АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. 4 страница

Читайте также:
  1. I. Колебания цен сырья, непосредственное влияние их на норму прибыли
  2. IX. Карашар — Джунгария 1 страница
  3. IX. Карашар — Джунгария 2 страница
  4. IX. Карашар — Джунгария 3 страница
  5. IX. Карашар — Джунгария 4 страница
  6. IX. Карашар — Джунгария 5 страница
  7. IX. Карашар — Джунгария 6 страница
  8. IX. Карашар — Джунгария 7 страница
  9. IX. Карашар — Джунгария 8 страница
  10. IX. Карашар — Джунгария 9 страница
  11. V. Влияние изменения цен
  12. Августа 1981 года 1 страница

Totenkult des deutschen в газете Вольфа; в 1894 вышла длинная, публикуемая частями «Die deutsche Mythologie im Ramen des Kalender-jahres» и в традиционно volkisch стиле, поэтизирующем крестьян «Der Kohlenbrenner, ein nieder-Osterreichische volks-type»; юбилей национальных ремесел был предметом его статьи «Die Blutezeit des deutschen Handworkers in Mittelalter» в 1895. В статьях «Der deutsche Zauberglaube im mephistopheles Bauwesen» он исследовал магический фольклор. В середине десятилетия в систему национальных чувств Листа вошел антисемитизм, что отразилось в его предупреждающем эссе «Die Juden als Staat und Nation». Он также писал для Аурелиуса Польцера в «Bote aus dem Waldvrertel» и «Kyffhauser», которые подняли флаг пангерманизма в Хорне и Зальцбурге. Его темами постоянно были геральдическая символика и народные обычаи, касающиеся крещения, свадеб, похорон. Ему казалось, что эти традиционные институты целиком отражают архаические тевтонские практики. По пути национального освоения местной истории и археологии, проложенному Листом, последовал также Франц Кисслинг, автор нескольких: книг по топографии, древним памятникам и обычаям Нижней Австрии. Оба автора были знакомы и несомненно имели влияние друг на друга.

Журналистика не была единственным средством, каким Лист поддерживал пангерманизм, он был известен также как лектор и автор пьес. 24 февраля 1893 он прочитал лекцию для ферейна «Немецкий дух» о служителях культа Вотана. Лист утверждал, что эта вымершая форма веры была национальной религией тевтонов. Эта весьма близкая Листу тема послужила предметом и для более ранней лекции, прочитанной для ферейна Ванека «Немецкий дом» в 1892 году, в Брно. В будущем воображаемое священство должно было стать центральной идеей его политической мифологии. Он также сотрудничал с «Союзом немцев», ферейном, учрежденным вновь в январе 1894 года Карлом Вольфом и Карлом Иро, издателем газеты Шонерера. 3 декабря 1894 ферейн проводил вечерний фестиваль, в программу которого входили выступления музыкантов, хор, а также премьера мифологической пьесы Листа «Вала пробуждается», которая должна была последовать за его же речью о немецкой миссии. Фестиваль предназначался исключительно для националистов и на входных билетах можно было прочитать: «для евреев недействителен». Как член крайне националистической Немецкой гимнастической лиги, на святочных торжествах 1895, Лист выступил с воодушевляющей речью, имеющей название «Deutsche Treue», опубликованной сначала в ежемесячном журнале Немецкой Националистической Рабочей Лиги, и затем вышедшей как приложение к «Восточно-Германскому Обзору».

Лист продолжал публиковать свою литературную продукцию на протяжении всех 90-х годов. В 1893 он основал, вместе с Фанни Вшиянски, беллетристическое общество в целях воспитания неоромантической и националистической литературы Вены. Данубианское Литературное Общество создавалось по образцу litteraria sodalita Danubiana (Вена, XV век) венского гуманиста Конрада Цельте (1459-1508), краткую биографию которого Лист составил в 1893 году. Успех первого романа «Карнунтум» ожидал и два других исторических романа о германских племенах. «Возвращение юного Дитриха» (1894) рассказывало историю молодого тевтонца, в V веке насильно обращенного в христианство. Роман заканчивался радостным возвращением отступника к первоначальной религии огнепоклонников. Столь же мелодраматичной была сага «Пипара» (1895), это двухтомное повествование посвящалось поразительной карьере девушки племени Квади из Эбуродунума (Брно), которая прошла путь от римской пленницы до императрицы. Пангерманисты были единодушны в своей восторженной оценке произведений Листа. Газеты Шонерера и Вольфа публиковали горячие отклики на «Пипару». 9 апреля 1895 редакция «Восточно-Германского Обзора» устроила вечер Гвидо Листа в честь автора. Помимо чтений на нем выступили с лекциями Оттокар Штауф фон дер Марк, издатель Tiroler Wochenschrift и Карл Птак, другой издатель газеты Вольфа. Лист также представил лирические фрагменты на мифологическом и националистическом жаргоне. После его лПосвящения валькирий», изданного Ассоциацией Ванека в Брно, хоровое общество Вены дало концерт 6 июня 1896, на котором исполнялась его поэма лOstara's Einzug». То же самое общество организовало фестиваль Листа, посвященный серебряной годовщине его литературных попыток, 7 апреля 1897 года. К этому моменту Лист стал знаменит среди пангерманистов Австрии.

