АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Моя голова взрывается, как гора Святой Елены, и, кажется, осколки я буду собирать долгие годы

Читайте также:
  1. Благовещение Пресвятой Богородицы
  2. В тюрьму ворвалась толпа, и Смит вместе с братом были застрелены, причем в перестрелке Смит ранил трех человек
  3. Глава 3. Товарная структура внешней торговли США за 2007 и 2011 годы.
  4. Голова Державної виконавчої служби України Г. В. Стадник
  5. Динамика внешней торговли США за 2007-2011 годы.
  6. Динамика оборота внешней торговли США за 2007-2011 годы.
  7. Завідувач кафедри, голова циклової комісії ___________________Захарчун Д.М.
  8. Идеал Святой Руси
  9. Индексы внешней торговли США за 2007-2011 годы.
  10. Йонги Чо утверждает, что Святой Дух подобен наседке, высиживающей цыплят
  11. КАК СОБИРАТЬ
  12. Карл Менгер: отдельный потребитель — всему голова

Мы растрачиваем свою жизнь в волнениях по всяким бессмысленным, пустячным поводам: «Я нравлюсь этой девочке? Этот мальчик знает о моем существовании? Что мне поставили: A, B или С?». Поразительно, как быстро, практически мгновенно, все это обращается в ничто, стоит только вселенной внезапно раскрыться и обнажить все свои невероятные глубины и головокружительные высоты. Тебя заносит на одну из этих высот, и когда ты оглядываешься, открывшаяся перспектива ужасает. С такого расстояния люди не больше муравьишек.

Теперь я знаю, что такое ад. Чтобы попасть туда, не обязательно покидать мир живых. Просто посиди в больничной комнате ожидания.

***

Отделение срочной помощи в больнице Кони-Айленда — место, которое ты в последнюю очередь связал бы с медициной и здоровьем. Это вместилище несчастья, отчаяния и трагических известий. Папу не мешкая покатили туда, а мы остались в приемном покое, где люди, которым не грозила немедленная смерть, ожидали, словно в очереди в обычном магазине, когда им окажут помощь.

— Обязательно было тащить его сюда? — вопрошает тетя Мона. — Другой, нормальной, больницы не нашлось?

Здесь сидело множество людей в окровавленной одежде, с наскоро перевязанными ранами, с опухшими, воспаленными лицами, и все они возлагали свои надежды на единственную измотанную медсестру, сидящую на приеме; проходило не меньше получаса, прежде чем она называла очередное имя. Я пытался читать какой-то журнал, но не мог сосредоточиться. Кристина рассеянно играла сама с собой в «боггл», складывая слова из кубиков — она нашла их в ящике с игрушками для малышей. Мама пристально изучала ковер на полу.

— Почему нам ничего не сообщают? — зудит тетя Мона. — Как хотите, но мне эта больница не нравится.

В приемной стоит огромный аквариум с поддельными кораллами и пластиковой куклой-водолазом — все покрыто зеленой аквариумной плесенью. Похоже, в обширном сосуде обитают только три рыбки, и я думаю: «Если в этом месте не могут позаботиться о своих рыбках, то что можно сказать о здешних пациентах?»

— Не знаю, что за пятно на этом стуле, — говорит тетя, — но лучше я сяду вон там.

Зазвонил мой телефон. Номер незнакомый, так что я не стал отвечать. В последнее время телефон звонил практически беспрерывно, и я не отвечал никому. Но тут я кое о чем вспомнил.

— Позвони Фрэнки, — сказал я маме.

Мама покачала головой:

— Пока не нужно.

— Нет нужно! — настаивал я. — Позвони Фрэнки!

— Если я это сделаю, он все бросит и помчится сюда на машине от самого Бингэмптона — глухой ночью и в такую погоду и, конечно, со скоростью сто миль в час! Нет уж, спасибо, двоих пациентов одновременно мне не вынести. Позвоним ему завтра.

Я порывался запротестовать, но тут до меня дошло. Даже не видя глаз моей мамы, я понял. Вся семья собирается у смертного одра. Значит, покуда Фрэнки здесь нет, то нет и одра, так ведь? Наверно, по той же самой причине мама отказалась говорить со священником.

Мой телефон затрезвонил опять, и я попросту выключил его. Неужто народ и правда думает, что я сейчас в настроении отвечать на звонки? Как будто их желание узнать новости важнее моего нежелания о них говорить.

