»-управ­лен­цам, примером чему являются: перестройка в СССР и реформы 1990‑х гг. в постсоветской России; крах гитлеровской Германии, доверившейся марионеточному «фюреру» и т.п.

Теперь обратимся к одному из эзотерических текстов, повествующих об альтернативе Я-центричному мировоззрению.

«Тридцатью двумя путями — чудными, мудрыми, начертал IA, IEBE, Саваоф, Бог Израиля, Бог Живой и Царь Вечный, Эль Шаддай, Милосердный и Прощающий, Возвышенный и Пребывающий в вечности, — возвышенно и свято Имя Его, — создал мир Свой тремя сеферим: сефар, сипур и сефер» (Эпиграф к одному из разделов книги В. Шмакова «Священная книга Тота.Великие арканы Таро», 1916 г., репринт 1993 г.).

И это поясняется в подстрочном примечании:

«Первый из этих трёх терминов (Sephar) должен означать числа, которые одни доставляют нам возможность определить необходимые назначения и отношения каждого (по контексту, возможно: человека — наше пояснение при цитировании) и вещи для того, чтобы понять цель, для которой она была создана; и МЕРА длины, и МЕРА вместимости, иМЕРА веса, движение и гармония — ВСЕ ЭТИ ВЕЩИ УПРАВЛЯЕМЫ ЧИСЛАМИ. Второй термин (Sipur) выражает слово и голос, потому что это Божественное слово и голос, потому что это Божественное Слово, это Глас Бога Живого, Кто породил существа под их различными ФОРМАМИ, будь они внешними, будь они внутренними; это его надо подразумевать в этих словах: “Бог сказал: “Да будет Свет” и “стал Свет”. Наконец, третий термин (Sipher) означает писание. Писание Бога есть ПЛОДТВОРЕНИЯ. Слова Бога есть Его Писание, Мысль Бога есть Слово. Так мысль, слово и писание суть в Боге лишь одно, тогда как в человеке они суть три» («Cuzary», 4, § 25, цит. по кн. В. Шмаков «Священная книга Тота. Великие арканы Таро»,с. 245, выделение некоторых фрагментов в тексте заглавными буквами — наше).

По прочтении этого текста можно признать, что он представляет собой хорошую иллюстрацию того явления, о котором писал Аристотель Александру Македонскому: «хотя эти учения и обнародованы, но вместе с тем как бы и не обнародованы».

— Напыщенно, многословно, и без изустных комментариев, которые способны дать только так называемые «знающие люди», — неудобопонимаемо, поскольку исключает однозначность выработки и сопоставления с Жизнью образных представлений, которые в психике индивида должны соответствовать приведённому тексту, подавляющим большинством самочинных искателей истины, действующих вне системы посвящений, монополизировавшей некие знания, стоящие за приведённым выше текстом.

Поэтомубыло бы правильно сказать несколько иначе: «Эти учения как бы обнародованы, но фактически не обнародованы»,— именно на это и вынужден был намекать в своё время Аристотель Александру Македонскому.

И это — невозможность самостоятельного понимания вследствие умышленного программирования неоднозначности восприятия взаимоисключающих смыслов[88] — и составляет главную особенность образования «для узкого круга, призвание которого — управлять» (как представил Е. Гильбо), а более точно: для узкого круга, притязания которого — безраздельно и безответственно властвовать над остальным обществом и природой.

Вследствие этого мы оказываемся перед вопросом:

Если Объективная реальность не может быть адекватно понята на основе Я-центризма, то может ли быть она адекватно понята вне той системы посвящений «для избранных», из которой пришёл приведённый текст, иносказательно повествующий о мировоззрении и миропонимании, альтернативных Я-центризму?

Оказывается, это возможно, но на основе другого письменного источника, опубликованного тиражами, на много порядков превзошедшими все тиражи «Священной книги Тота. Великих арканов Таро», «Cuzary» (на которую ссылается В. Шмаков) и прочей эзотерической литературы прошлых времён и нам современной.

3.7. Мировоззрение триединства
материи-информации-меры

Обратимся к Корану[89].

Однако дальнейшее не следует воспринимать как пропаганду традиционного либо некоего «радикального» ислама. Дальнейшее — продолжение экскурса в историю вопроса о различии мировоззрений людей и мировоззренческих основах культур разных исторически реальных и возможных в будущем обществ.

И потому для социолога (вне зависимости от его личных религиозных либо атеистических убеждений) кораническое учение необходимо знать и понимать так же, как и прочие религиозные и светские учения для того, чтобы понимать специфику, общность и различие культур и психологии разных народов и разных эпох, возможности и тенденции развития культурно своеобразных обществ и человечества в целом.

В Коране сура[90] 25 названа «Различение», и в ней открывается система первичных различий в предельно обобщающей смысловой категории «Всё вообще». Обратимся к ней:

«1. Благословен тот, кто ниспослал «ал-Фуркан» («Различе­ние»)[91] Своему рабу, чтобы он (т.е. Мухаммад) стал увещевателем для обитателей миров; 2. [благословен] Тот, которому принадлежит власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании> над небесами и землёй, который не породил для Себя ребёнка[92], и который ни с кем не делил власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании>. Он сотворил всё сущее и придал ему [должную] меру. 3. [Невер­ные] стали вместо Него поклоняться другим богам, которые ничего не создают, но сами сотворены. Даже для самих себя им не подвластны ни вред, ни польза, им не подвластны ни смерть, ни жизнь, ни воскресение» (в переводе М.-Н.О. Османова).

Те же самые аяты в переводе Г.С. Саблукова:

«1. Благословен Тот, кто ниспослал Фуркан[93] рабу своему для то­го, чтобы он был учителем мирам, 2. — Тот, кому принадлежит царствование на небесах и на земле; у кого никогда не было детей, кому не было соучастника в царствовании; кто сотворил все существа и предопределяя предопределил бытие их. 3. А они избрали себе богами, опричь Его, тех, которые ничего не сотворили, а сами сотворены; 4. которые не имеют силы ничего сделать, ни вредного, ни полезного для самих, не имеют силы ни над смертью, ни над жизнью, ни над воскресением».

То же в переводе И.Ю. Крачковского:

«1 (1). Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, — 2 (2). у которого власть над небесами и землёй, и не брал Он Себе ребёнка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил её мерой. 3 (3). И взяли они вместо Него богов, которые не творят ничего, а сами сотворены. 4. Они не владеют для самих себя ни вредом, ни пользой, и они не владеют ни смертью, ни жизнью, ни воскресением».

Разные переводы выражают разные грани смысла, заключённого в словах арабоязычного первоисточника, поэтому мы и привели несколько редакций переводов.

Выделенное нами в тексте вариантов переводов жирным это — ключи к выходу на систему неизменно первичных различий в предельно обобщающей категории «Всё вообще», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание, полновластие над которым (в целом и пофрагментно) безраздельно принадлежит только Богу: «… Бог дарует Свою власть, кому пожелает» (сура 2:248 (247)), а чьё-либо самовластье иллюзорно и действует только в установленных для него границах Божьего попущения.

