АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава четвертая. Едва почуяв запах Молли, Петулька попыталась выпрыгнуть из коляски, и девочки, недовольные, что кто-то отвлекает собачку

Читайте также:
  1. Magoun H. I. Osteopathy in the Cranial Field Глава 11
  2. Арифурэта. Том третий. Глава 1. Страж глубины
  3. Арифурэта. Том третий. Глава 2. Обиталище ренегатов
  4. ВОПРОС 14. глава 9 НК.
  5. ГГЛАВА 1.Организация работы с документами.
  6. Глава 1 Как сказать «пожалуйста»
  7. Глава 1 КЛАССИФИКАЦИЯ ТОЛПЫ
  8. Глава 1 Краткая характеристика предприятия
  9. Глава 1 Краткий экскурс в историю изучения различий между людьми
  10. Глава 1 ЛОЖЬ. УТЕЧКА ИНФОРМАЦИИ И НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ ПРИЗНАКИ ОБМАНА
  11. ГЛАВА 1 МАТЕМАТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ СИГНАЛОВ
  12. ГЛАВА 1 МОЯ ЖИЗНЬ — ЭТО МОИ МЫСЛИ

Едва почуяв запах Молли, Петулька попыталась выпрыгнуть из коляски, и девочки, недовольные, что кто-то отвлекает собачку, как по команде обернулись. При виде Молли и человека в чалме у одной из них на лице отразился ужас, у другой, наоборот, восторг.

— Какая на вас смешная одежда! Вы что, были на карнавале?

Теперь обернулись и мальчики.

«Наверное, им кажутся странными мои джинсы и футболка с изображением танцующей мышки», — подумала Молли. Сама она будто пребывала во сне и потому ничему не удивлялась — даже тому, что попала в другое время. Она дышала воздухом девятнадцатого столетия!

Если бы не гипнотический транс, Молли сломя голову кинулась бы спасать Петульку. Вместо этого она стояла и думала: «Петулька пытается выскочить из коляски, ой, а старичок в чалме идет к ней. Вот он наклонился, поднял с земли фиолетовую капсулу и сунул к себе в карман. Эта капсула, как маячок, привела нас сюда Наверное, она посылает сигналы, которые ловит серебряный механизм. А девочки, хоть и маленькие, но визжат очень громко. Мальчик колотит старичка палкой, а ему не больно… или больно? Он оттолкнул мальчика. Старичок несет сюда Петульку».

К этому моменту дети уже вопили так громко, что привлекли внимание садовника. Когда он выбежал на лужайку, старичок в чалме бросил на него рассерженный взгляд и с помощью прозрачного кристалла, висевшего у него на шее, проделал то, что Молли хорошо умела делать сама: остановил время.

Всё застыло. Было не морозно, но свежо, и Молли ощутила, как знакомый холодок охватывает всё ее тело и бежит по венам. Сунув Петульку под мышку, старичок положил руку Молли на плечо, посылая ей тепловой импульс, чтобы она могла двигаться.

Петульку он оставил неподвижной, поскольку так с ней было легче управляться, и, взяв Молли за руку, повел ее подальше от «немой сцены». Люди из прошлого, внезапно окоченев, замерли в самых странных позах: мальчики со вскинутыми палками, девочки с разинутыми ртами и мокрыми дорожками слез на щеках, садовник и вовсе застыл на одной ноге.

Старичок подвел Молли к экипажу, возле которого, не шевелясь, стояли лошадь и кучер, и знаком велел ей забраться на облучок, после чего передал ей Петульку. Молли сообразила, что, когда старичок отпустит ее руку, она должна сосредоточиться на своем собственном кристалле, чтобы не застыть, как все остальные. Ей это удалось — и она явно произвела на старичка впечатление.

Усевшись рядом с Молли, он взял кнут и разморозил время. От удара кнутом лошадь мгновенно пришла в чувство и рванулась вперед. Петулька залаяла. Колеса экипажа завертелись, кучер в бриджах удивленно вскинул голову — однако прежде чем он успел что-то сделать, экипаж укатил прочь.

Лошадь громко заржала, по аллее с криком бежал еще какой-то человек.

Но похититель Молли не оглядывался назад. Тяжело дыша, он утер пот с морщинистого лба и забормотал:

— Ему понравится собачка… Это одна из этих странных китайских пород… Да, наконец-то я всё сделал правильно.

Молли не понимала, что он такое мелет, но ей сейчас было не до того. Она узнавала места, по которым они ехали. Это была дорога на Брайерсвилль. Конечно, не асфальтированное шоссе, а неровная проселочная дорога, разделенная посредине продольной полосой травы и маргариток. Примерно через полмили они нагнали телегу, запряженную волом. Пришлось остановиться и подождать, пока телега съедет к обочине, чтобы пропустить экипаж. Несколько мгновений было совсем тихо, так что стала слышна песня жаворонка высоко в небе. А потом позади раздался топот копыт. Старичок обернулся — их нагоняли садовник и кучер. Выругавшись, он перебрался с облучка на лошадь, впряженную в экипаж, и заставил ее обогнуть телегу. Преследователи были уже совсем рядом. Пришлось снова остановить время.

Поскольку тело старичка соприкасалось с лошадью, она не замерла и продолжала двигаться вперед. Молли мысленно сосредоточилась на кристалле и потому тоже не застыла. Крепко прижимая к себе Петульку, она со спокойным интересом оглянулась на преследователей. Они превратились в великолепные статуи мчащихся во весь опор всадников. Даже пыль, поднятая копытами лошадей, стояла неподвижным столбом.

Старичок продолжал подскакивать на спине лошади, и Молли впервые обратила внимание на то, насколько он ловкий и гибкий для своего возраста, А вокруг застыл девятнадцатый век. И Молли забыла обо всех своих проблемах и вопросах — она с восторженной улыбкой рассматривала проплывающие мимо, как в кино, виды. Не хватало только музыкального сопровождения — например, нежных переборов гитары.

Это было удивительное ощущение! Оказаться в хорошо знакомом уголке, но на сто пятьдесят лет раньше. На месте бензозаправки стояла ферма, и по двору расхаживали свиньи, а вместо ряда кирпичных построек кренился набок деревянный домишко. Женщина в длинном коричневом платье вытягивала из колодца ведро с водой. Оборванный мальчишка гнал вдоль канавы стаю гусей. И все были неподвижны, как статуи.

Как только экипаж въехал на окраину Брайерсвилля, Молли вскинула взгляд на холм, где в будущем должен будет появиться приют, в котором она вырастет. Уже появился! То же самое серое и унылое здание всё так же торчало на вершине холма, открытое всем ветрам. Неужели в 1850, в 1860, в 1870 — или какой там сейчас год? — здесь уже был приют?

Похититель направил лошадь в Брайерсвилль. Они проехали мимо ратуши, чья округлая крыша напоминала перевернутый горшок. Повсюду стояла тишина. На женщинах были длинные платья с пышными юбками и шляпки. Головные уборы мужчин оказались разнообразнее — шляпы, кепки, вязаные колпаки. Старичок невозмутимо погонял лошадь, которая начала нервничать при виде неподвижного мира вокруг. Бурча что-то себе под нос, он умело направлял экипаж между застывшими бричками и фургонами.

На боковой улочке раскинулся шумный рынок. Стояли киоски со сладостями, хлебом и булочками; клетки, полные живых кур, которых можно было выбрать и отдать продавцу, чтобы он зарезал их тут же, при тебе. Краснолицый мясник уже разложил цыпленка на доске и занес над ним руку с секачом. Чуткий Петулькин нос улавливал витающие в воздухе запахи крови и помоев, пива и выпечки, соломы, животных, дыма, только собачка никак не могла понять, почему всё это пахнет чуточку по-другому.

Наконец они оказались в противоположной части города, где начинались общинные земли. Похититель слез с лошади и разморозил мир. Растрепанный после скачки, утомленный остановкой времени, он нетерпеливым жестом велел Молли вместе с Петулькой выйти из экипажа и протянул ей руку. На его ладони лежала еще одна металлическая фиолетовая капсула, которую он вынул из серебряного устройства.

— Проглоти это, — проговорил он с сильным индийским акцентом.

Молли замялась, попыталась отказаться, а потом сделала, как ей приказали. Капсула еле пролезла в горло. Старичок внимательно сверился с серебряным механизмом, на котором были блестящий циферблат и клавиатура. Близоруко щурясь, он вынул из чалмы булавку и начал тыкать ею в крошечные кнопки, набирая цифры. Молли наблюдала. Наконец он нажал на серебряную кнопку и взял Молли за руку.

— Устал я от вас! — проворчал старичок. Затем поднял серебряный механизм прямо к шее и мизинцем прикоснулся к красному кристаллу.