Поиски древней религии страны привели Листа к языческой вере, что нашло подтверждение в его катехизисе лНепобедимый» (1898). 6 января 1898 его посетил старый католический епископ Богемии, Ниттель фон Варнсдорф, и тепло поздравил с введением лновой эпохи в истории религии». В августе 1899 Лист вторично женился на Анне Виттек из Стеки в Богемии; венчание состоялось в евангелической протестантской церкви. Лютеранство его жены отражало духовные колебания многих австрийских пангерманистов, желавших выразить свое разочарование в империи отказом от общепринятой католической веры. Аурелиус Польцер формально перешел в протестантство в 1885; в 1900 за ним последовал Шонерер. Эта тенденция стала особенно сильной после

1898, в пограничных немецких поселениях; здесь австрийские пангерманисты, поощряемые проектом Шонерера по разрыву с Римом, стремились отличить себя от окружавших их чехов и славян особой, прусской системой ценностей. Подсчитано, что к 1900 число обращенных в Австрии достигало 10 тысяч, более половины

из них временно жили в Богемии. Впрочем, vоlkisch Ч склонность Листа к язычеству препятствовала любым формам объединения с альтернативной христианской религией.

Анна Виттек была актрисой, играла Валу на фестивале 1894; также участвовала в драматических чтениях поэзии Листа. Ее портрет показывает нам молодую милую женщину, одетую просто и таинственно. Лист нашел в ней источник вдохновения и страстную истолковательницу для образов национального прошлого, терзавших его чувства. После женитьбы, Лист посвятил себя исключительно драме. Его пьесы «Король Ванниус» (1899), «Магический огонь летнего солнца» (1901) и «Золотая монета» (1903) посвящались соответственно королевской трагедии, обрядам Иванова дня и любовной истории в незапамятные времена. Любопытным результатом обращения к сцене как способу распространения идей, стал программный памфлет «Реконструкция Карнунтума» (1900). Здесь Лист писал о том, что восстановление римского амфитеатра с ареной под открытым небом позволяет включать в сценарий бои с драконами, парусные гонки, состязания бардов и Thinge (ежегодные немецкие ассамблеи), что могло бы облегчить понимание символов культа Вотана широкой публике. Лист называл проект «Нового Карнунтума» германо-австрийским Байрейтом и действительно пример Вагнера служил для него образцом.

К концу века Лист достиг значительного успеха как автор, работающий в рамках неоромантического и националистического жанра. Его творчество целиком сосредотачивалось на героическом прошлом и религиозной мифологии родной страны. В 1902 году произошли существенные изменения в характере его идей: оккультные понятия проникли в воображаемый мир древних германских верований. В 1902 году Лист перенес операцию по удалению катаракты и оставался слеп на протяжении одиннадцати месяцев. Все это долгое и тревожное время вынужденного безделья, он находил утешение в размышлениях над происхождением рун и языка. В апреле 1903 он отправил манускрипт об арийском протоязыке в Имперскую Академию Наук в Вене. Этот документ содержал идею грандиозной псевдонауки, объединяющей немецкую лингвистику и символологию: первая его попытка проинтерпретировать средствами оккультного откровения буквы и звуки рун, алфавит, с одной стороны, и эмблемы и знаки древних надписей, с другой. Хотя Академия вернула манускрипт без комментариев, этот небольшой труд разрастался в последующие десятилетия и превратился в результате в шедевр его оккультно-националистических изысканий. В сентябре 1903 венский оккультный журнал «Гнозис» опубликовал статью Листа, отражавшую новый теософский поворот его мысли. Здесь автор восстанавливает процесс мирового творения и иллюстрирует его фазы знаками трискелиона и свастики. Более подробно теософские влияния на творчество Листа будут рассмотрены в последующих главах.

