АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 24. Ками

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  3. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  4. Taken: , 1Глава 4.
  5. Taken: , 1Глава 6.
  6. VI. KAPITEL. Vom Himmel. Глава VI. О небе
  7. VIII. KAPITEL. Von der heiligen Dreieinigkeit. Глава VIII. О Святой Троице
  8. VIII. KAPITEL. Von der Luft und den Winden. Глава VIII. О воздухе и ветрах
  9. X. KAPITEL. Von der Erde und dem, was sie hervorgebracht. Глава X. О земле и о том, что из нее
  10. XI. KAPITEL. Vom Paradies. Глава XI. О рае
  11. XII. KAPITEL. Vom Menschen. Глава XII. О человеке
  12. XIV. KAPITEL. Von der Traurigkeit. Глава XIV. О неудовольствии

Люди говорят: хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

Я планировала выжить. Поэтому я поклялась, что кроме Анжелы и Дома ни к кому не буду эмоционально привязываться. Это давало мне возможность перемещаться с одной работы на другую, не укореняясь на одном месте. Я могла оставаться отстраненной. Каждые несколько лет я переезжала на другое место, надеясь замести следы. Моя жизнь должна была быть... легкой, наполненной ничего не значащими связями, рассчитанными лишь на то, чтобы подавить потребность в интимной близости. Я была поверхностной. Незначительной. И одинокой.

Должно быть, Бог прямо сейчас чертовски веселился.

Я знала: Блейн был другим. Я не обманывалась, у меня действительно были к нему чувства. Такие, которые, по моему мнению, не может испытывать кто-то, похожий на меня. Вот только я не знала, куда приведут меня эти чувства. И, святое дерьмо... мы зашли далеко. Настолько, что порыв остаться и сделать Блейна центром моей вселенной был так же силен, как и другой — бежать сломя голову, спасаясь от неизвестности.

Даже после того, как я проснулась в его руках всего несколько часов назад, я прошла через двери «Глубины», подавленная от ощущения блаженства с примесью страха. Я провела обратный отсчет от десяти, но это не помогло мне утихомирить тошноту. Мои ладони были мокрыми от пота, шею покрывала испарина. Тем не менее, мои ноги двигались дальше, в здание, словно подчиняясь неведомой силе. Я шла к нему. И бегство даже не рассматривалось.

Но в тот момент, когда меня пронзил взгляд его глубоких карих глаз, я точно поняла, какой импульс заставлял меня идти. Это был он. Блейн. Мои чувства к этому безумно красивому мужчине одержали победу над разумом, оставляя меня в полной растерянности. Да, я была дурой, но, черт подери, безумно счастливой дурой!

— Ты не собираешься мне помочь, не так ли? — спросила я, опускаясь за барную стойку.

Блейн прищурился, изгибая рот в кривоватой понимающей ухмылке.

— Помочь?

Я огляделась, проверяя, чтобы никто не попал в зону слышимости нашего разговора.

— Здорово играешь. Пытаешься вести себя так, словно ничего не произошло.

— Почему ты думаешь, что я пытаюсь так делать?

Я нахмурилась.

— Неужели ты действительно хочешь, чтобы все узнали, что мы... переспали?

— Почему бы и нет? — Он пожал плечами. — То есть, конечно, им не нужно знать детали. Но, Ками, то что между нами произошло — больше чем секс. Я надеюсь, ты это понимаешь.

— Гм... да?

— Не уверен, что ты действительно это осознаешь.

С этими словами Блейн запрыгнул на барную стойку, возвысившись над многочисленной толпой посетителей коктейльного часа середины недели в «Глубине». Все изумленно на него уставились, так, словно у него выросло три головы.

— Внимание всем! Видите эту красивую женщину за баром? Ну... я без ума от нее и довольно сильно. Чертовски безумно. И, хочет она этого или нет, Ками меня получила. Всего меня. И, короче говоря, я очень сильно ее хочу.

