АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Speak And Spell

Читайте также:
  1. Agree or disagree with the following statements, using the strategies of speaking. Give additional information to prove your agreement or disagreement. Use the model.
  2. ENGLISH - SPEAKING COUNTRIES/AMERICA
  3. English Speaking Countries - Англоязычные страны
  4. English-speaking country (the USA)
  5. Exercise 20. Speak briefly about the body systems and their functions.
  6. Explain, glance, laugh, listen, point, speak, throw, throw
  7. IV. Speak about your point of view. Do you think if it easy to be Queen or King? Would you like to be Queen or King and why?
  8. Now lets speak about work people. By the type of work people do workers fall into one of four broad categories.
  9. Speaking and writing assignments
  10. SPEAKING PRACTICE (РАЗГОВОРНАЯ ПРАКТИКА)
  11. SPEAKING PRACTICE (РАЗГОВОРНАЯ ПРАКТИКА)

 

Война между Стивом и Дэниэлом Миллером закончилась, когда первому удалось подписать одну из самых значимых групп того времени – Soft Cell. После перезаписи Photographic Depeche Mode были приглашены в студию Blackwing для работы над песней, которой было суждено стать их первым синглом — Dreaming Of Me. Помещение Blackwing представляло собой переоборудованную церковь в Лондонском районе Доклэндс. Ее владелец, Эрик Рэдклифф, был позже увековечен в успешном альбоме Yazoo, Upstairs At Eric’s. Он был одним из немногих специалистов, который сразу подхватил моду на синтезаторную музыку и был рад предоставить группам возможность экспериментировать.

 

Дела пошли лучше, чем кто-либо ожидал. И чем удачнее продвигалась карьера, тем сложнее становился выбор, перед которым вставали музыканты. Дэйву очень нравилось учиться в колледже и у него, наконец, стало это получаться. К тому моменту он получил награду Британской Общественности, что означало, в первую очередь, путевку к удачной карьере дизайнера витрин в Лондоне. Учебу он никак не мог закончить, продолжая брать выходные за свой счет для того, чтобы репетировать с группой. Чего же он добился? Его выгнали. Поначалу Дэйв, несомненно, переживал, но, обзаведясь работой помощника в магазине Джона Льюиса на Оксфорд Стрит, успокоился и продолжил зарабатывать деньги на группу. Мартин успешно работал в банке, Энди был страховым агентом, и на тот момент, можно сказать, они были прекрасно устроены. Бросить работу или потерять свое место из-за постоянных выходных и отгулов было огромным риском… Как оказалось, переживания эти были пусты и неоправданны.

 

Все началось с того, что Джон Пил поставил Photographic во время своего культового эфира. И хотя это не принесло песне коммерческого успеха, сам факт того, что новый трек неизвестной группы поставил столь именитый диджей, был сверхъестественен. В феврале 1981 Depeche Mode отыграли свой самый важный концерт в начале карьеры – разогрев перед легендарными Ultravox. Им заплатили целых 50 фунтов и с первой же песни им удалось произвести на зрителей незабываемое впечатление.

 

Практически моментальный успех Dreaming Of Me искоренил все страхи, которые еще оставались у молодых музыкантов. Отзывы критиков были позитивны, хотя большинство специалистов восприняли песню как очередной забавный сингл Mute. И тут – о чудо! – внезапно сингл попадает в ротацию на Radio 1, и ставит его начинающий оброты DJ Пит Пауэлл. К концу марта песня была уже на 57 месте в британских чартах. И, хотя место в общем зачете было невысоким, в инди чарте она заняла первое место и стала лучшим синглом года. Интересно, что bside этого сингла, Ice Machine, звучит как те же Depeche Mode образца середины 80х. Более мрачный и мощный саунд сильно отличается от всего, что было записано для первого альбома. Уже с этого момента они начинают резко выделяться в толпе поп-групп, появлявшихся в то время в огромных количествах.



 

«В Манчестере было четкое разделение на южан и северян», — говорит Расти Иган, — «мы называли их «плащики». Озлобленные люди, читавшие Достоевского и Сартра, не собирались всерьез воспринимать мальчиков с синтезаторами в разноцветных штанах. Уже потом появились New Order, которые использовали драм машину и добились оглушительного успеха».

 

На самом же деле, великой разницы во взглядах не было. Вскоре Мартин начнет читать Гессе, Камю, Кафку и Брехта, но Depeche Mode все так же будут восприниматься как юные попсовики. Им было все равно. Они уже обратили на себя внимание даже вне пределов Великобритании.