Прежде всего, следует отметить, что Коран везде провозглашает мировоззрение, отличное от всех разновидностей «Я-центризма».

Через Коран ВСЕМ людям предлагается принять в качестве осознанной нормы организации психики индивидов и обществ, МИРОВОЗЗРЕНИЕ, ИДУЩЕЕ ОТ БОГА К КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ, соприкасающемуся с Кораном и его переводами.

Мировоззрение, идущее от Бога по крайней мере в двух взаимно дополняющих смыслах:

· и как данное в Откровении Свыше,

· и как определяющее направленность развёртывания мировоззренческой системы человека в однозначно определённом порядке: во-первых, Образ Божий в душе каждого [94], во-вторых, образы тварного Мироздания, частью которого является и сам человек вместе с его психической организацией и внутренним миром.

Теперь перейдём непосредственно к вопросу о неизменно первичных различиях в предельно обобщающей категории «Всё вообще», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание. Как видно из ранее приведённых текстов переводов Корана на русский, одни переводчики отдавали предпочтение тому, чтобы выразить по-русски смысл предопределённости бытия, другие отдавали предпочтение тому, чтобы выразить смысл меры, размеренности бытия и соразмерности [95] в течении событий.

То есть арабское слово, с которым они сталкивались, заключает в себе оба смысла, который в русском языке возможно объединить только в двухсловном сочетании «предопределённая мера», которую М.-Н.О. Османов назвал «должной» — словом, выражающим в религиозном сознании один из оттенков определённости, как составляющей Предопределения Божиего. В атеистическом сознании к понятию о Предопределении Божием наиболее близко понятие об объективности общеприродных закономерностей бытия.

Поэтому, если обратиться к словам, выделенным нами в приведённых переводах аятов 25‑й суры Корана, то их обобщённый многогранный смысл можно выразить по-русски и в следующей итоговой фразе:

Бог сотворил всё сущее в Мироздании и придал всему предопределённую Им мhру[96].

Если говорить языком современной науки, то всё сущее в тварном Мироздании это — материя, в её различных агрегатных состояниях[97]: вакуум[98], природные (физические) поля, «элементарные частицы», плазма (высокоионизи­рован­ный газ, в котором электроны обладают такой энергией, что не могут удержаться в атомах на устойчивых орбитах), газообразное состояние вещества, жидкое состояние вещества, твёрдое (кристал­ли­чес­кое) состояние вещества. Агрегатные состояния, пути и способы перехода из одного из них в другие, свойства материи в каждом из них и в переходных процессах предопределены для материи Свыше. И представление людей об этих различных агрегатных состояниях так или иначе соответствуют русской пословице «нет вещи без образа».

Но это утверждение приводит к вопросу: Что такое мера и как она проявляется в жизни материального Мироздания?

Наука о мере, численной определённости самой по себе, это — математика. Мера как численная определённость включает в себя количественную и порядковую определённость. В грамматике языков (если не всех, то большинства) это выражается как разделение числительных на два соответствующих класса. Порядковая определённость, в свою очередь, может быть не только последовательной, но и векторно-матричной, выражающей в общем случае и такое свойство, как взаимную невыразимость одних количеств и порядков через другие[99]. Это обстоятельство приводит к понятию многомерности, в которой в некотором наборе упорядоченно объединяются разнокачественные количества, примером чему плоскости и иные поверхности, в которых выражается двумерность, и трёхмерность макромира, воспринимаемые всеми. При этом необходимо принять как данность объективное различие тех свойств меры, которые обозначаются словами «правое» и «левое» (правые и левые системы координат в математике: понятие о правом и левом первичны и логически не выводятся из каких-либо других; в частности, наша Вселенная большей частью «закручена вправо»), «положительное» (обозначаемое знаком «+») и «отрицательное» (обозначаемое знаком «-»).

В абстрактной математике мера как численная определённость в различных её названных и не названных в предыдущем абзаце качествах предстаёт сама по себе. Одна из характеристик математики — «наука о возможных мирах»[100]. И соответственно в материальном Мироздании мера перестаёт быть самой по себе: она воплощена в объектах и субъектах Мироздания — всё в Мироздании несёт в себе численную определённость: как количественную, так и порядковую, объективные закономерности бытия так или иначе выражаются математически, т.е. мерно.

В Мироздании меры одних фрагментов численно сопоставимы смерами других фрагментов, т.е. всем фрагментам Мироздания свойст­вен­на соизмеримость как между собой, так и со своими составляющими.

Атомы химических элементов отличаются друг от друга прежде всего прочего — количеством протонов в их ядрах (протоны несут положительный электрический заряд); изотопы одного и того же химического элемента — количеством нейтронов в их ядрах (нейтроны электрически нейтральны). Химические соединения даже при одинаковом атомном составе, но при разной упорядоченности атомов в молекулах, — это разные вещества (это явление называется в химии «изомерия»). И так далее: на что ни обрати внимание — везде откроется численная определённость как количественная, так порядковая, т.е. — мера: либо единичная, либо множественная, представляющая собой статистику, позволяющую отличать множества друг от друга и выделять из множеств подмножества.

В процессе осознанного или бессознательного соотнесения одного фрагмента Мироздания с другими открываются два вида восприятия их соразмерности:

· восприятие пространства;

· восприятие времени.

Восприятие их порождает два вида численной определённости: единицы длины и единицы времени, объективно связанные друг с другом через общее свойство всех фрагментов Мироздания — его материальность — на иерархическом уровне микромира соотношением неопределённостей Гейзенберга [101], в котором выражается невозможность разрозненного восприятия ни пространства без времени, ни времени без пространства, тем более — в отсутствии материи, ибо пространство и время — порождения размеренной во всех её агрегатных состояниях материи (именно вследствие этого и невозможно восприятие пространства и времени вне их обусловленности материальной средой, в каком бы агрегатном состоянии ни пребывала материя).

И развитие метрологии ведёт по сути дела к отождествлению эталона длины и эталона времени. Так ныне:

· 1 метр — 1 650 763,73 длины волны в вакууме излучения, соответствующего переходу между уровнями 2p10 и 5d5 атома криптона-86 (86Kr);

· 1 секунда — 9 192 631 770 периодов излучения, соответствующих переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома 133Cs (эталон частоты и времени на основе изотопа цезий-133).[102]

И ничто, кроме международных соглашений об избрании эталонов и кое-каких технических аспектов не мешает определить продолжительность секунды на основе частоты излучения эталонного светильника, задающего длину метра, либо поступить наоборот: длину метра определить на основе длины волны, соответствующей излучению эталона, задающего продолжительность секунды.

Но без определённого материального процесса-эталона и пусть неосознанного соотнесения с определённой единицей измерения не будет ни восприятия пространства, ни восприятия времени, вне зависимости от того принадлежат эталонные процессы микро- или макромиру: восприятие всегда — соотнесение наблюдаемого процесса с неким процессом-эталоном и единицей измерения.

