АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Альбертина не сдается

Читайте также:
  1. Dessau II, II 7266. Рим
  2. Exercise 5
  3. I. КОРАБЛИ АРХИПЕЛАГА
  4. II. УЧЕБНАЯ, НАУЧНАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ РАБОТА
  5. III. Кровавая статистика. 8 страница
  6. ISВN 5-04-010213-5 «ЭКСМО-Пресс». 2002
  7. IV. ГОЛУБЫЕ КАНТЫ
  8. IV. Методические указания по прохождению производственной практики
  9. IV. С ОСТРОВА НА ОСТРОВ 27 страница
  10. Making the horizon were the brown mountains. They were strangely shaped.
  11. Oттo — наследник миллионного состояния?
  12. POV Марат

 

Альбертина перекинула руку Отто себе через плечо, и они тронулись в путь. Это было странное ощущение: она держала Отто за кончики пальцев, но рука, которая опиралась на ее плечо, была невидима. Somnium disparatum, угасание сновидений, скоро продвинется так далеко, что она не сможет ни видеть своих друзей, ни прикасаться к ним.

Ноги Пауле пропали уже полностью, и казалось, что он парит над землей. Но это было обманчивое впечатление, и Клара это прекрасно почувствовала на себе. Охая и вздыхая, она пыталась тащить толстого Пауле.

— Слушай, Пауле, прозрачнее ты становишься, а легче — почему-то нет, — стонала Клара.

Пауле тяжело вздохнул, вынул из карманов курточки два увесистых гаечных ключа и бросил их на пол.

— Так легче? — едва слышно выговорил он. Это был совсем плохой знак. Если Пауле добровольно отказывается от любимых инструментов, значит, дело совсем худо.

— А куда ты нас тащишь? — постанывая, спросил Отто.

Альбертина остановилась перед массивной входной дверью в театральный зал.

— Ш-ш, тихо! Вы слишком много говорите. Нам надо в театральный зал. Это ваше единственное спасение.

Недоброе предчувствие закралось в душу Отто. Он попытался остановить Альбертину, но в этот момент она уже приоткрыла дверь в театральный зал. Времени оставалось совсем мало, это Альбертина хорошо понимала. Раппельмайерша скоро раскроет трюк с переодеванием и ринется на виллу, игнорируя все правила дорожного движения. А где сейчас, интересно, тетя Кора?

— Надо торопиться! — воскликнула Альбертина и потащила Отто в зал.

— Ты не сердись, пожалуйста, но у меня совершенно душа не лежит к этому театру сновидений, — вздохнул Отто. — А к чемодану — и подавно. Ведь ты же знаешь!

Альбертина неумолимо тащила его дальше. Наконец они с грехом пополам добрались до сцены. Чемодан стоял на своем обычном месте, возвышаясь в полутьме, как мощный черный утес. Альбертина взобралась на сцену и попыталась втащить туда Отто. Но ее рука поймала лишь пустоту. Во второй раз тоже ничего не получилось, рука у Отто была совершенно прозрачна.

— Отто, помоги мне поднять тебя, ведь я же ничего не вижу!

— Я рядом с тобой, — сказал Отто и ущипнул ее за ухо. — Ползать Отто Карвуттке пока еще может. Но я хочу знать, что здесь сейчас будет?

— Вы должны вернуться обратно в чемодан. Поверьте, никакого другого пути нет, — сказала Альбертина и вместе с Кларой втянула на сцену обессилевшего Пауле.

Отто схватил Альбертину за плечо и повернул к себе лицом:

— Ты что, с ума сошла? Ты же знаешь, что нас там ожидает!

От его крепкой руки по всему ее телу опять разлилось тепло. Это чувство, еще недавно такое прекрасное и новое, было для Альбертины теперь самым ужасным. Альбертина с грустью смотрела на залитое потом, уже почти совсем прозрачное лицо друга, которого ей приходится отправлять туда, куда они не могут отправиться вместе. Не мучай меня, мне и так ужасно тяжело, говорили ее глаза. Она быстро опустила взгляд, чтобы Отто не смог прочитать этих мыслей.

— Вы ненадолго заберетесь в чемодан, а потом я достану вас оттуда! Обещаю! — Альбертина сказала неправду и отвернулась, боясь, что слезы ее выдадут.

— Ты врешь! — крикнул Отто.

Альбертина быстро вытерла лицо и снова повернулась к своим друзьям:

— Я не вру. Пожалуйста, пожалуйста, ну я прошу, послушайтесь меня, сделайте, как я говорю.

— Поклянись, что скоро опять достанешь нас оттуда! — недоверчиво потребовал Отто.

— Клянусь.

Отто демонстративно встал перед чемоданом.

— Я не верю ни одному твоему слову. Я не оставлю тебя одну, и ты это знаешь.

