АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Сущность техники

Читайте также:
  1. I. Социально-психологическая сущность неуставных взаимоотношений
  2. IX.6. Взаимоотношение науки и техники
  3. VI. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВЫЧИСЛИТЕЛЬНОЙ ТЕХНИКИ
  4. Аграрная модернизация в начале ХХ в.: предпосылки, сущность, итоги.
  5. Аграрная реформа правительства П.А. Столыпина: предпосылки, сущность, историческое значение
  6. АДМИНИСТРАТИВНЫЕ МЕТОДЫ УПРАВЛЕНИЯ, ИХ СУЩНОСТЬ, ДОСТОИНСТВА И НЕДОСТАТКИ
  7. Административный процесс: сущность и виды
  8. Аксиомы науки о безопасности жизнедеятельности. Определение и сущность.
  9. Безработица: сущность, показатели, факторы. Формы безработицы. Закон Оукена
  10. Безработица: сущность, причины, виды и последствия. Закон Оукена.
  11. Безработица: сущность, типы. Измерение уровня безработицы. Экономические и социальные последствия.
  12. Белорусская этносоциальная общность: сущность, этапы развития

 
 


ТЕХНИКО-ПРОИЗВОДЯЩАЯ ТЕХНИКО-ИСПОЛЬЗУЮЩАЯ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

ТЕХНИЧЕСКОЕ

УСТРОЙСТВО

 
 


ТЕХНИЧЕСКАЯ СРЕДА

 

Сущность техники описывается в пространстве четырех координат: первая координата задается категорией "технико-использующая деятельность", вторая – категорией "технико-производящая деятельность", третья – категорией "техническое устройство", наконец, четвертая – категорией "техническая среда".

В этой схеме средний элемент – техническое устройство – выполняет роль своеобразного посредника. С одной стороны, техническое устройство живет по законам деятельности и является продуктом технико-производящей деятельности, с другой – по законам природы и деятельности и является средством или условием технико-использующей деятельности.

Сфорулируем основные характеристики техники:

Техника (техническое действие) существует только на пересечении, стыке технико-производящей и технико-использующей деятельностей.

Существует связь двух сторон технико-использующей деятельности: один искусственный – деятельностный, другой – естественный, природный.

Техника (техническое действие) – это такой феномен, который осознается как техническая реальность, то есть то, что обладает характеристиками, соответствующими технико-производящей и технико-использующей деятельности.

Технико-производящая деятельность строится с опорой на специальные знания и картины мира, как бы опосредуется этими знаковыми средствами и представлениями.

Влияние техники на природу, человеческое окружение и самого человека является неотъемлемым моментом техники.

Картина мира представляет собой образ той действительности, из которой, как непосредственно данной, исходит специалист. Научно-инженерная картина мира включает в себя некий сценарий. Существует природа, мыслимая в виде бесконечного Резервуара материалов, процессов, энергий. Ученый описывает в естественной науке законы природы и строит соответствующие теории. Опираясь на эти законы и теории, инженер изобретает, конструирует, проектирует инженерные изделия (машины, механизмы, сооружения). Массовое производство, опираясь на инженерию, производит вещи, продукты, необходимые человеку или обществу. В начале этого цикла стоят ученый и инженер – творцы вещей, в конце – их потребитель.

Если ученый ближе к способам проектирования (создания языка) и организации «работы» технических сооружений, то инженер – к реализации этих научных разработок. Первое называют технологией, а второе – техникой. Однако иногда технологией называют не только науку о процессах и способах производства, но и саму технику, что, в принципе, ошибочно.

Итак, стыковка науки и техники происходит на уровне технологии. Техника (в заначении технического устройства) есть застывшая технология. Однако эта запечатленная технология непрерывно сказывается в актах технико-использующей деятельности. Выполняя технологически заложенную функцию, техника «ведет себя» подобно живому существу, Эта «самодостаточность» выражается в разночтении языков действующего технического устройства и пользователя.

Так, например, исследовательская деятельность ученого связана с прибором, который призван осуществить функцию измерения в конкретном эксперименте. Прибор декодирует поступающую информацию о конкретном фрагменте действительности, а ученый должен декодировать язык прибора в язык науки (например, математики). Прибор выполняет только то, на что «способен». Т.е. он выполняет работу и качественно, и количественно только в границах кода. Ученый, доверяя прибору, вполне может получить искаженную информацию. Более того, прибор сам может вносить собственные флуктуации в исследуемую область. Если учесть, что техника пронизала практически все сферы социума и может по праву быть обозначена как техносфера, то следует с уверенностью признать прямую зависимость результативности научных исследований от техники. Это касается и гуманитарных наук. Обоснуем это.