Его лицо побагровело от напряжения. Потом вдали раздалось уже знакомое БУМ, и мир снова завертелся вокруг Молли и Петульки.

Подул теплый ветер. Молли догадалась, что теперь они движутся вперед во времени. В ушах звенели всевозможные звуки, пока серебряный механизм не выдал яркую вспышку. Недовольный старичок прервал движение. Когда мельтешение прекратилось, Молли увидела свой, привычный мир. Там, где была общинная земля, очутилась современная детская площадка. Два мальчика в синих спортивных костюмах гоняли футбольный мяч. Они были настолько поглощены этим занятием, что даже не заметили появления путешественников во времени.

— По-мо-и-э! — пискнула Молли, но голос не слушался ее.

Встрепанный старичок провел рукой по своему высохшему, морщинистому лицу и, подойдя к деревянной скамье, вытащил из-под нее очередную фиолетовую капсулу — судя по всему, он заранее спрятал ее здесь, чтобы потом попасть именно в это место.

— Будьте так любезны, уважаемые, скажите, какое время на ваших карманных часах? — крикнул он мальчикам.

Один из ребят замер, уже занеся ногу над мячом.

— Это вы мне?

— Вам, мальчик.

Мальчишка многозначительно глянул на товарища, словно хотел сказать: «Ну и тип!»

— Десять минут четвертого, — ответил он.

И тут Молли его узнала. Он тоже был из Брайерсвилльской школы, только на год старше, и нередко играл с Рокки в футбол. Но сейчас он выглядел моложе — гораздо моложе, чем помнила его Молли. Видимо, они очутились в том времени, когда Молли еще не нашла книгу по гипнозу, благодаря которой и раскрыла свои способности.

Не будь Молли в трансе, она бы, наверное, расхохоталась от изумления или завопила от страха. Потому что сейчас она оказалась в собственном прошлом.

— М-у-э, — она попыталась окликнуть мальчишку по имени. Потом оглянулась через плечо на холм, местами поросший лесом, местами расчищенный под поля, через который пролегала кратчайшая дорога от Брайерсвилльской школы до Хардвикского приюта. Именно по ней предпочитали ходить приютские воспитанники. Если сегодня учебный день, то они уже должны быть на пути домой, поскольку чай подают строго в четыре. Молли не ошиблась — у самой вершины холма маячила группка ребятишек. Чуть ниже из-за деревьев появились еще две фигурки: одна — с черными волосами, другая — в коричневой куртке с завитушкой на спине. Они были слишком далеко, чтобы рассмотреть их лица, и всё же, глядя, как твердо шагает первая фигурка и как тащится за ней вторая, Молли сразу же подумала о Рокки и о себе. Ну конечно, ведь у нее когда-то была такая куртка со спиральным узором на спине.

Как бы дико это ни звучало, невозмутимо подумала загипнотизированная Молли, но вполне вероятно, что эта фигурка, вяло ползущая вверх по склону, — она сама, только на три года младше.

Тут она расслышала механическое гудение, которое становилось всё громче и громче. На детскую площадку опускался вертолет. Рев двигателя и треск лопастей стал оглушающим.

Мальчишки, заткнув уши, наблюдали за приземлением вертолета Лопасти еще вращались, но старичок подтолкнул Молли к двери. Она поднялась по металлическим ступенькам, чувствуя, как ветер треплет волосы. Перепуганная Петулька сжалась у нее на руках, спрятав нос Молли под мышку. Обе не понимали, что происходит.

— Ку-а ы э-ня э-зе-э? — снова попыталась заговорить Молли, но старичок не слушал ее.

Как только их гигантская металлическая стрекоза взлетела, Молли попыталась рассмотреть лица детей на склоне, но это ей так и не удалось. Тем не менее, пролетая над приютом, она сумела разглядеть директрису мисс Гадкинс, которая сидела за столиком в саду. Кухарка Эдна подавала ей чай. Мисс Гадкинс вскинула голову, пялясь на вертолет, и заткнула уши, а Эдна что-то заорала, размахивая кулаком Молли легко представила себе проклятия, срывавшиеся с ее языка.

Мелькающие внизу поля были похожи на зеленые заплатки. Через двадцать минут путешественники уже прибыли в аэропорт. Едва вертолет приземлился, как к нему подкатил белый автокар, в который все и пересели, после чего по особой трассе их подвезли к частному самолету. Молли с Петулькой, елозившей у нее под мышкой, покорно взошла на борт.

Глава пятая

Семь часов спустя самолет приземлился. Дверь открылась, и в салон ворвался горячий воздух, в котором смешались запахи дыма, душистых трав и пряностей. На улице палило солнце. Молли, щурясь, выглянула наружу.

Аэропорт, вместе со смотровыми башнями и оранжевыми ветроуказателями, тонул в мареве. Воздух дрожал от зноя. Внизу их уже поджидала блестящая черная машина с маленьким флажком, на котором был изображен павлин.

— Мэ-э в Эндыи? — проговорила Молли, но ей, как всегда, не ответили.

Машина тронулась в путь, и очень скоро Молли поняла, что ее догадка верна.

Проезжая часть была забита: верблюды и лошади тянули за собой повозки и тележки; яркие грузовики, разрисованные цветами и слонами, с кабинами, украшенными блестящей мишурой, очень мало напоминали обычные грузовики, которые Молли видела в Англии или Америке. У каждого на кузове было написано: «Не забывайте сигналить». Водитель машины, везшей Молли, не забывал — он то и дело нажимал на клаксон. И все водители вокруг тоже сигналили без передышки. Вдоль обочины неторопливо шествовали верблюды и буйволы с тюками на спине, между ними с дребезжанием сновали велосипедисты. В центре проезжей части двигался самый быстрый транспорт. Проносились со стрекотом мелкие черно-желтые скутеры, похожие на жуков; мчались мопеды и мотоциклы — женщины в ярких сари цеплялись за плечи водителей, бесстрашно примостившись бочком на заднем сиденье.

Повсюду было полно народу. Черная машина проехала мимо обширного поля, где сотни детей играли в крикет, а потом миновала пустырь, на котором обосновались цыгане. Над их лачугами располагался огромный щит, рекламирующий шелковые свадебные сари.

Наконец машина въехала в город.

— Ку-а ы меа эзете? — промычала Молли, но похититель продолжал смотреть в окно на пыльную дорогу и натыканные вдоль нее здания.

Было жарко и влажно. Петулька часто дышала, высунув язычок, и Молли вытащила из кармана на переднем сиденье бутылку минеральной воды. Наливая понемногу в ладошку, она дала Петульке попить.

Дорога становилась шире, а здания чище. Они проехали по длинному шоссе, по обеим сторонам которого располагались посольства разных стран. В безветренном воздухе флаги на длинных шестах висели пестрыми тряпочками. Молли чувствовала себя такой же тряпочкой — она ужасно устала от обилия впечатлений, и от путешествия во времени, и оттого, что загипнотизирована.

«Я в Индии, с Петулькой и с этим незнакомцем, — подумала она — Но зачем?»

Закрыв глаза, Молли попыталась освободиться от гипноза, но это оказалось бесполезно. Ее сознание не могло пробить возведенную вокруг него стену. Это немного напоминало кошмар, который ей иногда снился: Молли стоит посреди дороги, и на нее мчится автобус, но она не в силах сдвинуться с места, ноги как будто приклеились к земле, тело не слушается. Сейчас не слушалось сознание.

Когда Молли снова открыла глаза, оказалось, что машина остановилась — судя по всему, около какого-то исторического памятника. Перед ними возвышалась крепость из красного камня, окруженная сувенирными лавками и стоянками такси.

— Выходи, — приказал человек в чалме.

Молли открыла дверцу машины. Петулька стала озабоченно принюхиваться, и старичок взял ее на руки. Потом снова достал серебряный механизм и начал его крутить. Затем, убедившись, что всё настроено правильно, он грубо окал руку Молли.

«Ну вот, опять начинается», — подумала Молли. Она уже так утомилась от всех этих путешествий во времени. Куда он ее тащит?

Правой рукой прижав к себе Петульку, человек в чалме взялся за зеленый кристалл. Вены у него на шее вздулись от напряжения. Потом раздалось БУМ, и мир взорвался всеми цветами радуги, оглушительным шумом. Они мчались назад во времени. Холодный ветер взметнул волосы Молли, затеребил кончики усов старичка, Сверкнул серебряный механизм. Остановка.

Перед ними стоял празднично украшенный слон в нарядной попоне. Старичок громко застонал и гневно топнул ногой. Потом нажал кнопку на серебряном механизме и схватился за красный кристалл. С оглушительным БУМом они погрузились в пеструю круговерть и, овеваемые теплым ветром, рванулись вперед во времени. На этот раз когда они остановились, вокруг шел дождь — лило как из ведра.

