АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

II.5. Магистратуры (должностные лица)

Читайте также:
  1. II.5.1.Даосизм: Небо-дао-мудрость
  2. II.5.3.Сократ – Конфуций
  3. II.5.Философия древнего Китая
  4. II.6. Корпорации публичного права (юридические лица)
  5. YIII.5.1.Анализ и синтез
  6. YIII.5.2.Аналогия и моделирование
  7. Мимика (выражение лица)
  8. Тема 5. Граждане (физические лица) как субъекты гражданского права

 

(II.5.1) Понятие и система магистратур.

Другим видом реали­зации государственной власти от имени и во благо римского народа была деятельность должностных лиц — магистратов (magistratus, деятель).Магистрат, в традиции римского публично-правового порядка, это не чиновник, не служащий, названный для выполнения определенных функ­ций, а частица римского народа, носитель его прав и величия. Из такого понимания смысла магистратской деятельности вытекало и содержание власти и полномочий магистратов: они считались как бы переданными им народом, были своего рода частицей отчужденного суверенитета рим­ского народа. Другое своеобразие власти и полномочий всех магистратов выражалось в том, что такой условно переданный суверенитет не мог не быть универсальным в отношении исполнения публично-правовых функ­ций, т.е. магистраты могли различаться по уровню применения своих полномочий, по большему или меньшему содержанию своей власти, но все они не были специализированными (например, одним — военные дела, другим — администрация, третьим — суд и т.д.), а каждый обладал частицей совокупной государственной власти.

Все магистраты, или должностные лица, в римской публично правовой традиции были выборными и строго безвозмездными; их дея­тельность рассматривалась как почетная обязанность (honor) римского гражданина, отказаться от нее (при соответствии всем другим, потреб­ным для должности, критериям) можно было только по признаваемым правом причинам. Но, с другой стороны, ненадлежащее исполнение обя­занностей магистрата в большинстве случаев не влекло иного, кроме как общественно-нравственного, порицания.

Римские магистратуры (система которых сформировалась в глав­ном в республиканский период классической эпохи) можно подразделить на несколько видов по разным, но наиболее принципиальным основани­ям, каждое из которых в свою очередь характеризует ту или другую сто­рону власти и полномочий должностных лиц. Магистратуры различались (а) по объему полномочий: курульные эдилы (исполнявшие в основном полицейские функции), квесторы (занимавшиеся финансовым контролем, уголовной юстицией и др.) считались обладавшими меньшим объемом власти (potestas) и квалифицировались как малые (m. minores); диктатор, консулы, преторы квалифицировались как большие (m. majores), поскольку наделялись наиполным возможным объемом власти (imperium). Магист­ратуры различались (б) по социальному назначению: были чисто плебей­ские должностные лица (трибуны, плебейские эдилы), которые могли избираться только из числа плебеев и для целей социальной и правовой охраны именно этого слоя, и патрицианские (все другие названные дол­жности). Магистратуры характеризовались различиями (в) по степени почетности: диктатор, децемвиры, консулы, преторы, эдилы исполняли свою государственную должность, сидя в особом курульном кресле (не только символ власти, но гарантия неприкосновенности) — m. curules; народные трибуны и др., не обладавшие этим знаком власти считались m. incurules. Наконец, магистратуры могли различаться (г) способом обра­зования полномочий: большинство известных должностей были постоянными, обычными в публично-правовом порядке (m. ordinaria); но некоторые (диктатор, децемвиры, правитель конницы и т.п.) создавались только по чрезвычайным обстоятельствам, хотя и с учетом правовой традиции и считались как бы выходящими из обычного порядка течения государствен­ных дел (m. extraordinaria).



Особым статусом обладали также должностные лица, избранные, но по тем или иным обстоятельствам не вступившие в реальное исполне­ние своей должности (m. designati), а также избранные на место прежних магистратов, не доведших свою государственную деятельность до конца (m. suffecti). В системе магистратур были и только назначаемые должно­стные лица обычно для особых обстоятельств вне собственно террито­рии Рима (проконсулы, пропреторы и т.п.), которые рассматривались как подчиненные назначившему их магистрату (или Сенату).