Между 1903 и 1907 годами Лист время от времени Употребляет аристократический титул «фон» в своем имени: в 1907 он вносит титул в адресную книгу Вены. Такая процедура требовала выписки из архива родовой знати, который устраивал официальное расследование. 2 октября 1907 года Лист отстаивал перед магистратом принадлежность своей фамилии нижнеавстрийской и штирийской аристократии. Он утверждал, что его прадедушка отказался от титула, поскольку вступил в сословие городских торговцев (содержал гостиницу), но он, Гвидо фон Лист, возвращает себе титул, потому что оставил коммерцию для занятий литературой в 1878 году. В доказательство своего происхождения Лист демонстрировал кольцо с печатью, которое его дедушка по праву носил. На гербе изображались две геральдические лисы в расчетверенном поле (Лист по-немецки -- хитрость); они служили эмблемой рыцарю двенадцатого века Буркхардту фон Листу, что подтверждается старыми хрониками.

Может быть, и в самом деле в признании титула нуждалась тонкая организация Листа, в любом случае социальные мотивы его притязаний, будь это 1878 или 1907, гораздо важнее. Почему Лист хотел титула? -- должно быть нашим первым вопросом. По собственному признанию, Лист решил вернуть титул, потому что отказался от коммерческой карьеры. Как автор, он чувствовал себя принадлежащим культурной элите, порвавшим глубокие связи со средним классом. Рассмотренное в этом свете принятие Листом титула выглядит социокультурным подтверждением желаемой идентичности. С другой стороны, если обращение к титулу датируется 1907 годом, как об этом свидетельствуют документы, самоутверждение Листа может быть рассмотрено как закономерное следствие его религиозной фантазии. Как явствует из его лекций о жрецах Вотана, Лист полагал, что эта древняя религиозная элита образовала первую аристократию германских племен. С 1905 по 1907 эта мысль проходит через его геральдические исследования. Он трактует геральдику как систему эзотерических семейных эмблем, передаваемых от старой иерархии современному дворянству. Настаивая на титуле и гербе, Лист тем самым утверждал себя как потомок иерархии в той же мере, как ее историк. Его друг, Ланц фон Либенфельс также принял титул в 1903, и возможно, тем повлиял на Листа. Аристократические ловушки генеалогии и геральдики, эзотерически интерпретируемые, помогали людям вновь обрести собственное достоинство и смысл жизни. Несмотря на резкий отказ Имперской Академии, удача улыбалась Листу. В декабре 1904 Рудольф Бергер поднял вопрос в парламенте, потребовав объяснений такого обращения с Листом от министра культуры и образования. Этот запрос был подписан пятнадцатью видными венскими сановниками. Никакого удовлетворения от Академии не последовало, но поднявшийся шум привел сторонников Листа к широкому обсуждению вопроса о возможном основании Общества Листа (Guido-von-List-besellschaft), которое могло бы финансировать и издавать серии исследований Листа, посвященных национальному прошлому. Инцидент и последовавшее предложение демонстрируют невероятную привлекательность идей Листа для пангерманистов и оккультистов одновременно.