Если же не определён эталонный процесс, то возникает «проблема Удава» из мультфильма, который в одиночестве мучился вопросом о том, каков же его рост? — до тех пор, пока ему не помог Попугай, взявший на себя функцию эталона длины и определивший, что длина Удава — «38 попугаев и одно попугайское крылышко». После этого Удава измерили своим ростом Мартышка и Слонёнок. Множеству измерений Удав подвёл итог, избрав субъективно эталон длины: «А в попугаях я гораздо длиннее».

Но без этого акта измерения на основе того или иного эталона Удав так и остался бы равным самому себе в не определённой никак иначе как единичной и неизмеримой длине Удава, представляющей собой «вещь в себе», если пользоваться терминологией философии в отношении объектов, не поддающихся познанию в силу разных причин: от объективной иллюзорности бытия явлений до субъективной неготовности познать эти явления претендентов на познание и истолкование природы их бытия.

Также примерно обстоит дело с измерением времени. Поскольку всякий процесс, поддающийся периодизации, может быть избран в качестве эталонного, то единицей измерения времени становится продолжительность периода эталонного процесса, с которым соотносятся все остальные процессы, обладающие собственным течением «времени». Последовательная нумерация периодов избранного в качестве эталона колебательного процесса даёт направленную из прошлого в будущее «ось времени» — хронологическую шкалу. По существу «время» характеризует алгоритмику течения процессов в сопоставлении с неким эталонным процессом, а также — неоднородность структуры Мироздания.

Т.е. если мера в определённом выше смысле объективна и выражается во всех материальных структурах мироздания, а природный вакуум — не пустота (пусть и не идеальная), а одно из агрегатных состояний материи, образующей во всём множестве её разновидностей Мироздание в целом, то:

· никаких проблем с познанием сути пространства и времени нет;

· и всё в физике метрологически состоятельно.

Если же Я-центризм навязывает представление о пространстве и времени, не как о проявлении объективной меры бытия в тотально материальном Мироздании, а как о неких «пустых вместилищах», в которые помещено материальное Мироздание, то физикам только и остаётся, что, уподобившись «гуманитологам», вести нескончаемые метрологически несостоятельные дискуссии о природе «пространства» и «времени» по отдельности, либо о природе «пространственно-временного континуума» и шарахаться «как чёрт от ладана» от эпизодически возника­ющих заявлений некоторых учёных, которые настаивают на том, что и время, и пространство в отсутствие вещества и элементарных частиц «сами по себе» всё же обладают теми или иными свойствами материи.[103]

Непознаваемость же пространства и времени в Я-центричном мировоззрении «четырёх-ипо­стасного Амуна» или «пространственно-временного континуума», господствующем в цивилизации на протяжении всей её истории, — следствие отсутствия меры в наборе первичных различий и предельных обобщений. Если же мера входит в набор первичных различий и предельных обобщений, то пространства и времени как пустых «вместилищ» для материальных объектов нет, но конкретные пространства и времена как порождения материи и выражение меры всегда объективно измеримы всяким пожелавшим того субъектом: вопрос только в выборе им эталонной базы и методов измерения, а также соответствия эталонной базы и методов измерения целям деятельности субъектов.

Теперь рассмотрим, что происходит, если мы вносим в материю некую мерность или же, иначе говоря, в чём выражается размеренность материи.

Чтобы породить численную определённость на основе свойства пространственной соизмеримости материи на уровне макромира, потребуется точка, три не совпадающих одно с другими направления, и эталон единичной длины. В этой системе координат три числа, занимающих первое, второе и третье место в некотором определённом порядке (формате) вместе с этим форматом задают пространство и вектор — положение точки в заданном пространстве относительно начала координат. Если в пространственной соизмеримости назначены координаты множества точек, то они определяют в пространстве образ, будь то множество разрозненных точек, поверхность или объём.

Это — пространственная форма, размеренная в материи-пространстве, пребывающей в каком-то агрегатном состоянии (а не в пустом пространстве-вместилище). Если задачу придания численной определённости решать по отношению к агрегатному состоянию материи-про­стра­н­ства, это значит, что необходимо придать численные и порядковые характеристики квантам материи (её структурным единицам), вследствие чего агрегатное состояние материи вне и внутри пространственной численно определённой формы (матрицы) может оказаться разным и некий объект проявится в материи-пространстве по признаку различия агрегатных состояний материи внутри и вне ранее метрически заданной пространственной формы.

Если же внутри и вне пространственной формы агрегатное состояние материи-пространства одно и то же, то мы придём к афоризму, в разные эпохи приписываемому разным выдающимся скульпторам. На вопрос о том, как он делает свои шедевры, скульптор ответил: «Я беру глыбу мрамора и отсекаю от неё всё лишнее», — действительно: лучше не скажешь.

Движение пространственной формы (образа) относительно избранной системы координат превращает форму в мелодию, а запись мелодии в пространстве порождает пространственную форму: это соотношение в культуре цивилизации лучше всего проявилось в граммофонных пластинках с механической записью звука в качестве рельефа звуковой дорожки. Соответственно, афоризм «архитектура — это застывшая музыка» — по существу правильный афоризм.

Эти примеры показывают, что численная определённость и образность Мира (естественно материального) взаимно связаны. Можно привести другие примеры, которые покажут, что также взаимно связаны численная определённость и «мелодии и аранжировки» как в природе, так и обществе. Показать же отсутствие этой взаимосвязи не удастся. Но мировоззренческие системы, порождаемые человечеством, могут расходиться в ответе на вопрос о том, что есть следствие чего:

· либо образ — выражение и следствие численной определённости?

· либо численная определённость — следствие существования образа?

Иными словами, алгебра ли в основе гармонии, либо гармония в основе алгебры? — На наш взгляд, в пределах Мироздания этот спор бесплоден, поскольку материя всегда и во всех случаях несёт в себе численную определённость, неразрывно связанную с пространственными образами и структурной упорядоченностью всей материи.

При этом все структурные образования материи, упорядоченные мерой, в жизни Мироздания обладают той или иной функциональностью — смыслом бытия. В религиозном сознании в функциональности выражается смысл бытия всех структур, в атеистическом сознании та или иная функциональность материальных структур предстаёт как проявление общеприродных закономерностей. Но в любом случае сама «по себе» эта функциональность не материальна (материя только является её носителем) и не является мерой (мера задаёт ту или иную функциональность). В самом общем случае все возможные виды функциональности материальных структур мироздания обобщаются в том явлении, которое ныне обозначается словами: «информация», «смысл», «идея».

Всё это в совокупности позволяет понять, что аят 2 двадцать пятой суры Корана, называемой «Различение», указует на систему ОБЪЕКТИВНЫХ неизменно первичных различий (предельных обобщений), которые лежат в основе жизни Мироздания: материя, информация, мера — в их неразрывном триединстве.

