АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

I.5. Кодификация императора Юстиниана (Corpus juris civilis)

Читайте также:
  1. Ересь Ария. I Вселенский Собор. Церковная деятельность императора Константина Великого.
  2. Империя без императора
  3. Кодификация и источники латиноамериканского права
  4. Кодификация.
  5. ПЕРВАЯ ЭПОХА ЦЕРКВИ ДО ОБРАЩЕНИЯ ИМПЕРАТОРА КОНСТАНТИНА
  6. По императорам.
  7. Русская Церковь в годы правления императора Петра I. Учреждение Святейшего Синода. Архиепископ Феофан Прокопович.
  8. Семинарское занятие 8 по теме 8: «Кодификация русского права в первой половине XIX века» - 2 час.
  9. Сенека (Iв.н.э.)- римский философ-стоик, писатель, государственный деятель, наставник императора Нерона.
  10. Стратагема 3. Обмануть императора, чтобы он переплыл море
  11. Церковная деятельность императора Юстиниана Великого. V Вселенский Собор. Спор о «трех главах». Осуждение Оригена.

 

(I.5.1) Предпосылки всеобщей кодификации права.

Уже на относительно раннем этапе своего исторического развития юридическая техника и в целом культура римского права обнаружили потребность и стремление к обобщению и унификации источников права и вытекаю­щих из них правовых норм. Это стремление в особенности усилилось в императорский период, когда унификация правоприменения в интересах единой правовой политики стала практической государственной необхо­димостью в собственных интересах власти. Развитие юридической на­уки в первые века н. э. вызвало к жизни первые частные систематизации правовых источников и аналогичного значения комплексные юридичес­кие труды. Так, в конце II — начале III вв. юристом Папирием Юстом был составлен систематический сборник постановлений императора Марка Аврелия в 20 книгах. Примерно в то же время другой известный юрист — Юлий Павел — свел воедино все к тому времени обнародованные декре­ты императоров. Тогда же была обнародована официальная кодификация преторского эдикта (см. выше). Дело кодификации правок видно, было взаимосвязано с правовой политикой императоров, и обобщение именно императорских постановлений рассматривалось как главное в этой работе. В начале IV в. был составлен Кодекс Григориана, в котором обобща­лись конституции императоров за 196—295 гг. Кодекс состоял из 14 книг, подразделявшихся на титулы, и включал, что было главным, подлинные и полные тексты прежних актов. Несколько позднее был составлен еще один аналогичный Кодекс Гермогениана, служивший как бы продолже­нием предыдущего, охватывая постановления за 291—365 гг. Но и тот, и другой были теми же частными кодификациями, правда, получившими официальное признание.

В V в. при императоре Феодосии был издан (по образцу преды­дущих) уже официальный сборник императорских конституций — Ко­декс Феодосия (438 г.) в 16 тематических книгах. В кодексе впервые был произведен отбор только действующего законодательства. Все впос­ледствии изданное императорами обобщалось в виде собраний т.н. новелл — Novellae leges. Но с падением Западной Римской империи в ис­торической жизни римского права образовалась своего рода пауза; дальнейшее движение, а вместе с тем и развитие кодификации пришлось уже на Византию.



(I.5.2) Разработка Свода Юстиниана.

Время правления визан­тийского императора Юстиниана (527—565 гг.) было несомненным и все­сторонним расцветом восточно-римской цивилизации. В ходе централизаторских политических и правовых реформ, проводимых при активном личном участии императора, была реализована и всеобъемлющая коди­фикация права, причем на новых принципах, отражавших высокий уро­вень юриспруденции и юридической науки Византии в рамках римской правовой культуры.