— А-а-а! — в ярости завопил старичок, мгновенно промокший до нитки. — Ну почему у меня никогда не получается правильно с первого раза! Эти ветры времени сведут меня в могилу! — Он сжал зеленый кристалл.

Молли догадалась, что он хочет попасть к воротам крепости в определенный день и в определенный час, но всё время промахивается. Они дергались туда-сюда во времени, словно пытаясь пришвартовать корабль в неудобном месте. Молли было не смешно, но и не страшно. Она вообще мало что испытывала, кроме любопытства

— Па-алсга, ска-ите, ку-а мы и-ём? — попробовала она снова.

Серебряный механизм сверкнул, они остановились. Было утро. Солнце палило вовсю.

На лице старичка отразилось глубокое облегчение. Сейчас вдоль крепостной стены росло десять пальм, не было никаких лавок, а у ворот стояли два суровых охранника с саблями. Старичок дал Молли знак подождать. Стряхивая с плеч капли дождя, он направился к большому навесу-зонтику и поднял с твердой как камень земли очередную фиолетовую капсулу. Сунув мокрую Петульку слуге, он расправил и пригладил на себе одежду. Тут же принесли миску с водой и полотенце, чтобы старичок мог умыться. Потом слуга протянул ему какой-то горшочек и зеркало. Внимательно оглядев свое отражение, старичок смазал сухие щеки мазью из горшочка

— Всё хуже и хуже, — приговаривал он. — Я истлею, так и не успев помолодеть.

После этого слуга притащил ему поднос, на котором лежали крошечные зеленые сверточки. Старичок запихнул в рот один сверточек и сплюнул на землю ярко-красную слюну.

— Ах, пан! Хоть что-то хорошее в этой жизни, — пробормотал он.

Потом, жуя, взял на руки Петульку, подошел к Молли и потянул ее за собой.

Усатые охранники у ворот низко им поклонились, а слуги, ожидавшие сразу за воротами, поклонились еще ниже. Видимо, старичок был какой-то важной персоной.

Но всё же недостаточно важной, чтобы чувствовать себя здесь как дома, — чем дольше шли они по мраморным переходам, тем больше старичок волновался. А когда они поднялись по светло-зеленым ступенькам к высокому золотисто-янтарному крыльцу, у нею задрожали руки. Он нервно потоптался на самой верхней ступеньке, словно решая, как лучше поступить, после чего сунул Петульку Молли. Собачка, почувствовав, что дело неладно, юркнула к Молли под мешковатую футболку и сжалась там в клубочек.

Одетый в белое слуга в чалме низко поклонился, сложив перед лицом ладони, а затем беззвучно распахнул дверь.

Дрожащий старичок с усами провел Молли внутрь. Они оказались в длинном золотом зале с потолком, усеянным многочисленными серебряными шипами. Золоченые стены были украшены фигурами слонов из разноцветного стекла, а полы покрыты роскошными толстыми коврами и завалены большими бархатными подушками. Воздух пропитался ароматом благовоний. Взгляд Молли скользнул по низким инкрустированным столикам и остановился на другом конце зала. Там стояла алая кровать с откинутым фиолетовым балдахином, на которой возлежал мужчина в блестящем красном одеянии.

В первый момент Молли решила, что ее отуманенное сознание сыграло с ней шутку, потому что лежащий мужчина казался огромным — словно находился под увеличительным стеклом. Его темная приплюснутая голова и мощное туловище были вдвое крупнее головы и тела слуги, который, стоя позади, обмахивал его опахалом из павлиньих перьев. Может, слуга был карликом?

Гигант прищелкнул длинными пальцами, и по залу разнеслось эхо. Старичок рванулся вперед, волоча за собой Молли. Чем ближе они подходили, тем больше становился великан. Никогда еще Молли не встречала человека, который до такой степени напоминал бы ей огромную черепаху. Кожа у него на лице была сухой, морщинистой и словно покрытой чешуей. Здоровенный нос казался вырезанным из пемзы. Не будь Молли загипнотизирована, она бы пришла в ужас от этого чудовища. Молли от гиганта отделяло не более десяти шагов, он поднес к правому глазу круглое плоское стеклышко. А потом издал оглушительный рев.

— Ты дурак! — орал он. — Ты идиот, Закья! Это не ма Толли! Ты привел не му Толли Тун!

Глава шестая

Перепуганная Петулька, съежившись под футболкой, пыталась сделать вид, что ее здесь нет. Старичок бросил на Молли потрясенный, полный отвращения взгляд.

— Клянусь пометом павлина! — выругался он. — Опять… я всё сделал не так…

В глазах старичка вспыхнул страх. Весь дрожа, он повернулся к своему господину.

— Не может быть, господин, это та самая Молли. Я отправился вперед, именно в то самое время, и забрал ее. Она была в Брайерсвилль-парке.

— В Брайерсвилль-парке? В БРАЙЕРСВИЛЛЬ-ПАРКЕ?! Ты дур-р-ра-а-ак! — гигант издал прямо-таки львиный рык. Выхватив опахало у слуги, он запустил им в старичка, так что тому пришлось поспешно пригнуться. — Закья, ты и давду впрумаешь, что она могла гулять по Брайерсвилль-парку до того, как нашла книгу по гипнозу? Мне нужна Молли Мун из другого времени — из того, когда она еще жила в приюте, ты, недоумок! Корнелиус Логан скрывал ото всех песто своего мроживания. Он никогда не пустил бы ее в Брайерсвилль-парк до того, как она обнаружила книгу гипноза

— Может быть, Корнелиус хотел ее потренировать, прежде чем она найдет книгу, ваше…

— Молчать! БОЛВА-А-АН! — великан, подскочив, заорал так, что у Молли заколыхались волосы, точно от ветра

Похоже, зрение ее не обмануло — человек действительно был гигантом. Зато со слухом явно что-то приключилось.

— Конечно, это не ма Толли Тун. Ты что, слепой? Не видишь, что на ней стикралл? — Он ткнул толстым пальцем в сторону шеи Молли. — Она уже способна останавливать время, ты, бессмысленный кусок верблюжьего навоза Только гипнотизеры умеют останавливать время. Зачем бы иначе она стала носить СТИКРАЛЛ?

«Стикралл? Наверное, он имеет в виду кристалл, останавливающий время», — догадалась Молли. Голос гиганта разносился по залу, эхом отскакивая от золоченых стен.

— Ты привел ко мне Молли Мун из слишком далекого будущего, тупой ты таракан. Я ге жоворил тебе. Я объяснил трижды.

Гигант сделал четыре шага вперед, увеличиваясь по мере приближения. Потом склонил свое дубообразное тело и, ухватив старичка-усача за ухо, как непослушного ученика, хорошенько его встряхнул.

— Или у тебя в одно ухо влетает, а в другое вылетает?

— Я дум-мал… думал, это правильная-а-а… — верещал старичок, подпрыгивая.

— Он думал! Отличная шутка — Великан с отвращением выпустил ухо старичка — Опять сидется всё делать прамому. Слушай, как это делается, идиот. Я должен забрать Молли Мун из того времени, когда она еще не нашла книгу гипноза До того, как нашла — нопимаешь? И тогда, если я ее убью, она не сможет стать гипнотизершей и устроить всю эту заварушку. Она не ранушит мои планы, не помешает Праймо Клетсу стать президентом Америки… а Корнелиусу — правителем мира, который подчиняется только мне. А почему? Да потому, что она умрет прежде, чем вообще научится гипнотизировать. — Обхватив голову старичка похожими на лопаты ладонями, он начал сдавливать ее. — ТЫ НОНЯЛ ПАКОНЕЦ? — гаркнул он.

Несмотря на гипнотический туман, в голове у Молли завертелся вихрь самых разных мыслей. Выходило, что Корнелиус Логан находился под властью этого гиганта из прошлого. Гигант из своего времени отправился в будущее и, загипнотизировав Корнелиуса, заставил того выполнять свою волю. Того самого Корнелиуса, которого Молли превратила в барана! Немыслимо! Этот джинн хотел повелевать миром во времена Молли. Интересно, зачем ему это нужно?

Неожиданные открытия освежали, как чашечка крепкого чая. Молли поняла, что нарушила планы гиганта, выведя Корнелиуса из игры. И поэтому гигант хочет отловить Молли до того, как она найдет книгу гипноза, чтобы убить ее, пока она ему всё не испортила.

Всё понятно. Молли несколько раз моргнула, окончательно переваривая информацию. И со слухом у нее всё в порядке. Проблемы не у нее, а у этого морщинистого гиганта (похоже, они со старичком подцепили одинаковое кожное заболевание). Он переставляет местами буквы в словах — мереставляет пестами.