И эта система триединства материи-информации-меры [104] — предельно обобщающих в пределах Мироздания понятийных категорий и их взаимосвязей — едина для осмысления и описания всего в иерархии Мироздания от микромира до макромира, включая и жизнь цивилизации.

В осмыслении и описании всего происходящего в Мироздании-триединстве человеку необходимо соотносить всё данное и даваемое ему в Различение [105] с тремя, уже обозначенными, понятийными категориями первичных различий и предельно обобщающих отождествлений, понимаемыми в настоящем контексте так:

1. МАТЕРИЯ — то, что пере-ОБРАЗ-уется, переходит из одного состояния в другое и обладает упорядоченностью, изменяющейся в процессе воздействия одних материальных объектов (процессов) на другие. Материя конкретно это:

· вещество в твёрдом, жидком, газообразном состояниях;

· плазма, т.е. высоко ионизированный газ, в котором молекулы химических соединений теряют устойчивость и разрушаются, а атомы химических элементов теряют электроны, энергия которых больше, чем энергетическая ёмкость (энергетические уровни) устойчивых орбит;

· элементарные частицы и кванты разного рода излучений, при взгляде извне представляющиеся в качестве частиц, а при рассмотрении существа этих частиц, предстающие как последовательность волн в физическом природном вакууме или в материи, пребывающей в иных агрегатных состояниях;

· статические и динамические поля в (физическом) природном вакууме, способные к силовому воздействию того или иного рода на все виды материи;

· сам физический вакуум в невозбуждённом состоянии, рождающий из «ничего» элементарные частицы (кванты энергии) и поглощающий их так же внезапно, за что частицы получили название «виртуальных» («спонтанных»). В таком воззрении всё перечисленное прежде физического вакуума в невозбужденном состояниифизический вакуум, выведенный из агрегатного равновесия, т.е. возбуждённый вакуум.

Последнее высказано, поскольку порождение и поглощение виртуальных частиц физическим вакуумом возможно понимать и как указание на то, что все виды материи, кроме вакуума в невозбуждённом состоянии, представляют собой вакуум в возбуждении, а вся динамика в Мироздании — пакеты волн возбуждения, распространяющиеся в вакууме. Вопрос о внутренней структуре вакуума — особая тема, хотя предположение о том, что внутренняя структура вакуума — кристаллическая, многое могло бы объяснить и в микро-, и в макро- мирах.

Материя переходит из одного устойчивого состояния (балансиро­воч­ного режима, равновесного устойчивого процесса), обладающего внутренней динамикой, в другое, излучая свою или поглощая извне в себя энергию.

«Энергия» в физике определяется как способность к совершению механической работы, а все виды энергии переходят один в другой по определённой мере, находящей выражение в форме численных констант и коэффициентов в математической записи законов физики, и в этом смысле все виды энергии эквивалентны друг другу. Но поскольку агрегатные состояния материи (устойчивые равновесные процессы) отличаются энергопотенциалом (эне­р­гоёмкостью их внутренней динамики), а энергия притекает и утекает из всякой структуры в Мироздании как поток какого-то вида материи (квантов излучения, поля и т.п.), то в настоящем контексте «энергия» и «материя» — эквиваленты. Различие в употреблении обоих терминов в том, что термин «материя» употребляется главным образом по отношению к устойчивым равновесным процессам (агрегатным состояниям), а «энергия» к разного рода переходным процессам и внутренней динамики устойчивых структур, поскольку энергия обуславливает возможность или невозможность их существования, а также к разного рода процессам обмена между различными материальными образованиями.

2. ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ (ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ, СМЫСЛ БЫТИЯ), ОБРАЗЫ, МЕЛОДИИ, иначе говоря, ИНФОРМАЦИЯ — само по себе не материальное «нечто», которое не зависит ни от качества его материального носителя, ни от количества материи (энергии) его несущей. Но без материального носителя это «нечто» в Мироздании само по себе не существует, не воспринимается, не передаётся.

3. МhРА (через «ять») — предопределённая Богом многомерная матрица возможных состояний и преобразований материи, хранящая информацию во всех процессах; в том числе информацию о прошлом и о предопределённой направленности их объективно возможного течения, т.е. о причинно-следственных обусловленностях в их соразмерности.

По отношению к информации вся материя, все материальные объекты, выступают в качестве носителя единого общевселенского иерархически организованного многоуровневого информационного кода — общевселенской меры. По отношению к инфор­мации мера — код (человеческий язык — частная мера, ибо он — один из информационных кодов, принадлежащих общевселенской системе кодирования информации). По отношению к материи эта общевселенская мера выступает как многомерная (содержащая частные меры) вероятностная матрица возможных её состояний, образов и преобразований, т.е. «матрица» вероятностей и статистических предопределённостей[106] возможных состояний; это своего рода «многовариантный сценарий бытия Мироздания», предопределённый Свыше. Он статистически предопределяет упорядоченность частных материальных структур (их информационную ёмкость) и пути их изменения при поглощении информации извне и при потере информации (конечно несомой материей).

И то, и другое может сопровождаться нарушением идеальной соразмерности, гармонии как отдельных фрагментов структуры, так и её иерархичности в целом. Утрата соразмерности — деградация, но по отношению к объемлющим структурам и системам, объемлющим множество структур, деградация каких-то частных их фрагментов может быть развитием структуры (системы) в целом. Так цветочная почка проходит путь: почка, бутон, цветок, плод, семя, растение: и деградация элементов неотделима от развития системы в целом и её объемлющих (в этом смысле иерархически более высоких) систем.

Система предельно обобщающих отождествлений и первичных различий в Мироздании — триединство материи-информа­ции-меры, исключает калейдоскопичность мировоззрения тем в большей степени, чем менее глух человек к данному ему Свыше чувству меры.

«Чувство меры» — это не пустые слова и не слова, неопределённо как понимае­мые, и потому произносимые подчас не к месту. Они прямо указуют на то, что человеку дано шестое чувство, которое по его существу является его личным средством восприятия меры — матрицы возможных состояний материи и путей перехода из одного состояния в другие и возможных смыслов; если в религиозной терминологии, то чувство меры — непосредственное чувство Божьего предопределения.

Но это чувство никчёмно для носителя Я-центричного мировоззрения, выстраиваемого им от себя в направлении обозримых и воображаемых пределов Мироздания в пустых вместилищах простран­ства и времени, поскольку приносимая им информация ставит индивида перед необходимостью отказаться от Я-цент­риз­ма. С переходом же к мышлению на основе неизменно первичных различий триединства материи-информации-меры чувство меры обретает особую значимость, поскольку адекватность мировоззренческой мозаики обусловлена во многом его развитостью.

Переход же от Я-центризма к мышлению в категориях триединства материи-информации-меры не всегда осущест­вляется одномоментно, но может потребовать некоторого субъективно обусловленного времени, в течение которого индивид остаётся практически без работоспособного мировоззрения, потерявшего устойчивость.

