АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Ночь пятая

Читайте также:
  1. Беседа двадцать пятая. О партитуре театрализованного концерта
  2. БЕСЕДА ПЯТАЯ. БЕРЕГИТЕ В ДУШЕ РЕБЕНКА ВЕРУ В ВЫСОКОЕ, ИДЕАЛЬНОЕ, НЕЗЫБЛЕМОЕ
  3. Беседа пятая. Знать и уметь
  4. Глава двадцать пятая
  5. Глава двадцать пятая
  6. Глава Двадцать Пятая
  7. Глава двадцать пятая
  8. Глава двадцать пятая
  9. Глава двадцать пятая
  10. Глава двадцать пятая
  11. Глава двадцать пятая
  12. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

 

Спать хотелось безумно, несмотря на только-только наступающий вечер. Всегда после отключения, приходила чудовищная усталость, раздавливала катком. Андрею я сказал, чтоб не донимал меня. А станет ли он сегодня ночью донимать соседа? Радовало пока одно – вечером Андрей вряд ли завалится спать, значит, у меня было время отдохнуть. Вот только…

Очень странно было вернуться к себе домой спустя столько лет, шесть уже прошло, да? Вроде столько. Наш частный домик, огороженный невысоким забором, встретил родными стенами. Любил возвращаться домой.

Поздоровался с порога, но ответа не последовало. Немного встревоженный прошел дальше, заглянул к родителям в спальню. Взгляд наткнулся на спину человека моего роста, да и цвет волос светлый, как у меня. Ничего не видел за ним. Чуть отошел в сторону, чтобы поравняться с этим парнем. И окаменел, увидев самого себя, как в зеркале, только не отражение, а реального человека, своего клона. Он был напуган, в ступоре, с приоткрытым ртом, не дышал, не моргал и смотрел вперед себя.

Проследил за его взглядом: ноги человека в воздухе. Этого хватило, чтобы свести меня с ума. В панике посмотрел выше, зная, что увижу мамино лицо, ее улыбку, но вместо этого…

— Андрей? — произнес вслух, уверен, но не услышал своего голоса.

Друг задыхался, царапал руками горло, пытаясь сорвать веревку. Должен помочь. Должен ему помочь! Бросился к нему. Чтобы схватить за ноги, приподнять выше, но руки схватили только воздух. Он не настоящий? Или же…

Ударил кулаком в кровать, что стояла рядом. Тот же эффект, рука прошла насквозь. Ненастоящий я, тогда тот, что у дверей, он поможет. Подбежал к нему, встал напротив, рукой помахал перед лицом, сам дерганный, в ужасе, сердце колотится. Хотя откуда у призрака сердце.

— Что столбом стоишь?! Помоги ему!

Никакой реакции, в панике обернулся на Андрея, тот руки уже опустил, перестал сопротивляться. Нет, нет, нет, пожалуйста.

— Ну сделай ты что-нибудь!

Снова ничего.

Андрей же умрет, умрет сейчас. Нельзя… допустить… этого. Пожалуйста.

— Пожалуйста, помоги ему, — шепчу уже со всхлипом, понимая, что сплю, но не могу этого вынести. — Пожалуйста. Умоляю.

Странный звук, словно ударили чем-то во что-то твердое, вокруг расплывается все, звук громче становится. Глаза открыл, дышу тяжело. Сел резко, чтобы точно проснуться, сердце по швам трещит, скорчился весь, пополам согнулся. И на что надеялся, когда спать ложился? Знал ведь, что кошмар приснится. Твою мать, больно до слез, вдохнуть невозможно, колит, прямо током в груди. И грохот в голове, стучит так сильно. Лишь спустя несколько секунд различил, что это не только сердце. Мне в стену настойчиво долбят, довольно громко.

Стукнул ему в ответ, получилось тихо, сил в руках совсем нет.

— Эй, ты как? — голос взволнованный, с отдышкой. Напуган, кажется. Почему? — Что случилось? Ты кричал. — Вот даже как. Он поэтому разбудил. — Эй? Приснилось что-то? — хотел ответить, и звука из себя выдавить не смог. Дерьмо. — Ты там один? Может, мне прийти?

— Все… — наконец появился голос, — нормально.

— Нормально?! Ты свой голос слышал? Ни хера не нормально!

Не знал, что ответить ему, да и не хотелось говорить ничего, сейчас бы проветриться хоть на минуту. Встал осторожно, ноги тяжелые, голова к полу тянет, глаза, будто выпадают наружу. Ох и состояньице. Подошел к окну, как обычно не получилось открыть его тихо. Андрюха сразу спохватился:

— Это окно? Ты там не прыгнуть удумал?

