АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава VII. Часть 3. В хранилище мудрости

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. I ЧАСТЬ
  3. I. Организационная часть.
  4. II ЧАСТЬ
  5. III ЧАСТЬ
  6. III часть Menuetto Allegretto. Сложная трехчастная форма da capo с трио.
  7. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  8. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  9. III. Творческая часть. Страницы семейной славы: к 75-летию Победы в Великой войне.
  10. N-мерное векторное пространство действительных чисел. Компьютерная часть
  11. N-мерное векторное пространство действительных чисел. Математическая часть
  12. New Project in ISE (left top part) – окно нового проекта – левая верхняя часть окна.

У ворот Альфонзула наблюдалась такая же давка, как и обычно. Шум, гомон и непрерывная ругань, от которой быстро разболелась голова. Хес морщился и старался избегать случайных прикосновений людей, которые испуганно расходились в стороны, когда видели знаки Гильдии, но за спинами толпа вновь смыкалась, и грызня, похожая на собачьи драки, возобновлялась с новой силой.

Ролло раздраженно кривился, шипел и плевался — звериная натура баггейна требовала немедленно навести тут порядок, разметать дурно пахнущую толпу и пустить кровь особо шумным представителям человеческой расы.

Исэйас видел, что когда Хес понял причину очередного затруднения при въезде, его ноздри раздулись, словно у гончего пса, и с тоской подумал, что его теперь можно удержать только арканом.

Вороной охотника захрипел и пошел напролом к воротам, где, наряду со стражниками, въезжающих проверяла фигура в знакомой рясе.

Ролло пристроился сзади, ощущая, что на этот раз ничего хорошего ждать не стоит.

Так и вышло.

— Охраняем покой паствы, святой отец? — поинтересовался Хес, подъезжая к створкам и оттесняя конем купца, которого только начали проверять.

Пожилой мужчина попытался было возмутиться, но встретился взглядом с горящими бешенством стальными глазами, пробулькал что-то невразумительное и посчитал, что собственная голова ему дороже, нежели немедленный проход в город.

— Так и есть, — с достоинством проговорил священник.

Это был мужчина, еще не вышедший из могутной поры. Широкие плечи и мозолистые руки больше подходили воину, нежели духовнику. Темные глаза из-под нахмуренных бровей смотрели цепко и испытующе.

— И как успехи? — почти прошипел Хес.

Священник поздно почуял неладное.

Охотник, даже не спешиваясь, с силой пнул мужчину в лицо окованным сталью кончиком сапога. Хруст, последовавший за ударом, заставил Исэйаса зажмуриться и втянуть голову в плечи. Священник коротко охнул и вскинул руки к лицу, хватаясь за сломанный нос.

А Хес, не обращая внимания на испуганные вопли и шарахнувшихся в стороны стражников — никто не хотел попасть между молотом и наковальней, — схватил мужчину за шиворот и, ни слова не говоря, поволок в направлении Гильдии.

Слух о произошедшем возле ворот достиг мастера Десебела раньше, чем пресловутая троица, у всех на глазах совершившая акт вандализма в сторону представителя Святого Ордена. Поэтому, когда Хес, Ролло и Исэйас вошли в ворота Гильдии Охотников, разъяренный магистр уже поджидал их, и по выражению его лица можно было смело сказать — место захоронения охотников возле гильдии сегодня пополнится еще как минимум на одну могилу.

Хес, однако, совершенно бесстрашно глянул в перекошенное от бешенства лицо магистра и пинком отправил служителя Семерых под ноги отшатнувшегося главы.

— Что все это значит?! — возопил Десебел, шарахнувшись в сторону. — Хес, ты совсем спятил, да?

— Я как раз таки в своем уме, — совершенно спокойно заявил мужчина и тряхнул головой. — А вот с Орденом мне очень скоро предстоит серьезный разговор. И начну я с него, — и носком сапога потыкал скулящего священника.

— Что вы себе позволяете! — очухалась жертва произвола.

— Вот об этом мы и поговорим, — мгновенно изменился в лице Хес.

Плюясь проклятиями и поминая Темного, охотник схватил священника за шкирку и потащил в кабинет магистра. Десебел, потрясая кулаками и на чем свет стоит костеря своевольного и точно свихнувшегося мужчину, помчался следом.

— Вот что значит — разъяренный Хес, — нравоучительно поднял вверх палец Ролло, на которого изумленно глазели и так порядком ошарашенные охотники.

Исэйас тяжко вздохнул и уныло поплелся за решительно последовавшим за другом Ролло в здание Гильдии.