(II.5.2) Порядок образования и общие черты магистратуры.

В принципе магистратом (должностным лицом) мог стать любой полноправ­ный римский гражданин (cives optimo jure). Однако поскольку деятельность магистратов не оплачивалась, и даже напротив, для исполнения высших должностей предполагались некоторые расходы для «блага города» (орга­низация игр, шествий и т.п.), то само собой большинство магистратур мог­ло заниматься только людьми обеспеченными или даже богатыми.

‡агрузка...

Избрание магистратов производилось органами, представлявшими весь римский народ — народными собраниями, причем разные по типу магистратуры избирались разными видами народных собраний. В более позднюю эпоху Древнего Рима, а также в эпоху рецепции римского права считалось, что Сенат (или подобный ему орган) также вправе избирать такие магистратуры, остававшиеся, впрочем, вполне независимыми от него. При избрании вступали в действие некоторые дополнительные цензы: во-первых, следовало соблюдать некоторый порядок в занятии долж­ностей, которые систематизировались в определенной иерархической пос­ледовательности (квестор, эдил, претор, консул), и на должность, стоящую выше в этой условной иерархии, не мог претендовать гражданин, не за­нимавший более низких должностей; во-вторых, следовало соблюдать установленный правом промежуток между исполнением разных должно­стей — в 2 года. Из совокупности этих требований само собой сложился возрастной ценз в пассивном избирательном праве, отличный от активно­го права римских граждан: для занятия консульской должности — 42 года, преторской — 40 лет, квесторской — 30 лет.

Заинтересованное в избрании на магистратскую должность лицо само должно было выставить свою кандидатуру, заранее заявив о своей претензии магистрату, полномочному созывать то или иное народное со­брание. Имя кандидата, если он признавался отвечающим общеправовым и специальным цензовым требованиям, публично оглашалось заблагов­ременно до дня выборов, и остававшееся время могло использоваться для предвыборной агитации (ведущий такую агитацию кандидат облачался в белую тогу, появлялся в общественных местах в сопровождении «групп поддержки» и т.п., проводил «работу с избирателями», причем со време­нем эксцессы таких избирательных кампаний заставили регулировать законом нарушение порядка выборов, карать связанную с выборами кор­рупцию и т.п.). В случае избрания предусматривалась дополнительная процедура вступления магистрата в должность, сопровождавшаяся его клят­вой на верность законам и римскому народу, религиозным обрядом. Без этой процедуры, которая была как бы узаконением получения им от рим­ского народа полномочий, избранный кандидат не считался полноправ­ным магистратом и не мог исполнять своих обязанностей.

Все римские магистратуры, помимо выборности, обладали не­которыми общими чертами, в которых выражались общие начала римс­кого публично-правового порядка. Все магистратуры характеризовались (1) кратковременностью —должностные лица избирались на срок не бо­лее одного года, диктатор или любая иная чрезвычайная магистратура — 6 месяцев (хотя и с возможностью продления полномочий), только цен­зоры — на 5 лет; повторное занятие той же должности не допускалось. Все они были (2) коллегиальными: кроме диктатора, все другие магистра­ты избирались попарно и исполняли свою должность либо чередуясь по месяцам, либо в другом схожем порядке; причем решение одного магис­трата могло быть приостановлено другим по праву veto, что было важ­ной сдержкой против проявлений субъективизма. Все магистраты (3) были ответственны перед римским народом: после истечения срока полно­мочий (и только после этого) магистрат мог быть привлечен к ответствен­ности за упущения или преступления по должности. Однако в связи с от­сутствием прямого правового регулирования содержания магистратской должности реально в вину могло было быть оставлено только корыстное исполнение должностей от имени римского народа.

(II.5.3) Полномочия и должностная власть магистрата.