 

В апреле 1981 года видный американский деятель Сеймур Стайн приехал в Англию в поиске молодых талантов. Раньше он работал с Дэниэлом Миллером и с тех самых времен привык изучать инди сцену, делая покупки в магазине Rough Trade. Миллер предложил ему приехать и ознакомиться с материалом новой группы. В свое время таким же образом были подписаны контракты с Talking Heads, The Pretenders, а затем и с Madonna. После концерта он был настолько впечатлен, что захотел встретиться с группой за кулисами, но клуб был настолько небольшой, что и кулис в нем не оказалось, так что разговор произошел прямо на ступенях, ведущих со сцены в партер. Однако, на тот момент он не предложил им заключить договор. Результатом стала фраза «будем на связи».

 

Несмотря на успех, который продолжал расти, Дэйв решил продолжать работать. И длилось это до события, которое произошло в начале 1981 года. Он корпел над витриной John Lewis, когда прохожий с вытаращенными глазами подбежал к магазину, постучал в стекло и перепуганный Дэйв прочел по губам незнакомца: «Эээ, а ты не вокалист ли Depeche Mode?» Он с облегчением и радостью уволился в тот же день.

 

Как оказалось, решение Дэйва было верным. Второй сингл, New Life, был гораздо веселее и позитивнее, чем вся музыка, выходившая вместе с ними на Some Bizarre. Из гетто арт-попа она моментально вырвалась в дневной эфир радиостанций. Достигнув 11 места в чартах, песня продалась тиражом свыше 200 000 копий и проложила группе путь к святая святых восьмидесятых – Top Of The Pops.

 

Однако сам день съемок проходил вовсе не так, как молодые музыканты представляли себе. Им не выделили средств от звукозаписывающей компании, так что до места им пришлось добираться на поезде и на метро. Мартин и Энди все еще были заняты своими работами и вряд ли выглядели начинающими поп звездами. В костюмах и при галстуках, они еле убедили охранников на входе в студию, что именно они должны были участвовать в съемках. Выступление под фонограмму прошло крайне успешно и на следующий день у Энди на работе произошло то, чего Дэйв лишил себя сам, уволившись – коллектив встретил Флетча овациями.

 

По мере того, как группа приобретала все больший успех, мать Дэйва убеждалась, что сын все-таки был прав, выбрав такой путь. А когда Дэйв повзрослел, он признался, что именно всеобщее признание было главным стимулом в его карьере и одним из основных критериев уверенности в жизни. Он все чаще просил мать рассказать ему про отца, которого он не знал. Однажды, когда он сидел с матерью в пабе, она достала старую фотографию и показала ее Дэйву. «Да, ага, похож на меня. Видать, отец», — ответил Дэйв, криво усмехнувшись.

 

Друзья и семьи музыкантов, наконец, признали успех Depeche после их появления в Top Of The Pops. В восьмидесятых так и было – группы попросту не существовало для общественности, пока она не попадала в эфир. Однако сами начинающие звезды понимали, что им предстоит гораздо более длинный путь, чем многие могли себе представить.

 

На той же неделе они вернулись в студию Blackwing для того, чтобы практически безвылазно провести в ней 6 недель с Дэниэлом Миллером в работе над дебютным альбомом. Все было вроде и не сложно, ведь у них были готовы песни, которые они в течение года с небольшим много раз играли в клубах, так что им нужно было лишь запереться в студии, надеть наушники и сыграть их еще раз… Но результат был немного неожиданным: странная смесь авангарда с поп мелодиями. Все, кроме двух песен, были написаны Винсом Кларком. С его тягой к чрезмерному продакшну, каждое произведение было насыщено чистым, полированным звуком, далеким от следующих работ группы. И все равно вокал Дэйва, через сырость и напор которого звучали улицы Эссекса, резко контрастировал с мелодиями и текстами.

 

 

Пластинку было решено назвать Speak And Spell, в честь популярной игрушки конца 70х. Этим заглавием группа привязала альбом к окружающей их действительности и предельно ясно зафиксировала дух времени, в которое он был записан. Синтезаторы, использовавшиеся для записи, были, по большому счету, такими же игрушками, при помощи которых были получены незатейливые звуки, которым было суждено стать легендарными. Позже группа не раз предпримет попытки откреститься от своего первого альбома, посмеиваясь над ним, что не меняет того, что некоторые песни с дебютника звучат свежо по сей день. Строгие технологические ограничения придают песням странный шарм и наивность. Странно и смело звучали Boys Say Go! и What’s Your Name. После таких «гимнов» группе моментально повесили ярлык гомосексуалистов, хотя никто в группе не имел к меньшинствам никакого отношения. Как позже докажет Винс своей работой в Erasure, намек на общедоступность и привлекательность для любого пола — неотъемлемая часть имиджа исполнителя поп-музыки.

 

К сожалению, обе работы будут далеки от произведений, которые Винс напишет для Erasure. Однако, будет на альбоме и трэк, который восполнит этот пробел. Just Can’t Get Enough группа будет с радостью исполнять и через 10, и через 20 лет после выхода Speak and Spell. Когда она была выпущена синглом в 1981 перед релизом альбома, группа моментально вырвалась за пределы Some Bizarre и осела фаворитом в сердцах юных поклонниц танцевальной сцены по всей Британии.

