АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 2. Ли громко зааплодировал вместе со всеми, когда сине-голубое свечение крошечной новой звездочки возникло над лунным горизонтом

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  3. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  4. Taken: , 1Глава 4.
  5. Taken: , 1Глава 6.
  6. VI. KAPITEL. Vom Himmel. Глава VI. О небе
  7. VIII. KAPITEL. Von der heiligen Dreieinigkeit. Глава VIII. О Святой Троице
  8. VIII. KAPITEL. Von der Luft und den Winden. Глава VIII. О воздухе и ветрах
  9. X. KAPITEL. Von der Erde und dem, was sie hervorgebracht. Глава X. О земле и о том, что из нее
  10. XI. KAPITEL. Vom Paradies. Глава XI. О рае
  11. XII. KAPITEL. Vom Menschen. Глава XII. О человеке
  12. XIV. KAPITEL. Von der Traurigkeit. Глава XIV. О неудовольствии

 

Ли громко зааплодировал вместе со всеми, когда сине-голубое свечение крошечной новой звездочки возникло над лунным горизонтом.

На самом деле зонд был запущен на полчаса раньше из отвратительного хобота масс-генератора, который с трудом можно было разглядеть на фоне космодрома фон Брауна на расстоянии около километра. Достаточно дешевые запуски с помощью масс-генераторов происходили без звуков и пламени. По давно установившейся традиции первая вспышка включившихся двигателей ракеты означала успешный старт.

По-прежнему аплодируя и улыбаясь, Кроуфорд повернулся лицом к репортерам.

– Я просто хотел сказать, как благодарен судьбе за то, что я здесь, – начал он, и гудение сразу стихло до легкого бормотания. – Мне дано особое право, и я бесконечно взволнован. Были те, кто говорил, что этот момент никогда не наступит, – что умирает любопытство, вынудившее человечество двигаться от континента к континенту и от планеты к планете. Вот доказательство, что они ошиблись.

Когда он сделал паузу, вверх взметнулось множество рук.

– Да уж, – сказал он, – я запланировал долгую речь, но, похоже, вы настроены решительно. – Он выбрал Роберта Танаку, одного из ведущих журналистов. – Боб? Чем могу помочь?

– Я просто хотел узнать, каково, сенатор, чувствовать себя реабилитированным. И как, на ваш взгляд, буду выглядеть инопланетяне?

– Ну, Боб, соответствуя высокому званию сенатора Земного Содружества… – черт возьми, ощущение очень приятное.

Он подождал, пока смешки вокруг затихнут.

– Но давайте посмотрим на нашу ситуацию в перспективе. Наши знания в области тахионного излучения довольно ограничены, и нам известно лишь то, что источник сигнала, обнаруженный DeepProbe, может иметь естественное происхождение. Но все равно, именно об этом я – и многие другие – мечтали долгое время. Сеть зондов DeepProbe была создана через четыре года после того, как было доказано существование тахионов. Проект Heimdal note 10 позволит усовершенствовать систему с небольшими затратами, и уверен, что однажды – возможно, раньше, чем вы думаете, – он ответит на ваш второй вопрос.

– Благодарю вас, сенатор.

– Всегда рад. А что спросите вы, госпожа Бощ?

– Да, сэр, Izvestia International. Я хочу спросить, как вы ответите на недавнее заявление сенатора Токаша о том, что вы неправильно разрешаете проблему телепатов.



Он почувствовал, что улыбка застыла на его лице.

– Да, а я надеялся, что смогу еще немного поболтать о надеждах и будущем человечества до того, как мы вернемся в неандертальскую пещеру политиканства. Но если нужно вернуться, то давайте, по крайней мере, сохраним то, что мы видели сегодня, – надежду и веру в себя как в расу. Сенатор Токаш имеет свою собственную точку зрения, это несомненно. Мы с ним значительно отличаемся друг от друга – к примеру, в отношении проекта Heimdal, против которого, как многие из вас могут помнить, он выступал совсем недавно. А что касается "проблемы" телепатов – мы стараемся решать этот вопрос со всей возможной осторожностью.

– Многие обвиняют вас в том, что вы превращаете телепатов в граждан второго сорта.