Половина присутствующих разразилась одобрительными возгласами, большая часть клиентов подняли свои бокалы в нашу с Блейном сторону в воздушном тосте, а другая половина — полностью нас проигнорировала. Когда Блейн спрыгнул со своей импровизированной трибуны, мое лицо полыхало всеми оттенками красного. Я была полностью унижена.

— О, Боже мой! Зачем ты это сделал? — завизжала я, закрывая лицо.

Блейн нежно убрал ладони от моего лица и обернул мои руки вокруг своей талии. Потом обхватил мои пылающие щеки своими большими татуированными руками.

— Для того, Ками, чтобы ты знала наверняка. Теперь ты не будешь с этим бороться. Перестанешь отрицать очевидное. Отпустишь себя в свободное падение, зная, что есть кто-то, кто поймает тебе внизу. — Он медленно приблизил ко мне свое лицо, достаточно близко, чтобы меня одурманил аромат мяты и специй. Я завороженно слушала его искренние слова. — Тебе не нужно бояться падения. Просто закрой глаза, отпусти себя и знай — я всегда буду здесь, раскрыв объятия, чтобы тебя поймать.

*****

— Итак, Блейн, что между тобой и моей девочкой происходит? — спросила Анжела и откусила кусочек картошки фри.

Был четверг. С тех пор, как мы с Блейном официально пересекли черту, отделяющую друзей от любовников, что привело к унизительному объявлению на весь бар, прошла неделя. Ночи открытого микрофона быстро становились такими же популярными, как и вечера, когда на сцене царили «Анджел Даст», особенно после моего выступления две недели назад. Я неоднократно и, к счастью для меня, успешно повторяла Анжеле, что это была одноразовая сделка. Она пообещала больше не устраивать мне сюрпризов, хотя для этого мне пришлось кинуть ей небольшую кость, признавшись в своих истинных чувствах к Блейну. Безусловно, для большинства в открытом проявлении чувств не было ничего необычного. Но для меня говорить вслух подобные вещи другому человеку намного серьезнее, чем для остальных.

Блейн перевел взгляд на меня и улыбнулся.

— Тебе нужно спросить у Ками.

— Гм. Думаешь, я не пробовала? Я даже пыталась умаслить ее покупкой обуви и сумок. Ничего не помогает. Клянусь, эта девушка — стальной сейф, — проворчала Анжела, закатывая глаза.

— Смирись с этим, — вмешался Дом, утаскивая кусочек обжаренного куриного филе с ее тарелки. — Не все такие же бесстыжие, как ты. И распутные.

— Распутные? Кто бы говорил! Извини... но сегодня утром, после того, как ты ушел на работу, я натолкнулась на одну из твоих девушек. Как ее зовут? Это... та, которая с татуировкой в виде бабочки.

— Откуда, черт подери, мне знать? — Дом прожевал, а затем резко повернул голову и посмотрел на Анжелу широко открытыми глазами. — Подожди! Откуда ты знаешь о ее татушке? Она же выбита на ее заднице. — Я видела, как Дом складывал кусочки паззла в своей голове, а Анжела хитро ему улыбалась. — Проклятье, Анжела! Только не снова! — усмехнулся он.

Моя подруга пожала плечами и продолжила клевать свою картошку.

— Я не виновата, что ты оставил ее неудовлетворенной и она нашла дорогу в мою комнату. Не будь таким чувствительным, Дом. Беспокойство — не твой конек.

Доминик покачал головой и пригвоздил меня обвиняющим взглядом.

— А ты об этом знала?

— Ты зря у нее спрашиваешь, — встряла Анжела до того, как я успела открыть рот. — Она провела ночь с Блейном. Снова.

У меня отвисла челюсть. Я не знала, что было более унизительным: заявление Анжелы о моей недавно возродившейся сексуальной жизни на весь бар, ухмылка Си Джея, сидящего рядом с ней и осматривающего меня с ног до головы или самоуверенное выражение лица Блейна. Я решила, что небольшое дружеское возмездие будет весьма кстати.