 

В клипе группа предстала в образе, который Дэйв позже будет нередко называть «эти наши педерастические кожанки». Через пару лет они откажутся от них, но, как покажет история, ненадолго. Быть может, они и выглядели глупо в начале 80х, но кожаные куртки явно выглядели более выигрышно, чем костюмы, которые они предпочтут в 82. В 80х Depeche Mode находились в активных поисках образов, что лишний раз доказывает обложка первого альбома. Дэниэл Миллер предложил им сотрудничать с фотографом Брайаном Гриффином, который был известен работой с Echo and the Bunnymen. Именно им он в свое время помог сформировать успешный звездный имидж.

 

Когда Брайан пришел на первую встречу, выглядел он как человек, явно знающий, как творить искусство. Широкополая соломенная шляпа, пафосная жестикуляция и идея об огромном лебеде, плывущем по небу… На тот момент времени главной заботой было лишь одно – сколько это будет стоить.

 

Позже Брайан рассказывал: «На самом деле, все получилось не совсем так, как изначально задумывалось. Звучало все отлично. Но в результате у нас получилось чучело птички, завернутое в полиэтиленовый пакетик. Это должно было выглядеть крайне романтично и инновационно, а получилось… попросту смешно. Я не знаю, что я пытался этим доказать. В результате обложка была не раз названа худшей в истории мировой музыки. Да и правильно, туда ей и дорога»

 

Незадолго до релиза группе посчастливилось предстать в роли настоящих звезд – их пригласили на съемку для обложки NME. В то время журнал читали сотни тысяч людей, что делало его популярнейшим изданием в Великобритании. На знаменитой фотосессии Дэйва выставили на первый план, чему он, к слову, был несказанно рад. Тем большим было его разочарование, когда через несколько дней он получил свой экземпляр и взглянул на обложку. Его фигура была размазана, в то время как фокус был на трех остальных участниках группы.

 

«Я так расстроился» — рассказывал он в интервью через некоторое время. «Я был на первом плане… и в то же время не был! Этот фотограф, будь он неладен!.. Когда я увидел фотографию, помню, подумал: «Вот скотина с фотоаппаратом!»»

 

Фотографом оказался, как не сложно догадаться, юный голландец, который внезапно стал популярен благодаря работе с Joy Division. Лишь через несколько лет его имя вновь всплывет. На сей раз для того, чтобы сыграть решающую роль в становлении имиджа Depeche Mode.

 

Они стали не единственной группой, внезапно выстрелившей в том году. Dare от Human League набирал обороты и делал группу все популярнее день ото дня. Кавер версия Tainted Love от Soft Cell станет одним из известнейших хитов 80х, а творение OMD Architecture And Morality вывел авторов в ранг культовых. Когда в 1981 году была издана Just Can’t Get Enough, о Depeche заговорили все, однако их с самого начала воспринимали как явление из ряда вон выходящее. Об этом свидетельствует хотя бы статья в NME, написанная Дэвидом Фрик: «В сравнении с мрачным окрасом музыки Soft Cell, Depeche Mode являют собой нечто, доступное гораздо более взрослой группе слушателей. Молоденькие ребята из Британии не обладают ни набором амбиций, присущих Orchestral Maneuvers in The Dark, ни коммерческим настроем Human League. Ко всему прочему, он окрестил синтетическую поп музыку Британии « временной причудой» и завершил свой опус фразой «если синтезаторы и поведут за собой кого-то, то уж явно не революционеров».

 

Внезапно снисходительность критиков улетучилась с такой же скоростью, как и возникла. Depeche Mode очутились в новом и непонятном мире Duran Duran, Spandau Ballet и других, которые перестали быть «новыми романтиками» и «футуристами», оставаясь заурядными поп группами… Но рук опускать они тоже не собирались.

 

«Никогда, ни разу они не выразили никакого презрения в адрес меня или Стива», — говорил Расти, — «Другие же сразу задирали носы и отворачивались, говоря: Иди ты к свиньям, я теперь рок звезда! Depeche Mode всегда говорили: Спасибо тебе за поддержку мы этого не забудем». И действительно, как ни странно, на то, что было модно, группе было попросту наплевать. Они всего лишь хотели писать хорошие песни. К несчастью, тот человек, который нес ответственность за их радужное и бодрое звучание, к тому моменту стал чувствовать себя неуютно в пределах группы. Ему никогда не нравилось давать интервью и его раздражали начинающиеся вмешательства в его личную жизнь.