В 1905 году Фридрих Ванек, его сын Фридрих Оскар Ванек, Ланц фон Либенфельс и еще примерно пятьдесят человек подписывают первый адрес в поддержку Общества Листа. Изучение этих подписей свидетельствует о широкой и мощной волне сторонников среди общественных деятелей Австрии и Германии. Здесь имена Карла Люэгера, антисемита и мэра Вены; Людвига фон Бернута, главы vцlkisch организации здоровья Фердинанда Кхуля, члена комитета Клуба Немецкого Языка; Адольфа Гарпфа, издателя Marburger Zeitung; Германа Пфистера- Швагхузена, профессора лингвистики в университете Дармштадта, и энтузиаста австрийского пангерманизма; Вильгельма фон Пикль-Шарфенштайна (барон фон Виткенберг), составителя нескольких антисемитских справочников; Аманда фон Швейгер-Лерхенфельда, издателя популярного журнала Stein der Weisen и офицера армии; Аурелиуса Польцера, издателя националистических газет Хорна и Граца; Эрнста Вахлера, vцlkisch автора и организатора немецкого театра под открытым небом в горах Граца; Вильгельма Рохмедера, просветителя-пангерманиста в Мюнхене; Артура Шульца, издателя берлинского журнала за vцlkisch образовательную реформу; Фридриха Вигершауза, главы Эльберфельдской ветви мощной Немецкой Национальной Ассоциации Коммерческих служащих и Франца Винтерштайна, члена комитета антисемитской Немецкой Социальной Партии (DSP) в Касселе. К этим представителям пангерманизма в Австрии и Германии присоединились несколько оккультистов: Гуго Геринг, издатель теософской литературы в Веймаре; Гаральд Аруна Гравелл ван Остенооде, теософский автор из Гейдельберга; Макс Зейлинг, эзотерический памфлетист и популярный философ из Мюнхена и Пауль Цильман, издатель Метафизического обзора и мастер оккультной ложи из Берлина. Все эти люди своей подписью подтвердили основание Общества Листа.

После официальной церемонии открытия 2 марта 1908 года, Общество Листа продолжало привлекая националистических и оккультистских сторонников С 1908 по 1912 в состав Общества вошли: депутат Беранексо -- организатор Союза немцев в 1894 году; Рудольф Бергер, член комитета Немецкой Национальной Рабочей Лиги в Вене; Герман Брасс, глава Лиги Немцев в Северной Моравии; Данкварт Герлах, пылкий приверженец националистического и романтического Молодежного Движения; Конрад Глазенапп, биограф Вагнера; полковник Карл Хельвиг, vоlkisch организатор в Касселе Вернхард Кернер, геральдический эксперт и популяризатор генеалогии; Йозеф Людвиг Реймер, пангерманистский автор из Вены; Филипп Штауфф, крайне антисемитский журналист из Берлина; Карл Херцог, глава Филиала

Маннгейме DHV. Этот список националистов можно до полнить именами ведущего немецкого теософа Франца Гартмана, теософского издателя Артура Вебера, оккультного романиста Карла Хильма, теософа генерала Блазиуса фон Шемуя, всего коллектива членов Венского Теософского Общества и Карла Хейзе, ведущей фигуры в вегетарианском и мистическом культе Магоагпап из Цюриха. Этот перечень предполагает, что идеи Листа были одинаково приемлемы для многих образованных людей, вышедших из высших и средних классов Австрии и Германии. Привлеченные уникальным соединением национальной мифологии и эзотеризма, эти люди готовы были ежегодно жертвовать обществу по десять крон Основной частью своего имущества Общество было обязано семье Венека, который в день торжественного открытия передал ему более трех тысяч крон.

Поощренный такой щедрой поддержкой, Лист написал серию «Ариогерманских исследовательских отчетов»; (Guido-List-Bьcherei), которые в основном содержал оккультные интерпретации национального прошлого. Между 1908 и 1911 шесть отчетов были изданы в виде буклетов под покровительством Общества Листа. Эти публикации включали в себя ключ к смыслу и магической власти рун (GLB1), изучение политической власти и организации жрецов Вотана (Armanenschaft) (GLB2 и 2а), эзотерические толкования фольклора и местных названий (GLB3 и GLB4), словарь тайных арийских письмен в иероглифах и гербовых знаках (GLB5). В 1914 Лист опубликовал свой коронный труд по лингвистике и символогии (GLB6). Эти семь буклетов представляли систематический обзор его творчества, касающегося религиозных, политических и социальных установлений национального прошлого. Воображаемый мир прошлого (и желанного настоящего) служил записью мировоззрения (Weltanschanung), разделяемого Листом и его ближайшими соратниками. Анализ этого Weltanschanung будет задачей последующих глав.

