АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Н. А. Бердяев

Читайте также:
  1. Бердяев Н.А.Философия свободы. Смысл творчества
  2. Вопрос 17. Учение о человеке в философии Н.С. Бердяева
  3. Н.А. Бердяев о свободе человека и воле Божьей
  4. Николай Бердяев о двуединой проблеме времени и свободы
  5. Тема свободы и творчества в философских исканиях Н.Бердяева.
  6. Экзистенциализм Н. Бердяева.
  7. Экзистенциальный персонализм Н.А. Бердяева.

 

«Мужчина отрицательный», напротив, квинтэссенция человеческих пороков, но и страстей вместе с ними. Да, он и пьет, и гуляет, и пропивает, и прогуливает, он охот ник до женских сердец, и не только сердец. Впрочем, возможен и диаметрально противоположный вариант, но абсолютно из этой же серии — он ни до чего не охотник, но в этой своей холодности прекрасен.

Каким образом подобные мужчины способны восхищать — непонятно, но в этом‑то, видимо, и вся их прелесть — в непонятности. Если бы женщине хотя бы на миг открылось то, почему они такие непутевые или запуганные до степени оледенения (а это именно так!), то, вероятно, вся их притягательность растаяла бы, как Снегурочка в лучах восходящего солнца. Однако же над влюбленными властвует ночь, как натуральная, так и аллегорическая — мрак здравого смысла.

От чего мужчина бывает сердцеедом? Да масса причин! Возможно, мать не дала ему своего тепла, и теперь он невротично ищет это тепло где попало, но, не умеющий греться в этом тепле, он бросает своих женщин одну за одной, как надоевшие игрушки. Возможно, отец был с ним жесток и унижал его, теперь он, выросший, мстит тем, кому может отомстить, — женщинам, которых влюбляет в себя, чтобы затем бросить. Возможно, он ужасно боится женщин и потому облачается в личину холодности. Возможно, он просто не способен на длительные отношения с женщинами, потому что в душе слаб 3 и несостоятелен, а потому избрал для себя тактику «разрушительных набегов». Вариантов тут пруд пруди, а вот подлинной мужественности у таких субъектов, как правило, днем с огнем не найти.

Факт остается фактом: женщины если влюбляются, то влюбляются в «рокового мужчину». «Я все умом понимаю! Понимаю, что он не для меня, понимаю, что ненадолго это! Я все понимаю, доктор, а сделать с собой ничего не могу!» — реплика не приеме у психотерапевта частая и, кажется, обрекающая его труд по укреплению психического здоровья пациентки на полное заведомое фиаско. Но не спешите хоронить психотерапевта со всеми его потугами. Если есть проблема, есть и решение.

Прежде всего, необходимо понять, хочет ли женщина избавляться от подобного причиняемого ей любовью страдания или же нет. На нет, как говорится, и суда нет. Если же такое желание наличествует, если подобная страсть обременяет, если в конце концов эта и подобная ей увлеченности из раза в раз приводят к полному эмоциональному дефолту, приходится, что называется, браться за голову.

Отчего влюбляется женщина в «рокового мужчину»? Ответ достаточно прост: он воспринимается ею, зачастую неосознанно, как эманация мужественности, как само, слов но спустившееся с небес, мужское начало. «Мужчина положительный», напротив, воспринимается не как мужчина, а как «человек», или, того хуже, «баба», скулящая, нудящая. Задачи потому и состоят в том, чтобы развенчать этот миф о мужественности нашего «сердцееда». Для взгляда если и не объективного, то, по крайней мере, стороннего, а главное — профессионального, данная процедура проблемы не составляет.

Далее сложнее: женщине придется пережить муки разочарования в своем «идеале». Это тягостное чувство ей уготовано в любом случае — сейчас или позже, но пробуждение от всякого любовного гипноза придет, а страсть, жалясь и терзая, все‑таки оставит разбитое на время сердце. В процессе психотерапевтического «лечения от любви» это можно пережить и быстрее, и под каким‑никаким, но наркозом.

Впрочем, на этом терапия не заканчивается, поскольку период реабилитации после подобной ампутации и сложен, и извилист, и должен оыть пройден по возможности быстро. Кроме того, необходимо четко уяснить, на какие же грабли мы так настойчиво, несмотря ни на что, наступаем, каковы предвестники любовной горячки. Все это обеспечит и вакцинацию от любовного безумия, и профилактическое его лечение. С другой стороны, если мы столько времени и так настойчиво переоценивали тех, кто «не тот, кто нам нужен», и недооценивали «тех, кто нам нужен», теперь первых необходимо девальвировать, а последних следует переоценить в сторону повышения котировок.

 

Все наши подсознательные желания, противоречивые по природе и безграничные по содержанию, ждут своего исполнения именно в любви. Наш партнер должен быть сильным и в то же время беспомощным, вести и быть ведомым, быть аскетичным и в то же время чувственным одновременно. Он должен изнасиловать нас и остаться нежным, посвящать все свое время только нам и напряженно заниматься творческим трудом. Пока мы считаем, что он действительно может выполнить все это, он окружен ореолом сексуальной переоценки. Мы принимаем силу этой переоценки за силу нашей любви, но на самом деле лишь демонстрируем напряженность наших желаний, потому что сама природа этих требований делает их невыполнимыми.