Технология и учение о деятельности близки по духу и назначению. С того момента, как представление о технологии было обобщено до более широкого, понимания, стало очевидно, что технология – это одна из специализированных современных- форм развития деятельности. Развитие технологии определяется более общими механизмами развития деятельности. С технологией связаны ряд особых, современных механизмов развития деятельности – отслеживание ее эффективности в цивилизационном плане, контроль и управление за развитием, внимание к технологической стороне дела и т.д. Известно, что специфическое осознание технологии возникло довольно поздно (оно относится к концу ХIХ началу ХХ столетия), поскольку именно в этот период сформировались указанные здесь аспекты технологии.

Деятельность — это не только одна из форм отноше­ния; это очень специфическая форма отношения, имеющая два основных признака:

Во-первых, это отношение продуктивного типа, предполагающее получение некоторого результата. Он может быть представлен, однако, не только в форме какого-либо продукта (изделия, ценности и др.), но и в виде освоения челове­ком тех или иных знаний, умений, других форм социального опыта. Тем самым данное определение указывает на наличие трех основных типов деятельности — не только собственно тру­довой, но также и игровой, и учебной.

Во-вторых, деятель­ность — это такое отношение, которое регулируется осознавае­мой целью как идеальным образом будущего результата. Цель выступает так называемым системообразующим фактором дея­тельности, т.е. главным критерием определения ее содержания, структуры и динамики. И в этом заключается важнейшее отличие деятельности от иных форм активности человека (скажем, от импульсивной, непроизвольной активности). Содержание дея­тельности определяется не потребностями человека как таковыми, а именно целью (изготовление какого-либо продукта, получение каких-либо знаний). То, почему человек действует определенным образом, не совпадает с тем, для чего он действует. Возникает важнейший деятельностный феномен — явление расхождения по­требностей, мотивов человека с непосредственными целями его деятельности.

В деятельности выделяют следующие свойства:

Во-первых, это свой­ство интенсиональности деятельности — ее направленности на опре­деленный «внешнеположенный» по отношению к субъекту объект, который выделяется им в качестве предмета своей целенаправленной активности.

Во-вторых, это свойства адаптив­ности деятельности, т.е. способности к гибким перестройкам и трансформациям при изменении условий ее реализации.

В-тре­тьих, это свойство системности, согласно которому деятель­ность предстает не рядоположенной суммой своих компонентов, а их организованной целостностью.

Сама деятельность так устроена (точнее, мы ей приписываем такое строение), что содержит элементы, близкие по природе тем, которые определяют сущность технологии. Действительно, в культуре деятельность, целенаправлена и функциональна, что предопределяет ее социальную эффективность. Далее, деятельность – это, как правило, особый механизм развития. Деятельность – это, собственно, то в исторической действительности, что развивается и воспроизводится. Наконец, деятельность предполагает и такой план как осознание и контроль (иначе не удается удержать и воспроизвести ее основные параметры). Конечно, в обычных условиях деятельностные способы осознания и контроля осуществляются не в той форме, которая характерна для технологической реальности. Это прежде всего так называемый профессиональный опыт, практико-методические знания (правила, принципы действия, запреты, описания способов и приемов деятельности и т.д.), сфера передачи профессионального опыта, т.е. обучение. Но можно заметить, что эти неспецифические для технологии способы осознания и контроля по ряду параметров сходны с технологическими, хотя и менее совершенны.

Деятельность как принцип и объект изучения относится к области оснований философско-методологического мышления. Ее задают в плане метода установки на воспроизводство, развитие, преобразование, трансляцию, возможность кооперации (позиций, актов деятельностей), соединение в анализе разных планов изучения (материального, функционального, структурного, процессуального, гносеологического и т.д.). Технология – это только один из специфических видов деятельности. В философско-методологическом мышлении технология относится не к основаниям, а к предметной области, т.е. ее изучают с помощью понятий "деятельность", "реальность", "существование" и других.

Представление деятельности в качестве технологии (с эпитетами "потенциальная", "неартикулированная", "виртуальная" и т.п.) прием вполне правомерный, если иметь в виду соответствующий контекст – анализ сущности техники и генезиса техники в культуре. Вне этого контекста отождествление технологии с деятельностью может привести к различным парадоксам.

Когда мы говорим об исследовательских технологиях применительно к гуманитарному знанию, мы должны иметь в виду рациональную форму деятельности. Рациональная форма вырастает из выстраивания стратегии исследования, которая укоренена в социальные формы жизнедеятельности. Рациональность, как мы ранее определяли, есть расчет. В нашем случае – это расчет ресурсов, времени, финансирования, значимости, степени разработанности темы, характеристики усилий и др. Все эти параметры требуют обоснования и аргументации, которые, в свою очередь, входят в понятие рациональности. Возьмем для примера научную диссертацию. Задача научного руководителя в основном сводится к помощи технологической. Он должен, в соответствии с требованиями ВАК, подсказать как следует выполнять работу, как успешно защитить диссертацию. Если к этим как добавить что (основные идеи содержания и принципы их экспликащии), то мы и получим технологию написания диссертации.