Великан наконец отпустил старичка, и тот, встав рядом с Молли, потер хрустнувшую под пальцами хозяина шею. Красный сок от пана стекал у него по подбородку, и старичок утерся носовым платком.

— Кроме того, ты так долго не возвращался, — обиженно добавил гигант. — Готов спорить, побоялся воспользоваться аппаратом пядцать дватого века, трус,

— Ваше высочество… господин махараджа… Я делал всё что мог, чтобы девочка попала к нам. Ведь я не очень хорошо владею суперскоростной техникой двадцать пятого века… Но я буду тренироваться и отточу свое мастерство, уверяю вас. Просто я боялся потерять мисс Мун в суперскоростном аэропорту. — Старичок виновато заулыбался, показав красные от пана зубы.

Махараджа его не слушал. Он разглядывал Молли — маленькую и тщедушную.

— Кто бы мог подумать, что макая талявка… Глянь-ка! Ветры времени уже оставили на ней свой след! Закья, выведи ее из транса.

— Вы уверены, ваше сиятельство?

— Делай, как велят, дурень.

Закья послушно встал перед Молли. Подняв сухую узловатую руку к ее лбу, он громко щелкнул пальцами

— Ты свободна.

И в тот же миг гипнотические чары развеялись, поднялась туманная завеса, покрывающая все чувства Молли, и девочка пришла в себя. Теперь-то Молли поняла, что ощущала Петулька, дрожавшая у нее под футболкой. Ей и самой страстно захотелось забиться куда-нибудь подальше.

Только сейчас Молли с полной ясностью осознала весь ужас своего положения. Она попала в страшную ловушку — очутилась в чужом времени, в чужой стране. Даже если ей удастся сбежать от махараджи и его помощника, она всё равно останется пленницей в другом веке, поскольку не умеет путешествовать во времени. Молли была подобна червяку в клюве павлина, узнику в петле виселицы. Ладони сразу стали влажными от навалившегося страха. Никогда еще она не чувствовала себя такой беззащитной, и ей понадобились все силы, чтобы не разреветься.

Но Молли в своей жизни уже не раз сталкивалась с бесчувственными, бессердечными людьми, и холодное равнодушное лицо гиганта ясно говорило о том, что ни мольбы, ни слезы тут не помогут. Она понимала, что ее слезы сначала позабавят похитителя, а потом он потеряет к ней всякий интерес Судя по тому, с каким любопытством он сейчас разглядывал Молли, единственная возможность выжить заключалась в том, чтобы как можно дольше оставаться загадочной и невозмутимой.

Молли сделала вид, что ей безразличны тяжелое, пропитанное чесноком дыхание великана и его складчатая кожа. Она постаралась не думать о собственном страхе. Девочка обхватила руками Петульку, оттянувшую футболку, и, собравшись с духом, попыталась рассуждать логически.

Во-первых, и махараджа, и его помощник наверняка отличные гипнотизеры. Так же, как и она.

Во-вторых, оба умеют останавливать время — так же, как и она.

Вполне возможно, что они делают это лучше, чем Молли (ведь они еще и путешествуют во времени), поэтому не стоит пытаться применить свой кристалл. Но что касается путешествий во времени, один из них — явно не самый лучший специалист в этом деле. Если богатый и могущественный махараджа взял к себе в помощники этого неумеху Закью, который сейчас испуганно жмется в углу, значит, путешественники во времени здесь — большая редкость.

Молли смотрела прямо перед собой, словно не замечая, что толстый палец махараджи тычет ей в лоб. Ей было ужасно одиноко и страшно, но она изо всех сил старалась скрыть это, и потому приняла гордый и надменный вид, как будто была страшно возмущена тем, как грубо ее протащили назад сквозь время.

Молли вдруг вспомнился один напыщенный генерал из старого фильма, который она не раз смотрела в приюте, ^гот генерал попал в плен, но, вместо того чтобы пресмыкаться перед врагами, он всё время громко возмущался. Нужно было срочно собрать все свои актерские способности и изобразить этого генерала Насчет способностей Молли была не очень уверена, зато текст она помнила наизусть, поскольку они с Рокки часто цитировали его друг другу. Волнение придало ей смелости, и Молли сама удивилась тому, как бойко полезли из нее генеральские слова.

— Я нахожу свое положение в высшей степени неудобным и унизительным. На мой взгляд, это просто возмутительно! — выдохнула она, вздрогнув при слове «возмутительно», так как прекрасно понимала, что блефует.

Махараджа, сузив глаза, уставился на нее.

— Вот как? — врастяжку произнес он.

— Именно. — Перед мысленным взором Молли возник генерал из фильма. — Быть столь подло похищенной без всякого соблюдения субординации… — тут Молли запнулась, поскольку слабо представляла себе, что такое «субординация», но сразу же продолжила: — Меня надо было вызвать по всем правилам на гипнотический поединок. Это элементарная вежливость. Мне пришлось проследовать через время под руководством человека столь безопытного и безумелого… — здесь Молли сообразила, что надо было сказать «неопытного и неумелого», но поправляться не стала. — Это совсем не то обращение, какого я, гипнотизер высочайшего класса, могла бы ожидать от вас, другого гипнотизера высочайшего класса. Будь я на вашем месте, я подобрала бы сопровождение получше и выказала бы гораздо больше уважения.

Молли сама не верила, что эти слова срываются с ее губ. Безумный монолог или закончится ее гибелью, или же, наоборот, выручит из безвыходной ситуации. Первое или второе — пока непонятно. Ясно одно: если уж взялась играть какую-то роль, то надо довести дело до конца. И потому, собрав все свои гипнотические способности, Молли уставилась гиганту в глаза, которые уже сверкали собственным гипнотическим блеском.

Глаза великана, взиравшие из темных глазниц, — огромные, навыкате — были ужасны. Белки вокруг коричневой радужки были все в красных прожилках. Молли еще никогда не видела таких здоровенных и отвратительных глаз, и всё же она не дрогнула Скрестив взгляд с гигантом, девочка тотчас ощутила его гипнотическую силу, но продолжала твердо смотреть прямо в глаза этому морщинистому человеку с шелушащейся обвислой кожей.

А гигант наслаждался неожиданным поединком с детскими глазенками Молли — в них светился вызов. Теперь он начинал понимать, как этой худышке с носом-картошинкой удалось разрушить все его четко продуманные планы. До сих пор он еще не встречал людей, обладающих подобной гипнотической силой. И у нее уже имелся немалый опыт, гигант это чувствовал. Потому что каждый раз, когда он менял фокусировку, чтобы сбить ее с толку и застать врасплох, девчонка успевала предугадать его ход и «отбивала» взгляд.

Хороша, очень хороша, особенно для такого возраста. Но, к счастью, она ничего не смыслила в путешествиях во времени — в этом она ему проигрывала. «Почти приятно иметь с ней дело, — думал гигант. — Очень способная девчонка, и к тому же смелая, пожалуй, даже несколько нахальная. С ней будет забавно поиграть, сбить с нее спесь. Возможно, так и стоит поступить».

Гигант отвел взгляд.

— Гм-м, — задумчиво произнес он. — Я вижу, ты считаешь себя принцессой, которую глупый случай занес в наши края. — Он хлопнул в ладоши. — Может быть, принцесса челает выпить жаю?

Глава седьмая

В тот же миг двери на другом конце зала распахнулись, и восемь слуг в чалмах внесли подносы с серебряными чайниками, молочниками, фарфоровыми чашками и блюдцами, а также стаканами. К тому моменту, как Молли с гигантом туда добрались, уже был накрыт низкий столик из орехового дерева. Молли усадили с видом на стену, изящно расписанную сценами охоты: гигантский махараджа, сидя на слоне, целился из винтовки в тигра. Это была очень красивая роспись, точно и в деталях изображающая джунгли, так что Молли легко смогла представить себе земли, окружающие крепость.

— Как приятно встретить человека, — заметил гигант, принимая из рук изможденного слуги огромную плюшку, — который не съеживается при виде меня, как побитая собачонка, — Он бросил косой взгляд на Закью. — Прошу прощения за этого умополного, который притащил тебя сюда. Вообще-то он неприкасаемый.

— Неприкасаемый? — переспросила Молли, надеясь, что гигант не видит, как трясется булочка в ее руке.

— Да. Он принадлежит к самой низшей касте из всех, какие существуют в индуистской религии. Большинство индуистов отнеслись бы к нему как к грязной крысе. Но я не индуист, потому сужу о нем по его спалким жособностям. Он свободен благодаря мне. Я ОСВОБОДИЛ его. — Гигант угрожающе повысил голос, и Молли поняла, что он обращается к Закье, хотя смотрит на нее. — И как он отплатил мне за это благодеяние? ОН НЕ ВЫПОЛНИЛ МОЙ ПРИКАЗ!