 

Его чувства начали проявляться после интервью для Daily Star с Риком Скаем. Рик спросил, не является ли преимуществом опрятный внешний вид, на что Винсент выпалил: «Дак а то!» Позже Дэйв вспоминал: «Этот Рик после разговора повернул все так, будто Винс сказал, что если ты молод и хорош собой, то первое место станет твоим, а если ты на втором месте – то ты уже однозначно урод». Впервые в жизни нос к носу столкнувшись с таблоидом, Кларк был чрезвычайно раздосадован, если не сказать больше. Несколько недель он попросту просидел в своей квартире, не разговаривая даже с друзьями, а после того случая он больше ни разу не давал интервью в составе Depeche Mode. Дэйву было 19, Мартину и Энди – по 20, Винсу – 21. Они еще не умели спокойно относиться к критике и поворачивать ситуацию так, чтобы она играла им на руку. Брайан позже вспоминал об их встречах в то время: «Да они просто были парнишками из Бэзилдона! Не шпаной, как некоторые, а очень даже приличными мальчиками».

 

Выход Just Can’t Get Enough закрыл им обратный путь на сцену таких заведений, как Croc. Все развивалось очень быстро, что восхищало и пугало одновременно. Несомненно, особенно это сказывалось на Дэйве, который был в центре фанатского внимания. Однажды его даже пригласили в Кэмден Пэлэс на автограф сессию для детишек. Раньше это бы прошло быстро и весело. Но сейчас изменилось положение группы в чартах. Изменилась и публика.

 

«Черт, как же я тогда перепугался», — вспоминал Дэйв в интервью Sounds. «Только я вошел, как вопящие малолетки стали тащить меня в разные стороны за руки, рвать на мне волосы и раздирать на мне одежду. Я так труханул, что дал деру и спрятался в клозете! Наверное, это одно из самых ужасающих воспоминаний в моей жизни. Я из-за унитаза выходить не хотел! Эти придурки могли с легкостью меня прикончить!»

 

Но Depeche Mode смотрели на жизнь более чем прагматично. Они до сих пор работали, как и их родители… но привкус успеха сделал свое дело и к прежней жизни никто возвращаться не хотел. В первую очередь это касалось Дэйва, который открещивался от перспектив вернуться к витринам.

Однако, ноябрь 1981 года показал им, что все может измениться в одно мгновение.

 

4. Не уходи!

 

Дэйв знал, что Винс недоволен положением дел в группе. Но он не имел понятия о том, что тот действительно несчастен. Кларк всегда был интровертом, а события последних недель закрыли его даже от самых близких друзей. В сентябре 1981 года наступило время очередного испытания – первое турне в другой стране. Равно как и у Beatles, первое выступление группы вне пределов родины было запланировано на Гамбург. Затем они отправились в Амстердам, Брюссель, Париж… И каждый день они видели спину Винсента, который сидел на переднем пассажирском сидении, не говоря ни слова.

 

Забавно, но главную проблему в привлечении к себе внимания Винс видел именно в его веселых молодежных песнях. Он обрел популярность, но теперь ему не нравились интервью и фотосессии. Счастьем были периоды спокойной работы в студии и написание песен. Позже, во время работы в Yazoo, он расскажет Times: «Я в то время остро нуждался в получении опыта… я не умел общаться. Вообще не умел. В студии я чувствовал себя богом, но начиная с кем-нибудь разговор…»

 

Ему не нравилось, когда члены группы задавали ему вопросы по поводу его песен. Они всегда пребывали в сомнениях по поводу текстов. Особенно Дэйв, которому приходилось их петь. Его просто возмутила одна история, связанная с New Life: «Помню раз шел по Бэзилдону,» - рассказывал он в 82, - «и заметил, что за мной по пятам следуют две девахи. Я понял, что они меня узнали. И вот они начинают вопить: “I stand still stepping on a shady street”… я ускоряю шаг, они бегут за мной и… (вздыхает) “AND I WATCH THAT MAAAAN TO A STRANGEEEEEEEER”. И я такой думаю: «Мать их, они хоть слова-то понимают? Наверное, понимают, а вот мы, что-то, вообще не понимаем…»

 

Винс нередко писал тексты, чтобы они подходили к мелодии. Однажды он дал группе три песни и отошел в уборную. Пока его не было, Дэйв и Мартин глядели друг на друга и говорили: «Да что это за порожняк, мы никогда в жизни не будем записывать это дерьмо!» Когда он вернулся, они улыбнулись и повторили свою мысль без слов «дерьмо» и «порожняк». И, как оказалось, этот момент стал поворотным в истории Depeche Mode.

 

Терри Мерфи считает, что Винсент задумывал неладное уже в течение нескольких месяцев. Однажды в Бридж Хаус он провел немало времени с Элиссон Мойе: «Он сказал мне, что, мол, они выросли в одном районе, и поэтому он решил прийти ее послушать… мне думалось, что он возьмет ее в Depeche Mode… Правда! Он был так занят своей группой, но нашел же время прийти на концерт! Значит все было не просто так! Я думал: Что он творит? Забавно было бы послушать Элисон в рамках Depeche. У нее такой глубокий голос ну, ты понимаешь»

 

Естественно, приглашать ее в группу Винсент не собирался. Через несколько месяцев он попросту создаст с ней другую группу, Yazoo, которая станет одним из самых популярных проектов Великобритании 80х. В августе 1981 Винс зашел по очереди к Дэйву и Флетчу и сообщил им, что уходит из группы. На тот момент у группы было 3 хит сингла, альбом был на подходе, они бросили свои работы, чтобы посвятить себя группе… Винс был непреклонен. И объяснение было очень простым.