— Ты что же думаешь, Пауле опять будет шнырять по берлинским подворотням? Ну уж дудки, Пауле больше не будет этим заниматься! — пробормотал Пауле и презрительно скривил лицо — или то, что от этого лица еще осталось. — Ты так просто от нас не избавишься!

— Ты же тоже в нашей банде, разве до тебя еще не дошло? — слабым голосом сказала Клара.

С друзьями все оказалось гораздо сложнее, чем она опасалась. На мгновение Альбертина заколебалась. А вдруг есть какой-то другой выход, может быть, ей стоит самой порыться в записях Лиззи, а может быть, специалисты, какие-нибудь ученые и врачи, что-нибудь подскажут?

Наглый, пронзительный голос оторвал Альбертину от этих мыслей.

— Альбертина Шульце, мерзкая девчонка! — В дверях зала стояла тетя Кора. Она раздраженно шарила по стенке в поисках выключателя. Потом осторожно пробралась к окну и сорвала одну из плотных портьер, которые оставались задернутыми со дня последнего кинопросмотра, который устраивал месье Флип.

Отто весь сжался. Каждый луч света жег исчезающее тело адским огнем.

Альбертина лихорадочно искала в карманах жилетки ключ с драконом. Сколько раз она собиралась навести в карманах порядок, чтобы все было разложено по местам, как в большом универмаге. Тогда не надо будет вечно искать каждую необходимую вещь.

Тетя Кора по узкой боковой лесенке поднялась на сцену.

Отчаявшись найти ключ, Альбертина сняла жилетку, вывернула ее и стала трясти. Все ее бесчисленные сокровища рассыпались по доскам сцены, и долгожданный ключик наконец-то выпал тоже. Она протянула у нему руку, но красный лакированный коготок опередил ее.

— Ты это ищешь, радость моя? — Ключик небрежно болтался на мизинце у тети Коры. — Надо лучше следить за своими вещами.

— Какой ужас! Дракониха захватила ключ, — прошептал Отто.

— А-а-а! — в ужасе закричала тетя Кора, когда взгляд ее упал на Отто. Ведь она своими вороньими глазками все время смотрела только на Альбертину, чтобы не упустить ее из виду, и совершенно не заметила всю остальную банду, которая была в таком состоянии, что ее и действительно трудно было заметить. — Что… что… с ними… такое? Это не заразно?

— Речь идет о жизни и смерти, и времени у нас больше не осталось. Дай мне, пожалуйста, ключик, тетя Кора! — простонала Альбертина, не ожидая ничего хорошего.

— Конечно, конечно, милочка. Ведь твоя тетя не чудовище. Но ты за это тоже должна мне кое-что дать, — нагло ухмыльнулась тетя Кора. Она вынула какой-то листочек бумаги и положила его на маленький столик, где стоял старый цилиндр с блестками. С ледяной улыбочкой она протянула Альбертине шариковую ручку. — Ну давай, дорогая! Мы с тобой заключим сделку, совершенно законно, и без всяких там собачек, директрис и смешных стрелковых орудий. Все это нам совершенно не нужно. Ты только должна вот здесь поставить свою подпись, и тогда чемодан и ключик — твои, а вилла — моя. Ведь это честно, скажи? Подойди и поставь вот здесь свое имя. Это не больно. Чемодан тебе, вилла — мне. Баста! И своих смешных друзей забирай поскорее с собой, поняла?

— Нет, Альбертина! Не делай этого! Не важно, что с нами будет, ты не должна отдавать ей виллу! — крикнул Отто и оттолкнул Альбертину, которая уже протянула руку, чтобы поставить подпись.

Клара схватила Альбертину за шиворот и стала ее трясти.

— Ты что, захотела назад в этот гнусный приют?

— Приют как приют, я ведь до сих пор как-то там жила. — Альбертина осторожно высвободилась из рук Клары, посмотрела в победоносное лицо тети Коры и схватила ручку. Будь что будет, подумала она и поправила лист бумаги чтобы писать.

Краем глаза она увидела, как что-то промелькнуло мимо. Она едва успела выпрямиться, как раздался душераздирающий вопль тети Коры.

На тетю Кору вихрем напал Отто и, собрав все оставшиеся силы, ухватился за ключ.

— Отдай ключ, жаба противная! — закричал он.

— Никогда! — Тетя Кора старалась покрепче сжать ключ своими когтями. В ее глазах стояли ярость и ужас. Ужас, потому что никакой руки видно не было, но ключ все равно было у этого сопляка не отнять, а ярость оттого, что он посмел напасть на нее.

Альбертина в первый момент замерла от неожиданности. Но, увидев, что силы Отто на исходе, она тоже стала отбирать у тетки ключ. Отто в изнеможении рухнул на колени и, словно бревно, откатился в сторону. Альбертина схватилась за ключ обеими руками, одновременно пытаясь укусить тетю Кору.