В начале 528 г. была учреждена государственная комиссия из 10 специалистов — «людей науки, опыта, неутомимого и похвального усер­дия к общественному делу», как гласит официальная историческая справка о кодификации, — под руководством известного юриста Трибониана. В апреле 529 г. комиссия опубликовала кодекс императорских конституций в 12 книгах, с изданием которого все прежние сборники и отдельные акты стали рассматриваться как не имеющие юридической силы. В ходе этой работы был также издан сборник определений и высказываний юристов по разным темам — т.н. «50 определений», в котором систематизировал­ся такой важный источник, как консультации правоведов. Исходя из этой предварительной работы была начата более системная работа по пересмотру всего багажа римской юриспруденции. В декабре 530 г. была на­значена новая комиссия из 16 человек (практиков и людей науки) под ру­ководством того же Трибониана. Комиссия осуществила грандиозную компиляцию отрывков из трудов римских юристов примерно пяти пре­дыдущих столетий, опубликованную в декабре 533 г. под названием «Дигест», или «Пандект». Одновременно Юстиниан поставил перед комис­сией задачу выделить самые общие принципы римского права — в целях как учебных, так и идейно-политических. В ноябре 533 г. были опублико­ваны разработанные Трибонианом (совместно с двумя другими правове­дами) «Институции» — по прежней традиционной схеме и в значитель­ной степени по образцу «Институций» Гая. Крупная юридическая работа сопровождалась формированием новой политико-правовой концепции власти. Под ее воздействием в ноябре 534 г. был переработан и обновлен Кодекс императорских конституций, в котором на этот раз преимуществен­но обобщалось право уже христианской эпохи. После выхода в свет ко­декса законодательная деятельность Юстиниана, естественно, продолжи­лась — все крупные изданные им акты позднее составили т.н. «Новеллы» систематизированные уже после смерти Юстиниана.

‡агрузка...

С началом возрождения римского права в эпоху его рецепции все четыре элемента Свода Юстиниана получили обобщенное название Сorpus juris civilis; под таким же обозначением они были впервые в един­стве изданы Д. Готофредом и вошли в историческую традицию Подлин­ные тексты Свода не сохранились; наиболее авторитетные греческие и латинские рукописи относятся к VI—XI вв. В ходе многовековой историко-правовой работы над ними ученым удалось достаточно скрупулезно освободить первоначальные тексты от позднейших дополнений, сокраще­нии и искажений в интересах юридической практики своего времени.

(I.5.3) Составные части Свода Юстиниана (общая характе­ристика).

Собственно кодификацией права, в единстве принципов пере­работки правовых источников и систематизационных задач, можно счи­тать лишь три первые составные части Свода.

«Институции» (Institutiones) представляли систематизированное изложение основ права: общие начала правоприменения и систематичес­кое изложение догматических принципов главным образом частного пра­ва. «Институции» подразделялись на 4 книги и 98 титулов; книги были следующими: 1) общее учение о праве и учение о субъектах прав — ли­цах, 2-3) общие институты вещного права и обязательственного 4) уче­ние об исках и принципах правоприменения в суде. С этого времени аналогичная схема систематизации права стала называться институционной. В числе наиболее принципиальных понятий правовой культуры «Инсти­туции» заключали исходное определение смысла правоприменения и зна­ния права как постоянного стремления воздавать каждому его должное: Justitia est constans et perpetua voluntas, jus suum cuique tribuendi. В свою очередь юриспруденция, т.е. наука права, определялась как «знание ве­щей божественных, равно и человеческих, познание справедливого, рав­но как и несправедливого». На общее учение о праве, представленное в «Институциях», наибольшее влияние оказали принципы стоической фи­лософии эллинизма.

«Институции» не были изложением только отвлеченной филосо­фии права. Юстиниан прямо предписал, что они имеют значение обяза­тельного свода основ права, а все текстуальные правоположения имеют силу, равную другим законодательным сборникам как утвержденные им­ператором. Т.е. зафиксированные в «Институциях» нормы права были в полном смысле нормативными требованиями.