По объе­му возложенных на него полномочий магистрат мог пользоваться двоякого рода властью в отношении своих сограждан и других учреждений и лиц в границах государства или города: imperium или potestas. Наибольшую власть предполагало исполнение должности с imperium, что включало полномо­чия общеадминистративные, военного управления и право уголовной юстиции. Содержание potestas было значительно уже: оно на деле означало только возможность административно-полицейской и распорядительной власти в отношении граждан. С возложением на него imperium магистрат получал вытекающие из этого права: выполнять жреческие функции (всту­пать в «общение» с богами от имени римского народа, приносить жертвы, проводить религиозные церемонии), проявлять законодательную инициативу (обращаться с предложениями к Сенату и народным собраниям, со­зывать народное собрание определенного вида, посылать сообщения о го­сударственных делах в Сенат и т.д.), издавать правоприменительные и общеадминистративные акты (edicta), командовать армией (объявлять сбор войска — мобилизацию территории, назначать младший командный состав, награждать и наказывать военных), осуществлять управление со­ответственно характеру своей должности и правосудие в отношении граж­дан. Содержание полномочий в объеме imperium разнилось также в зави­симости от того, шла речь о власти магистрата внутри или вне собственно Города. На территории Рима («внутри городских стен») на все решения магистрата была возможна provocatio (обжалование) со стороны гражда­нина, предполагалась возможность перерыва между осуществлением пол­номочий магистратом, сдающим свой пост, и принимающим его, допуска­лось вмешательство магистрата-коллеги в исполнение решения. Вне города (в презумпции особых, полувоенных условий) власть магистрата была практически единоличной, его решения обжалованию не подлежали, а невозможность сдать исполнение дел новому должностному лицу про­длевала полномочия предыдущего без особых распоряжений.

В качестве должностного лица римский магистрат располагал рядом принудительных полномочий в отношении римских граждан. Он мог лично или через подчиненных задержать нарушающих правовой по­рядок, в том числе даже подвергнуть специально аресту, имел право воз­буждать обвинение в судах против гражданина, пользовался властью на­лагать установленные и предусмотренные законами штрафы. В особых случаях, для принуждения гражданина к исполнению публично-право­вых обязанностей или для обеспечения правосудия, магистрат мог распорядиться об аресте принадлежащей гражданину вещи.

Вокруг магистрата и только во исполнение его полномочий скла­дывался его личный совет (consilium), а также делопроизводственный аппарат советников и секретарей, получавших за эту работу жалованье и переходивших по «наследству» к преемнику его должности.

Наиболее характерной чертой магистратуры в римском публич­но-правовом порядке было обязательное требование коллегиальности исполнения должности и полномочий, причем коллегиальности в ее под­линном, не совещательном только содержании: коллега магистрата («кол­легами зовутся те, кто равной властью обладают») ни в коем случае не был заместителем магистрата, но в полной мере равным ему лицом, с теми же полномочиями, и его участие в исполнении возложенных на них государственных функций уравновешивало возможные искривле­ния или злоупотребления. Вытекавшие отсюда технические неудобства разрешались уже только на основе личного авторитета.

Как представитель «величия римского народа» магистрат пользо­вался особым административным и правовым статусом. Его личное до­стоинство и неприкосновенность были предметом специальной уголовно-правовой охраны, в особых случаях посягательства на власть магистрата приравнивались к laesae majestatis. Неподчинение приказу или распоряже­нию магистрата считалось безусловно отягчающим вину обстоятельством либо само по себе рассматривалось как преступление. Вместе с тем маги­страт был специальным в уголовно-правовом отношении субъектом особого вида преступлений — должностных, т.е. некоторые его действия мог­ли дать основу для специальной квалификации. В общем виде считалось, что магистрат не может пренебрегать своими обязанностями, уклоняться от исполнения должности, не проявлять заботы о «публичных делах», даже не относящихся к его прямой компетенции, вообще заботиться, чтобы «го­сударство не терпело ущерба». Упущения в исполнении обязанностей ма­гистрата могли впоследствии стать поводом для законного судебного раз­бирательства, приговора и изгнания.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)