— Прекрати хулиганить! — Тетя Кора дернулась и вырвалась, чуть не столкнув племянницу в оркестровую яму. В поисках опоры Альбертина вцепилась в суфлерскую будку, но та угрожающе затрещала. Альбертина вновь с трудом взобралась на сцену.

Но от резкого движения тетя Кора тоже потеряла равновесие и вскинула руки вверх. Ключ сорвался у нее с пальца, описал дугу и упал точнехонько в цилиндр с блестками. Тетя Кора удержалась-таки на ногах и бросилась к цилиндру. Она сунула в него руку и тут же мгновенно вынула обратно: в ее когтях трепыхался кролик.

Альбертина решила использовать мгновенное замешательство Коры и сама засунула в цилиндр руку, но вместо ключа в руках у нее оказался пылающий факел.

Клетчатые застонали, когда сцена осветилась ярким огнем. Альбертина взглянула на них при этом свете и кровь застыла у нее в жилах: сбившись в тесную кучку, три призрака сидели возле чемодана, бледные, почти прозрачные.

Тетя Кора быстро пришла в себя. Она вырвала цилиндр из рук у Альбертины, спрыгнула в оркестровую яму и еще в полете вынула из цилиндра большой букет цветов. С оглушительным грохотом она приземлилась среди ударных инструментов. Побелев от злобы, Кора принялась мять и комкать цилиндр.

— Отдай этот идиотский ключ, иначе я разорву тебя на тысячу кусков! — накинулась она на и без того уже изрядно пострадавший головной убор.

Альбертина бросилась в оркестровую яму и вцепилась в химическую завивку тети Коры. Они начали царапаться, кусаться, пинаться и щипать друг друга. И Кора, и Альбертина были наделены изрядной долей одержимости и цепкости, присущей всем в семействе Шульце. Обе так увлеклись дракой, что не сразу заметили белую голубку, кружившую над их головами. Кора как раз собиралась нахлобучить на голову Альбертине оркестровый барабан, и тут обе — тетка и Альбертина — замерли. Молча, открыв рты, следили они за голубкой.

Сельма, радостно воркуя, полетела через весь зал к двери. Взмахнула еще несколько раз крыльями и вылетела наружу. В маленьком клювике поблескивал ключ с драконом.

Альбертина побежала следом за голубкой.

— Сельма, Сельма, цып-цып-цып! — кричала она.

Но Сельма не обращала на нее внимания. Она рада была своей находке и летела прямиком в гостиную.

Даже если бы Альбертине удалось догнать Сельму, та летела слишком высоко, чтобы девочка могла дотянуться до ключа.

В гостиной голубка удобно устроилась на роскошной люстре под потолком.

— Сельма, Сельма, иди сюда! — умоляла Альбертина. — Отдай мне ключ, он мне очень нужен, иначе мои друзья погибнут!

Сельма на уговоры не поддавалась.

— И тебе тоже не придется возвращаться обратно в свой пузырь сна, я тебе обещаю.

— Ха-ха, ничего у тебя не выйдет! — голос тети Коры, раздавшийся с лестницы, прервал этот нескончаемый, но односторонний разговор Альбертины с голубкой.

Внезапно прогремел выстрел, и все свечи на люстре загорелись.

— Сто восемьдесят две свечи одним выстрелом! Я прогрессирую, — гордо констатировал свой успех месье Флип, стоя у входа с ружьем в руках. — Коллегу Деблера в один прекрасный день я обставлю как миленького.

Сельма испуганно вспорхнула, открыла клювик, чтобы в ужасе вскрикнуть: «Ур-р-р!» — и уронила ключик.

Тетя Кора отважно бросилась вперед и, безусловно, первой схватила бы его, если бы ее заклятый враг, саблезубый тигр, снова не проявил пристрастного интереса к ее косолапым ножкам. Она запнулась о голову изъеденного молью зверя, правая нога опять попала в пасть, и она лицом вниз упала прямо на полосатую шкуру.

Месье Флип зажимал под мышкой сумку с «Туснельда Торнада».

— К сожалению, у меня нет времени достойно отметить нашу встречу. — Он поклонился и побежал к двери.

Альбертина, прижимая к груди ключ с драконом, помчалась вверх по лестнице. Она скакала через две ступеньки.

— Руфус! Руфус! Освободи меня! — слышался позади крик тети Коры, а Альбертина уже ворвалась в театральный зал и увидела жалкие фигурки клетчатых в углу на сцене.

— Альбертина! Мы так хотели тебе помочь, но ты же сама видишь… — такими словами встретил ее Отто.

Альбертина сунула ключ в отверстие замка на чемодане.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.006 сек.)