В теме «роль техники в научном исследовании» важное значение играет техническое устройство. Но даже в этом случае следует иметь в виду, что любое техническое устройство внедрено в систему, которая функционирует в режиме технологии. Например, функционирование информационных потоков, их дозирование и систематизация зависят от компьютерной техники, которая обслуживает систему (например, интернет). Работа с текстами – одна из важнейших составляющих гуманитарной науки. В целом электронная техника сегодня является необходимым средством в гуманитарных исследованиях. Но если техника выступает в функции диагноста (прибора), то к ней следует относиться аналогично естествознанию.

 

Заключение

В этом учебном пособии было рассмотрено современное состояние науки, ее место в жизни общества. При этом мы выделили специальные рубрики, отражающие различные аспекты науки как формы общественного сознания, как социального института. Рассмотрели положение науки в системе культуры, значение техники в научном исследовании. Но главное на что было обращено внимание – это философские основания научного познания и методы и формы научного исследования. При этом все повествование строилось в дискурсе особенностей гуманитарного знания.

Вместе с тем, хотя в учебном пособии специально вопрос о трудностях современной науки специально не ставился, здесь хотелось бы указать на глубинные, еще недостаточно проявившие себя обстоятельства, которые принципиально меняют всю ситуацию с наукой. Попробуем разобраться в том, что собственно происходит на наших глазах, тем более что количество публикаций, где говорится о кризисе в науке, стремительно растет.

Вернемся для начала к субъектно-объектной схеме познания.

Допустим, что я высказываюсь об А, например, «стакан – чистый». Спрашивается, в какой мере это является зна­нием? Вводится вторая позиция, которая строит другое утверждение, как бы включающее внутрь первое: что В знает А. В этом отношении его мож­но назвать под­лежащим – тем, о чем высказывается – «В зна­ю­щий». О нем утверждается, что «В знает А». Тем самым он ста­новится субъектом (но в другом отношении): субъектом-подлежащим высказывания о наличии зна­ния. О нем высказывается, что он действительно знает А, то есть что содержание первого высказывания соответствует реальности или истинно. Эту позицию обозначим С.

Объект-представление теперь принадлежит вто­рой позиции С, потому что объект есть то представление, которое позволяет С говорить об А, что В знает А, то есть позволяет оценивать знание А на истинность. Этот объект уходит в онтологию или в метафизику, то есть в некую совокупность аксиом, задающих способ оценки знаний.

Таким образом, В квалифицируется как субъект. Субъектная компонента заключается в том, что В есть подлежащее знания о знании, то есть это то, о чем высказываются словами.

Знание соответствует неким рамкам, контекстам или аксиомам. Но вместе с тем В есть объект во втором отношении, то есть инстанция, обладающая представлением. И эта вторая связка попадает внутрь первой. Итак, из объекта представления С возникает рамка, названная метафизикой (а потом онтологией), а содержание знания возникает внутри по сопричастности к неким аксиомам о том, что мы можем считать знанием, а что – нет.

До тех пор, пока мы предполагаем наличие некоторого С, знающего о знании или име­ю­ще­го позицию, в которой может быть по отношению к некоему знанию установлена его истинность, то в рамках такой онтологической картины (она либо задана, либо присутствует неявно и требует раскрытия), можно продвигаться по пути получения все более детальных знаний о некоторых конкретных объектах, предположенных с самого начала в рамках этой объемлющей онтологии. В этом смысле все объекты заданы, но не даны познающему, и могут быть им открыты в процессе исследования.

В тот момент, когда проблематизируется идея объемлющей или предельной онтологии, в рамках которой о знании можно сказать, что оно знание, картинка переворачивается, и возникает новая единица, которая благодаря Николаю Кузанскому получила наз­вание проблемы. Проблема есть особое имя для позиции С. В позиции С мы выстраиваем проблему, то есть фиксируем, чего мы не знаем, а в позиции В мы осуществляем полагание, соотнесенное с действием. Как только возникает идея проблемы и проблематизации, онтология в традиционном философском смысле, то есть как то представление, в рамках которого знание оценивается как знание, разрушается, и на его место приходят другие технологии: собственно технологии проблематизации, построенные на коммуникации и управленческом действии.

Итак, знание есть эта конструкция в целом: связ­ка представления и того, о чем мы высказываемся, позиционированная в рамках другого представления – онтологии. В этом смысле есть пред‑полагание, совокупность аксиом об «устрой­стве мира на самом деле». Первоначальная совокупность аксиом, как известно, содержалась в безымянном трактате Аристотеля, который назвали «Ме­та­фи­зи­кой». Внутри этих аксиом мы можем произвести соотнесение данного конкретного представления об А и квалифицировать его как знание – в рамках исследовательского подхода или установки.

В период между XV и серединой XIX века сложилась специфическая совокупность институтов мышления, которую мы сегодня называем словом «наука». Характеристика этой институциональной структуры состоит в том, что процесс исследования был замкнут на процесс обучения, и была сформирована очень спе­цифическая технология про­изводства – синкретическая

Рис. 1

 

Субъект

Пользуемся терминологией

В номиналистов:

Prima intentia – первая интенция

Secunda intentia – вторая интенция

Термин hypokeimenon - «под -

лежащее» позаимствован из

  Первая интенция
книги Аристотеля «Категории» (см.