Магистр был готов голыми руками растерзать своего лучшего охотника и не посмотреть на то, что этот парень один на один справлялся с Тварями, на охоту за которыми приходилось высылать две-три связки. Но на этот раз в своей ненависти к Святому Ордену этот безумец перешел все границы — так просто Гильдии теперь не отделаться, а уж Хесу — тем более.

— Не надо на меня смотреть, как на умалишенного, — огрызнулся охотник на молчаливые инсинуации Десебела. — Задание я выполнил? Выполнил. Результат не нравится? Не мои проблемы.

И толкнул своего пленника вперед, в кабинет главы Гильдии, да так, что тот не удержался на ногах и распластался на полу.

Священник обладал недюжинной силой и был опытным воином, но против этого охотника он, к своему изумлению, совершенно ничего не мог сделать. Тот безжалостно пресекал любые попытки вывернуться, а уж хватка у него была, как у баргеста, — столь же цепкая, стальная, будто на первый взгляд хрупкий парень был свит из железных прутьев.

— Что ты там нашел? — тяжело вздохнул Десебел и, стараясь не смотреть на тяжело поднимающегося с колен священника, прошел к своему столу.

— Прорыв, — ответил Хес и склонил голову к плечу, наблюдая за реакцией старого воина. — Наш общий знакомый, как наблюдающий от Святого Ордена, который сейчас пытается спрятаться за Ролло, не даст мне солгать.

Магистр вздрогнул и едва сумел подавить в себе желание ахнуть во весь голос. Только выругался столь витиевато и заковыристо, что Исэйас покраснел.

Священник на мгновение замер, забыв про боль. Так вот кого послали от Гильдии охотников! Хуже ситуации нельзя было и придумать: в последнее время Святой Орден вызвал на себя как гнев простого населения, так и высших эшелонов власти. Но по уверениям архиепископа Моррада, имеющего связь с самими Семерыми, скоро расстановка сил в этом мире должна была поменяться. Вот только не предусмотрели они, что один упрямый охотник сможет вырваться из контура живым. И это значит, что их планы находятся под угрозой срыва.

— Глаза-то забегали, — заметил насмешливо Хес, наклонившись к застывшему в неудобной позе на полу священнику. — Расскажи нам что-нибудь интересное. Например, кто поставил этот контур и для чего?

Рясочник только оскалился в жуткой окровавленной усмешке.

— Если бы ты всего этого не знал, то не напал бы на меня у ворот, не так ли? — парировал он и брезгливо сплюнул под ноги магистру.

Десебел мрачно покосился на плевок и нахмурился.

— Правильно, — мурлыкнул Хес, и Десебел оторопело уставился на охотника.

Интонации, проскользнувшие в его голосе, никак не вязались с общим образом мужчины. Низкий, глубокий голос, завораживающий и вызывающий дрожь во всем теле.

Священник зачарованно замер, не отводя взгляда от Хеса.

Ролло аж передернуло от отвращения. Он понимал, что друг сейчас использует свою натуру для того, чтобы разговорить пленника, но не мог усмирить собственное тело и разум, которым определенно не нравился тот взгляд, которым смотрел на мужчину священник. Внутри глухо заворочался зверь и раздраженно поднял голову. В горле застыл клокочущий рык.

Исэйас покосился на напрягшегося Ролло и, повинуясь мимолетному импульсу, коснулся его руки. Баггейн вздрогнул, отпрянул, но, как ни странно, практически моментально успокоился, словно прикосновение послушника вернуло его в реальность. Рыжий парнишка тяжело вздохнул: теперь он знал, почему некоторые люди, да и нелюди тоже, так странно вели себя в присутствии Хеса. То, что ему довелось увидеть на Тропе, не поддавалось ни логическому объяснению, ни описанию простым, человеческим языком. Однако он обнаружил в себе странную устойчивость к чарам Неблагого фейри, с которым ему выпало сомнительное счастье общаться. Поэтому послушник стал единственным в комнате, кто смог сохранить ясный разум после применения Хесом очарования фейри.

— Так кто отдал приказ расставлять контуры? — спросил охотник священника.

Тот осоловелыми глазами смотрел на фейри и, казалось, не мог найти слов для того, чтобы ответить на заданный вопрос.

Мужчина шагнул вперед и положил ему руку на плечо, сжимая его. Рясочник вздрогнул и восхищенно глянул на фейри, но тот стиснул стальные пальцы, и священник взвыл от боли — Хес всегда прекрасно знал все слабые места любого существа.