– Да, с одной стороны. А с другой меня критикуют за то, что я не поймал их всех и не посадил в концлагеря. Очень просто бросать огульные и категоричные заявления. Значительно труднее иметь дело с реальностью. Правда в том, что мы вынуждены регулировать телепатов и одновременно должны уважать их права как граждан. Как было бы замечательно, если бы нам удалось избежать печальных инцидентов последних нескольких месяцев, и я молюсь, чтобы они как можно скорее прекратились.

– Сенатор, в отношении вашего предложения о создании специального комитета по телепатам…

– Да. Комитет по технологиям и правам личности – это временная затычка, но телепатия – это не технология. Это отдельная проблема, которая требует особого внимания. Я предложил создать Комитет по метасенсорному регулированию.

– Вы можете прокомментировать слухи о том, что сенатор Токаш уже назначен главой комитета вместо вас?

Ли остался горд собой – он сумел сохранить улыбку.

– Уверен, что президент назначит того, кто, по ее мнению, выполнит задачу наилучшим образом. Если это Токаш, то я доверяю ее суждению.

‡агрузка...

 

* * *

 

Наедине с собой он не был настолько спокоен – осколки пустого графина усеяли пол в его номере, словно снежинки. Разбивать стеклянные предметы на Луне было не так приятно, как на Земле, но относительно слабый эффект компенсировался самим мигом раскалывания, когда мельчайшие фрагменты взлетали вверх, напоминая облако пыли. Ему пришлось отступить в маленькую ванную, пока воздухоочистители не ликвидировали мелкую пыль, опасную для легких.

Уже очень давно он не улетал с Земли, слишком давно. Органы чувств предавали его.

Когда он вышел из ванной и подобрал разбросанные вещи, он почувствовал себя спокойнее. Он проверил почту и обнаружил среди новых сообщений нерадостное письмо от Тома Нгуйена. Почти наверняка Токаш получит комитет.

Это было несправедливо – все началось с его слушаний, ему голосу внимал весь мир. А теперь Токаш хочет забрать у него все это.

Но что он мог сделать?

Ничего – не на Луне, а он застрял здесь, как минимум, на несколько дней. К тому времени как он вернется на Землю, решение уже будет принято.

Он взял гантели и занялся гимнастикой, безжалостно третируя свои мускулы. Неважно, известно ли это людям, но они лучше реагируют на мужчину, который выглядит по-мужски. Пот уже начал собираться в невероятно крупные капли, когда раздался сигнал коммуникатора номера.

– Только звук, – приказал он. – Да? Сенатор Кроуфорд слушает.

Короткая пауза, и затем:

– Сенатор Кроуфорд? Говорит Элис Кимбрелл.

– Доктор Кимбрелл, рад вас слышать. Чему обязан подобной честью?

– Я хотела бы поговорить с вами как можно скорее.

Его брови поднялись. Никакой привычной трехсекундной задержки – Элис Кимбрелл была на Луне.

– И о чем?

– Об одном очень важном деле.

– Хорошо. Как насчет Ix Chel, note 11 через час?

– Я бы предпочла что-нибудь менее людное.

– Уступите мне, если не возражаете. В любом случае уже почти время обеда.

 

* * *

 

Как и все на Луне, ресторан Ix Chel был невелик, но претендовал на элегантность. Он был вырыт в склоне горы и накрыт плотным куполом, благодаря которому зал заливало мягкое синеватое сияние Земли. Свет отражался водой, струящейся по одной из каменных стен. Вода на Луне была сокровищем, ее добывали из пылевых морей – останков давно погибших комет. Запасы воды в колонии составляли несколько тонн, но редко можно было увидеть больше кружки жидкости за один раз. Возможность находиться рядом с водопадом казалась чудом, и Кроуфорд мысленно поднял бокал за предприимчивость владельца ресторана, который пристроил свое заведение к одному из перегонных узлов по переработке воды.

Ресторан был заполнен полностью, когда Элис Кимбрелл вошла в зал, но она сразу же обнаружила Кроуфорда. Он с восхищением смотрел на нее, пока она приближалась. Ему понравились взгляд ее глаз и манера носить строгий серый костюм, похожий на униформу.

– Доктор Кимбрелл, – сказал он, протягивая руку. Она сухо пожала ее.

– Сенатор.

– Прошу вас, садитесь. – Когда она села, он одарил ее улыбкой. – Какое совпадение, что мы оба оказались на Луне в одно время. Вы видели запуск зонда Heimdal? Я бы смог обеспечить вам место в переднем ряду.