также Втор. Анал. 83а, 6-7, 26, 31)

Не грамматическое «подлежащее», а

Вторая интенция
реальное

«под – лежащее»

Объ

 

комплексная связка между исследовательской деятельностью, исследовательским мышлением и учебным процессом. Возникновение такого комплекса связано с идеей накопления знаний, вообще с понятием «знания», с определенным отношением к процессам производства знаний, с картиной того, как формируется процесс познания и т.д.

Она получила свою институционализацию в пе­ри­од, который был связан с тем, что формировалась некая социально-политическая система, где была элита знания. Она занималась производством знания, а затем его распространяла, используя учебные, образовательные и прочие технологии. За этим институтом стояла целая система как чисто интеллектуальных, так и культурных, социальных и прочих норм и предположений. Например, что знания накапливаются, а не отбрасываются, что в этом смыс­ле мы можем достигать все большего углубления знаний, что следующее поколение должно быть включено в то совокупное знание, которое получило предыдущее, и должно двигаться все дальше по этому пути, что исследование осмысленно, потому что окружающий нас мир имеет разумное устройство и т.д.

Приблизительно в то же время начал формироваться другой институт, который собирает на себя как минимум три тенденции. Первая – это тенденция методологизации, формирования и появления методологического мышления, вытесняющего другие типы мышления, в частности исследовательское и инженерное. Вторая тенденция – это бурный рост управленческой деятельности, со всеми связанными с этим социальными и культурными трансформациями. Управление формируется как особый тип мышления и деятельности, он востребует свои способы полагания объектов и организации отдельных видов работ внутри управления, и становится новым заказчиком на технологии мышления. И третий момент – это тенденция «проектности». Соединение этих трех тенденций задает место для новой институциональной структуры. Какова она будет это дело будущего, но сейчас уже можно предвидеть, что в ней не будет места науке, как связке исследования и обучения, а будет совершенно другая конструкция.

В какой-то мере эксперимент взрывает науку изнутри. Ведь он заменяет задачу исследования задачей проектирования, задачей создания новых пространств с набором инженерных решений внутри. Поэтому инженерия есть эмбрион будущей мыследелательной формации, родившейся в теле науки, а потом изнутри ее разрушившей, подменившей, сделавшей ненужной исследовательскую деятельность в силу того, что проектное и управленческое мышление гораздо более сильно. Оно достигает тех же функциональных задач, но совершенно другим способом.

* * *

Данная работа не претендует на полную авторскую аутентичность. Для ее написания автор использовал материал из множества книг (порою заимствуя тексты и перенося, в том или ином объеме, их в эту книгу). Автору принадлежит идея и способ ее развоплощения.

Далее следует список рекомендованной, но не обязательной литературы. Для подготовки к экзамену достаточно этой книги с учетом полного прослушивания лекций автора. Внимательный читатель обратит внимание на то, что специальной литературы по вынесенной в название теме, т.е. идеографическому знанию, практически нет. Зато по номотетическому знанию – предостаточно.

 

 

ЛИТЕРАТУРА

 

УЧЕБНЫЕ ПОСОБИЯ

 

Степин Б.С., Горохов В.Г., Розов М.А. Философия науки и техники. М., 1995.

Философия и методология науки. Под ред. В.И. Купцова. М. 1996.

 

СПЕЦИАЛЬНЫЕ РАБОТЫ

1. Авенариус Р. Критика чистого опыта. Тт. 1-2. М., 1907-1908.

2. Автономова Н.В Философские проблемы структурного анализа в гуманитарных науках. М, 1977.

3. Адамар Ж. Исследование психологии процесса изобретения в области математики. М., 1970.

4. Адорно Т.В. К логике социальных наук // Вопросы философии. 1992. № 4.

5. Андреев И.Д. Теория как форма организации научного знания. М., 1989.

6. Анохин В.П. Философия и теоретические проблемы науки. М., 1990.

7. Арнхэйм Р. Новые очерки по психологии искусства. М., 1994.

8. Асафьев Б. Музыкальная форма как процесс. М., 1947.

9. Ахутин А.В. Понятие «природа» в античности и в Новое время. М., 1983.

10. Ачильдиев И.У. Власть предыстории. М., 1990.

11. Барг М.А. Категории и методы исторической науки. М., 1984.

12. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1986.

13. Бернал Дж. Наука в истории общества. М., 1956.

14. Бессонов Е.Н. и др. Герменевтика: история и современность. М., 1985.

15. Блауберг И.В., Юдин Э.Г. Становление и сущность системного подхода. М.: Наука, 1973.

16. Блок М. Апология истории или ремесло историка. М., 1986.

17. Бляхер Е.Д., Волынская Л.М. Картины мира и механизмы познания. Душанбе: Ирфон, 1976.