Он реально истеричка, мне-то, соседу его, с хера ли жизнь кончать самоубийством? Высунулся в окно, хлебнул свежего воздуха, аж в глотке запершило. Обнаружил на подоконнике сигареты. Надо же, тетя не забрала. Спасибо ей. Закурил.

— Брось эту бациллу.

У меня чуть пальцы сами по себе не разжались с перепуга. Повернул голову влево – лишь силуэт темный, не видно ничего, даже не разберешь, баба или мужик.

— Че темно так?

Это он у меня спрашивает? На хрена? Мне ж откуда знать?

— Ночь ведь, — отвечаю все еще сиплым голосом.

Надо бы не базарить с ним вот так, раскусит ведь, что я Кира. Щас приду в себя, и голос нормальным станет. Стоп, как сигарету у меня увидел? Он и меня… Бля, включи голову, она ж зажженная, горит, вот и видно, и запах, ветер же в его сторону. Он не настолько тупой, чтоб не понять, что я сейчас делаю.

— Брось бациллу, говорю, слышь?

Ну да, он же не курит и другим не советует. Плевать. Мне хватает нотаций от тетки, и отца тоже, хотя он сам курит.

— Что приснилось-то?

Пожал плечами, пусть и не увидит он. Что ответить? Правду сказать? Только рот раскрыть решился, понимая, что голос уже сейчас может зазвучать нормально, сигнализация со двора заверещала, да так громко.

— Давай к стене, тут поговорить не выйдет.

Услышал, как щелкнуло окно, почти неслышно. У меня ж хрен так получится. Притушил прям о подоконник сигарету, выбросил, ставни на себя. Не проснулся, наверное, сил не рассчитал, таки загремело окно стеклом. Надеюсь, тетку не разбудил. Сама себе щас напридумывает, прибежит с окна снимать.

Лег на кровать, чувствуя головокружение, даже покурить нормально не могу. Что за жизнь такая.

— Приснилось тебе что?

И вот ему не спится? Хотя… если я орал ему в стену.

— Тебе, правда, интересно?

— Да.

— Смерть друга. — Помолчал немного, ожидая его реакции, он, походу, ждал продолжения. — Он повесился у меня на глазах. Во сне. Я сделать ничего не мог.

Стоп, я уже говорил ему нечто подобное в образе Киры. Блин.

— Реально жутко.

— Смерть – это всегда жутко.

Вот и подвели итог ночной беседе. Заткнулись оба. Скорее всего, он тоже не знает, что сказать. Зато у меня есть вопрос подходящий.

— Слушай, хотел спросить кое-что.

— Да? — быстро ответил, ждал будто бы.

— Представь, что у тебя есть два хороших друга, но один в реальной жизни, а другой в интернете. И ты вдруг узнаешь, что это один и тот же человек. Твои действия.

— А друг этот в курсе, что я – это я и в реале и в виртуале? — уточнил Андрей, заинтересовавшись.

— Да.

— В табло заеду.

— За что?!

— А хрена скрывать было? Шутка такая? Что за дебилизм?

Да не специально же вышло так!

— Так получилось! А потом страшно признаться стало.

— Почему?

— Потерять его не хочет.

Тишина. Вот и договорился. Перестаю себя контролировать. Говорю одно и тоже, что Кира.

— Мне днем сегодня заявили тоже самое.

— В смысле? — что поделаешь, придется притвориться полным кретином.

— Что потерять меня не хотят.

— Ты же не ключи.

— Че?

— Чтоб терять тебя.

— Да не об этом речь! Мне ж почти в любви признались!

Значит, все верно, как я и думал, прозвучало это тогда не очень нормально.

— А ты что?

— За педика его принял.

— Класс.

И почему мне так сложно с ним общаться? Постоянно какая-то хрень наружу просится.

— Просто, у меня брат, ну, нетрадиционной ориентации, — пояснил мне Андрей. Надо же сказал это без матов. — Я насмотрелся на них всех сполна. У меня прямо фобия на геев. И тут заявления такие.

— И что? Правда педик? Друг твой.

— Нет, натуральнее некуда, — усмехнулся тот, — так мне любимому и нужному в челюсть просадил. До сих пор ноет. И не думал, что в нем дури столько.

Я даже улыбнулся самодовольно. Будешь знать, упырь, как к натуралам домогаться.

— А что с признаем-то?

— В смысле?

— Он потерять тебя боится как друга, или брата. А что ты?

— Не знаю, — голос изменился, тяжело говорить об этом? — Мне брат переехать предложил. — Вот тебе раз. Серьезно? Как так-то? — Еще пару дней назад рад был бы, но сейчас…

— Любишь его? Друга? — со смешком спросил, хоть и с тревогой в сердце.

— Люблю.

Тут меня и шибануло током. Не от счастья. Вообще ни разу. Что за хрень он там ляпнул?