— И слава Богу, — парировала я. — Чертовски уверена, что не хотела бы лицезреть, как ты бежишь в комнату Дома в одном лишь страпоне, чтобы позаимствовать лубрикант. В очередной раз.

Лицо Дома стало походить по цвету на вишневую помаду Анжелы.

— Анж, храни это дерьмо в своей комнате! Я не хочу, чтобы там, где я сплю летали пластиковые члены! И заимей, в конце-концов, собственный чертов лубрикант!

Я покачала головой, поражаясь беспардонности своих соседей, и, оставив их препираться между собой, оглянулась на Блейна.

Я вернула ему улыбку.

— Все еще хочешь быть необычным? — спросила я, кивая в сторону шумной сцены, разыгравшейся перед нами.

Он перекатил металлическую штангу у себя во рту, заставляя восхитительную боль, все еще притаившуюся у меня между ног, перерасти в пульсацию.

— Если это поможет мне быть с тобой, то да. Я хочу быть чертовски необычным.

В течение следующего часа, толпа в «Глубине» удвоилась, заставляя нас попотеть. Но я была рада отвлечься. Когда Блейн был рядом, все, о чем я могла думать, это о том, как он придавливал меня к кровати, расположившись своими бедрами между моими ногами; о его языке, прокладывающем дорожку вдоль моего горла вниз к моим затвердевшим соскам...

— Кам?

Я обернулась к Блейну, на лице которого застыла понимающая улыбка.

— Это утро было невероятным, — прошептал он. Мое лицо залила жаркая волна, такая же, которая уже бушевала в животе.

— Вот, пожалуйста, ты снова на меня смотришь таким взглядом.

Заметив мой румянец, Блейн погладил меня по щеке тыльной стороной ладони.

— Таким, от которого ты нервничаешь?

Я отвернулась, смущенная своим легкомыслием.

— Нет. Таким, от которого я хочу обнять тебя и позволить...

— «Глубина», как ваши дела сегодня вечером? — заорал голос Анжелы из динамиков, переключая мое внимание на сцену. Блейн не отрывал от меня свой сосредоточенный взор, ожидая, что я закончу озвучивать свою фантазию. — Следующий участник чертовски хороший музыкант и он уже у нас выступал. И, дамы... он очень горяч, верно?

Ей ответили пронзительным свистом и криками, приправленными эстрогеном. Бар приветствовал на сцене уже знакомого певца. Я не могла вспомнить, где я его видела, но он пробудил мой интерес в достаточной мере, чтобы я задержала взгляд на экипированном гитарой блондине.

Внезапно на меня, подобно двухтонной плите, навалилось воспоминание, сбивая мое дыхание и вызывая предчувствие новых слез. Это был тот же парень, который выступал здесь неделю назад. Это он пел песню, которая заставила меня убежать в подсобку до того, как я сорвалась в неконтролируемых рыданиях. Песню, которая вызвала болезненные воспоминания о человеке, ранившем меня до самого основания. И когда слезы прорвали плотину отчаяния, Блейн был рядом. Он притянул меня к своей груди, обняв сильными руками, позволяя мне выплескивать на его футболку горе и гнев, копившиеся во мне двадцать три года.

Я встретилась глазами с Блейном в надежде, что он поймет мою реакцию и позволит мне ускользнуть прежде, чем эмоции снова меня потопят. Я не могла вернуться в тот темный угол в моей голове. Не могла и дальше позволять ему видеть меня сломленной и потерпевшей поражение.

— Подожди, малыш, — попросил он. В его теплых глазах не было тревоги, не смотря на то, что он видел мое «представление». — Это не то, о чем ты подумала. Все будет хорошо.

Он развернул меня лицом к сцене, где парень как раз усаживался перед микрофоном.