18. Боас Ф. Ум первобытного человека. М.-Л., 1926.

19. Богарт М.М. Проблемы узнавания. М., 1967.

20. Богомолов А.Н. Творения рук человеческих: Естественная история машин. М., 1988.

21. Богоявленская Д.Б. Интеллектуальная активность как проблема творчества. М., 1983.

22. Бунге М. Интуиция и наука. М., 1967.

23. Вартовский М. Модели. Репрезентация и научное понимание. М., 1988.

24. Вейль Г. Математическое мышление. М., 1989.

25. Велик А.П. Социальная форма движения. М., 1980.

26. Вернадский В.И. Размышление натуралиста. В 2-х книгах. М.. 1975.

27. Виргинский В.С., Хотеенков В.Ф. Очерки истории науки и техники до середины XV в. М., 1995.

28. Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. М., 1958.

29. Владимиров Ю.С. Фундаментальная физика, философия и религия. Кострома, 1996.

30. Внутренние и внешние факторы в развитии науки /историографический аспект проблемы/. Под ред. Л.М. Косаревой. М., 1983.

31. Вригт Г.Х. Логико-философские исследования. М., 1986.

32. В поисках теории развития науки. Сб. ст. М., 1982.

33. Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1968.

34. Гайденко П.П. Эволюция понятия науки (XVII – XVIII вв.). М., 1987.

35. Гадамер Х.-Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М., 1988.

36. Гадамер Х.-Г. Актуальность прекрасного. М., 1991.

37. Генезис научной картины мира (социокультурные предпосылки). М., 1985.

38. Глобальный эволюционизм. М., 1994.

39. Гончаренко Н.В. Гений в искусстве и науке. М., 1991.

40. Гончаров С.С, Ершов Ю.Л., Самохвалов К.Ф. Введение в логику и методологию науки. М., 1994.

41. Гречко П.К. Концептуальные модели истории. М., 1995.

42. Девятова С.В. Современное христианство и наука. М., 1994.

43. Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М., 1989.

44. Делёз Ж. Логика смысла. М., 1995.

45. Добров Г.М. Наука о науке. Киев, 1989.

46. Жизнь науки. М., 1973.

47. Журавлев А.П. Звук и смысл. М., 1981.

48. Загадка человеческого понимания. Сб. статей. М., 1991.

49. Злобин Н. Культурные смыслы науки. М., 1997.

50. Иванов Г.М. Исторический источник и исторические познание. Томск, 1973.

51. Идеалы и нормы научного исследования. Сб. ст. Минск, 1981.

52. Илларионов С.В. Система методологических принципов в научном познании. М., 1989.

53. Ильин В.В. Критерии научного знания. М., 1989.

54. Ильин В.В., Калинкин А.Т. Природа науки. М., 1985.

55. Ичильдиев И.У. Власть предыстории. М., 1990.

56. Ионин Л.Г. Понимающая социология: Историко-критический анализ. М., 1979.

57. Иорданов И. Наука как логическая и общественная система. Киев, 1979.

58. Исторические типы рациональности. Сб. ст. М., 1995.

59. Кальотти Дж. От восприятия к мысли. О динамике неоднозначного и нарушениях симметрии в науке и искусстве. /Пер. и послесл. В.А. Копцика/. М., 1998.

60. Капица С.П. Общая теория роста человечества. М., 1999.

61. Кармин А.С., Хайкин Е.П. Творческая интуиция в науке. М., 1971.

62. Квейд Э. Анализ сложных систем. М., 1969.

63. Кезин А.В. Особенности современного идеала научного знания. М., 1989.

64. Кезин А.В. Научность: эталоны, идеалы, критерии. М., 1989.

65. Келле В.Ж. Наука как компонент социальной системы. М., 1988.

66. Клаус Г. Сила слова. Гносеологический и прагматический анализ языка. М., 1967.

67. Котина С.В. Красота - сияние истины. М., 1992.

68. Котина С.В. Проблемная ситуация и принцип красоты. М., 1992.

69. Кохановский В.П. Философия и методология науки. М., 1999.

70. Красота и мозг, биологические аспекты эстетики. М., 1995.

71. Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. М., 1980.

72. Коммуникации в современной науке. М., 1976.

73. Косарева Л.М. Социокультурный генезис науки Нового времени. М., 1989.

74. Красота и мозг. Биологические аспекты эстетики. Сб. ст. М., 1995.

75. Крутоус В.П. Родословная красоты. М., 1988.

76. Кузнецов В.Г. Герменевтика и гуманитарное познание. МГУ, 1991.

77. Кузнецова Л.Ф. Картина мира и ее функции в научном познании. Минск: Университетское, 1984.

78. Кузнецова Н.И. Наука в ее истории. М.: Наука, 1982.

79. Культура, человек и картина мира. М.: Наука, 1987.

80. Кун Т. Структура научных революций. М., 1975.