 

«Все то, что сопутствовало успеху, внезапно отодвинуло музыку на второй план,» - говорил он после публичного заявления об уходе, - «Сначала нам в письмах фанаты писали о наших песнях. Потом стали спрашивать о том, какие я ношу штаны. Потом стали задавать вопросы,где я планирую тусить в субботу….»

 

Винс пообещал съездить в тур с группой и торжественно поклялся продолжать писать для них песни. Однако, это предложение не отменяло того шока, в котором пребывали члены группы. На тот момент времени они еще даже не подписали контракта с Sire Records в США, и им пришлось отложить выход альбома. «На самом деле, это был попросту крах,» - говорил Терри Мерфи. «Они потеряли автора песен. Ведь именно в запоминающихся песнях была их сила! Я думал, что, не начавшись, группа сразу же и закончится...» Было очень и очень нелегко представить, что место Винсента займет Мартин. Они все были крайне скромными, но самым тихим был именно Гор. Флетч был менеджером группы, а движущей силой были Дэйв и Винс.

 

«Мартин всегда тихонько стоял в углу и стеснялся,» - вспоминает Терри. «Он никогда не говорил ни слова. Да они все были молчунами по началу. Чтобы завязать беседу, я сам должен был обратиться к любому из них. И так происходило вовсе не из-за того, что они резко зазнались, а потому, что они были ужасно скромными... Ну представьте себе, внезапно очутиться в Лондоне после жизни в Бэзилдоне!»

 

Несмотря на врожденную сдержанность и молчаливость, они и не думали отказываться от поставленных целей. Все были абсолютно уверены, что они с легкостью продолжат работать, выдвинув на пост сочинителя Мартина. «Нам, вообще-то, следовало бы волноваться в тот момент,» - говорит Мартин. «Не каждый же день теряешь автора почти всех песен своей группы.»

 

Depeche Mode продолжили турне. В октябре и ноябре 1981 года они отыграли 14 концертов. Пятнадцатым стал последний концерт с Винсом, в Лондоне, 16 ноября. Улыбчивый и молчаливый Мартин, танцующий Дэйв и сдержанный Флетч не особо подходили под понятие «музыкант». Кларк понимал, что вместе с его уходом закончится и существование группы. «Наверное, когда Винс ушел, мы должны были догнать его и надавать пинков и тумаков за то, что он нас бросает,» - рассказывал Энди в 1986 году, - «но мы простились с ним и попросту направились в студию, чтобы вновь взяться за запись».

 

После ухода Кларка группа собрала волю в кулак и решила доказать всему миру (и, в первую очередь, самим себе), что они с легкостью продолжат свое существование. Еще до выхода первого альбома, уже втроем они записывают новую песню под названием See You, которую Мартин сочинил в возрасте 17 лет. Вдохновленный поп песнями начала 60х, которые так любила мать Гора, он запишет песню, которая станет отправной точкой в его самостоятельном творчестве. Именно поэтому в ней так четко прослеживается как влияние Винса, так и собственные наработки Мартина. Версия, которая появится на втором альбоме, начнется с мрачной синти мелодии, которая внезапно превратится в нечто легкое, бодрое и воздушное. Сведенная же для сингла она звучит абсолютно иначе, практически моментально переходя в припев. Вероятно, это стало знаком того, что они все-таки очень переживали об уходе своего друга и задумывались о том, как же им придется существовать без его мастерских мелодий.

 

Результат получился более чем удовлетворительным, и Depeche поняли, что могут справиться и втроем. В студии. Но не в турне. Ведь им был необходим клавишник, который играл бы партии Винсента на сцене. Именно поэтому вскоре они дали чрезвычайно простое объявление в Melody Maker.

 

«Известная группа. Синтезатор. Моложе 21 года».

 

Алан Уайлдер позже признается, что сразу понял, кто был автором объявления. Известных групп такого возраста, которые потеряли бы клавишника, в то время было очень немного. Точнее — одна. К тому моменту Алану было уже 22. Его последняя группа, The Hitmen, не имела никаких планов и путей развития, так что он с легкостью отправился на прослушивание в Blackwing Studios.

 

К моменту его прибытия энтузиазм Depeche Mode практически улетучился. Дэниэл Миллер приглашал кандидатов одного за другим. Каждый приходящий выглядел причудливее предыдущего, а уровень их мастерства был все ниже и ниже. И вот, когда уже прослушивание было практически решено закончить, в зал вошел Алан.