– Я прилетела, чтобы повидать вас.

Его бровь поднялась.

– Я польщен. Для частных лиц прогулка дороговата.

Она признала его правоту легким кивком.

– Я узнала, что вы здесь.

– Через шесть дней я буду в Женеве. Или вы могли бы позвонить мне.

– Вопрос слишком важен, чтобы ждать – или доверять обычной связи.

– Вот как.

– Да. И я по-прежнему предпочла бы, чтобы мы разговаривали бы в менее людном месте.

Его улыбка стала еще шире.

– Мой отец часто говорил, что на тыквенном поле соседа не следует наклоняться, чтобы завязать шнурок.

– Что это значит?

– Ну, тыква – это такой большой…

– Я знаю, что такое тыква. Я спрашиваю, на что вы намекаете?

Он лениво потыкал вилкой в жареный картофель.

– Сколько журналистов вы видите в настоящий момент?

Она огляделась вокруг.

– Ни одного.

– Здесь двое, по крайней мере. Если я хочу встретиться с женщиной, которая перевернула весь мир вверх тормашками, я сделаю это в том месте, где все смогут нас видеть. Если вы придете в мой номер, то они могут задаться вопросом – а какими тайнами мы обмениваемся. И, что еще хуже, они могут подумать, что мы вступили в клуб семьянинов в отставке. Вы хотите, чтобы это появилось в газетах?

Официантка, маленькая женщина с почти белыми волосами и сильным австрийским акцентом выбрала именно этот момент, чтобы подойти к их столику.

– Что-нибудь выпить?

– Скотч. Laphroaig.

– Принесите мой Evan Williams.

Бровь Элис поднялась.

– Они хранят бутылку для меня. Знаете, я ведь герой этой колонии.

– Да, но поправьте меня, если я ошибаюсь. Разве Evan Williams не очень дешевый и отвратительный по вкусу бурбон?

– Дешевый – да, отвратительный – да. Но старейшая винокурня в Северной Америке, а это кое-что значит. Если ближе к вопросу – он напоминает мне, откуда я родом и кто я есть. А Laphroaig – это дорогой и вкусный виски.

– Он напоминает мне, кто я есть, – ответила Элис.

Принесли бокалы.

– Остается узнать, откуда вы родом, – сказал Ли, они чокнулись и выпили оба.

– Полезная штука, – отметил он. – От нее и в лунной почве что-нибудь выросло. – Он заинтересованно наклонил голову. – Так о чем мы должны поговорить, доктор?

– Нас могут услышать? Журналисты?

Он пожал плечами.

– Подслушивание запрещено законом. Мне следует знать, я ведь вхожу в Комитет по технологиям и частной жизни. – Он наклонился вперед. – Вы должны чувствовать себя реабилитированной. Последние из ваших критиков окончательно умокли, верно? Теперь, когда столько опытов подтвердило результаты исследования, которое вы опубликовали.

Пораженная, она уставилась на него.

– Реабилитированной? Как я могу чувствовать себя реабилитированной после гибели более десяти тысяч человек? После резни в среду в китайской Шаньси? Бомбежек в Юте? Восстания в Чикаго – линчевания в Армстронге?

– Хорошо, – он постарался сгладить впечатление. – Я понял. Доктор Кимбрелл, вы должны знать, что любое новое открытие имеет свою цену. Эти результаты были бы опубликованы – с вашей помощью или без нее.

– Я понимаю это, сенатор. Но очень простой факт заключается в том, что это была я.

Она сделала довольно большой глоток из бокала.

– Вас вываляли в грязи за эту публикацию. А теперь, когда дело сделано, вы сами вываливаете себя в грязи.

– Нет. Просто осознаю свою ответственность.

– И это привело вас ко мне? Я не могу вообразить, что вы совершили перелет на Луну, чтобы воспользоваться моим талантом психотерапевта.

Эта фраза заставила ее слегка улыбнуться.

– Нет. Я прилетела увидеть вас, потому что хочу принять участие. Участие в решении проблемы.

– А вы думаете, что я и есть решение? Это очень лестно, доктор. Но вы не думали так раньше, когда я приглашал вас стать консультантом. Что изменилось?

– Я внимательно следила за слушаниями, как вы могли бы ожидать.

– Еще виски?

Она мгновение поколебалась, бессмысленно глядя на пустой бокал.

– Да.

– Простите, что вы говорили?