Последние слова гигант прокричал так громко, что задребезжала посуда. На него вдруг напал приступ бешеной ярости, которую он не в силах был обуздать.

— ТЫ БЕСПОЛЕЗЕН! И ВСЕГДА ТАКИМ БЫЛ, КОРОТЫШКА ЗАКЬЯ! НУ ПОГОДИ У МЕНЯ, ТЫ ТОЛЬКО ПОГОДИ! Я ВЕЛЮ ПОРУБИТЬ ТЕБЯ В КАПУСТУ ОСТРЫМИ-ПРЕОСТРЫМИ НОЖАМИ, А ПОТОМ СКОРМЛЮ ВАПЛИНАМ! — Страшный рев внезапно перешел в грозное мурлыканье. — А может быть, я тебя просто загипнотизирую. Тебе ведь это не понравится, правда же? Ты так долго этого избегал. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя ЗАГИПНОТИЗИРОВАЛИ?

Молли ужаснулась и этой безумной свирепости, и словам гиганта. Закья поклонился, упал на колени, поклонился снова, распростершись на полу. Но тут приступ кончился так же внезапно, как и начался.

— Я ужасно хитрый, — сообщил гигант, и по его грубому шершавому лицу расползлась кривая ухмылка. — Понимаешь, мне надо кое-что бодправить в пудущем. То, что нельзя бодправить сейчас.

— А что именно? — небрежно поинтересовалась у великана Молли, словно ее ничуть не напугала вспышка его гнева. Изящно откусив от булочки крошечный кусочек, она положила остальное на блюдечко, стоявшее у нее на коленях, которые слуга заботливо прикрыл салфеткой. Оставалось только надеяться, что образ капризной и избалованной принцессы каким-то образом защитит ее от вспыльчивого хозяина. Непредсказуемый гигант напоминал Молли сумасшедшего, которого они с Рокки видели когда-то в Брайерсвилле. Этот человек сбежал из психиатрической клиники. Сначала он сидел на тротуаре, распевая песни голубям, а потом вдруг вскочил и начал лупить их палкой. Гигант вел себя примерно так же, и требовалось держаться с ним крайне осторожно, чтобы не попасть павлинам на обед.

Под футболкой задергалась задыхающаяся от жары Петулька Молли прижала ее, чтобы сидела тихо.

Великан постучал золоченым ногтем по красным и зеленым кристаллам, висевшим у него на шее.

— Мне нужно добыть побольше таких стикраллов. Это кристаллы для путешествий во времени. Они растут глубоко-глубоко под землей. И они нужны мне. — Махараджа запихнул в рот здоровый кусок плюшки.

— Для чего? — спросила Молли. Она сделала аккуратный глоток из чашки и тут же поперхнулась — вместо чая там оказалась вода с лимоном и солью.

— А вот для чего… — У гиганта изо рта полетели крошки. — Сначала я с помощью одного кристалла доберусь до начала времен. А потом, если у меня будет достаточно других стикраллов, я смогу вознестись в так называемый Пузырь, наполненный волшебным светом. Окунувшись в этот свет, любой человек снова обретает молодость и свежесть! — Он провел ладонями по щекам, словно представляя, как умывается светом. — Я ведь не всегда выглядел так, как сейчас

Проглотив кусок булочки, Молли впервые задумалась: а вдруг всё это ей только снится? Пузырь в начале времен, наполненный волшебным светом, от которого люди молодеют? От света люди только загорают, а не делаются моложе! Этот гигант еще более сумасшедший, чем ей казалось раньше. Интересно, если ей все-таки удастся открыть собственную гипнотическую клинику и если этот махараджа попадет к ней на лечение, сумеют ли они с Рокки ему чем-нибудь помочь?

Хоть бы Рокки был здесь! Молли тут же представила, что он мог бы сказать в подобной ситуации, и невольно произнесла это вслух:

— Я думала, что в начале времен был Большой взрыв. Вы не боитесь сгореть заживо, если туда попадете?

— Нет. В двадцать девятом веке выяснили, что начало времен похоже на перевернутое сито, наполненное белым светом из Пузыря. Тот, кто способен долететь до этого света, получает жизненную силу и молодость. Но долететь до Пузыря сложно, нужно иметь большой запас кристаллов для путешествий во времени.

— А, ясно, — Молли вскинула брови. — И вы хотите добыть кристаллы в моем времени… в двадцать первом веке…

— Да, потому что сейчас, в 1870-е годы, это пока невозможно. Кристаллы залегают глубоко, и технология добычи ископаемых с такой глубины была разработана только в двадцать вервом пеке. Это стоит очень-очень дорого и осуществимо лишь в том случае, если все государства соединят свои усилия. Вот почему я хочу, чтобы Корнелиус Логан получил мласть над виром. Он загипнотизирует руководителей всех стран… — Тут гигант метнул на Молли сумрачный взгляд, словно опять собирался вспылить, но сдержался. — Ты нарушила мои планы, — прошипел он, — но я всё расставлю по местам. И после того как Корнелиус снова кудет у меня под бонтролем, я получу абсолютную власть над десятками стран; их богатства окажутся в поем молном распоряжении. Мы начнем разрабатывать шахты и добудем горы стикраллов. Тогда я смогу отправиться к началу времен и обрести юность. Видишь, как просто. Весь мой план давно был бы приведен в исполнение, если бы не одна маленькая проблемка — мисс Мун. Убытку от тебя, как от телкой мармышки, которая ухитрилась ускользнуть из своей клетки.

Гигант раздраженно фыркнул.

— Должен признать, тебе удалось выбить меня из колеи. Долгие годы я ломал голову над тем, как добыть стикраллы, пока не придумал использовать гипнотизеров из твоего времени. Я отправился в будущее, в то время, когда ты только родилась, и загипнотизировал Корнелиуса. План сразу пришел в действие. Ребенка Праймо Клетса и Люси Логан, то есть тебя, сдали в приют. Потом твоих родителей разлучили. Всё рыло базыграно как но потам: жизнь Корнелиуса была построена так, чтобы он стал правителем мира — ради меня, конечно. Между прочим, на это ушло очень много сил. Путешествия во времени страшно изматывают. Но я знал, во имя чего тружусь.

Махараджа снова зыркнул на Молли.

— И вот, я отправляюсь в Индию твоего времени, звоню в Делый бом, надеясь узнать от Корнелиуса и Праймо о горах добытых стикраллов… И что же я слышу? Что президентом Америки стал совсем другой человек! Все мои кланы поту под хвост!

Молли изо всех сил старалась сохранять невозмутимость. Хладнокровно взяв со стола стакан с желтым напитком, она сделала глоток, но чуть не подавилась тошнотворной жидкостью.

— После длительного расследования я понял, что во всём виновата ты. Да-а… Неосмотрительно поддавшись усталости, я отправил та зобой этого придурка Закью. А он привел не ту тебя. Ты согласна со мной? Он должен был очутиться чуть раньше во времени и привести десятилетнюю Молли Мун, которая еще не умеет гипнотизировать. Чтобы я ее убил. И тогда мои планы никто не нарушит, поскольку Молли будет не до того — она будет мертва. Понимаешь?

Молли, не выходя из роли принцессы, презрительно вздернула нос

— Конечно, понимаю. Тоже мне, высшая математика!

И тут случилось нечто ужасное.

Петулька, которая всё это время сидела тише воды ниже травы, вдруг забеспокоилась. Ей было ужасно жарко. Не в силах больше терпеть, собачка стала вертеться и тыкаться мордочкой в футболку. И, конечно, гигант это сразу заметил.

— А ЭТО ЕЩЕ ЧТО ТАКОЕ?! — взревел он и, вытянув огромную руку, молниеносным движением выдернул Петульку из ее убежища. — ЖАК ЭТО КИВОТНОЕ СЮДА ПОПАЛО, ЗАКЬЯ?! ОНО ТЕБЕ ПОНРАВИЛОСЬ, И ТЫ ХОТЕЛ ЗАБРАТЬ ЭТОТ КУСОК МЯСА СЕБЕ? ТАК? ТЫ, ДУРЕНЬ!

Висящая вниз головой Петулька громко тявкнула и заскулила. В руках гиганта она скорее походила на морскую свинку, чем на собаку. Молли чуть не завопила от страха, однако в последний момент спохватилась.

— Как вы ПОСМЕЛИ! — возмущенно крикнула она, стукнув стаканом по столу — Немедленно отпустите ее!

— Если вы обидите эту собаку, я ни за что не стану вам помогать!