Судя по всему опыту человечества вероятностная матрица возможных состояний, мера, обладает «голографическими» (фра­к­­тальными) свойствами в том смысле, что любой её фрагмент содержит в себе некоторым образом и все её остальные фрагменты во всей их информационной полноте. Мера пребывает во всём, и всё пребывает в мере. Благодаря этому свойству меры мир целостен и полон. Выпадение из меры — гибель. Скольжение же в этом направлении — угроза жизни и необходимость выживания в борьбе против Мироздания, итог которой предрешён соотношением потенциалов сторон. Исчерпание же частной меры — переход в иную частную меру, обретение некоего нового качества. Чувство же меры, обращаясь к «голографическим» свойствам меры бытия, позволяет объективно соразмерно соотносить частности (совокупность «это» — «не это») друг с другом, формируя устойчивую мозаику мировоззрения, развертывающуюся от Истока Мироздания в направлении к тебе самому.

3.8. Ещё некоторые иллюстрации триединства
материи-информации-меры

Понятие о триединстве материи-информации-меры подразумевает, что:

· материальные носители какого-то одного типа могут нести разную информацию, записанную в разных системах кодирования;

· одна и та же информация может быть записана на материальных носителях разных типов (они могут обладать разной информационной ёмкостью) в разных системах кодирования;

· одна и та же система кодирования информация может быть носительницей разной информации на материальных носителях разных типов.

Примеры именно этого соотношения в триединстве материи-информации-меры дают современные компьютерные технологии.

Сознанию большинства на протяжении тысячелетий не было свойственно видеть за образом (живописным или скульптурным), за зву­ком (мелодией, каковой бы она ни была) совокупность чисел. Однако в конце ХХ века лазерный компакт-диск (компьютерный CD-ROM) стал единым носителем для записи и звука, и изображения, и текста в цифровом коде, представляющем собой численную определённость, т.е. разновидность меры. Хотя систем кодирования, форматов «оцифровки» изображения, звука, текста может быть построено множество, но во всякой из них однозначно определено соответствие «совокупность кодовых групп чисел — изображение либо фонограмма, либо запись какой-то информации иного рода». Но всё, что записано на компакт-диске может быть записано и на других материальных носителях.

Хотя компакт-диск — искусственное порождение цивилизации (артефакт), тем не менее в жизни общества находят своё своеобразное выражение ТОЛЬКО законы бытия всего Мироздания; ничего того, чего в них нет в культуре цивилизации появиться не может, вне зависимости от того, понимать общеприродные закономерности бытия как выражение Божиего Предопределения либо как неотъемлемые свойства Природы. Поэтому следует прежде всего лишь увидеть численную определённость (меру) в образах, свойственных Объективной реальности вне порождений цивилизации, а порождения цивилизации использовать как модели, функционирование которых позволяет помочь понять более общие объективные закономерности бытия.

3.9. Переход от Я-центризма к мировоззрению
триединства материи-информации-меры

Как ясно из изложенного ранее, Я-центризм складывается «сам собой» в процессе личностного развития человека, начиная с внутриутробного периода, а указание на возможность построения мировоззрения и миропонимания триединства материи-инфор­ма­ции-меры в сознание индивида, основанное на Я-центрич­ном мировоззрении и миропонимании, вносится извне, после чего индивиду остаётся либо последовать этому указанию и целенаправленно перестроить своё мировоззрение и миропонимание либо проигнорировать его.

Из содержания предшествующего раздела (3.8) видно, что повествование о категориях триединства материи-информации-меры как о предельных обобщениях в границах Мироздания, а равно как о первичных различиях в обобщающей категории «Мироздание» — весьма далеко от того, что примыкает в Я-центричном мировоззрении непосредственно к Я-центру либо находится вблизи от него, если идти по цепочкам взаимосвязей компонент мировоззрения. Вследствие этого Я-центризм, встречаясь в жизни с «противоестественным» (для него) набором предельных обобщений и взаимосвязей между ними, не может единомоментно признать собственную неадекватность и жизненную состоятельность мировоззрения триединства материи-информации-меры.

Поэтому неизбежна постановка вопроса о тестировании мировоззрения триединства материи-информации-меры на жизненную состоятельность, исходя из Я-центричного мировоззрения, атеистического в своих предельных формах проявления.

Поставив этот вопрос, обратимся к «Материализму и эмпириокритицизму» В.И. Ле­ни­на и приведём не только ленинское определение термина «мате­рия», но и тот текст, в котором оно находится:

«… совершенно непозволительно смешивать, как это делают махисты[107], учение о том или ином строении материи с гносеологической категорией, — смешивать вопрос о новых свойствах новых видов материи (например, электронов) со старым вопросом теории познания, с вопросом об источниках нашего знания, о существовании объективной истины и т.п. Мах «открыл элементы мира»: красное, зелёное, твёрдое, мягкое, громкое, длинное и т.п., говорят нам. Мы спрашиваем: дана ли человеку, когда он видит красное, ощущает твёрдое и т.п. объективная реальность или нет? Этот старый престарый философский вопрос запутан Махом[108]. Если не дана, то вы неизбежно скатываетесь вместе с Махом в субъективизм и агностицизм[109], в заслуженные вами объятия имманентов[110], т.е. философских Меньшиковых[111]. Если да­на, то нужно философское понятие для этой объективной реальности, и это понятие давно выработано, это понятие и есть материя. Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них. Поэтому говорить о том, что такое понятие может «устареть», есть младенческий лепет, есть бессмысленное повторение доводов модной реакционной философии. Могла ли устареть за две тысячи лет борьба идеализма и материализма? Тенденций или линий Платона и Демокрита в философии? Борьба религии и науки? Отрицания объективной истины и признания её? Борьба сторонников сверхчувственного знания с противниками его?

Вопрос о том, принять или отвергнуть понятие материи, есть вопрос о доверии человека к показаниям его органов чувств. Вопрос об источнике нашего познания, вопрос, который ставился и обсуждался с самого начала философии, вопрос, который может быть переряжен на тысячи ладов клоунами-профес­со­рами, но который не может устареть, как не может устареть вопрос о том, является ли источником человеческого познания зрение, осязание, слух и обоняние[112]. Считать наши ощущения образами внешнего мира — признавать объективную истину — стоять на точке зрения материалистической теории познания, — это одно и то же («Материализм и эмпириокритицизм», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1986 г., с. 140, 141).

В приведённой цитате две фразы мы выделили жирным шрифтом при цитировании. Однако, вопреки смыслу второй из них «диалектический» материализм отвергает практический мистически-религиозный опыт многих и многих людей в разных поколениях и в разных народах человечества всего лишь на том основании, что основоположники «диалек­ти­ческого» материализма такового личного практического опыта осмысленного общения с Богом и встреч с разного рода «мистикой» не имели; либо он у них был, но они «уму­д­ри­лись» как-то его не заметить или как-то извращённо его осмыслить.

При этом встаёт вопрос: Что делать носителям практического опыта обретения так называемого «свер­хчувственного знания»?лицемерить вопреки совести и делать вид, что они так же и столь же бесчувственны и невнимательны, как и те, кто убеждён в принципиальной физической невозможности так называемого «сверхчувственного» восприятия раз­но­род­ных проявлений Жизни?