— Не в том смысле, — исправился Андрей. — Я люблю девушек, их грудь, попки, секс, поцелуи, внешность, хочу семьи в будущем. — Это все, конечно, замечательно, но… — С Кирой же не так. Ты верно сказал, он как друг, брат. Я за него любому кишки выпущу, даже своему родному брату. Не знаю, как объяснить. Чувствую, что он мне близкий, родной. — Что за хрень, остановись уже. Мне сейчас дурно сделается. — Словно мы сиамские близнецы, которых разъединили и по миру раскидали.

— Чувак, ты вещи такие говоришь… Ты часом сам не педик?

Молчание было затяжным, после чего, прямо холод по венам, его ответ:

— Не знаю.

— Охренел совсем? Как это не знаешь?!

— Вот так…

— Объяснись!

— Че тебя это так задело?

И, правда, че вдруг. Я же не Кира. Бляяя.

— У меня педик за стеной, который с помощью дрели сюда перелезть хотел. Это уже фильм ужасов.

Оттуда ржать почти что истерический.

— Тебе ха-ха, а мне реально страшно становится.

— Я педик неопасный.

— Да куда ни нахер, до сих пор вопли твои помню в первую ночь.

— Это был нервный срыв. К нашему разговору отношения не имеет.

— Все равно объяснись, — попросил я, чувствуя себя полным неадекватом. Прямо девка ревнивая. Вот реально.

— Говорю же, много геев перевидал, — вот же извращуга хренов. Что за жизнь у него такая. — Видел, как целуются, обнимаются, даже… однажды… случайно… Вот, правда, случайно, видел, как сексом занимаются.

— Меня вырвет сейчас.

— Да не об это я. Точнее, об этом. Омерзительно, противно, на ошметки порубить их готов. И тоже самое, когда себя с Кирой представляю.

— На хера представляешь вообще?!

— Проверить… себя.

Пиздец полный. О чем мы только говорим по ночам. Неудивительно, что мне потом херня какая-то снится.

— Значит, трахнут ты его не хочешь?

— Нет.

— И поцеловать?

— Нет.

— Обнять?

— Тут не знаю точно, не вижу чего-то зазорного.

— Это смотря как обняться.

— Согласен.

Фух, успокоил, за это спасибо.

— Тогда это чисто платоническая любовь[1]. Ну, чистая, светлая дружба.

— У меня друзей-то настоящих не было раньше, и не знаю, что нормально к ним чувствовать. Мужик все таки, а мне с ним хорошо, весело, и страшно за него, беспокоюсь. За брата так не волнуюсь.

О, чего так? Снова вернулись к какой-то нездоровой хрени.

— А что с ним?

—С братом?

— Нет, с Кирой твоим.

— Да хз, — снова какие-то сокращения, в падлу ему, что ли, целиком слова говорить? — Травма головы, походу, серьезная. Он такое видел… — замолчал вовремя, поняв, что мне об этом рассказывать не следует. — Я вот заикаюсь.

— Да, я заметил.

— У него другое.

— Понятно.

— Мне твой голос не нравится.

Пипец, что снова ему не так? Спал бы уже.

— С чего вдруг?

— Он сейчас плохой. Ты как себя чувствуешь?

— У меня сотрясение, походу.

— Че?! И так спокойно об этом говоришь?!

— Если орать буду, башка сильнее разболится.

— Согласен, но… — вот же беспокойное хозяйство. И что он за всех переживает так? Или только за меня?

— С отцом в больницу завтра. Снова томография.

— Вот как… Почему снова?

— Не в первый раз проблемы с головой, — тихо уже ответил, голос пропадает. Засыпаю, что ли?

— Отчего?

Блин, аж дернулся от его голоса.

— Извини, не могу сказать.

— Чувак, ты меня пугаешь. У тебя голос… Ты помираешь там?

— Ага…

Резкий сильный удар в стену. Да что ему надо?

— Охренел бля? Я серьезно! Скорую вызвать?

— Я засыпаю. дебил, — перевернулся на другой бок. — Меня вырубает просто.

Замолчал. Неужели? Вот и славно. Спокойной ночи я так и не сказал, пусть и хотел.

— Ты похож на него, — как водой холодной облили. Я возненавижу его сейчас.

— На кого? — сонно так, вяло спросил.

— На Киру, — у меня аж глаза открылись. — Фразами, реакцией, словами. Может, поэтому мне так легко с тобой общаться…? Да еще и не вижу тебя. Будто сам с собой.

— Ты шизофреник.

— И тебе спокойной ночи, — усмехнулся Андрей и, наконец, замолчал.

 

Вот только усну ли я теперь?

Мне просто необходимо, все ему рассказать. Да. Иначе… я действительно его потеряю.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.017 сек.)