 

Он мог сыграть все, что угодно.

 

В свою очередь, Уайлдер был крайне удивлен, насколько проста была музыка Depeche. Он был уверен на 100 процентов, что каждую из их песен можно было расшить сотнями звуков, сделать их более насыщенными, с тем, чтобы не играть их на концерте одним пальцем. Кроме того, с первой же секунды прослушивания он почувствовал, что не подходит коллективу. Они были парнями из Бэзилдона. «Они были из Бэзилдона, все их друзья были из Бэзилдона, и тут приходит мальчик с абсолютно противоположным кругом общения. С их точки зрения - буржуй,» - говорил Дэниэл Миллер в интервью Uncut. "Он был настолько музыкален и так преподносил свою манеру игры, что они моментально почувствовали, что Алан смотрит на них свысока. Еще бы. До его прихода они на синтезаторах играли одним пальцем, воспроизводя монофонические звуки».

 

«Было очень непросто,» - вспоминал Алан позже, - «Я — представитель среднего класса, они — рабочего. Они — молодые и наивные. И песни у них звучали очень плоско и наивно, но в этом было что-то неуловимо интересное, что меня и привлекло. К тому же я был в таком положении, что в любой момент с радостью сыграл бы любой концерт в любой точке города, так мне хотелось делать музыку».

 

Хотя группа и находилась в подвешенном состоянии после ухода Винса, у них в багаже было уже два хита и выходивший вскоре альбом. Помощь была просто необходима. Так что при виде Алана решение было принято единогласно.

 

Настоящей же причиной ухода Винса, скорее всего, было то, что он думал, что справится лучше в одиночку. И, видимо, он был прав. Одна из песен, которые Depeche Mode назвали «дерьмом» была прекрасная Only You, которая вскоре станет национальным хитом в исполнении Элисон Мойе в их новой группе Yazoo. В 2008 году Элисон расскажет в интервью, что между ней и Винсом было молчаливое согласие, что Only You была на голову выше See You.

 

Depeche Mode же получили еще один повод понервничать. Винсент набирал обороты. «На самом деле, мы просто завидовали ему,» - признается Дэйв в интервью Rolling Stone через много лет, - «Первая песня, которая у них вышла, Only You, я помнил ее. Он пытался заставить меня петь ее. А я ему ответил: иди-ка ты, дружок. И, естественно, она стала хитом.»

 

Для Mute ситуация была более чем выигрышной. Теперь под крылом Дэниела Миллера было две молодые успешные группы. И, поскольку они остались на одном лэйбле, следить за работой друг друга было очень просто. Взирая на прогресс Винса, Мартин стал разрабатывать свою стратегию действий. Иногда, сталкиваясь в офисе, они здоровались, но не более того. Но и взаимных трений в этих встречах замечено не было. Элисон была всем хорошо знакома еще со школьных лет. Именно тогда ее и стали уважать.

 

«Она училась со мной в классе и была самым знатным бойцом нашей возрастной категории,» - вспоминает Энди. «Однажды, когда мы были в офисе Mute, Дэйв рассказал нам какой-то анекдот и мы громко засмеялись. Она проходила мимо и ей показалось, что мы смеемся ей вслед. Она резко развернулась, подошла к нам и, ткнув пальцем мне в лицо, громко сказала: «Флетч, если ты, скотина, еще раз заржешь надо мной, я тебе яйца отобью на хрен!» Никогда не смейтесь над Элисон Мойе!»

 

Когда Speak and Spell наконец вышел, он моментально взлетел в десятку лучших альбомов. Две песни, которые написал Мартин, Tora Tora Tora и инструментальный Big Muff были очень неплохи, но в них не было хитового потенциала песен Винсента. Однако Tora Tora Tora отличалась мрачным звучанием, которое будет характерно для более поздних работ группы.

 

Алан же присоединился к группе, которая была известна легкими и незатейливыми поп песенками. Для них снимали клипы в стиле реклам для детских телеканалов, а на фотосессиях они подчас выглядели попросту глупо. Однако это еще несколько лет будет формулой успеха для Depeche Mode.

 

See You была издана в начале 1982 года и, к всеобщей радости, вошла в десятку лучших хитов. Удивительно, но она была принята гораздо лучше, чем их гимн преданности молодежной поп культуре Just can't Get Enough. Несомненно, успех первой песни, созданной в качестве трио, придал группе уверенности в себе. Depeche Mode даже стали задумываться, что и в студии они прекрасно справятся втроем, без помощи стороннего клавишника. Таким образом, Алан был принят в состав группы исключительно для выступлений на сцене за еженедельное жалование. Первым совместным концертом стало шоу в Croc в январе 1982, после которого они сразу же отправились открывать Америку.