Ролло сцепил зубы и отвернулся, не заметив подозрительного и испытующего взгляда Десебела, которого, казалось, мало интересовал допрос, устроенный Хесом. Магистр внимательно присматривался к «слепому», вернувшемуся с того света.

Баггейн совершенно забыл, что ему нужно изображать покалеченного в бою охотника. И глава Гильдии видел это несоответствие. Равно как и чуть заострившиеся глазные зубы Ролло.

— Архиепископ Моррад, — провыл священник и скорчился от боли в вывихнутом суставе.

— И сколько таких Прорывов? — нахмурился Хес.

— Пять, — рясочник уже не выл, а просто скулил.

Десебел отвлекся и в ужасе глянул на мрачного охотника.

— Об этом необходимо доложить королю, — тихо сказал он. — Я пошлю птицу с предупреждением. Нужно мобилизовать войска. Охотникам в одиночку со всем этим не справиться.

— Семеро покарают вас! — выплюнул священник. — На то есть Их воля, и не вам, жалким смертным, идти против богов! Архиепископ выполняет только их приказы!

Исэйас видел, как задумчиво прищурился Хес, словно пытаясь что-то понять. Потом растянул губы в жуткой ухмылке и жестоко ударил рясочника. Мужчина мешком повалился на пол, теряя сознание.

— Сам теперь с этим разговаривай, — брезгливо обтер охотник руки платком. — А мы пока в библиотеку сходим.

Исэйас, несмотря на общий страх перед сложившейся ситуацией, против воли довольно улыбнулся — книги он любил, а уж запустить руки в архив охотников, где содержались упоминания обо всех Тварях, когда-либо встречавшихся бойцам, было пределом мечтаний.

— В тебе пробудилась тяга к знаниям? — недоуменно вскинул брови Магистр, уже разворачивающий чистый лист пергамента.

— Иногда я начинаю сомневаться в твоей способности трезво мыслить, — съязвил Хес. — Я хочу поискать любую информацию по Тварям.

— Ты чего-то о них не знаешь? — удивился Десебел.

Любой другой, осмелившийся бы с ним общаться в подобном тоне, давно бы схлопотал по роже и с позором был бы выставлен за дверь, но с этим охотником подобное не проходило, да и позволялось ему значительно больше, чем всем остальным.

— Для нас они — совсем неизвестные существа, — неожиданно серьезно отозвался Хес и кивком указал Ролло на дверь.

Баггейн насмешливо отдал честь главе Гильдии и бесшумно выскользнул из кабинета.

— Стой! — повелительно приказал Десебел собирающемуся последовать за другом Хесу.

Охотник недоуменно оглянулся.

— Что произошло? — потребовал ответа Магистр, и мужчина сразу понял, о ком речь.

— Это не имеет значения, — в голосе едва заметно проскользнули угрожающие нотки. — Он жив, а остальное для меня неважно.

— Зато это важно для меня, — неожиданно жестко заявил глава. — Он сражался с баггейном. Даже если учесть, что он выжил, оборотень должен был его хотя бы укусить. А это означает лишь одно, Хес…

Охотник двигался так стремительно, что Магистр не смог бы уследить за ним, даже если бы захотел.

— Он здесь под мою ответственность, и я клянусь, что он не причинит никому вреда. Но если ты или кто-либо другой попытаетесь хотя бы косо поглядеть в его сторону… — Хес шипел, словно разъяренный хищник. В низком голосе угрожающе перекатывался звериный рык, и Магистр почувствовал, как заходится в ужасе сердце, — …то будете иметь дело со мной. И я не посмотрю на то, что вы слабее, Десебел. Это всего лишь предупреждение. Не воплощай его в жизнь.

И стремительно выскочил из кабинета, напоследок громко хлопнув дверью.

Глава Гильдии еще несколько мгновений постоял, стараясь привести в порядок бешено мечущиеся в голове мысли и успокоить колотящееся сердце. Этот безумец притащил в Гильдию Охотников баггейна, пусть еще и не полностью обратившегося, рассорился со Святым Орденом, против которого еще не выдвинуто обвинение, хотя Магистр и не сомневался, что король встанет именно на сторону Гильдии… Что преподнесет этот паршивец в следующий раз? Может, издать указ, запрещающий ему появляться в зданиях Гильдии? Чтоб если уж буянил, так хоть подальше!

Десебел вздохнул, неодобрительно покосился на бессознательное тело посередине его кабинета, не удержался и мстительно пнул его в бок. Несильно, но удовлетворение от того, что давно хотелось сделать — с тех самых пор, как святоши начали портить жизнь охотникам, — волной разлилось по телу. Магистр улыбнулся и с чистым сердцем сел писать донесение о чрезвычайной ситуации королю.