Репутация Листа среди членов vоlkisch и националистических объединений еще более укрепилась на волне его первых трех отчетов 1908 года. Ариогерманские институты стали предметом интенсивных обсуждений в vоlkisch прессе и других газетах. С 1909 имя Листа хорошо известно vоlkisch кружкам Австрии и Германии; Neues Wiener Tagblatt и Grazer Wochenblatt восхищаются его открытиями; ежедневная берлинская газета «День» занимается освещением бесценного наследства; французский журнал говорит о нем как об «учителе мистического империализма». Только в феврале 1911 о нем прочитаны три академические лекции в Берлине и Вене. За этими рукоплесканиями последовало восхищение второстепенных авторов, черпающих в его исследованиях свое вдохновение. В 1907 Джером Бал, венгерский учитель из Levoca опубликовал оккультный справочник по венгерской геральдике, который он посвятил Листу; его примеру последовали Б. Ханфтман, написавший исследование об отечественной архитектуре и Эрнст фон Вольцоген, автор обзора современной литературы. В июне 1909 Вольцоген поставил свою vцlkisch драму «Майская невеста» в Висбадене. Со словами глубокого восхищения он посвятил пьесу Листу и просил его о чести посетить премьеру. Репортер впоследствии описывал Листа как «воинственную, увенчанную сединами манифестацию Арманизма». В 1912 Карл Хейзе, написав о семи священных рунах, указал, что его работа опирается на открытия «моего дорогого учителя Гвидо фон Листа», в это же время Карл Энгельгардт посвятил мифологическую идиллию «учителю Божественного». Немецкие теософы также согласились с

националистической популяризацией Листом их доктрин. Франц Гартман сравнил труд Листа о иероглифах с «Разоблаченной Изидой» Блаватской, а Иоханнес Бальзли, издатель «Праны», написал биографию Листа как «заново открывшего древнюю арийскую мудрость».

Идеи Листа распространялись тремя основными путями. Его идеология, укорененная в конфликте немецких и славянских национальных интересов, привлекла vоlkisch кружки Германии, которые также стремились к шовинистической мистике в целях защиты германизма от либеральных, социалистических и еврейских

политических сил в позднюю вильгельмианскую эпоху. Наиболее важными переносчиками идей Листа за границей были те члены Общества Листа, которые участвовали в создании Reichshammerbund и Germanenorden. Филиг Штауфф, Карл Хельвиг, Георг Хауэрштайн, Вернер Кернер и Эберхард фон Брокхузен действовали в обеих этих предвоенных антисемитских лигах. В последующих главах мы проследим, как это идеологическое влияние распространялось через Germanenorden и его мюнхенское отделение, к еще молодой нацистской партии. Эта линия влияний конечно имеет особый вес в любых оценка исторической значимости Листа.

Второй путь распространения влияний связан с несколькими теневыми vцlkisch фигурами в Германии, чья публицистическая деятельность обеспечила широкую аудиторию идеям Листа во время и после войны. В ноябре 1911 Лист получил письмо, подписанное псевдонимом Тарнхари; автор утверждал, что является потомком или воплотившейся душой вождя древнего племени Вользнген. Тарнхари сообщал Листу, что его родовые вос-

поминания-видения подтверждают реконсгрукции ариогерманских традиций и иерархических институтов выполненную Листом. Во время войны Тарнхари издал две патриотические брошюры в Дейссене, около Мюнхене и затем открыл vцlkisch издательство в Лейпциге. В послевоенный период он был связан с Дитрихом Эккартом наставником Гитлера в первые дни партии нацистов. В том, что Тарнхари занимался популяризацией идей Листа во время войны, можно убедиться из работ Эллегарда Эллербека, vцlkisch-мистического автора, одинаково благодарного и Тарнхари, и Листу. Его примеру последовали другие в 1920-е гг., т. е. кто писал о религии арманизма и обеспечивал это слово современно националистической валютой.

Третий путь распространения влияний Листа связан с теми, кто подробно разрабатывал его идеи оккультного арийско-германского наследства и размышлял над мудростью рун, пророческих наук, Эддой и тевтонской астрологией. Рудольф Джон Горслебен, Вернер фон Бюлов, Фридрих Бернхард Марби, Герберт Рейхштайн и Фроди Инголфсон Верманн создали сложный комплекс арм.анистско-ариософских знаний, которыми, хоть и связанные с творчеством Ланца фон Либенфельса в 1920-е, все же в большей мере обязаны Гвидо фон Листу. Позднее ариософское движение расцвело в Германии в конце 20-х и в 30-е годы. Хотя представители движения работали в эзотерических обществах и не были связаны с политическим движением, все же маленькие кружки рунологов-оккультистов пользовались большим доверием Генриха Гиммлера и принимали участие в разработке символов и ритуалов СС.