 

Как казалось, время они выбрали очень удачно. 1982 год ознаменовался так называемой Второй Волной Британского Нашествия. Благодаря поддержке MTV, Америку захлестнула мода на все британское. Такие группы как Duran Duran, Culture Club, WHAM!, ABC и многие другие вскоре станут звездами мирового масштаба. В июле 1983 года из 40 лучших синглов американского Billboard 18 будут заняты британскими исполнителями. Но у Depeche Mode дела не пошли так, как хотелось бы. Mute решили заказать конкорд для перелета в Нью-Йорк для первого концерта в Ritz Club. Но после такого «звездного» старта ситуация стала ухудшаться. Дэйв начал сожалеть о своем прошлом, что сказывалось на его настроении и состоянии. Перед вылетом он сошелся со своей первой любовью, Джоанн, и свел свои ужасные татуировки, которые напоминали ему о нелучших моментах его жизни. Удаление было настолько болезненным, что на концертах Дэйв появлялся с обмотанной бинтами рукой, зафиксированной к телу. Во время концерта из-за технических неполадок с аппаратурой страдало качество выступления и все, что группа видела со сцены — это море раздосадованных лиц, будто бы подтверждающее стереотип об отношении американских рокеров к синти, как к чему-то игрушечному и искусственному.

 

И все бы ничего, если бы их первые видеоклипы не были столь ужасающи. Самым странным, наверное, стал именно See You. Для работы над этим видео они привлекли Джулиен Темпл, известного по работе над фильмом о Sex Pistols, The Great Rock And Roll Swindle и документальным фильмом о Джо Страммере. Главной проблемой в работе с Depeche Mode стало то, что для них он начал снимать короткометражные фильмы. К примеру, в See You Дэйв входит в фотобудку, с огорошенным лицом разглядывая фотографии любимой, которая находится далеко от него, всем своим видом показывая, как ему не нравится находится там, где снимают клип.

 

«Мы с самого начала невзлюбили сниматься в клипах.» - скажет Мартин в 1993 году. «Мы чувствовали, что режиссерам доверять нельзя. Вот смотрите: вы же все время находитесь в их распоряжении.. снимаетесь... и пока не увидите результат, не имеете никакого представления о том, как вы выглядите. А когда вы это видите, что-либо менять уже поздно. Клип уже должен выходить».

 

Depeche Mode постоянно давали концерты в течение первых двух лет существования группы. Знаменательным стало шоу в Bridge House, в Кэннинг Таун. Оно кардинальным образом отличалось от первого концерта на этой площадке в самом начале их карьеры. На этот, официально «секретный» концерт, уже в полдень прибыло несколько сотен человек. «Я когда увидел очередь в полдень — просто охренел! Мне пришлось брать с них плату за вход, чтобы потом они могли вернуться и занять свое место на концерте,» - рассказывал Терри Мерфи.

 

Различия двух концертов, между которыми прошло всего полгода, были просто ошеломительны. Вместо юных улыбающихся мальчиков на сцене стояли восходящие звезды, уверенные в своем успехе. Играть перед сотнями человек в том же клубе, в который недавно на них пришло 20 зрителей стало основным показателем прогресса. Терри расплывался в истерической улыбке, когда после концерта он пришел за сцену с деньгами за выступление. У всех было четкое впечатление, что паб вот-вот разойдется по швам.

 

«Я им принес две тысячи фунтов. А они такие: Э, не-не-не, оставь себе! Тебе же надо следить за пабом! Вот это концерт! Вот это люди! Потрясающие люди! Такие щедрые! Им ведь самим эти деньги позарез нужны были,» - рассказывал Терри через несколько лет.

Несомненно, перемены в группе имели под собой и другое основание — наличие в составе настоящего профессионального музыканта. Через несколько лет он покажет себя как великий мастер работы в студии, но в начале 80х об этом еще никто не думал. Более того, он не станет официальным участником группы еще примерно в течение 2х лет. Пока же, получая свои 100-200 фунтов в неделю за работу, он оставался доволен.

 

Выступления в Европе поначалу проходили довольно забавно. Несмотря на то, что пионеры электроники, всемирно известные Kraftwerk, были родом из Германии, электронных новичков Depeche Mode, казалось, никто не воспринимал всерьез. Сами члены группы, не ведая того, иногда самостоятельно подливали масла в огонь своими интервью. Во время первого выступления на Шведском телевидении Дэйв получил вопрос о текстах песен. Ведущий спросил напрямую: «А о чем ваши песни»... На это Дэйв ответил смачной фразой «Без понятия».

 

«Я вообще не врубаюсь, что пою! Видишь ли, Винс недавно ушел из группы, а ведь именно он писал все тексты. Мы постоянно спрашивали его, о чем они, но ни разу так и не получили ответа, прикинь!» И действительно, ответ закономерен, но... эти мысли Дэйв озвучил за несколько минут до того, как они исполнили See You, которую целиком и полностью написал Мартин...