Махараджа поднял голову. Потом, вернув Петульку нормальное положение, вдруг расхохотался.

— Момогать пне… ха-ха-ха… Момогать пне? ХА-ХА ХА! Да уж, никогда бы не подумал, что ты окажешься такой забавной! — он оскалился, обнажив жуткие, красные от пана зубы. — Днаешь что, зеточка, а почему бы нам с тобой не сыграть в одну пытолюбную игру?

— Игру?

— Да Мы сыграем на собачку. Сделаем так: я расскажу тебе кое-что о путешествиях во времени, после чего ты отправишься в прошлое и принесешь мне оттуда одну вещь. Если сможешь принести, тогда собачонка… Это ведь собачонка? А то она такая страшненькая, что сразу и не разберешь, где у нее нос, а где — хвост… Так вот, если принесешь, тогда собачонка останется жива. Не принесешь — она умрет. И, быть может, уже сегодня родится новое чудо кулинарии — карри из мопса.

Глава восьмая

Вслед за гигантом Молли прошла мимо испуганно сжавшегося Закьи в распахнутую высокую золотую дверь. Потом они полезли вверх по узкой лестнице.

— Эта бесгница лыла построена двести тридцать лет назад, — пожаловался махараджа, с трудом протискиваясь в тесный проход.

— Я всё хочу смотаться в 1638 год, к Великим Моголам, и загипнотизировать архитектора, чтобы сделал лестницу пошире, вот только никак не соберусь. Темная лестница вывела их на просторную открытую площадку, окруженную стенами из темно-красного песчаника, в которых были прорезаны полукруглые окна без стекол. Стены были увенчаны острыми башенками из того же песчаника и белого мрамора. На фоне ярко-голубого неба развевался флаг с павлином — внизу царила жара, но сюда временами долетал ветерок. Сверху Молли был хорошо виден старый город с цветущими садами и невдалеке — поросшие кустарником бурые холмы. С запада возвышалось еще одно красное здание с минаретами и куполами-луковицами. Вдали виднелись башни и белые строения, по форме напоминавшие огурцы, а также множество маленьких домишек. А между домами росли пальмы, извивались раскаленные солнцем докрасна дороги, по которым двигались люди и животные. Снизу поднимался шум города — протяжные вопли торговцев, предлагающих свой товар; окрики погонщиков, направляющих лошадей и буйволов, верблюдов и слонов. Где-то над головой монотонно гудели осы, свившие огромное черное гнездо в одном из оконных проемов. Журчала наполнявшая маленький бассейн в центре площадки вода. Только сейчас Молли заметила на возвышении у дальней стены слуг — выстроившись цепочкой, они молча передавали друг другу полные ведра. Самый крайний выливал воду в изящный желобок, по которому та сбегала в бассейн. Изматывающий труд,

— Итак, — проговорил махараджа, потирая шершавый подбородок, и посадил Петульку на каменное возвышение. — Вот что ты должна сделать, чтобы из твоего карпса не приготовили мори. Сегодня утром, как раз перед моим омовением, сюда удримулся пробраться ваплин. Он улетел. Я хочу, чтобы ты вернулась назад во времени и заловила его в сеть. — Гигант прищелкнул пальцами и что-то сказал слуге.

Тот, кивнув, поспешно удалился.

— Но я не умею обращаться с павлинами! — возразила Молли. — Как его ловить? А вдруг он кусается?

— Ха! Это просто смешно! Ее нуволет то, как она будет ловить ваплина! Вместо того чтобы беспокоиться о шестепутвии во времени. ХА! — Он задорно хлопнул себя по красному шелковому халату.

Молли бросила на него возмущенный взгляд. Ей это вовсе не казалось смешным. Из узкого дверного проема на площадку выскользнул Закья.

— Закья, возьми басочонку и посади ее на веревку.

Закья опасливо изогнулся и подхватил Петульку.

— Кстати, Закья, не думай, что твой промах остался незамеченным. Я прекрасно понимаю, что это вонючее вижотное оказалось здесь из-за тебя. И ты не понес наказания лишь потому, что, сам того не желая, развлек меня.

Закья низко поклонился, с ненавистью покосившись на Молли.

Гигант хлопнул в ладоши, и перед ним тут же возник убежавший слуга. Он держал черную бархатную подушку, на которой лежала россыпь зеленых и красных кристаллов. Изумруды? Рубины? Молли не знала.

— С земощью поленых можно путешествовать назад во времени, с крамощью поеных — вперед. Бери, какие больше нравятся.

Молли уставилась на подушку, словно выбирая шоколадку. Каждый кристалл отличался от других оттенком и каким-то мелким изъяном, например, царапиной — как будто его когда-то пытались распилить. Не было ни одного целенького и гладкого. Молли выбрала два самых ярких кристалла. Взяв их в руки, она почувствовала, что они едва заметно излучают энергию, но не показала виду, что ощутила что-либо.

— А теперь что?

— Ха! Какая уверенность в себе! Сейчас узнаешь. ХА! Покровительственный тон великана успел достать ее до печенок,

— Пожалуйста, покажите, что мне делать, потому что иначе я не смогу вернуть вам вашу курицу-переростка.

Гигант насупился.

— Это несложно, — процедил он, — но необходима тренировка. Чтобы дать тебе хоть какой-то шанс спасти свою собаку, постараюсь получше объяснить, как происходит шестепутвие во времени. Но — объясняю только один раз! Я не из слушеливых, так что терпай внимательно. Сконцентрируй внимание на стикралле — красном или зеленом, в зависимости от того, в какую сторону ты направляешься. Потом погрузи себя в транс — так же, как ты делаешь, когда останавливаешь время. Глядя в пространство, вызови ощущение холода, распространяющегося по всему телу. Только время останавливать не надо, вместо этого сосредоточь внимание на стикралле и жди, пока сознание окрасится в тот же цвет. Как только мир вокруг тепоряет четкие очертания и подует ветер времени, ты поймешь, что движешься. Кроме того, позади себя ты услышишь далекое БУМ. Для тех, кто находится с тобой в одной комнате, БУМ будет очень громким — конечно, если ты не включишь антиБУМер. Твое тело пропадает так молниеносно, что воздух не сразу успевает заполнить образовавшуюся после твоего исчезновения «дыру». От этого и происходит БУМ — элементарные фиконы зазики. Но это всё ерунда. Самое сложное — остановиться в нужный момент. Для этого необходимы чутье и опыт. Ну что, готова?

— Так вы не подскажете мне, как определить тот момент во времени, когда надо остановиться? — встревоженно спросила Молли. — Вы не дадите мне такое устройство, как у Закьи?

— Такими устройствами только полные идиоты, — ответил махараджа.

Молли посмотрела на испуганную Петульку, которая сидела на самодельном веревочном поводке между Закьей и слугой с кристаллами.

— Я сразу же вернусь, — не колеблясь сказала ей Молли, хотя на деле чувствовала себя птенцом, которого выпихивают из гнезда.

Сжав зеленый кристалл в правой руке, девочка вперилась в землю и вызвала в себе гипнотическое состояние, в котором останавливала время. Холод распространился по телу, а затем всё вокруг замерло, кроме Закьи и махараджи.

— НЕ ТАК! — рявкнул гигант.

Молли, не обращая на него внимания, попробовала по новой. На этот раз, едва холод коснулся ее, она тут же сосредоточилась исключительно на зеленом кристалле, мысленно погрузившись в зеленый цвет. И сразу же началось путешествие во времени. Где-то вдали прогремел БУМ, подул прохладный ветер, и мир превратился в разноцветный вихрь. В ушах, поминутно сменяясь, зазвенели звуки.

И тут рядом с ней внезапно возник гигант в своем красном халате — он смеялся над ней, двигаясь сквозь время в точности с той же скоростью, что и Молли, и вокруг него так же вертелся и переливался мир.

— Куда же ты направляешься, Молли? — с издевкой поинтересовался великан. — Не имеешь ни малейшего представления, правда? И не можешь тонкролировать путешествие.

Он пропал из ее поля зрения. Всё вокруг менялось так стремительно, что Молли и вправду чувствовала себя совершенно беспомощной, как всадница на взбесившейся лошади. Мысленно она натянула воображаемые вожжи обтекающего ее холодного ветра. Как ни странно, это подействовало. Движение остановилось. Было холодно. Молли даже приблизительно не догадывалась, как далеко назад ее отнесло.