Спустя час вышел доктор и спросил миссис Бенини. Я пропустил это мимо ушей, но мама сказала:

— Вы имеете в виду Бонано?

Доктор заглянул в карточку и поправился:

— Да, Бонано.

На миг мне кажется, что сейчас и со мной случится сердечный приступ. Мы все встаем.

— Миссис Бонано, — продолжал врач, — у вашего мужа имеет место острая закупорка ко...

Дальше я уже не слышу, застряв на двух словах: «имеет место».

Имеет.

Настоящее время! «Имеет» означает — «есть сейчас», не «была». Это значит, что мой папа жив. Никогда раньше я не испытывал такой благодарности к грамматике. Клянусь больше никогда не обращаться с глагольными временами как попало.

— Ему понадобится срочная операция — коронарное шунтирование, — сказал доктор. — Тройное, в сущности.

Я так полагаю, одно то, что они наделили болезнь папы именем — это уже хороший знак. Раз они знают, что им делать, то они смогут это сделать, так ведь? Однако мама прикрыла рот ладонью, и из ее глаз забил новый фонтан слез. Значит, плохи дела.

— Операция долгая, но ваш муж — боец, — сказал доктор. — И это дает мне надежду, что все будет хорошо. — Помолчав, он добавил: — На втором этаже есть часовня, если вам хочется побыть в уединении.

А вот таких слов людям, у чьих близких якобы все будет хорошо, не говорят.

Врач пообещал держать нас в курсе и исчез за двойными дверьми. Мама не проронила ни слова. Мы с Кристиной не проронили ни слова. Только тетя Мона прокомментировала:

— А все потому, что он ест нездоровую пищу. Масса холестерина! Я его уже сколько лет предупреждала! Наш отец, царствие ему небесное, скончался от того же, но разве Джо меня слушает?!

Когда я учился в восьмом классе, у нас был курс геологии. Мы изучали вулканы. Некоторые из них предсказуемы, плюясь магмой по расписанию, другие же просто взрываются ни с того ни с сего. Камень раскаляется до такой степени, что превращается в газ, и тогда сила извержения сравнима со взрывом водородной бомбы.

Это самое близкое объяснение тому, что произошло в следующее мгновение. Едва только тетя Мона открыла рот, как я почувствовал нарастающее внутри давление, и проконтролировать взрыв у меня не было ни малейшей возможности.

Мама поняла, что происходит, и попыталась остановить меня, но я оттолкнул ее руку. Сейчас меня никто на свете не мог остановить, даже родная мать.

— Заткни свою поганую пасть! — заорал я. Все сидевшие в комнате ожидания уставились на нас, но мне было до фонаря. — Заткни свою поганую пасть, пока я сам ее тебе не заткнул! — Мона ахнула и застыла с разинутым ртом, потеряв дар речи. Я стоял и буравил ее взглядом. — Сидишь тут, зудишь, учишь всех жить, никак не угомонишься!

А потом я сказал ЭТО. Сказал слова, которые зрели в моей душе с того самого момента, когда папа упал на сцене:

— Лучше б это была ты!

Тетя посмотрела на меня так, будто я вогнал ей в сердце кинжал.

— Энтони! — Мама задохнулась и больше не смогла ничего сказать.

Я прожигал Мону взглядом. Еще чуть-чуть — и она задымится.

— В этой операционной должна была лежать ты! Как бы мне хотелось, чтобы это ты умерла вместо него!

Вот я и вылил все, что накипело. Мона почувствовала силу моей ненависти. Ее почувствовали все в помещении.

И тут откуда-то сбоку послышался тонкий голосок. Кристина сказала:

— И мне тоже...

Внезапно в приемной словно вакуум образовался, и стены начали сдвигаться. Бежать, бежать отсюда! Я даже не помню, как ушел. Следующее, что помню — я на крытой парковке, ищу и нахожу наш автомобиль. Ключа у меня не было, но мама в панике забыла закрыть машину. Вот и хорошо, потому что иначе мне пришлось бы выбить окно. Я даже почти что хотел его выбить.