81. Культура, человек и картина мира. М., 1987

82. Курдюмов С.П., Князева Е.Н. Законы эволюции и самоорганизация сложных систем. М., 1994.

83. Кэри У. В поисках закономерностей развития Земли и Вселенной. М., 1991.

84. Лакатос И. Доказательства и опровержения. М., 1967.

85. Лапицкий В.В. Наука в системе культуры. Псков, 1994.

86. Майданов А.С. Искусство открытия. М., 1993.

87. Маркова Л.А. Наука, история и историография XIX – XX вв. М., 1987.

88. Математика и искусство / Под ред. В.А. Копцик и Г.Ю. Ризниченко.

89. Матюшкин А.М. Проблемная ситуация в мышлении и обучении. М., 1972.

90. Мамардашвили М. К. Классический и неклассический идеалы рациональности. Тбилиси, 1984.

91. Мамчур Е.А. Проблемы социокультурной детерминации научного знания. М., 1987.

92. Мах Э. Познание и заблуждение. Очерки по психологии исследования. М., 1909.

93. Медведев В.И. Объяснение. Понимание. Язык. СПб., 1997.

94. Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 1995.

95. Мец А. Мусульманский Ренессанс. М., 1964.

96. Мигунов А.С. Искусство и процесс познания. М., 1986.

97. Микешина Л.А., Опенков М.Ю. Новые образы познания и реальности. М., 1997.

98. Мирский Э.М. Междисциплинарные исследования и дисциплинарная организация науки. М.: Наука,1980.

99. Михайлов А.А. Современная философская герменевтика. Минск: 1984.

100. Модели мира. Сб. ст. М.1997.

101. Моисеев Н.Н. Идеи естествознания и общественные науки. М., 1991.

102. Моисеев Н.Н. Современный рационализм. М., 1995.

103. Наука и культура. Сб. ст. М., 1984.

104. Наука о науке. Сборник статей. М., 1966.

105. Науки в их взаимосвязи. История. Теория. Практика. М.: Наука,1988.

106. Научная деятельность: структура и институты. Сб. переводов. М., 1980.

107. Научная картина мира: Логико-гносеол.аспект. Сб. ст. Киев: Наукова думка, 1983.

108. Научное открытие и его восприятие. Сб. статей. М., 1971.

109. Научное творчество. Сб. ст. М., 1969.

110. Научный прогресс: когнитивный и социокультурный контекст. Сб. ст. М., 1993.

111. Нейгебауэр О. Точные науки в древности. М., 1968.

112. Николис Г., Пригожин И. Самоорганизация в неравновесных процессах. М., 1979.

113. Никитин Е.П. Объяснение – функция науки. М., 1979.

114. Новая технократическая волна на Западе. Сб. переводов. М.: Прогресс,1986.

115. Нойманн Э. Искусство и время. Психоанализ и искусство. М., 1998.

116. Объяснение и понимание в науке. Сб. ст. М., 1982.

117. Овчинников Н.Ф.Методологические принципы в истории научной мысли. М., 1977.

118. Огурцов А.П. Дисциплинарная структура науки. М.: Наука, 1988.

119. Ольшки Л. История научной литературы на новых языках. В 3-х томах. М.- Л., 1933.

120. Основы науковедения. Сб. ст. М., 1985.

121. Парандовский Я. Алхимия слова. М, 1972.

122. Петров М.К. Язык, знак, культура. М.: Наука, 1991.

123. Петров Ю.А., Никифоров А.Л. Логика и методология научного познания. М., 1982.

124. Петров М.К. Социо-культурные основания развития современной науки. М., 1992.

125. Печёнкин А.А. Объяснение как проблема методологии естествознания /история и современность/. М., 1989.

126. Печёнкин А.А. Обоснование научной теории. Классики и современность. М., 1991.

127. Плотинский Ю.М. Теоретические и эмпирические модели социальных процессов. М., 1998.

128. Понимание как логико-гносеологическая проблема. Сб. ст. Киев, 1982.

129. Познание в социальном контексте. Сб. ст. М., 1994.

130. Полани М. Личностное знание. М., 1985.

131. Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983.

132. Пойя Д. Математика и правдоподобные рассуждения. М., 1957.

133. Пригожнн И. От существующего к возникающему. М., 1985.

134. Проблема объяснения и понимания в научном познании. Сб. ст. М., 1982.

135. Проблемы принятия решения. Сборник статей. АН СССР, Институт психологии. М., 1976.

136. Проблемы социокультурной детерминации научного познания. Сб. ст. Л.: ЛГУ, 1987.

137. Ракитов А.М. Анатомия научного знания. М., 1969.

138. Ракитов А.И. Историческое познание. М., 1982.

139. Ракитов А.И. Философия компьютерной революции. М., 1991.

140. Рачков П.А. Науковедение. М., 1974.

141. Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре. М., 1998.

142. Рикёр П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике. М., 1995.

143. Рожанский И.Д. Античная наука. М., 1980.

144. Садовский В. Н. Основания общей теории систем. М., 1974.