***

 

Свеча, огонек которой едва колыхался от почти недвижных фигур, внезапно заполошно заметался и едва не погас, когда широкоплечий мужчина со звериными глазами потянул носом воздух, вцепился пальцами в дубовую столешницу, а затем оглушительно чихнул, взметая древнюю, наверное, еще со времен создания библиотеки, пыль вверх.

— Темный тебя сожри, Ролло! — вскинулся Хес, уткнувшийся в книгу, вскакивая и с грохотом обрушивая целую стопку рукописей.

Помещение заволокло пыльным туманом, в котором раздавались сдавленные ругательства, фырканье и надсадный кашель.

— Я ненавижу копаться в этих бумажках, — заявил баггейн, моляще вскидывая глаза к потолку.

Исэйас неодобрительно покосился на него, с осторожностью перевернул пожелтевшую от времени страницу и прищурился. Глаза устали от долгого чтения в неверном свете свечей, но охотник сказал, что их дело не терпит отлагательств, поэтому всю возможную информацию следовало найти как можно скорее. И послушник, несмотря на усталость, старательно выискивал крохи упоминаний о странных существах, появившихся в их мире.

— Ну почему у нас не возникла угроза заполонения мира гуараггед аннон? — тоскливо вопросил в пространство Ролло и блаженно прищурился.

Судя по хищной ухмылке, его воображение заняли далеко не самые благочестивые фантазии.

— Может, тебе сходить в город, развеяться? — хитро спросил Хес и вскинул руку.

Свернутый трубочкой свиток, пущенный твердой рукой баггейна, со шлепком упал на пол.

— Еще и издевается, — фыркнул Ролло, ничуть не расстроенный тем, что его снаряд не достиг цели.

Рядом подавился возмущенным воплем Исэйас, наблюдающий за тем, как бессердечно обращаются с древними свитками варвары, с которыми его свела судьба.

— «Тварь, ликом человек, а душою — волк, кою можно разговором усмирить». Слышишь, Ролло? Интересно, они действительно раньше оборотням зубы заговаривали? — Хес со смешком захлопнул фолиант, исписанный каллиграфическим бисерным почерком.

— Может, кому-то и вправду удавалось? — откровенно рассмеялся баггейн.

— Такому, как я, например, — мурлыкнул бесстыдный охотник.

Серебро зрачков блеснуло из-под черных длинных ресниц.

Ролло вздрогнул и с трудом подавил дрожь, огнем пронесшуюся по телу. Набрал воздуха в легкие, открыл было рот, собираясь высказать охотнику все, что он о нем думает — и со щелчком захлопнул его, едва не прикусив язык. Этот паршивец просто издевался! Нащупал его слабое место, и теперь без всяких сомнений и угрызений совести вовсю этим пользуется! Если раньше его шуточки сводились к неслышным подкрадываниям и не больше, то сейчас проклятый фейри перешел все границы.

Баггейн разъяренно рыкнул, вызвав недоуменный взгляд неподвластного чарам послушника, и выскочил за дверь, переводя дыхание.

— Ролло, что… — договорить вышедший за другом Хес не успел.

Оборотень с рыком развернулся, ухватив охотника за шиворот и приперев к стенке.

— Ты что делаешь, сволочь? — тихо прошипел он, приблизив лицо к Хесу и твердо взглянув в серебряные глаза.

Верхняя губа дрогнула, обнажая нечеловеческие клыки.

— Приучаю тебя, Ролло, — почти неслышно, одними губами шепнул мужчина, бесстрашно глядя в хищные звериные глаза, полные тоски и затаенной боли. — Ты должен уметь не поддаваться моим чарам. Иного способа я не вижу.

Ролло отпрянул от друга, словно тот был ядовитой змеей. Поймав полный раскаяния взгляд, тяжело вздохнул и взъерошил короткие волосы. Потом раздраженно махнул на него рукой, понимая, что всякая злоба на этого невыносимого фейри куда-то пропала.

— Ладно, — он с отвращением глянул на груды свитков и фолиантов, за которыми где-то в самом углу притулился заваленный пергаментными страницами послушник. — Давай, недоразумение, трудись в поте лица.

Хес послушно скользнул между шаткими конструкциями, уселся на свое место и уткнулся в книгу. Ролло зловеще оскалился: теперь он знал управу на этого охотника.