Сам Лист оставался мистическим мыслителем с нулевым организационным талантом. Все же он создал небольшой круг посвященных внутри Общества Листа, обозначенный буквами НАО (Hoher Annanen-Orden). НАО возникла на празднике летнего солнцестояния 1911, когда наиболее посвященные члены Общества Листа в Берлине, Гамбурге и Мюнхене отправились навестить своих австрийских коллег в Вене. Лист принял решение совершить паломничество к избранным местам «земли Остара, где еще жив дух Хари-Вотана». 23 июня 1911 группа посетила катакомбы собора, где юный Лист впервые ощутил присутствие языческого бога, и затем направилась к другим признанным святыням Вотана на Каленберге, Леопольдсберге и в Клостернебург. Спустя три дня энтузиасты отправились в Брюль близ Медпинга, Бург Крейзенштайн и, конечно, в Карнунтум. Этой последней экспедицией отмечен апофеоз «странствований по святым местам, предпринятых нашей конгрегацией». Памятная фотография апофеоза свидетельствует о том, что конгрегация насчитывала только десять человек. Предполагалось, что НАО будет форпостом строительства «новой духовной Германии», однако ее сектантская природа и слишком благочестивый характер достаточно очевидны. В апреле 1915 Лист созывает в Вене собрание НАО, который теперь составляют в большей мере австрийские общественные деятели, и они собираются для того, чтобы выслушать приветственную речь Листа.

НАО была слепым отростком среди прочих исторически значимых объединений, поскольку Лист всю войну предавался изучению оккультных и расовых проблем. Его последний «исследовательский отчет», озаглавленный «Арманизм и Каббала» содержал в себе намерение развить разрабатываемую в юности систему оккультных соответствий между различными объектами и качествами физического мира, включая животных, растения, минералы, цвета, звуки, музыкальные знаки, числа, и снабдить их эзотерической интерпретацией. «Отчет» так никогда и не был подготовлен к публикации. В 1916-1917 годах Лист пишет несколько статей о приближении национального золотого века; предполагалось, что он должен наступить после поражения союзников; Иоханнес Бальзли опубликовал два из этих предсказаний в своем журнале «Прана», в 1917 году.

И во время войны идеи Листа по-прежнему привлекали тех, кто искал мистических объяснений трудностям и лишениям войны. Лист получал множество писем фронта, в которых его благодарили за утешительны открытия; руны и древние арийские символы находили на камнях, далеко от домашнего очага, они помогали верить в окончательную победу ариогерманцев. Книги Листа передавались из рук в руки в окопах и полевых госпиталях. В начале 1917 Лист имел видение убедившее его в скорой победе над союзниками, но его предсказания не сбылись. 1918 год принес с собой блокаду Европы, еда и топливо все в меньших количествах поступали в города. Ранней осенью империя Габсбургсов начала разлагаться и австрийцы были вынуждены просить о мире 3 окября 1918. Лист оценил катастрофу в тысячелетнем контексте: кризис был необходим как время скорби на пороге спасения ариогерманцев.

В конце 1918 семидесятилетний гуру был очень плох. Вена голодала. Следующей весной Лист и его жена решили поправить здоровье в поместье Эберхарда фон Брокхузена, патрона Общества Листа, жившего в Ланжене, около Бранденбурга. По прибытии на вокзал Anhalter в Берлине, Лист почувствовал себя очень утомленным путешествием. Врач диагностировал воспаление легких; состояние Листа резко ухудшилось. Утром 17 мая 1919 года арманистский маг и пророк национального возрождения скончался в берлинской гостинице. Его кремировали в Лейпциге, а урну с прахом захоронил на Центральном Кладбище Вены. Филипп Штауф написал некролог, появившийся в Munchener Beobachte vцlkisch газете, издаваемой Рудольфом фон Зеботтендорфом; уже в следующем году эта газета стала официалььным нацистским органом и оставалась ведущей газетой партии вплоть до 1945 года. Так, хотя Листу не довелось узнать нацистскую партию, ее рождающийся дух почтил его.