145. Самоорганизация и наука. Сб. ст. М., 1994.

146. Самохвалова В.И. Красота против энтропии. М., 1990.

147. Семёнов Ю.И. Философия истории. М., 1999.

148. Семиотика и искусствометрия. М., 1972.

149. Семушкин А.В. У истоков европейской рациональности. М., 1996.

150. Симонов П.В. Мотивированный мозг. М., 1987.

151. Системный анализ и научное знание. М.: Наука, 1978.

152. Современная философия науки: знание, рациональность, ценности в трудах мыслителей Запада. Хрестоматия. Состав. А.А. Печёнкина. М., 1996.

153. Современная картина мира: формирование новой парадигмы. М., 1997

154. Степин В.С. Становление научной теории. Минск, 1976.

155. Структура и развитие науки. Сб. переводов. М., 1978.

156. Тулмин Ст. Человеческое понимание. М., 1984.

157. Уайтхед А.Н. Избранные работы по философии. М., 1990.

158. Уайтхед А.Н. Символизм, его смысл и воздействие. Томск, 1999.

159. Уинч П. Идея социальной науки и ее отношение к философии. М., 1996.

160. Уйбо А.С. Теория и историческое познание. Таллин, 1988.

161. У истоков классической науки. Сб. статей. 1968.

162. Ученые о науке и ее развитии. Сб. ст. М., 1971.

163. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М., 1986.

164. Фейнберг Е.Л. Две культуры. Интуиция и логика в искусстве и науке. М., 1992.

165. Фейнберг Е.Л. Кибернетика. Логика искусства. М., 1981.

166. Феноменология искусства. Сб. ст. М., 1996.

167. Филатов В.П. Научное познание и мир человека. М., 1989.

168. Философские проблемы науки. Сб. статей. М., 1977.

169. Философия в современном мире. Философия и наука. Сб. ст. М., 1972.

170. Философия. Методология. Наука. Сб. ст. М., 1972.

171. Философия науки. Выпуск 1 – 8. М., 1995 – 2002.

172. Философско-методологические проблемы взаимодействия наук. Сб. ст. Минск: Наука и техника, 1985.

173. Франк Ф. Философия науки. М., 1960.

174. Фролов И.Т., Юдин Б.Г. Этика науки. М., 1986.

175. Хайтун С.Д. Наукометрия. Состояние и перспективы. М., 1983

176. Хакен Г. Синергетика. М., 1985.

177. Хвостова К.В., Финн В.К. Гносеологические и логические проблемы исторической науки. М., 1995.

178. Хилл Т.И. Современные теории познания. М., 1965.

179. Холтон Дж. Тематический анализ науки. М., 1981.

180. Художественное и научное творчество. Сб. ст. Л., 1972.

181. Хюбнер К. Критика научного разума. М., 1994.

182. Ценностные аспекты развития науки. Сб. ст. М.: Наука, 1990.

183. Цоколов С.А. Дискурс радикального конструктивизма. Мюнхен, 2000.

184. Человек науки. Сб. ст. М., 1974.

185. Черноволенко В.Ф. Мировоззрение и научное познание. Киев: Изд-во Киев. ун-та, 1970.

186. Черняк В.С. История. Логика. Наука. М., 1986.

187. Чудинов Э.М. Природа научной истины. М. 1977.

188. Швырев В.С. Теоретическое и практическое в научном познании.. М., 1979.

189. Швырёв В.С. Неопозитивизм и проблема эмпирического обоснования науки. М., 1966.

190. Шепф Х.-Г. От Кирхгофа до Планка. М., 1981.

191. Школы в науке. Сб. ст. М., 1977.

192. Шмаков В.С. Структура исторического знания и картина мира. Новосибирск: Наука, 1990.

193. Шубас М.Л. Инженерное мышление и научно-технический прогресс, стиль мышления, картина мира, мировоззрение. Вильнюс: Минтис, 1982.

194. Шумилин А.Г. Проблемы теории творчества. М., 1989.

195. Эволюционная эпистемология: проблемы и перспективы. Сб. ст. М., 1996.

196. Эволюция, культура, познание. Сб. ст. М., 1996.

197. Эволюция, язык, познание. Сб. ст. М., 2000.

198. Юнг К. Феномен духа в искусстве и науке. Собр. соч. Т. 13, М., 1992.

199. Юнг К., Нойманн Э. Психоанализ и искусство. М., 1996.

200. Ярошевский М.Г. Социальные и психологические координаты научного творчества // Вопросы философии, 1995, № 12.


* Хотелось бы оговориться относительно демократии в Афинах. Именно в самых демократичных Афинах (так, по крайней мере, сегодня принято считать) за неуважение к богам местного пантеона были осуждены восемь философов, среди которых оказались такие известные, как Ксенофан, Анаксагор, Сократ, Аристотель. Более того, в 306 году до р.Х. тогдашний депутат Ареопага по имени Софокл вышел в проектом о запрещении философии в Афинах. Возможно, это замечание следует трактовать как иллюстрацию трудности становления научного способа постижения мира. Непонимания нового образа мышления традицией.

