АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ЛЕЧИТЬСЯ ОТ ЛЮБВИ

Читайте также:
  1. XXXI. О БОЖЕСТВЕННОЙ ЛЮБВИ
  2. АВТОРСКИЙ ПРОЕКТ ФОРМИРОВАНИЯ КУЛЬТУРЫ ЛЮБВИ У ДЕТЕЙ –СОЦИАЛЬНЫХ СИРОТ МЕТОДОМ КАНИСТЕРАПИИ «ГОРОД СОЛНЦА» (Г. БАРНАУЛ)
  3. Аномалии родительской любви
  4. Аффирмации для привлечения любви
  5. Безоговорочная любовь. Определение любви
  6. Благодарение Богу за полученныя от Него благодеяния; о духовной молитве и о преспеянии в ней; о божественном озарении, о необманчивом созерцании, и о любви к Богу.
  7. Близость. Танец любви
  8. Бог есть энергия любви. Крайне важно это понять.
  9. Божественная Целостность, Божественные пары и Изобилие Любви.
  10. В каком древнекитайском политико-правовом учении в качестве основного принципа управления использовался принцип всеобщей любви и истинного человеколюбия?
  11. В которой Ирина тормозит школьное обучение сына и с научной добросовестностью изучает загадки любви
  12. В ЛЮБВИ ВАС ТРОЕ

 

— Ну что, ты твердо решил?

— Да!

— Твердо решил, что хочешь избавиться от любви?

— Да. Не могу больше, ненавижу, достала, невозможно, чтоб ее, да еще с таким характером, да с таким ко мне отношением, да я себе десяток найду, только вот если от нее избавлюсь, я же как заклятый хожу, да если я только освобожусь, да я ух, да я — все, решил, решил, лечите, доктор!

— Ну, хорошо. Значит, пишем: «Лечим от любви».

— Совсем, значит, лечим Так?

— Так.

— Прекрасно. Пишем. Успокойся, не дергайся, уже совсем скоро все пройдет.

— Все?

— Все.

— И ничего не будет?

— И ничего не будет.

— И я не буду на нее бесконечно злиться?

— Не будешь. 3ачем тебе на нее злиться?

— И я перестану реагировать на любой ее взгляд?

— Конечно. Что тебе, свободному человеку, на чьи—то взгляды реагировать?

— И я не буду больше ночами…

— И ночами не будешь, и днями, вообще не будешь, никогда.

— Никогда?

— Никогда.

— Хм.

— Ага.

— И я полюблю Машу? Вместо нее? Да?

— Погоди, какую Машу?

— Ну Машу, мою Машу, любую Машу, у самовара. Машу. Чтобы вместо. Чтобы взаимно.

— Какое взаимно, ты о чем? Я врач, я не ворожея! Я не привороты—отвороты тут творю. При чем тут Маша?

— Ну должен же я кого—то любить!

— Кто сказал?

— А как же иначе?

— Ну так. Никого не любить. От холеры твоей мы тебя вылечим, как договорились. Совсем вылечим, не беспокойся, пойдешь здоровый. И все.

— И все?

— И все.

— А полюбить еще кого—нибудь?

— А это уже не ко мне. Это уже сам.

— А если у меня не получится? А если я опять полюблю не хорошую Машу, а какую—нибудь такую же нехорошую и неподходящую.

— Таки плохо. Ну, даст бог, не полюбишь. Начали?

— Стойте, стойте, что значит «таки плохо», откуда я знаю, кого я и следующий раз полюблю, может, оно еще хуже будет! Эту я хотя бы знаю, с этой я хотя бы знаком, эта хотя бы ничего себе… бывает… иногда… Эта мне хотя бы нравится!

— Молодой человек, ты определись, а потом мне голову морочь. Ты хочешь вылечиться от своей любви, или ты не хочешь вылечиться от своей любви?

— Да, хочу.

— Тогда пошли. Рабочий день кончается.

— Ну как же я тогда без…

— Ну как—нибудь.

— Ну мне же тоскливо будет, наверное?