– Я думаю, что вы старались проводить слушания в как можно более благоразумном стиле, но они только ухудшили ситуацию.

Он нахмурился.

– Но вы, без сомнений, видите, что они необходимы, доктор Кимбрелл? К несчастью, телепатия – слишком мощный инструмент – и оружие, – чтобы не заниматься его регулированием. Из-за чего, как вы думаете, начались все эти убийства? Люди напуганы, они боятся, что кто-то рядом с ними прочтет их мысли.

– Они ревнивы.

– И это тоже. Людское сообщество структурировано в соответствии с тайнами, с ограниченным доступом к информации. Успех всегда означал возможность уверенно плавать в этом мире, угадывать невысказанное, создавать видимость. А теперь мы узнаем, что есть люди, которые обладают врожденной способностью с легкостью проникать внутрь. Вы захотите сыграть в покер с телепатом? Или обменяться ценными бумагами с кем-то, кто способен получить инсайдерскую информацию, note 12 просто оказавшись в одном помещении с нужным человеком? Это не столько вопрос регулирования телепатов, как вопрос уверенности в том, что существующие законы, охраняющие конфиденциальность частной жизни, не будут нарушены телепатами.

– Но, однако, вы занимаетесь регулированием телепатов – телепатов, которые не могут быть юристами, биржевыми брокерами, или членами олимпийской сборной по фехтованию…

– Тому есть масса прецедентов. Когда изобрели "жучки"-радары, их использование ограничили подробнейшими инструкциями.

– Но они – люди, а не подслушивающие устройства.

– Боюсь, они – и то, и другое, что и делает контроль за ними более чем необходимым. Люди не прекратят убивать телепатов – и тех, кого они считают телепатами, – пока они ощущают угрозу с их стороны. Это не прекратится без жесткого регулирования.

Она кивнула.

– Знаю. Но согласитесь, что на данный момент слушания лишь ухудшают ситуацию – ваши ежедневные отчеты рассказывают о потенциальных бедах, о которых большинство людей даже не задумывались. Установление правил и норм для этих случаев теряет всякий смысл…

– …потому что мы по-прежнему не обладаем способом узнать, кто такие телепаты. Очень точно. И мы расстраиваем людей все больше и больше, не давая им никакой, даже призрачной, надежды. Но что еще можно сделать?

Она несколько мгновений сидела молча и сделала большой глоток новой порции скотча.

Он наклонился вперед и спросил:

– Вы знаете, что мы можем сделать, верно?

Она пристально смотрела на поверхность стола.

– Я потеряю свою работу, – сказала она очень просто. – Я никогда не смогу работать в науке, если сделаю это. Мне нужны гарантии.

– У вас они будут. Хотите работу – она есть у вас. Деньги.

Неожиданно она показалась ему очень юной и уязвимой.

– У меня есть средства, сенатор, – как, по-вашему, я попала на Луну? Это не главная проблема. Я хочу знать, что проблема телепатов будет решаться правильно. Я не хочу отдать в плохие руки очередное заряженное ружье. Я…

– Вы пришли ко мне, потому что решили, что я поступлю правильно.

Она кивнула.

– Статья только что пришла ко мне. В ней говорится о последовательности генов…

– Ген телепатии?

– Все не так просто. Никто не обнаружил ген, который мог бы управлять телепатическими способностями. Похоже, что они подобны разуму – способность мыслить проявляется во многих генах. Но автор статьи нашел метку.

– Вот как? Что вы имеете в виду?

– Большинство сейчас принимает как постулат то, что телепатические способности представляют собой либо недавнюю глобальную мутацию, либо результат отдельной мутации, которая лишь недавно попала в наш генофонд. К примеру, одна из народностей в гористой части Новой Гвинеи могла обладать телепатами, но поскольку она была изолирована от остального мира до относительно недавнего времени, ее гены не распространились по всей планете.

– Я понял мысль. Это многое объяснило бы.

– Да, объяснило бы. К несчастью, как оказалось, это неверно. Митохондриальные ДНК, или мтДНК, пятидесяти обследованных телепатов были проанализированы и сопоставлены с данными их семей и другими генетическими тестами на связность. Уверена, вам известно, что митохондриальная ДНК передается только по материнской линии – ДНК отца не оказывает на нее влияния, кроме как путем чрезвычайно медленных случайных мутаций, а частота таких мутаций хорошо известна. Брат и сестра теоретически могут обладать идентичными мтДНК, у двоюродных братьев – слегка различающимися цепочками, и так далее. Ранее существовали проблемы с частотой мутаций, но они преодолеваются поправкой, вносимой калибровкой Васкера…

– Да, я знаю все это. Итак, анализ показал, что у этих телепатов нет общей наследственности?