* Процитируем самое начало Метафизики Аристотеля: «По мере открытия большого числа искусств, с одной стороны, для удовлетворения необходимых потребностей, а с другой — для препровождения времени, изобретатели второй группы всегда признавались более мудрыми, нежели изобретатели первой, так как их науки были предназначены не для практического применения»

* Более подробно об этих планах можно ознакомиться в моем учебном пособии: Смирнов В.И. Жизненный путь человека. Л: Институт им.И.Е.Репина, 1989. Или в монографии: Владимир Волжский. Основания синтетической теории человека. СПб: Ступени, 1997.

** См. его трактат «О неином» (издан на русском языке в его собрании сочинений, в 2х томах).

*** Аристотель. Соч. в 4-х тт. М.: Мысль, 1976-1984, т.1, с.398.

* Шеллинг Ф.В.Й. Соч. в двух томах, т.2. М.: Мысль, 1989, с.473.

* Лукасевич Я. О детерминизме //Логические исследования. Вып.2. М., 1993, с.205.

* Вригт Г.Х. фон. Логико-философские исследования. М.: Прогресс, 1986. с.184.

* Монсон П. Лодка на аллеях парка // Социол. исслед. – 1996. - №3, с. 78.

 

[1] Садовский В.Н. Основания общей теории систем. - М.:Наука,1974.

[2] Ibid., C.236.

[3] Ibid., C.238.

[4] Современная западная философия: Словарь / Сост.: Малахов В.С., Филатов В.П. – М.:Политиздат,1991.-С.76.

[5] Флейвелл Дж.Х. Генетическая психология Жана Пиаже. - М.,1967.-С.414.

[6] Введенский А.И. Логика как часть теории познания. - Пг.,1917.

[7] Ibid., C.142.

[8] Витгенштейн Л. Философские работы. Часть 1. - М.: Гнозис,1994. -C.341.

[9] Садовский В.Н. Основания общей теории систем. - М.:Наука,1974. - C.243.

[10] Флейвелл Дж.Х. Генетическая психология Жана Пиаже. - М.,1967. - C.414.

* Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. Спб., 1998, с. 112.

* Герд А.С. Еще раз о значении термина // Лингвистические аспекты терминологии. ВГУ, Воронеж, 1980, с.78.

* Платон. Соч.: В 3 т. М., 1968. Т. 1, с. 453

** Гумбольдт В. Избр. труды по языкознанию. М., 1984. С. 165-166.

 

*ОЗНАЧАЮЩЕЕ. Для Ф.Соссюра одна из двух частей знака, выделяемая исключительно в аналитических целях. В соссюровской традиции означающее есть форма, принимаемая знаком. Для самого Ф.Соссюра в отношении лингвистических знаков это значит нематериальную форму устного слова – “звуковой образ”. Последователи трактовали означающее как материальную (физическую) форму знака – нечто, что может быть увидено, услышано, почувствовано или попробовано (носитель знака).

** ОЗНАЧАЕМОЕ. Для Ф.Соссюра означаемое есть одна из двух частей знака (выделяемая исключительно для аналитических целей). Означаемое у Ф.Соссюра есть ментальный концепт, представленный означающим (и не являющийся материальным предметом). Это не исключает указания на знаки физических объектов в определенном мире или абстрактных понятий и функциональных сущностей, но означаемое само по себе не является референтом в определенном мире. Для последующих интерпретаторов привычно уравнивать означаемое с “ содержанием ”.

 

[11] К.Поппер. Логика и рост научного знания / К.Поппер. – М.: Прогресс, 1983. - С.83.

* См.: Сокулер З.А. Проблема обоснования знания. - М.:Наука,1988.

** Сокулер З.А. Проблема обоснования знания. - М.:Наука,1988, с.8.

*** См.: Лаудан Л. Наука и ценности. // Современная философия науки. - М.:Логос,1996. – С.295-342.

**** Лаудан Л. Наука и ценности. // Современная философия науки. - М.:Логос,1996. – С.339.

* Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. - М., 1979. С. 295.

* Платон. Государство // Соч. в 3 т. Т. 3. (1). - М., 1971. С. 110 - 111.

** Аристотель. Никомахова этика // Соч. в 4 т. Т. 4. - М., 1983. С. 176.

*** Платон. Государство // Соч. в 3 т. Т. 3 (1). - М., 1971. С. 110.

****Аристотель. Ук. соч. С. 174.

***** Аристотель. Ук. соч. С. 174.

******Аристотель. Ук. соч. Т. 3. С. 89.

******* Там же

 

 

* Аристотель, там же.

** Аристотель. Метафизика. Ук. соч. Т. 1. С. 65 - 66,

*** Платон. Государство. Ук. соч. Т.3 (1). С. 47; 50 - 52.

****Там же, с.13

 

 

 

 

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.058 сек.)