— Может, и будет, откуда я знаю. Я не Кассандра.

— Ну я же скучать буду, видимо?

— По кому? По той? Нет, не будешь. Ты ее забудешь.

— Совсем?

— Совсем.

— И все, что было между нами?

— И все, что было между вами.

— Совсем все?

— Совсем.

— Навсегда?

— Навсегда.

— Хм.

— Ага.

— Знаете, я наверное, завтра приду. Уже поздно, начинать что—то под вечер — примета плохая, и вообще.

— Приходи—приходи.

— Ну я пошел.

— Ну иди.

— Доктор, а почему тот юноша ушел? Он ведь вроде собирался…

— Ничего, завтра придет. Он ко мне каждый день ходит. Лечиться от любви.

— Каждый день?

— Каждый день.

— Ой.

— Ага.

— Доктор, а вы правда лечите от любви?

— Да не лечу я ни от какой любви.

 

УТОПИЯ

 

Криком кричи. Криком, понимаешь? Рот открой и кричи. Нет, подожди секундочку. Обопрись мне на руку, я тебя подержу. Вот так. И спиной прислонись, удобнее будет. Видишь, я кладу тебе ладонь на позвоночник. Прогнись чуть—чуть, откинься, ляг мне на ладонь, я удержу. не бойся. Вот так. Теперь кричи.

Э нет, ты не кричишь, ты курлычешь. Я же не соблазнять тебя сюда привел. Не надо демонстрировать мне, какой у тебя красивый голос, ты не в опере. Я верю, что ты — нежная, добрая и чудесная, я вижу, что у тебя длинные волосы и нежные ручки. Я не слепой. Но если бы у тебя, такой чудесной, все было в порядке, ты бы сюда не пришла. Я знаю, мы потом об этом поговорим. И про это я тоже знаю, не бойся. Мы с тобой еще непременно поговорим, только потом. Кричи. Давай, не стесняйся. Тут стены толстые, никто не услышит — а и услышит, не испугается, у меня же клиника, а не библиотека. Впрочем, библиотека у меня тоже есть. Профессиональная. Кричи.

Хорошо, уже лучше, только никуда не годиться. Ну где ты видела, чтобы кричали, встав на цыпочки? Встань полной ступней, врасти в землю, а не отталкивайся от нее. Хочешь, я придержу тебя за плечи. Не надо выпрыгивать из кожи, так обойдемся. Ты очень стараешься, а ты не старайся. Ты кричи. Позвоночник выгибай, позвоночник! На ладонь мне! Выгибай! Еще, еще, еще! Голову откинь, руки расслабь, кричи! Вот, молодец, хорошая девочка, хорошая, теперь поплачь. Я знаю, что страшно, а вот про «стыдно» не надо. Стыдно пусть будет тем, кто в этой жизни тебя не любил. Никто не любил? Тем хуже. Пусть им всем будет стыдно. Кричи.

Устала? Давай заканчивать на сегодня. Придешь через неделю, в пять часов. Желательно на голодный желудок, на сытый человек обычно хочет спать, а не лечиться. Да—да, я помню мы же договорились, не забудь. Ничего не заметно, глупости, нормальный, здоровый румянец. Зеркало в ванной, но я бы на твоем месте не стал ничего перекрашивать. И так замечательно. До встречи. Не за что. Пока.

Девушка ушла. Она выглядела крайне усталой, но это было обычным делом: после первой встречи они все обычно выглядели усталыми. После второй — тоже. Доктор Ним подошел к окну и отодвинул занавеску. Вышедшая от него девушка переходила дорогу. Одну ногу чуть подволакивает, плечи перекошены, осанка нулевая, шею править и править, ортопедическая обувь, очки, плохие зубы. Все это было вполне знакомо: многие пациенты доктора Нима выглядели так или примерно так, впрочем как и многие его не—пациенты. Ничего, голубушка, ничего. Ты у меня еще побегаешь. Ты у меня еще забудешь, с какой ноги надевать вставную челюсть. Мы с тобой еще пообщаемся.