Борьба против носителей и сторонников «сверх­чув­ствен­ного знания» была бы оправдана в аспекте научно-познавательной деятельности, а не представляла бы собой очевидную глупость, если бы нормальный здоровый человек своими органами чувств осознанно воспринимал все без исключения виды материи и соответственно — все несомые ими потоки информации. Но нормальный человек не видит и не слышит в диапазоне радиоволн без помощи технических средств, а ещё немногим более 100 лет тому назад не было и приборов для того, чтобы технически видеть и слышать в диапазоне радиоволн. Однако есть и те, кто слышит радиовещание по городской трансляционной сети и без репродуктора в квартире. Есть и те, кто «видит» звуки: один из вариантов осуществления этого, казалось бы невозможного явления (глаз не для этого предназначен), основан на том, что акустическая волна, проходя через череп, колеблет зрительные нервы, а они, возбуждаясь при прохождении звуковой волны, вызывают у некоторых людей в силу особенностей их организмов ощущение ви́дения ими звука.

А если кто-то видит и слышит то, чего не видят и не слышат другие, а технических средств для работы с этими видами общеприродных излучений ещё не разработано, то что — нет и этих излучений? и кому должен верить философ — сам слепец и глухой: ограниченной Я-центризмом науке и технике на основе науки, которые говорят, что этого не может быть? либо тем, кто утверждает, что чувствует то, чего не чувствуют другие люди и приборная база науки? Если выразить это в терминах «диалектического» материализма, то такие люди ощущают своё взаимодействие с теми видами материи, которых не чует окружающее их большинство и приборная база науки соответствующей эпохи.

Теперь обратимся к анализу собственно ленинского «определения» термина «материя». Это «определение» эквивалентно следующему тождеству: «ма­те­рия» º «Объективная реальность», т.е. материя в её ленинском понимании — сама Жизнь в предельно широком смысле слова с учётом необходимости поправки на атеизм В.И. Ленина. Т.е. в атеистически-материалистическом миропонимании «материя» — иное название для предельно обобщающей категории «всё вообще».

По сути ленинское «определение» «материи» — замена одной языковой конструкции другой, а не определение обобщающего всеобщего понятия на основе синтеза некоторого множества единичных и особенных понятий.

Приведённый фрагмент показывает, что В.И. Ленин не придал значения или не заметил во­просов о том:

· является ли различие красного и зелёного различием объективным, существующим помимо наших органов чувств, ощу­щений и помимо сознания людей?

· было ли оно в эпохи, когда человечества на Земле ещё не было и рассуждать на эту тему было некому?

· чем оно обусловлено?

С точки зрения дальтоника или лошади, не обладающей цветным зрением, объективной разницы между красным и зелёным действительно нет, но мы-то — не дальтоники в своём большинстве; да и дальтонику, вооружившемуся спектроскопом, восприятие этой разницы, хоть и опосредованно, но всё же объективно доступно — через приборную базу науки, а не непосредственно в ощущениях. Но если мы зрячи и видим различие «красного» и «зелё­ного» непосредственно в ощущениях или опосредованно через средства техносферы; если мы признаём, что объективный Мир (материя) существует помимо нашего сознания, а наши ощущения приносят нам образы, «созвучия» и «мелодии» внешнего мира, — то мы в праве задаться вопросом:

А образы внешнего мира, например, различие красного и зелёного цветов объективны? либо­ они — порождения нашего субъективизма?

И ответ, подтверждаемый Жизнью, на поставленный нами этот вопрос — один:

Образ объективен, хотя сам по себе он нематериален: он только запечатлевается в материи. Но способность субъекта, как и его неспособность к восприятию объективного образа, а так же и само субъективное восприятие объективного образа обусловлены особенностями организации (упорядоченности) материи, составляющей субъекта[113], и материи, несущей образ.

В частности, в различии красного и зелёного цветов выражается различие частот, характерных для излучения в красной и зелёной частях спектра. Т.е. это различие носит объективный характер и обусловлено объективной мерой — матрицей возможных состояний материи. Сама же эта матрица явно не материальна.

Мы не видим в ультрафиолетовой части спектра, вследствие общих всем свойств здорового человеческого тела. А при ущербных отклонении от нормы здоровья, возможны глухота, слепота — полная или частичная, чему примером дальтонизм. То есть: и норма, и отклонения от неё обусловлены особенностями в организации специфического вида материи, из которой сформирован субъект: сбой в порядке (в структуре) построения хромосом и… красное — оно же «зелёное» либо стало видимо ультрафиолетовое или инфракрасное.

И это было очевидно и во времена основоположников «диа­лек­тического» материализ­ма. Так, Ф. Энгельс неоднократно видел свой образ в зеркале, видел свой образ на фотографиях. Видел К. Маркса и живьём, и на фотографиях. Знал, что образы его и К. Маркса — объективно различные образы. Знал, что каждый из образов остаётся самим собой вне зависимости от его материального носителя: живого «бел­ко­вого тела», оптического изображения этого тела в зеркале или его изображения на фотографии, т.е. образ объективен. Знал, что сам по себе образ нематериален (в смысле его характеризует не вещество или иной вид материи, его несущей), и нет однозначной обусловленности образа материальным носителем, поскольку на фотопластинке может быть запечатлён образ всякого материального объекта, который окажется в поле зрения объектива фотоаппарата, заряженного изначально чистой фотопластинкой.

То же касается и В.И. Ленина, тем более что, бичуя махистов, он о том же нематериальном и объективно существующем пишет: копируется, фотографируется, а в итоге объективная истина о внешнем мире — достояние человека, но об объективности нематериального — ни слова: ведь «копируется» не в смысле порождения материального дубликата объекта органами чувств; они создают только более или менее совершенный дубликат оригинального образа, опираясь на материальные и алгоритмические процессы, свойственные организму человека или подвластные ему во внешнем мире, и этот нематериальный дубликат «диалек­тики»-ма­те­ри­алисты называют «отра­же­ни­ем», «знанием», а идеалисты, как можно понять из «Материализма и эмпириокритицизма», — «опы­том», «чистым опытом», придавая ему субъективный либо объективный характер в зависимости от обстоятельств и характера идеализма (объек­тив­ный либо субъективный).

По нашему разумению вопрос о том, представляет ли собой всякий образ нечто нематериальное, но объективное, будучи неотъемлемой составляющей объективной реальности? — принадлежит к той же категории «гносеологических вопросов»[114], обсуждения которых в обилии встречаются в литературе по «диалектическому» материализму, включая и сам «Мате­риализм и эмпириокритицизм»:

«Существуют вещи независимо от нашего сознания, независимо от нашего ощущения, вне нас, ибо несомненно, что ализарин существовал вчера в каменноугольном дёгте, и так же несомненно, что мы вчера ничего не знали об этом существовании, никаких ощущений от этого ализарина не получали («Материализм и эмпириокритицизм», цитированное издание, с. 113).