Женщина в оранжевом сари и с метлой в руках ткнула в ее сторону пальцем и завизжала. Молли сообразила, что со стороны должно было казаться, будто она возникла из пустоты. Глянув в окно, девочка обнаружила, что здания с куполами вообще еще нет. Должно быть, она перенеслась в слишком далекое прошлое

Молли поспешно стиснула красный кристалл, чтобы вернуться вперед. Оставив визжащую женщину позади, она рванулась навстречу теплому ветру и снова остановилась. Теперь над площадкой висела луна. Напротив сидел очень высокий мальчик-индиец и читал книгу.

— Свенеси мне причу, а то читать темно, — крикнул он мальчишке-рабу, устроившемуся в тени.

Раб заметил Молли и разинул рот.

— Саиб, саиб, — закричал он, указывая на девочку.

Читавший мальчик захлопнул книгу и рассерженно повернулся к рабу.

Сжав кристалл, Молли срочно ретировалась. Потрясающе! Только что она видела махараджу и Закью в детстве! Их оказалось несложно узнать.

Но в душе Молли уже волной поднимался страх. Если она не научится управлять своими перемещениями во времени, то застрянет неизвестно где, бросив Петульку на растерзание гиганту.

Молли почему-то вспомнился другой случай, когда она тоже перепугалась. Она готовила салат и порезала палец о край бутылки с соусом, и кровь забрызгала ей всю капусту с огурцами. Тогда Рокки велел ей глубоко и медленно дышать, чтобы ослабить боль и страх.

Молли в очередной раз пожалела, что Рокки нет рядом, и глаза ее наполнились слезами. Постаравшись взять себя в руки, она сделала глубокий вдох и медленно-премедленно выдохнула через нос — и сразу успокоилась.

Небо над головой светлело и темнело, светлело и темнело. В какой-то момент вокруг полил дождь, в ту же секунду вспыхнуло солнце. Кругом бушевали то ветер, то огонь, то вода, но девочка была отделена от них защитной пеленой потока времени.

Молли попыталась вспомнить, как долго она двигалась назад во времени от Петульки в 1870 году до женщины в оранжевом сари. Если скакнуть вперед на тот же отрезок времени, то можно вернуться к Петульке. Молли остановилась. К сожалению, сейчас на площадке толпилось множество народу. Шел дождь. Люди, заметив ее, начали тревожно переглядываться и тыкать в ее сторону пальцами, но Молли не обращала на это внимания. Она заметила в оконном проеме крошечное осиное гнездо — значит, нужное ей время уже где-то близко. Молли снова сжала красный кристалл, но теперь внимательно смотрела на небо, поминутно меняющее цвет с дневного голубого на ночной черный. Интересно, как быстро пролетает мимо год? За секунду? Сколько времени понадобится осам на то, чтобы построить огромное гнездо?

Молли остановилась. Гнездо выросло до нужных размеров, но всё равно что-то было не так. На этот раз Молли зажмурилась и решила положиться на интуицию. Погрузившись в собственные ощущения, она попыталась мысленно нащупать павлина. Пролетела вперед совсем чуть-чуть и снова открыла глаза — павлин сидел напротив. При виде нее он испуганно заверещал. Но тот ли это павлин, который ей нужен? Молли оглянулась на бассейн — вода в нем была усыпана розовыми лепестками, на стуле лежала шелковая одежда гигантских размеров. Молли и сама не поняла, как ей это удалось, но она приземлилась у бассейна как раз вовремя. Махараджа собирался принимать ванну.

Петулька лежала, положив мордочку на вытянутые передние лапки, и старалась не дрожать. Ей было очень страшно; она чуяла, что огромный мужчина, меривший шагами площадку, терпеть не может животных. От него слабо веяло розами, но также — чесноком и плохим настроением. У плохого настроения был отвратительный запах — запах паленых волос и горячей смолы. Всё тело гиганта было пропитано этим запахом. Петулька закрыла нос лапами, стараясь не думать о нем

Она вспомнила, как ее Молли вдруг растворилась в воздухе. Тогда, в Брайерсвилле, человек в чалме точно так же испарился, оставив Петульку детям, которые запихнули ее в кукольную коляску. Наверное, всякий раз, как они с Молли и со старичком попадали в разноцветные туннели, где дул сильный ветер, другие тоже думали, что они испарились. Может быть, Молли сейчас в таком ветреном туннеле?

На пол упал кусочек вяленого мяса, и нога в туфле с загнутым носком пододвинула его к Петулькиной мордочке.

— Еш-шь, — прошипел Закья.

Петулька отвернулась. Кусок не лез в горло. Она слишком волновалась за Молли и беспокоилась о том, что еще выкинет гигант. У нее до сих пор болела задняя лапка, за которую он ее так грубо поднял в воздух. Петулька покосилась на махараджу — тот разглядывал осиное гнездо, висящее в окне. Хоть бы все эти осы вылетели и искусали его!

 

Теперь оставалось только поймать павлина. Как сказал гигант? «Заловить его в сеть». Молли сунула кристаллы в карман. Птица беспокойно топталась на ветке, свесив вниз зеленый хвост. Молли осторожно подошла поближе, бормоча что-то вроде «цыпа-цыпа-цыпа». Оказавшись под веткой, она внезапно подпрыгнула, пытаясь схватить птицу, но та оказалась не такой уж глупой. Павлин подскочил с пронзительным воплем, съездив Молли по физиономии замусоленными кончиками хвоста. В нос ударил запах пыли и куриного помета. Молли закашлялась. Видимо, без сети действительно не обойтись. Но она тут же вспомнила, что есть способ попроще — нужно остановить время.

Вскочив на небольшую колонну в углу площадки, павлин соображал как быть. Его крошечный мозг с трудом справлялся сразу с двумя задачами: удержаться на узкой колонне и не выпустить из поля зрения девчонку. Молли взяла со стула огромные подштанники, а затем с помощью собственного прозрачного кристалла остановила время. Всё замерло. Умолкли колокола в городе, затихли коровы и верблюды. Павлин стал похож на прекрасную расписную скульптуру на постаменте. Подойдя к нему, Молли накинула просторную штанину павлину на голову, а остальную ткань плотно обмотала вокруг туловища и ног, чтобы птица не смогла бить крыльями или царапаться. Павлин был скручен на совесть. Молли облегченно вздохнула, потерла лицо — оно показалось ей очень сухим. Она прошла сквозь замороженный мир к бассейну с лепестками и, зачерпнув воды в ладони, умылась.

Тут Молли вдруг поняла, что невыносимо хочет в туалет. Она оглянулась в поисках подходящего места, и взгляд ее снова упал на чашу бассейна, явно предназначенную для омовения гиганта. Придется пописать прямо туда. Жаль, что воду нельзя будет спустить.

Почувствовав себя после этой процедуры гораздо лучше, Молли вернулась к павлину. Ей вдруг пришло в голову, что, имея красные и зеленые кристаллы, она может сбежать от махараджи. Можно даже вернуться назад во времени, добраться до Брайерсвилля и устроить так, чтобы настоящий садовник из фирмы приехал и поймал Закью до того, как он схватит Петульку. Это непросто, но возможно. Только, к сожалению, дело не в Закье, а в махарадже. Если Закья не доставит в крепость загипнотизированную Молли, гигант продет в ярость и отправится за ней сам. Он может перескочить в то время, когда Молли будет восемь лет, и убить ее там же, на месте. Нет, не стоит так рисковать. Положение у нее сейчас шаткое, но, по крайней мере, она начала понимать что к чему. Да и роль заносчивой избалованной девицы ее пока спасает. Лучше оставить всё как есть. Молли сняла павлина с колонны и разморозила время. Птица в ее руках сжалась от ужаса.

Молли не могла взять красный кристалл в руку, потому что крепко прижимала к себе птицу, но она мысленно сосредоточилась на нем, и, поскольку кристалл лежал в кармане, у нее всё получилось. Было довольно сложно сконцентрироваться так, чтобы прихватить с собой и павлина, но и это ей в конце концов удалось.

Молли знала, что надо сдвинуться вперед совсем ненамного. Она открыла глаза. Площадка была пуста. Еще чуть-чуть вперед. Гигант принимал ванну, и слуги поливали его горячей водой из кувшинов. Кожа у него на теле выглядела ужасно — как чешуя. Павлин задергался. Еще один крошечный прыжок во времени. На месте! Вот и все — одетый гигант, Закья, слуга с бархатной подушкой и напуганная Петулька, клубочком свернувшаяся на полу.

— Я не опоздала? — поинтересовалась Молли, вручая Закье ошалевшего павлина. Птица, закудахтав, клюнула его в грудь.

Разинув от изумления рот, Закья выронил павлина. Он совершенно не ожидал, что Молли справится с поставленной задачей, и сейчас потрясенно наблюдал, как птица выпутывается из подштанников его господина, волоча их за собой по площадке.

— Унесите павлина! — раздраженно закричал махараджа, притворяясь, что не замечает своего белья. Закья подхватил кудахчущую птицу вместе с подштанниками и потащил к лестнице.