— Да, — сказал доктор на стук в дверь и отвернулся от окна. — Да.

— Ну чего ты снова зажимаешься, мы же с тобой давно работаем. Расправься, на какой стройке ты провел эту ночь? Ни на какой? Очень зря, походы по стройкам полезны для общего развития. Вот тебе твоя любимая стена, облокачивайся. За колено не бойся, а подстрахую. Кричи.

Ну вот — а говорил ничего не выйдет. Молодец, уже гораздо лучше. Перестань сгибать эту ногу, я же тебе ее держу! Мы вдвоем тебе ее держим, я и твердая земля, мать твоя. Да ты смейся вслух, чего ты хихикаешь? Смеяться тоже полезно, почти как кричать. Сядь, посиди немного. Ты зря в прошлый раз отказался от чая, те пирожные, которые я тебе предлагал, были очень даже ничего. Нет, сегодня их уже нет, ты что думал, я тут святым духом питаюсь? Давай—ка нажмем на твое колено. Вот так. Я тебе его погрею, не дергайся, посиди минуту. Теперь спокойно вставай и все будет в порядке. Ты хороший мальчик, и колено у тебя хорошее. Кричи. Ну куда, куда, куда ты побежал? Ты кричишь, а не участвуешь в соревнованиях по бегу. Не надо срываться с места, вряд ли тебя это куда—нибудь приведет. Стой спокойно и ничего не бойся. Все самое плохое уже произошло, дальше будет только лучше. Кричи.

Парень вышел, оставив после себя тоскливый запах табака. Нетяжелое, но какое—то нудное детство, занятость матери, суровость отца, детские обиды, ремень, слезы, проблемы, непонимание, школа, издевательства, приятели, драки, комплексы, прыщи, неудачи в личной жизни, еще неудачи в личной жизни, какие—то страсти, попытка самоубийства, прыжок из окна, переломы, ссадины, шрамы. Хороший мальчик. Без дураков, хороший. Перекрученный весь, а так ничего, хотя дергается сильно. Пройдет, впрочем. Все пройдет.

Стук в дверь — слабый, еле слышный. Однако. Это она в первый раз пришла вовремя, не опоздала.

Конечно, можно сидя, вот стул. Вы сегодня гораздо спокойнее, правда? Давайте, начнем. Дышите. Глубокий вдох — глубокий выдох. Глубже, еще глубже. Вдох — выдох. Три глубоких вдоха—выдоха. Спину ровнее. Дышите, дышите, все нормально. Мы же с вами говорили, помните: необязательно сразу все, можно медленно. Я знаю, что вам сложно, я не тороплю. Давайте еще подышим. Плечи держите сами, а я подержу вас за руку. Вот тут — правильно, да? Локоть не напрягайте, дышите, глубже дышите. Спокойнее. Ровнее. Шея. Прямее шея. Еще шея. О, какая замечательная шея, а вы говорите. Нет, это не у вас три шеи, это я вас хвалю. Змей Горыныч? Похоже. Только вряд ли он так шею напрягал, он бы с такой напряженной шеей не проходил и дня, ему же надо было не одну голову носить, а три! Вам тоже? Тоже три? А, за всех ваших безголовых. Тогда тем более. Вы дышите, дышите, за всех дышите. Всеми тремя головами.

Эта — одна из самых сложных пожалуй. Да еще возраст. Детское одиночество, улица, аборты, где—то муж, потом еще муж, дети, а как же без детей, нервные срывы, угрюмость, болеет, тяжело болеет и жалуется, все время жалуется, серая, молчаливая, но даже молча — жалуется, и плечи держит так что хочется держать их все время за нее, и шея — это уму непостижимо, как она с такой шеей еще вообще жива. Робкая, но цепкая. Такая долго проживет, несмотря на все болезни. Вот как именно проживет — это большой вопрос. Хорошо бы, чтоб хорошо.