Дигесты, или Пандекты, (Digesta, Pandectae) были самой объемной частью свода. Они представляли систематическую компиля­цию цитат — отрывков из работ наиболее известных римских правове­дов. Всего в составе «Дигест» насчитывают до 9200 отрывков из 2 тыс. работ, принадлежавших перу 39 известных юристов I —V вв. н.э., при­чем в большинстве случаев составители приводили достаточно опреде­ленные указания на названия и даже разделы использованных трудов. Это была своего рода энциклопедия римской юриспруденции, но отра­жавшая в т.ч. и правовые приоритеты. Так, наибольшее число откликов пришлось на долю работ Ульпиана (2462), Павла (2083), Папиниана (595), Помпония, Гая, Модестина, Юлиана (по нескольку сотен). «Дигесты» раз­делялись на 50 книг по разным юридическим темам, внутри книг — на титулы и отдельные фрагменты. Фрагменты также располагались не произвольно: вначале систематизировались фрагменты, комментирую­щие юридические проблемы, поставленные в известном тогда сочине­нии юриста Сабина по гражданскому праву; затем толкования к посто­янному, преторскому эдикту — следуя его системе и вопросам; в заклю­чение давались ответы практической направленности, главным образом следуя сочинениям Папиниана; в некоторых титулах «Дигест» был так­же дополнительный Appendix — приложение.

«Дигесты» в целом также представляли собой структурирован­ный свод высказываний и правоположений: весь материал условно под­разделялся на семь частей. В первой (кн. 1—4) рассматривались общие вопросы права и учение о субъектах права — лицах; во второй (кн. 5—11) — «о праве лиц на свои собственные и на чужие вещи, о защите права соб­ственности», т.е. вещное право; в третьей (кн. 12 —19) — об обязатель­ствах двусторонних, или возникающих из «взаимного доверия»; в четвертой (кн. 20—27) — об обеспечении обязательств, о своего рода издерж­ках и исковых требованиях из обязательств и об обязательствах, связан­ных с реализацией семейных и опекунских прав; в пятой (кн. 28—36) — о завещаниях; в шестой (кн. 37—43) — о самых разнообразных правовых коллизиях, решаемых по судейскому усмотрению; в седьмой (кн. 44—50) трактовались вопросы, связанные, преимущественно с уголовным и пуб­личным правом; последняя книга посвящалась старым юридическим вы­ражениям, терминологии, высказываниям, пословицам и т.п.

Составители «Дигест» не могли, разумеется, избежать определен­ных противоречий между разными текстами разных авторов, разделяе­мых веками и несходством юридических воззрений. Попыткой частично решить эту проблему было корректировочное редактирование, поновление текстов старых правоведов. Это породило т.н. интерполяции, т.е. встав­ки, истолкования, произведенные составителями и нарушающие иногда строй мысли и логику юридической оценки института в рамках более ранних принципов. Так, ликвидировались столь важные ранее для Ульпиана различия в терминологии в вопросах собственности или разные конструкции исковых требований для разных категорий римских граж­дан (что уже ушло в историю). Однако смысл институтов воспроизводил­ся, и за этими переменами они деформировались, приобретали иной вид. Для догматики римского права в целом это несущественно, но для исто­рии римского права создает самую принципиальную проблему выясне­ния подлинного содержания классических институтов и принципов.

При обнародовании «Дигест» император Юстиниан запретил даже писать к ним комментарии: они представляли официально законодатель­ный документ не менее, чем собственно правоволожения законов; разре­шалось только делать извлечения и перевод на греческий язык.

Кодекс (Codex) был систематизацией 4600 императорских кон­ституций, начиная со 117 г., в 12 книгах и 765 титулах. В 1-й книге содер­жались постановления по церковному праву, в отношении источников права, а также государственной службы и обяанностей чиновников, в книгах со 2-й по 8-ю в основном были обобщены акты императоров по гражданскому праву и судопроизводству, в 9-й книге — по уголовному праву, в 10—12-й — по государственному управлению, финансам и т.д. При систематизации сохранялись даты издания конституций и имена да­ровавших их государей. В общем подходе, тексты предположительно со­хранялись неизменными, но однозначно судить об этом тождестве невоз­можно из-за отсутствия сопоставительных текстов.

Собрание Новелл (Novellae), которые считаются условно дополнительной четвертой частью Свода Юстиниана, было связано уже с час­тной систематизаторской деятельностью после смерти императора. Со­хранились три сборника, первый из которых был составлен в 556 г. и вклю­чил 122 конституции; два других (содержащие 134 и 168 актов) относятся ко второй половине VI в. Помимо обобщения императорских постановлений, в них есть эдикты начальников крупных провинций и вообще многoe в их содержании касалось управления провинциями и специфики новшеств в наследственном праве.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)