Я сидел в машине, до того провонявшей тети Мониными духами, что становилось дурно, и колотил по приборной доске. Ух эта Мона, душескреб и мозгоед, просто какой-то пропеллер для нагнетания стресса в человеческом обличье! Гонит, гонит волну, пока все вокруг не утонут. Ну почему это не она там, на операционном столе? Почему?!

К тому моменту, когда пришла мама, я уже начал остывать. Она села в машину.

— Без нотаций! — рявкнул я еще до того, как она открыла рот.

— Без нотаций, — тихо согласилась она.

Мы сидели молча, а потом она сказала:

— Тетя Мона решила, что ей лучше остановиться в гостинице напротив больницы. Так, мол, ей будет сподручнее навещать папу.

Из чего следовало, что в нашем доме ее не будет. Интересно, увижу ли я ее вообще когда-нибудь. Хотя не все ли мне равно — увижу, не увижу...

— Отлично.

Я, может, и остыл, но это ни на йоту не изменило того, что я выплеснул, причем со всей искренностью. И тут мама сказала такое, чего я не ожидал.

— Энтони... Знаешь, а ведь я тогда думала то же самое.

Я воззрился на нее, неуверенный, что правильно расслышал:

— Что?

— С того мгновения, когда я поняла, что у папы инфаркт, я старалась избавиться от этой мысли, а она все крутилась и крутилась в голове: «На месте Джо должна была быть она... это должна была быть она...» — Мама закрыла глаза. Я видел, как она пытается избавиться от этих недостойных чувств. — Но, сыночек дорогой, пойми: есть вещи, которые нельзя произносить вслух.

Осознание того, что она права, рассердило меня еще больше. Я так стиснул зубы, что еще немного — и сломал бы, а что тогда? Правильно — счета от зубного врача вдобавок ко счету за папину операцию.

— Ни капельки не жалею, что произнес.

Мама погладила меня по руке:

— Ничего. В один прекрасный день ты пожалеешь — тогда и будешь думать, как исправить содеянное.

Где-то в гараже взвыла автомобильная тревога, стены отозвались гулким эхом.

— Есть какие-нибудь новости? — осведомился я.

— Пока нет. Но это хорошо.

Я понимал, что она хотела этим сказать. Операция должна продлиться четыре, а то и пять часов. Если бы она закончилась быстро, то причина могла быть только одна.

— Пойду-ка я лучше обратно, — произнесла мама. — Ты тоже приходи, когда будешь готов. Я в часовне.

И она ушла.

Во мне все еще клокотал гнев на несправедливость судьбы, но часть его направлена была уже не на Мону, а на себя самого. Ведь кто как не я вылил графин воды на голову Босуэла, тем самым еще больше осложнив папе жизнь? И разве это не я вечно огрызаюсь и создаю массу проблем дома? Так может, это я подтолкнул папу за край?

И тут я призадумался о пресловутых контрактах на время. Ведь получается, что я некоторым образом искушал судьбу — играл в Господа Бога. Значит, таково мое наказание? Как это говорят — «расплата за грех»?

Мои мозги, еще до этих мыслей превратившиеся в творог, сейчас размягчились полностью. Называйте это, как хотите: еще одно извержение вулкана или временное помешательство, или еще как-нибудь по вашему выбору. Знаю только, что кисло-молочное состояние моего ума способствовало тому, что буквы в моем ментальном «боггле» стали складываться в слова. Итак, вот факты.

1. Отца разбил инфаркт через несколько мгновений после того, как он подписал контракт на два года своей жизни.

2. Я виноват в том, что подобный контракт вообще существовал.

3. В комнате Гуннара Умляута лежит толстая черная папка, содержащая в себе почти пятьдесят лет.

Надо заполучить эти годы обратно.

Может, если я возьму все эти страницы и отнесу их папе... Или нет, еще лучше — отнесу их в больничную часовню и возложу на алтарь... Стоп, а там хотя бы есть алтарь? Ничего, если нет — сделаю. Возьму стол и окроплю святой водой, все дела. Я отрекусь от всего того, что сделал, по-настоящему, искренне отрекусь, а эти бумаги отдам Господу в обмен на его милость. И как только соглашение будет достигнуто, настанет утро, операция завершится благополучно, и у меня по-прежнему будет папа.

Это решение проблемы возникло у меня в голове не просто так — оно было вдохновлено свыше! В моих ушах почти что зазвучал ангельский хор, поющий «алилуйя».


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.006 сек.)