— Ну, — сказала Молли, когда павлиньи крики постепенно затихли. — Надеюсь, вы умеете держать обещания?

— Гм-м. Как правило, нет. — Гиганта ничуть не обрадовала удача Молли. Скорее наоборот, рассердила. Он привык всегда и во всём быть первым, и ему вовсе не улыбалось хоть в чем-то уступить этой тощей девчонке.

— Моя самая пертая попывка была гораздо удачнее. Ты думаешь, что всё сделала отлично? Да, действительно неплохо. Но всё же не так хорошо, как я. Давай сюда стикраллы, и можешь забирать собаку. — Молли протянула ему кристаллы. — Теперь иди за мной.

— Куда? — спросила Молли.

К ней тут же, словно незваный гость, явился страх.

— Я должен показать тебе чтое-ко.

— Что?

— Узро сконаешь.

«Да я бы сконала отсюда с удовольствием», — подумала Молли.

Махараджа упер руки в бока и расхохотался густым басистым смехом, который эхом разнесся по всем уголкам площадки и в воздухе над крепостью.

— Я покажу вам, что значит настоящий талант, ваше совычество! — прогремел он.

Подойдя к Молли, гигант схватил ее за руку. Петулька сжалась и громко залаяла, готовясь наброситься на него. Но махараджа не обратил на нее никакого внимания. Подхватив Молли легко, как подушку, он поволок ее за собой с площадки вверх по лестнице. Петулька бежала следом, тявкая и хватая его за пятки. Молли отбивалась. Огромный махараджа с трудом протискивался в узкий проход да еще и вверх по крутой лестнице. Наконец он втащил Молли в маленькую расписную комнату и выпрямился во весь рост.

— Заставь свою собаку заткнуться, или, предупреждаю, я сам ее заткну.

Молли подхватила Петульку на руки и крепко прижала к себе.

Комната была без окон, но с высоким куполообразным потолком. Со стропил свисали стеклянные лампы и четыре большие кровати на цепях. Кровати были деревянные, резные. А звенья серебряных цепей, на которых они висели, были сделаны в виде фигурок слонов и лошадей. На полу вдоль стен стояли серебряные сундучки и лари; выше, на полках, лежали шелковые подушки и разноцветные мягкие одеяла. Пол покрывал пестрый ковер, а в стены были вделаны толстые, похожие на браслеты серебряные кольца.

Подхватив Молли и Петульку, словно игрушки, махараджа швырнул их на одну из кроватей.

— Ждите здесь, — приказал он. — Сейчас я вам покажу, кто тут гений шестепутвий во времени.

После чего вышел, захлопнул и запер за собой тяжелую резную дверь.

Глава девятая

Молли растянулась на вышитом покрывале. Кровать слегка покачивалась. Потолок был сплошь усеян сотнями маленьких зеркалец, и Молли видела множество своих крошечных отражений, лежащих на кровати. Она закрыла лицо руками и только теперь, оставшись наедине с Петулькой, горько расплакалась. Потом свернулась клубочком на постели, мечтая исчезнуть отсюда Петулька прижалась к ней, тычась в руку мокрым носом и словно говоря: «Не волнуйся, Молли, всё будет хорошо. Я тебе помогу, обещаю».

Но Молли была так напугана и встревожена, что даже не погладила собачку. По поведению махараджи она понимала, что именно этого он и добивается — запугать ее. — Конечно, что ему стоит меня напугать, — всхлипнула она, обращаясь отчасти к Петульке и отчасти ко всем остальным Молли на потолке. — Я ведь просто Молли, а он путешественник во времени и гипнотизер, жестокий, бессердечный, вонючий, огромный, чешуйчатый… — она умолкла.

Если продолжать в том же духе, перечисляя все неприглядные стороны внешности и характера махараджи и гадая, что он собирается с ней сделать, то этак скоро сердце остановится от страха.

Молли подумала о Рокки и обо всех остальных людях, которых она любила, и страстно пожелала оказаться рядом с ними. Затем, обессиленная, уснула.

 

Ей снились очень странные сны. В первом сне дело происходило в Хардвикском приюте, где Молли выросла. Стоял чудесный летний денек, но она, десятилетняя, ползала на коленях в кабинете мисс Гадкинс. Та придумала ей ужасное наказание — Молли должна была расчесать собственной расческой старый драный ковер так, чтобы он выглядел как новый. Внезапно распахнулось окно, и в комнату влетел огромный мужчина с шелушащимся лицом и в развевающихся одеждах, которые носят только актеры в театре. Даже во сне Молли содрогнулась от ужаса, когда он сжал ее голову своими огромными руками и заставил посмотреть себе в глаза. Он ее загипнотизировал. Потом всё смазалось, превратилось в цветную круговерть.

В следующем сне Молли была еще моложе, лет шести. И сон был не такой четкий, как предыдущий; он скорее напоминал полузабытые воспоминания. Молли сидела среди зарослей ежевики в саду при приюте. Она ужасно перепугалась, потому что вместо ее друга Рокки, побежавшего в дом за игрушечной летающей тарелкой фрисби, перед ней вдруг вырос огромный страшный человек, одетый как выходец из сказки. Он просто появился из воздуха, словно по волшебству. Под мышкой у него был зажат щенок мисс Гадкинс, Петулька. Молли закричала, а мужчина уставился ей в глаза, и снова сон расплылся красочными потеками.

Самый последний сон был и самым смутным. Молли играла с пластмассовым паровозом. Большой дядя взял ее на руки, и сверху посыпались все цвета радуги.

Ворочаясь в тревожной дреме, Молли знала, кто этот человек в красном. Махараджа. Он уносил ее из Хардвикского приюта далеко-далеко. Они летели в плоской машине, похожей на летающую тарелку. Еще во сне были одиннадцатилетний Рокки и стареющий хиппи Лес, оба под гипнозом.

 

Молли открыла глаза. Как долго она спала? Рядом тихонько похрапывала Петулька. Молли потрясла головой в надежде, что эта комната и вообще всё происходящее тоже окажутся сном. Ничего подобного. В голове у Молли всё перепуталось. Сны теперь казались похожими на воспоминания. Неожиданно девочка с ужасом поняла, что всё, что ей сейчас приснилось, не плод ее воображения, а действительно настоящие воспоминания.

Они появились только что.

И вместо того, чтобы постепенно растаять, как обычно случается со снами, новые воспоминания всё ширились, обрастая подробностями. Молли вспомнила, как попала в этот дворец, когда ей было десять. Девочка обхватила голову руками и встряхнула ею. Она что, сходит с ума? В чем дело? В памяти постепенно восстанавливалось прошлое. Каждый миг возникали новые воспоминания. Всплывали события, произошедшие, когда ей было десять, шесть лет и даже три года. Она вдруг припомнила, как, совсем крошечная, приехала в большой красный замок и должна была подниматься по крутым ступенькам, но большая добрая девочка с лохматыми волосами подняла ее на руки.

И в тот же момент Молли вспомнила, как очутилась в крепости, когда ей было десять лет, и как она подхватила на руки трехлетнюю малышку, которой было трудно подниматься по лестнице.

Молли вспомнила, как в десять лет гадала, что это за человек, который ведет их вверх по лестнице, слишком узкой для него. Но она помнила это и как шестилетняя, и как трехлетняя — тоже. Она тогда еще подумала, что человек похож на огромную обезьяну, лезущую в кроличью норку, а сама она — как маленький кролик. Маленький загипнотизированный кролик, которого тащит за собой обезьяна.

— ЖИВЕЙ!

Молли вскинула голову. Сюда шел махараджа Он возвращался! Мало того, она точно знала, кого он ведет за собой.

Молли дернулась и зажмурилась, тяжело дыша и постанывая. Это невыносимо! Всё это происходило наяву, но было страшнее, чем в самом кошмарном сне.

В дверь постучали.

— Добрый вечер, Ломми, — произнес издевательский голос махараджи. — Ты позволишь войти? Я привел тебе гостей.

Глава десятая

Молли уронила лицо на руки, чтобы не видеть. Да ей и не нужно было смотреть. Пусть у нее не возникло воспоминаний шести- и трехлетней Молли, зато воспоминания десятилетней распускались в голове, как цветки кувшинки. Махараджа открыл дверь. Молли вспомнила, как десятилетняя Молли пыталась догадаться, кто этот загипнотизированный хиппи с щенком мопса под мышкой и почему Рокки держит на руках младенца Она вспомнила, как заглянула в комнату и увидела на качающейся кровати девочку с собачкой, в точности похожей на Петульку. Собачка даже сосала камушек так же, как Петулька.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.057 сек.)