— Ответьте: «Да» либо «Нет».

И каждый из ответов подразумевает взаимоисключающие пути дальнейшего осмысления Объективной реальности.

Однако «диалектический» материализм «гносеологическими вопросами» об объек­тив­ности нематериального сам не задаётся. Замените в этой цитате слово «вещи» на слово «обра­зы»: вопрос обретёт новый смысл, требующий при ответе на него одного — покинуть загон материализма вообще, и «диалекти­чес­кого» материализма, в частности.

А теперь сопоставим кое-какие факты.

В полном собрании сочинений В.И. Ленина (пятого издания) «Словарь живого великорусского языка» В.И. Даля упоминается трижды. Причём, как можно понять из соответствующих мест собрания сочинений, где упоминается «Словарь» В.И. Даля, В.И. Ленин ознакомился с ним уже после 1917 г., т.е. уже на закате своей жизни. В «Словаре» же В.И. Даля приводится простонародная поговорка «нет вещи без образа»[115]. И если её сопоставить с только что приведённой «гносео­ло­ги­ческой» цитатой из «Мате­риализма и эмпириокритицизма», то эта поговорка, открывает более мощный взгляд на вещи, в частности, и на объективность материи; взгляд, отличный от взглядов европейских философских школ.

Она представляет собой один из многих показателей того, что простонародная житейская мудрость в совокупности русскоязычных пословиц и поговорок народов России в XIX веке во многом превосходила «научную философию» правящей «элиты» Европы, включая и российскую европейски образованную «элиту». И если бы «элитарная» «научная философия» систематически не пренебрегала простонародной мудростью и не противопоставляла себя ей, то она[116] избежала бы многих серьёзных ошибок.

Но в более широкой постановке вопрос об объективности заведомо нематериального образа, не зависящего от конкретного вида материи, его несущего, — это вопрос об объективной истине (либо в иных словах, об объективности смысла Жизни, об объективности инфор­мации, об объективности идей) как о нематериальной составляющей бытия, которая запечатлевается Жизнью в материи во всех её известных и неизвестных в каждую эпоху человеку видах, и для обозначения которой необходимы соответствующие «философские» катего­рии. Это вопрос об основах адекватности субъективного познания объективной истины.

Но объективность нематериальных образов вещей (запечат­лён­ной в них информации), это ещё не вся объективная нематериальность в Жизни. Образ остаётся самим собой, вне зависимости от переноса его с одного вида несущей его материи на другой; остаётся самим собой в каждой из множества своих копий, искусственным или естественным путём запечатлеваемых в том или ином виде материи. И это приводит ещё к одному «гносе­о­логи­чес­кому вопросу»:

Что объективное и нематериальное придаёт материи объективный образ?

Своеобразие материи всегда придаёт упорядоченность её фрагментов, точнее образ выстраивается определённым порядком организации материи; и определённый образ, несомый материей, разрушается изменением порядка в несущих его материальных структурах. В этом одна из составляющих взаимной обусловленности качества (в данном случае — образа) количеством и порядком.

Порядок тоже нематериален, хотя неотъемлемо связан с материей, поскольку нет в Мироздании неупорядоченной материи: даже один «хаос» отличим от другого по свойственным ему математико-статистическим характеристикам вследствие того, что он упорядочен[117] иначе. Действительно, порядок расположения молекул химических соединений в эмульсии фотопластинки (фотоплёнки) — один, а в изображении акварелью — другой порядок других по атомному составу и их внутренней упорядоченности молекул, а объективный образ, запечатлённый на фотопластинке и в акварели, может быть одним и тем же, несмотря даже на то, что на фотопластинке он получен посредством техники, а акварель — произведение художественного творчества человека.

Но термин «порядок» — это определение не по существу. Если по существу, то:

Всякий порядок — это мера как определённость и предопределённость: определённость численная, т.е. определённость количественная и порядковая, в совокупности образующие векторно-матричную определённость, включая и определённость различия правой и левой систем координат; определённость, упреждающая акт творения, т.е. это — Предопределение Божие в религиозном миропонимании.

Предопределённость, в частности: в одном из самых простых своих выражений — как закономерное порождение в одних и тех же физических условиях атомами молекул химических соединений; в самом высокоорганизованном выражении, но локализованном границами общества, — как закономерность (повто­ряемость) исторических явлений, обратно пропорциональная их духовности [118], т.е. осмысленности самими людьми — делателями истории — своего прошлого и своих намерений на будущее.

Ф. Энгельс тоже затрагивал эту проблематику:

«Материя как таковая, это — чистое создание мысли и абстракция. Мы отвлекаемся от качественных различий вещей, когда объединяем их, как телесно существующие, под понятие материи. Материя как таковая, в отличие от определённых, существующих материй, не является, таким образом, чем-то чувственно существующим. Как естествознание ставит себе целью отыскать единообразную материю как таковую и свести качественные различия к чисто количественным различиям, образуемым сочетаниями тож­дественных мельчайших частиц, то оно поступает таким же образом, как если бы оно вместо вишен, груш, яблок желало видеть плод как таковой, вместо кошек, собак, овец и т.д. — млекопитающее как таковое, газ как таковой, металл как таковой, камень как таковой, химическое соединение как таковое, движение как таковое. (…) Как доказал уже Г. Гегель («Энци­кло­педия», ч. I, с. 199), это воззрение, эта «односто­рон­не мате­ма­тическая точка зрения», согласно которой материя определима только количественным образом, а качественно искони одинакова, есть «не что иное, как точка зрения» французского материализма XVIII века. Она является даже возвратом к Пифагору, который уже рассматривал число, количественную определённость[119], как сущность вещей» («Анти-Дюринг», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1988 г., с. 400, 401).

И это не единственное место, где Ф. Энгельс затронул тему мерной определённости и предопределённости. Он писал о вечности соединений углерода:

«Соединения углерода вечны в том смысле, что при одинаковых условиях смешения, температуры, давления, электрического напряжения и т.д. они постоянно воспроизводятся» («Диалектика природы», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1987 г., с. 262).

— Однако вопрос о том, что именно — какая объективная данность — выражается в том, что углерод — всегда углерод, а водород — водород, как изменение мерной определённости переводит реальную, а не абстрактную материю Мироздания из одного состояния в другие и т.п.? — у него не вставал.

Так при построении философии «диалектического» материализма сработал алгоритм рассмотрения вопросов, исходящий из принципа, чтобы «за деревьями леса было не видать», достаточно часто проявляющийся при развитии мировоззрения и миропонимания на основе Я-центризма.

Все основоположники «диалектического» материализма[120] и их идейные противники — философы других направлений, как это видно даже из относительно небольшого объёма приведённых нами цитат, так или иначе пишут определённо о трёх неразрывно связанных в Мироздании категориях — материи, информации, меры, — называя их разными именами, но не могут их свести воедино и синтезировать на их основе обобщающее их понятие, в котором разрешается и предстаёт как явное НЕДОразумение конфликт материализма, идеализма и «ну­ме­ро­логической философии», лепетавшей о том, что числа правят миром, но которой идеализм должного значения не придавал, а материализм относил к разновидностям идеализма.