– Совсем наоборот. Более чем половина обследованных телепатов имела мтДНК, которые совпадали практически идеально. Слишком идеально. Другие генетические данные – и архивы – показывают, что испытуемые не имеют общих предков за то время, пока функционируют архивы.

Он пожал плечами.

– Качественные архивные данные о большей части человечества ведутся не более сотни лет. Я не вижу проблемы.

– Проблема в том, что мутации, которая характерна для них всех, меньше ста лет.

С застывшим взглядом он замер, его сердце сделало не меньше десяти ударов, пока он пришел в себя.

– Дьявол! – с трудом произнес он и оглянулся по сторонам. – Ладно, вы были правы, а я ошибался. К черту прессу, давайте уберемся отсюда.

– По-моему, вы сказали, что журналисты не подслушивают?

– Почти не сомневаюсь. Как и кто-нибудь еще – я прихожу сюда, потому что здесь используется случайным образом модулированный интерференционный сигнал, который забивает большинство подслушивающих устройств. Но есть древнее искусство "чтения по губам"… Пошли. Мы закончим разговор в моем номере, про который я наверняка знаю, что он безопасен.

 

* * *

 

Поезд прибыл, сопровождаемый легкой вибрацией, но беззвучно – давление в тоннеле, по которому он двигался, было равно давлению на поверхности Луны. Когда двери вагона коснулись уплотнений у входных шлюзов, Ли ввел в одно из частных купе свой личный код. Оказавшись в купе, он подтвердил оплату поездки с помощью биометрического сканнера сетчатки глаза.

– Так-то лучше, – сказал он, когда поезд плавно начал двигаться. – К делу. Кто еще знает об этом?

– Я не уверена. Автор статьи, конечно же, и любой, кому он рассказал. Из вашей реакции следует, что вы понимаете возможные последствия.

– Еще бы. Наши друзья-телепаты были созданы искусственно. Вопрос в том – кем? Прежними Соединенными Штатами? Именно там появилось большинство из них.

– Лишь потому, что изначальное тестирование проводилось именно там. А теперь у нас неплохое распределение по всему миру.

– Возможно, в этом нет никакого смысла – они могли сформировать сложную шпионскую сеть или что-то в этом роде. Или они связаны с корпорациями. Или… – Он почувствовал, что у него вспотели волосы на затылке. – Мне нужно время, чтобы обдумать все это.

– Куда мы едем?

– Хм? В мой номер неподалеку от станции Малибу. Где-то минутах в десяти отсюда.

– Я думала, что здесь все очень близко друг к другу.

– Раньше никогда не были на Луне? Гриссом – добывающая колония, поэтому здания выстроены вдоль одной линии, ведущей к водным пластам в Малибу. После разгерметизации старого купола никто не хочет находиться в одной корзине с остальными яйцами.

– Мне следовало догадаться, что вы будете особенно осторожны, – сказала Элис.

Он качнул головой, мрачно признав ее правоту.

– За одну жизнь я повидал достаточно людей, умирающих от взрывной декомпрессии, спасибо. И был слишком близок к этому сам.

– Вы поэтому покинули колонию?

– В том числе.

– Ваша жена погибла тогда.

– Без обид, доктор Кимбрелл, но это несколько личная тема для меня.

– Конечно. Простите.

Они продолжили поездку в молчании.

– Я рад, что вы рассказали мне все это, – сказал он наконец, положив на ее руку свою. – Вы поступили правильно.

– Надеюсь, что так.

Она не убрала руки.

Поезд начал останавливаться, и вдруг неожиданно дверь в их купе распахнулась.

– Простите, – сказал Ли мужчине, который появился у входа. – Это частное купе, и как вы можете видеть…

И тут его осенило. Дверь не должна была открыться. Он вскочил с места, когда мужчина быстро шагнул в купе, держа в руке девятимиллиметровый пистолет, нацеленный прямо в сердце Кроуфорда.

– Сядьте, сенатор, – сказал мужчина тихо.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.027 сек.)