Карен Хорни

 

По сути дела, необходимо обучиться любить тех, кто этой любви достоин. Разумеется, речь не идет о том, что следует научиться любить тех, с кем скучно, последним следовало бы самим разучить несколько притопов и прихлопов. Речь идет о том, что бы научиться любить тех, кто любят. Впрочем, само словосочетание «научиться любить» кажется уродливым и нелогичным. Но мы же учимся, например, сопереживать, дети ведь этого не умеют. Мы учимся также и восхищению — дети, как известно, удивляться — удивляются, но чувства восхищения не знают.

Тем более что именно в этом‑то восхищении вся собака и зарыта! Как правило, нас восхищает (и манит, соответственно) то, что кажется загадочным, но то, что кажется и что есть в действительности, — это разные вещи. По всей видимости, восхищение подлинной индивидуальностью куда лучше восхищения индивидуальностью мни— :; мой, кажущейся. Однако над развитием в нас этого специфического чувства ни родители, ни воспитатели, ни учителя не трудились. А следовало бы, причем прежде всего следовало бы!

Психотерапевт в этом смысле вынужден выполнить роль родителя, воспитателя и учителя. Я бы даже предложил, в свете реформы 1 образования, ввести в курс школьного образования наравне с ОБЖ (основы безопасности жизнедеятельности) предмет ОПК (основы J психологической культуры). Впрочем, это дело будущего, хотя и неизбежное дело, скажу я вам. Пока же ничего мне и моим коллегам более не остается, как лечить страдающих от любви «не в тех», «не тогда» и «не так». Хотя основа здоровья — это профилактика болезней. И эта книжка — такое профилактическое средство для патологически влюбчивых.

 

Всегда должно быть какое‑то чувство...

 

В завершение этой главы снова хочу вернуться к блистательному И. М. Сеченову, к его фразе «Мужчина любит в женщине свое наслаждение». С мужчинами, следуя этой формуле, мы уже разобрались, но что любит в мужчине женщина? Полагаю, что мой внимательный читатель уже догадался, что женщина любит в мужчине свое ощущение. Когда женщина ждет от мужчины проявлений мужественности, ею руководит желание ощутить себя «настоящей женщиной». Когда женщина, потерявшая сон, пребывающая в состоянии любовного помрачения своего сознания, восклицает: «Я люблю тебя!» — то заявляет тем самым о своем ощущении, о том, как она себя ощу щает. По большому счету, эта фраза звучала бы в ее устах более органично, скажи она: «Я ощущаю свою любовь!» или лучше проще — «Я влюблена!»

Мужчины бесконечно жалуются психотерапевту на то, что хоть женщина и уверяет в своей любви, но им кажется, что любви в ней нет, что это какое‑то искусственное, вымученное переживание, что оно «неестественно». И подобная мужская реакция вполне объяснима, причем объяснений — как минимум две штуки. Во‑первых, мужчина и женщина если и любят, то любят по‑разному, потому что сами они разные. Так что женщина, оценивающая любовь мужчины, как правило, приходит к выводу, что «это никакая не любовь», а мужчина, оценивающий любовь женщины, считает, что встретился только «с подобием любви». Во‑вторых, поскольку женщина любит в мужчине свое ощущение, а не самого мужчину, то сам мужчина в этот момент не ощущает себя любимым, а потому и не считает эту женщину в себя влюбленной.

Ощущение любви — это специфическое, чисто женское переживание. Женщина мечтает о том, что будет ощущать любовь: свою ли («Я влюблена!»), к себе ли («Я ощущаю себя любимой!») — это уже не имеет для нее принципиального значения. Женщина вообще живет ощущением — какое ощущение произвел на нее тот или иной человек, какие ощущения она испытала от того или иного события. Она любит ощущение звука, ощущение вкуса, ощущение запаха, ощущение прикосновения, она переживает ощущение как нечто совершенно особенное. А потому и любовь у нее — это прежде всего ощущение.

Впрочем, ни мужское наслаждение «влюбленного мужчины», ни женское ощущение «влюбленной женщины» не представляются нам на обозрение. И это наслаждение, и это ощущение находятся внутри этих переживающих существ. На авансцену выкатывается уже вторичный продукт — чувство. Чувство мужчины — это наслаждение, облеченное в романтические одежды (сознание влюбленного мужчины противится мысли, что ему хочется лишь насладиться женщиной, а потому‑то и нужно «припустить романтики»). Чувство женщины — это ощущение, разодетое в маскарадный костюм самопожертвования (самопожертвование женщине приятно, оно побуждает ее отдаться мужчине, даже в том случае, если он и не собирается ее брать).

Если бы мы признались друг другу: мужчина бы сказал «Я хочу наслаждаться своим наслаждением», женщина бы сказала «Я хочу отдаться своим ощущениям», то решить «проблему любви» было бы просто. Мужчина, согласный на такую любовь, сказал бы: «Отдавайся!», а несогласный: «Дудки!» — и все было бы ясно как день. Женщина, согласная на такую любовь, сказала бы: «Наслаждайся!», а несогласная: «Свободен!» — и снова воцарилось бы полное взаимопонимание. Но в том‑то вся и проблема, что эти «ясные вещи» никогда не бывают ясными, в них столько всего наворочено, из них настолько искусно сделано чувство, что всякий, включая и самого черта, ногу сломит, а то и две.

 

Мужчина обладает тенденцией пассивности в отношении личности женщины. Такая пассивность связана со стремлением мужчины получать в качестве вознаграждения похвалы со стороны женщины, что укрепляет его уверенность в своих успехах. Это связано с материнским комплексом, который берет свое начало в детстве, когда ребенок поощрялся предпочтительностью, лаской, любовью за свое хорошее, по мнению матери, поведение.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.004 сек.)