Одно из мест, показывающих как диалектический материализм «в упор не видит» триединства объективных разнокачественностей материи-информации-меры и не понимает его значимости как понятия в ранге «всеобщее» в пределах Мироздания, хотя говорит по существу о нём, есть у Ф. Энгельса:

«Негели[121] сперва заявляет, что мы не в состоянии познавать действительность качественных различий, а вслед за этим тут же говорит, что подобные «абсолютные различия» не встречаются в природе! /…/.

Во-первых, всякое качество имеет бесконечно много количественных градаций, например оттенки цветов, жёсткость и мягкость, долговечность и т.п., и, хотя они качественно различны, они доступны измерению и познанию.

Во-вторых, существуют не качества, а только вещи, обладающие качествами, и притом бесконечно многими качествами. У двух различных вещей всегда имеются известные общие качества (по крайней мере свойства телесности), другие качества отличаю­щиеся между собой по степени, наконец, иные качества могут совершенно отсутствовать у одной из этих вещей» («Диалектика природы», раздел «Заметки и фрагменты», «Диалектика», цитированное издание, с. 200).

В приведённой цитате Ф. Энгельс (а вслед за ним и весь «диалектический» материализм) возводит материю в ранг предельно обобщающего понятия, низводя всё остальное до иерархически низшего ранга не определённого по составу множества частных свойств материи. Однако делает он это по умолчанию, хотя прямо пишет и об обусловленности нематериальных качеств материи (информации о ней) мерой (численной определённостью, количественной и порядковой, включая матрично-векторную).

Но то, что исторически реальные философы-идеалисты, включая и формального логика-диалектика Г. Геге­ля, не вышли на понятие триединства объективных разнокачественностей материи-информации-меры, хотя почти все светила европейской философии ходили вокруг да около, спотыкаясь о него [122], — однозначно говорит о том, что и все виды идеализма, развитые к концу XIX века в библейской культуре (на Западе), не лучше любого из видов материализма того времени.

Не всё ладно и в философских традициях, восходящих к знахарским культурам народов Востока. В частности, символ [ можно понимать в смысле диалектической двойственности: две противоположности, слитые воедино, каждая из которых несёт в себе качество парной ей противоположности (симво­лизиру­емой точкой противоположного цвета, помещённой внутри каж­дого «червячка-головастика»).

Но возможно его понимание и в смысле триединства: кроме этих двух противоположностей есть ещё и бесцветная, прозрачная и пустая форма-матрица, которая проявляется, т.е. становится видимой, неразрывно соединяя в себе обе противоположности в известное всем [. Без этой пустой, прозрачной и бесцветной формы, отличной и от «инь», и от «янь» (информационных характеристик компонент этого символа), от вполне определённого по своей графической структуре символа [ осталась бы только бесформенная «серо-буро-малиновая» клякса. Однако в достаточно широко известной литературе, посвящённой восточным философским традициям, нам не приходилось встречаться с толкованием [ в смысле триединства материи-информации-меры.

При этом полезно заметить, что в интерпретацию [ как символа триединства материи-информации-меры в Мироздании входят предельно обобщающие категории, воспринимаемые человеком в жизни непосредственно, что отличает её от традиционной интерпретации [, в которой непосредственно восприятие вселенских составляющих [ «инь» и «янь» для большинства проблематично.

И эта ущербность, непонимание Мироздания как триединства материи-информации-меры идеа­лиз­мом и материализмом во всех их разновидностях в ПУБЛИЧНЫХ — экзотерических — ФИЛОСОФИЯХ всех культур, включая и мусульманскую[123], сохраняется и до наших дней.

Никто самостоятельно не вышел на это понятие, хотя как показывает анализ текстов В.И. Ленина, Ф. Энгельса и других философов, рассмотрение символа [ и его толкований, — практически все ходили вокруг триединства материи-информации-меры и «спотыкались» о его компоненты, будучи не способны преодолеть свой Я-центризм и выйти на это понятие.

И при всём при том европейская ПРОИСТЕКАЮЩАЯ ИЗ БИБЛИИ публичная экзотерическая философия издревле всех с нею сталкивающихся ставит перед выбором:

Идеализм либо материализм? Третьего [124] не дано! Выбирайте! — Но выбирая из двух искусственно и злоумышленно сконструированных разновидностей лжи, невозможно избрать истину.

И в то же самое время прикладная, т.е. не абстрактно-кабинет­ная, философия на основе триединства первичных разнокачественностей материи-информации-меры существовала всё это вре­мя в той же самой библейской культуре, но была предназначена не для системы публичного философского образования, а для внутреннего употребления эзотеристами. Именно о триединстве материи-информации-меры в иносказательной, запрограммированной на неоднозначность понимания форме повествуют приводившиеся ранее в разделе 3.6 выдержки из книги В. Шмакова «Священная книга Тота. Великие арканы Таро».

Это приводит к вопросу о том, откуда носители той эзотерической традиции взяли мировоззрение, мозаика которого развёртывается в направлении «от общего к частностям». На сей счёт могут быть самые разные мнения, однако Коран сообщает прямо:

«И вот Мы даровали Моисею писание и различение, — может быть, вы пойдёте прямым путём!» (сура 2:50 (53)).

Т.е., если принимать это кораническое свидетельство, то Моисею было дано Свыше два качественно разнородных информационных модуля — некое «Писание», и «Различение». Сура 25 Корана так прямо и называется — «Различение». И на основе сообщаемого в её первых аятах мы вышли на триединство материи-информации-меры — систему первичных различий = предельных обобщений в границах Мироздания.

И если хранители некой эзотерической традиции, фрагменты текстов которой приводит В. Шмаков в цитированной ранее «Священной книге Тота. Великих арканах Таро», не сами догадались о триединстве, но скрыли от общества часть информации, открытой Свыше через Моисея для просвещения всех людей без исключения, то они могут быть охарактеризованы словами Корана: «Кто же нечестивее того, кто скрыл у себя свидетельство Божие?» (сура 2:134 (140)).

И вследствие этого сокрытия и на его основе в ходе глобализации складывается система разделения обществ на социальные группы по мировоззренческому признаку, о которой речь шла в начале этой главы — в разделе 3.1:

· наименее адекватные жизни мировоззрения калейдоскопического типа и Я-центричные мозаики, сводимые к метрологически несостоятельному набору предельных обобщений «вещество, дух (природные поля), пространство, время», — предназначены «всем», т.е. и простонародью, и «элите»;

· а избранным носителями эзотерической традиции для того, чтобы они управляли «всеми», предназначено мировоззрение триединства материи-информации-меры, о котором неоднозначно повествует приведённый ранее текст из книги В. Шмакова «Священная книга Тота. Великие арканы Таро».


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.038 сек.)