 

 

4. ВОТАНИЗМ И НЕМЕЦКАЯ ТЕОСОФИЯ

 

По мнению Листа, древние тевтонцы обладали

гностической религией, позволявшей людям проникать в

тайны природы. Вотан занимает место главного бога в

немецком пантеоне. Основными источниками для древней

религии служили руны и Эдда. Старая северная поэзия

Исландии рисует красочную мифологию язычников, ко-

торых Лист рассматривал как приверженцев Вотана, вы-

нужденных бежать из Германии, спасаясь от

христианских преследований на заре средневековья. Эдда,

таким образом представляет собой запись мифов и ве-

рований древних германцев. В Эдде Вотан почитался как

бог войны и покровитель умерших героев Валгаллы. Он

также считался магом и некромантом. «Хавамал» и «Во-

люспа» описывают как Вотан предавался ритуальному

самоистязанию, чтобы овладеть магическим ведением

тайн природы. Если верить ученым XIX века, эти

действия являются формой шаманизма. Ценою боли

исполнитель ритуалов приобретает магическую и физиче-

скую силу. В «Хавамал» Вотан ранен копьем и, без-

защитный, привязан к дереву на девять ночей без воды

и питья. На вершине страданий к нему внезапно

приходит понимание рун. Спустившись с дерева, он со-

ставляет восемнадцать рунических заклинаний, заклю-

чающих в себе тайну бессмертия, способность к враче-

ванию себя, искусство побеждать врага в бою, власть

над любовными страстями. В «Волюспе» Вотан предлагает

Мимиру собственный глаз в обмен на пророческое ведение

будущего. Весьма вероятно, что этот миф напоминал

Листу его собственные оккультные откровения в период

слепоты 1902 года.

 

Руны общеизвестны как форма древнего северного

письма -- выразительные, отделенные друг от друга

знаки -- написанные или вырезанные в дереве, металле,

камне; но они также высоко ценились за их магические

свойства, способность служить амулетами

заклинаниями. Каждая руна имела имя и собственную

символику, выходящую за пределы ее фонетики и бук-

вального смысла. Необходимо признать, что Лист вы

ступил пионером оккультного чтения рун, поскольку он

первым связал рунический алфавит с руническим

заклинаниями Вотана в «Хавамал». Лист сопроводил каж-

дый стих Вотана особой руной, присовокупив также ее

оккультный смысл и окончательную формулу

заклинания. Предполагалось, что эти оккультные смыслы

и формулы составляют основное содержание вновь откры-

той религии вотанизма. Ее классические максимы был

таковы: «Познав себя, ты познаешь мир!»; «Заключи в

себе мир и ты станешь творцом универсума!»; «Не бойся

смерти, она не может убить тебя!»; «Твоя жизнь в руках

Бога, доверься ему!»; «Брак -- корень арийской расы!»

«Человек одно с Богом!». Ударение в этих максима

неизменно падало на внутреннюю силу человеческого

духа и его единство с Богом, открывающее гностическую

природу вотанизма.

 

Но вотанизм также подчеркивает мистическое

единство человека с миром и его магическую власть над

ним. Мир здесь описывается как непрерывная черед

превращений, как путь через «рождение», «бытие",

«смерть» и «возрождение». Вращение планет, смена вре-

мен года, процветание и упадок всего живого подтвер-

ждают истинность простой циклической космологи

За этой цепью перемен и превращений Лист видел

«первичные законы природы». Законы говорили о сокро-

венном присутствии Бога в природе. Все вещи Лист

представлял себе как проявления духовной силы. Человек

оказывался неотъемлемой частью единого космоса и пото-

му был выужден следовать простому этическому правилу

жить в согласии с природой. Все напряжения и против

речия должны были изживаться в таинственном единении

человека и космоса. Расовая чистота выглядела естест-

венным следствием верности природе.

 

Двойственные идеи магической самости и мистичес-

кого единства в листовской версии гностической религии

Вотана отражают духовные противоречия романтизма

XIX веке, который, в свою очередь, являлся реакцией

на более общие культурные и социальные сдвиги, произо-

шедшие в Европе того времени. Георг Л. Мосс, исследуя

мотивы романтизма, в связи с этим писал: «Запутавшиеся

и прижатые к стенке, люди пытались быть собой. Но по-

скольку размах индустриальных преобразований, их

причины и следствия ускользали от разума, многие

рациональному решению проблем предпочли собственные

эмоциональные глубины. Желание найти самого себя

сопровождалось противоречивым стремлением принадле-

жать чему-то большему, нежели индивидуальная душа...

поскольку социальные условия выглядели лишенными

ясности и угрожающими, романтики искали такого все-

объемлющего единства, которое не имело бы отношения

к преобладающим экономическим и политическим обсто-

ятельствам».

 

Вот и Лист сформировал свою религию из архаических


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.022 сек.)