— Добрый вечер, — произнес он насыщенным ровным голосом. — Меня зовут Тейлор Харт и у меня есть особенная песня, посвященная особенной девушке от кое-кого, кто… — сделав паузу, он улыбнулся и просканировал толпу глазами, — чертовски от нее без ума. — Он заметил меня и Блейна, стоящих в баре и кивнул нам с озорной улыбкой на лице. — Это песня «Your guardian angel», принадлежащая группе «Рэд Джампсут Эпэрэтэс». Надеюсь, вам понравится.

Я тот час же посмотрела на Блейна, встретившись с его понимающим взглядом. Этого было достаточно, чтобы заставить меня мысленно отплясывать брейк-данс под битбокс моего колотящегося сердца. Он подошел ко мне и беззастенчиво притянул к себе за бедра, искривив губы в улыбке.

— Мне медведь на ухо наступил, но, как говорится: долг платежом красен. — Он провел своими разукрашенными пальцами по линии моей скулы, и я рефлекторно потянулась за его прикосновением. — Я не хочу, чтобы ты держалась за воспоминание о произошедшем во время его прошлого выступления. Я знаю, что тебя каждый раз будет ранить его пение. Поэтому прошу: позволь мне помочь тебе создать новое воспоминание, хорошо?

Словно повинуясь команде, Тейлор начал петь, захватив мое внимание завораживающими звуками гитары. Его голос был таким же сладким и мелодичным, как я и запомнила. Но теперь он переплетался с нежными словами, которые стремился донести до меня Блейн. Они заставили мои глаза увлажниться слезами счастья, которых я никогда не проливала до этого самого момента.

Блейн позади меня передвинулся и переплел свои руки у меня на груди, открывая мне полномасштабный вид на сцену. Тейлор громко пел слова, окутывающие меня обещанием, надеждой, безопасностью.

И любовью.

В стихах песни, срывающихся с губ певца, была чистая, концентрированная любовь. И хотя Блейн не пел их лично, я слышала, как этим строкам громко и ясно вторила его душа.

— Я никогда не позволю тебе упасть...

Эти слова не могли означать бы больше, даже если бы Блейн пропел их сам. Ему не нужно было этого делать. Я и без этого все чувствовала. Я ощущала его. Каждую частицу этого безупречно красивого мужчины, Блейна Якобса. Эмоция каждой ноты и аккорда пробудили внутри меня что-то такое, о существовании чего я никогда не подозревала. С каждым мелодичным семенем, зарожденным музыкой, в моем сердце, находящимся в укрытии печали, прорастала красота.

После того как Тейлор закончил второй припев, к нему со своими инструментами подключились девушки из «Анжел Даст», доведя песню к драматической кульминации. Люди ответили им приветственными возгласами, потрясая кулаками в воздухе. Блейн медленно покачивал меня из стороны в сторону, уткнувшись лицом мне в шею. Я ничуть не стыдилась своих слез, стекающих по моим щекам. Я была слишком очарована признанием, чтобы беспокоиться об их смахивании. Для меня эти слезы были почетными, и я желала как можно дольше находиться в ощущении блаженства.

— Это было... вау, — выдохнула я, после того, как толпа разразилась продолжительными овациями. Я повернулась к Блейну с полными слез глазами и улыбнулась. — Спасибо тебе. Большое. Спасибо.

Блейн вытер мои мокрые щеки, отогревая своим теплым карим взглядом мою душу.

— Рад, что тебе понравилось. И надеюсь, ты осознаешь, что я хотел сказать... Я имею в виду, Ками. Не бойся меня. Я никогда не смогу причинить тебе боль.

И я ему поверила. В глубине моей поломанной, разодранной души я знала, что могу довериться Блейну безоговорочно. Он будет ловить меня, всегда. Посмотрев в эти глубокие, шоколадного цвета глаза, я отогнала страх, которым окружила себя подобно кольчуге, защищая тайны, гноящиеся у меня внутри. Я ужасно боялась полюбить Блейна. Но так же я знала, что, он, несомненно, единственный, кто стоил этого риска.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.006 сек.)