— Ты ее только переверни, — хихикнул из угла Исэйас, глядя, как Хес невидящим взглядом пронзает перевернутые страницы.

Мужчина кисло улыбнулся и сверкнул глазами в сторону мальчишки. Рыжий независимо вздернул подбородок, слыша сдавленный хохот баггейна.

Следующие два часа прошли в молчании, изредка прерываемом жутким завыванием и клацаньем — Ролло боролся со сном, но безнадежно проигрывал. Глаза слипались, а ночи, в которые его звериная натура не давала отдыха, давали о себе знать тяжелой усталостью, навалившейся на плечи.

Вопль Исэйаса «Я нашел!» заставил его подскочить, хватаясь за рукоять несуществующего клинка.

— Мелкий, — возмущенно обратился он к вспыхнувшему от такого нелестного прозвища послушнику, — нельзя же так с людьми-то пожилыми! Бережнее надо, бережнее. А ты вопишь, как на пожаре.

— Как скажешь, старичок, — отозвался Исэйас, и теперь уже баггейн насупился, слушая хихиканье Хеса из угла.

— Давай, показывай, что нашел, — буркнул он, подхватил свою свечу и переставил ее ближе к мальчишке.

Рыжая голова склонилась над древним, толстым фолиантом в кожаном переплете с золотым тиснением.

Вначале был лишь Хаос. Темный, непроглядный, щерившийся глоткой пустоты и острыми клыками тех, кто прятался в туманных завихрениях. Невидимые, неосязаемые, но бесконечно жуткие в собственном безумии. Спокойные и благодушные, полные осознания мощи и Силы, клубящейся в бестелесных душах.

А потом все изменилось. Рухнуло в одночасье. Временные потоки лучами пронзили податливую плоть Ничто, вспыхнули, подобно солнцу, и появилось средоточие Разума.

Книга Судьбы.

Единая во всех реальностях. Пишущая сама себя, неподвластная никому, кроме Избранных.

И сущности оказались заперты в клетке между границами возникающих и развивающихся Миров. Глухая злоба овладела бессмертными существами; безумие выплеснулось ненавистью ко всему живому.

Их назвали Иными. Стоило только истончиться прозрачной стенке их темницы, как они с воем вырывались наружу, и тогда беда ждала Мир, в который прорвался Хаос.

Хранитель был неусыпным и могучим стражем, охраняющим изнанки Миров. Вооруженный мощью всех Миров, мудростью, собранной в единой Таинственной Библиотеке, он противостоял жутким безумным тварям, которые, одержимые злобой, рвались туда, где маленькими искорками билась жизнь.*

И были в Мирах Его наместники, что следили за Иными, не давали им проникнуть в уязвимые реальности, а коли случалась беда — призывали Хранителя, побеждали созданий Пустоты, выдворяли обратно в Межмирье.

Твердыня Мира Ранессы — Святое Аббатство. Нерушимой скалой стоит оно, сдерживает враждебные сущности, ибо Сила, сокрытая в его стенах, подвластна лишь немногим. Семерыми называют их, и бесконечна их мощь в пределах этого Мира.

— Если с Тварями все более-менее понятно, то к чему тут упоминание Семерых — не понимаю, — нахмурился Ролло.

— Они — наместники Хранителя, — пояснил Исэйас, но в его глазах Хес увидел недоумение. — И если случается беда, то они должны призвать его, дабы он справился с напастью… Только вот тот священник говорил о точно противоположном — Семеро и приказали впустить Тварей в наш мир.

Послушник замолчал, окончательно запутавшись.

Хес стоял, опершись на стол, и в памяти начали вспыхивать несвязные образы. Что-то было в этом все до боли знакомое…

— Может, нам стоит спросить обо всем у того, кто посвящен? — охотник оттолкнулся и отряхнул руки. — Нанесем визит вежливости епископу Морраду.

— Десебел будет в ярости, — заметил Ролло, но особо не возмущался — руки так и чесались намылить шею проклятому святоше.

— Когда король официально одобрит роспуск Святого Ордена, то нам ничего не достанется — всех виновников переведут в темницы резиденции, — Хес прищурился и щелкнул пальцами. — А мы сейчас просто с ним… поговорим.

Исэйас только тяжело вздохнул и повертел головой — весь плечевой пояс ломило от постоянного сидения в одной и той же позе, причем достаточно травматичной для позвоночника. Сомнений в том, что епископ не досчитается пары десятков зубов после «разговора» Хеса, у послушника не было.


_______________________________________________
*Отсылка к ориджиналу «За гранью Миров».


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.011 сек.)