Крик — не такая сложная вещь, а вот попробуй покричи без подготовки. Ничего не выйдет и ничему не поможет. Кричать надо изнутри, совсем изнутри, чтобы все тяжелое, все страшное, все больное с криком выходило. Кричать надо так как будто ты с этим криком душу отдаешь. В какой—то мере так оно и есть — не душу, а часть души, ту, с которой тебе плохо. Чтобы все, что душит и давит, в крик ушло. Так кричат только один раз в жизни. Так у доктора Нима кричали только один раз, последний. На этом крике курс лечения заканчивался, и в мир уходил новый человек. Легкий, как балерина, и прямой, как струна. Конечно, любой новый человек может наделать массу новых глупостей, но вот этой идущей из детства застарелом боли в нем уже не будет. Ушла. Вышла. Выкричалась. Вся.

Самым главным было найти нужную точку. Потому что самостоятельно по—настоящему никто не закричит, тут виртуозов нет. Подобрать ключ к телу человека, как к дверце сейфа, — найти то место, в котором сосредоточилось все тяжелое и плохое, вся основная боль. Такое место обязательно есть, только оно не вопит про себя «вот оно я», а прячется: ищи! Ищи, потому что именно там и держать, именно там и греть, именно там и надавить в нужный момент. Остальное произойдет само, только не надо торопиться. Распавшиеся семьи, брошенные дети, ссоры, скандалы, драки, обиды, поражения, травмы, дырки от бублика. Есть — а не надо бы. Есть — и нету. Есть — и человек целиком там, как аккуратно сложенная тряпочка. Нету — и вот он, наружу вышел. Весь.

Стук в дверь. Доктор Ним встрепенулся и пошел открывать. Девушка вошла и нерешительно улыбнулась.

Кричи! Не думай ни о чем, мысли мешают, не задавай вопросов, не напрягайся, кричи' Нет, это слабый крик, это неточный крик, это ты все забыла, чем мы в прошлый раз занимались. Еще кричи! Да не прибежит никто, говорю же тебе, у меня стены звуконепроницаемые, я специально заказывал, у меня все соседи знают, что я — сумасшедший доктор.

Спину, спину прогни! Вот моя ладонь, ложись на нее, еще ложись, лучше ложись, я держу, давай сюда весь твой позвоночник, прогибайся еще, еще, еще, руку к стене прижми, руку, вот так, хорошо, умница, громче кричи, громче, ты умница, ты все сможешь, у тебя все получится, кричи! Так… так… так… Позвоночник распрямить! Быстро! Выпрямись, вся выпрямись, как линейка выпрямись, что ты виснешь как белье на заборе, что значит говорила, что не получится, это у кого еще не получится, выпрямись, я тебе сказал, и прекрати думать о своей несчастной жизни, не было у тебя никакой несчастной жизни, не было и не будет больше никогда, ты мне все врала, сознавайся, врала, ты все придумала, и страсти эти, и как тебя били, и тех мужиков в подвале ты сочинила тоже, и никогда никто тебя не бросал, ты наврала, ты мне все наврала, ты никогда не билась головой об стену, и таблеток никаких не глотала, истеричка, глупая истеричка, как же ты могла на все это пойти, как же ты могла, ах не наврала, ах было, не сметь плакать, не сметь, а то изнасилование тоже было, и мать тебя из дома выгоняла, и эти руки, руки везде по твоему телу. СПИНУ! Спину положить, на ладонь мне клади, прогнись, еще прогнись, голову вверх, шею расслабь, вот твой позвоночник, весь у меня в руках, я держу его, держу его, кричи!!!

Вой. Сплошной, бесконечный вой. Одинокий вой, как в лесу. Отталкивается от звуконепроницаемых стен, плывет к потолку, заполняет комнату, рвется в окна, бьется в уши, стоит столбом, давит на мебель, вытесняет все. Длится, длится, длится. И уходит постепенно, как ушедший поезд. Тише. Тише. Еще тише. Тишина.

Доктор Ним подшел к открытому окну и высунулся оттуда, глядя на улицу. Вышедшая от него стройная девушка легким шагом переходила дорогу. Доктор Ним понаблюдал за ней какое—то время, засмеялся вслух и закрыл окно.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)