 

«Думаете ли Вы, что синтезаторы позволят отказаться от живых инструментов?» - такой вопрос звучал в адрес Дэйва во время каждого второго интервью. Синти набирал обороты в Европе и, несомненно, был чем-то новым, а потому — неизведанным. Что забавно, вместо того, чтобы утверждать, что синтезатор и есть живой, настоящий инструмент, Дэйв всегда отвечал: «Неа! Гитары и ударные будут всегда! Попомни мое слово!»В Голландии телеведущий спросил у него: « А кто у вас соло гитарист? А басист? А ударник?» С улыбками на лицах группа наперебой объясняла, что таких музыкантов у них вовсе нет, а Дэйв взял ведущего за руку и повел по сцене, объясняя, кто чем занимается. Этот минитур закончился у бобинного магнитофона, на который Дэйв указал пальцем и сказал: «Знакомьтесь! Это — наш ударник».

 

Примерно в это же время группа решила отказаться от неправильного произношения названия своей группы (они просили всех называть себя «Депе-шэй Моуд». Как им казалось, это звучит очень по-французски) в пользу правильного французского произношения «Депеш».

 

Несмотря на то, что официально Алан еще не был частью группы, он с радостью соглашался участвовать в фотосессиях и интервью. Это время ознаменовалось самым ужасающим имиджем группы за всю ее историю. Дело в том, что они, как начинающие исполнители, не отказывались ни от чего и, глазом не моргнув, выполняли все требования фотографов и операторов. Например, во время одного немецкого телевизионного шоу, Bananas, они исполняли See You под фонограмму, сидя в сарае, набитом сеном. Дэйв выглядит крайне нелепо, сидя в стогу сена в костюме с штанами, натянутыми практически до подмышек. Оператор «умело» меняет планы, переключаясь на Алана, который с плотоядной улыбкой обнимает цыпленка, а затем — на парочку, катающуюся в сене неподалеку от группы.

 

Но такое отношение к группе было проявлено не только в Европе. В родной Британии Дэйв и Мартин появились в утреннем шоу Tiswas, где им задавали привычные вопросы (Почему синтезаторы? Откуда такое название у группы? Как произносится название группы?), но отвечать на них как следует не получалось, В течение всего интервью за спиной у них сидели дети, громко смеясь и разговаривая, а в конце передачи по команде режиссера они забросали Мартина бумагой, а в лицо Дэйву запустили пирогом. Вскоре после этого популярное шоу Jim'll Fix It, ведущий которого получал просьбы от детей и исполнял их, пригласило группу поучаствовать в очередном эфире. В результате группа появилась в передаче перед девочкой, которая мечтала с ними познакомиться и Алан вручил ей значок с символикой шоу.

 

В начале 80х между поп музыкой, которая воспринималась как развлечение для маленьких детей и рок музыкой, которая, как считалось, существовала для подростков, зияла огромная пропасть. Если человеку было больше 30 лет и он слушал либо то, либо другое, он считался крайне странной персоной. Depeche Mode не возражали против того что их пластинки покупали дети. Вместе с тем это означало, что подростки и взрослые вряд ли станут выкладывать деньги за их записи.

 

 

A Broken Frame

 

Когда Depeche Mode отправились в студию, чтобы записывать свой второй альбом, A Broken Frame, синглы Yazoo уже владели умами слушателей по всей Британии. И хотя Мартин был обречен сравнивать свои песни с песнями Винса, у него было очень простое оправдание: он стал главным автором группы и новый альбом необходимо было записать всего за несколько недель.

 

«Мы барахтались в этом мире музыки как котята впроруби, не понимая, куда нам дернуться в следущий момент,» - рассказывал Мартин в 2001 году в интервью Kingsize, - «и мне пришлось быстро подгонять под единую стилистику песни которые я написал за пару лет до этого и те, которые я сочинил за день до сессии».

 

Они вновь записывались на Blackwing, но сессия для второго альбома не принесла столько же радости и веселья, как для первого. «Странное местечко, эта студия,» - говорил Дэйв в интервью Record Mirror. - «во дворике стояла статуя Христа на кресте, которую кто-то измазал кровью... Мы постоянно там фотографировались, но ни одна из фотографий не вышла в печать! Нереально странно».

 

Они до сих пор жили в Бэзилдоне, так что каждое утро они садились на поезд до Лондона и каждый вечер бежали из студии, чтобы успеть на последнюю электричку домой. К тому времени они уже стали узнаваемы, ведь их лица нередко мелькали на телеэкранах и в журналах, так что и прохожие обращали на них внимание. Не всегда, однако, с положительными намерениями.

 

«Мы постоянно вписывались в драки,» - рассказывает Мартин. - «по дороге нам встречались не только наши поклонники, но и обычные бэзилдонские гопники, которые пили с того момента, как закончился рабочий день.»Дэйва же больше занимали другие вопросы — запись второго альбома началась без энтузиазма. Они были абсолютно уверены, что не хотят оставаться кумирами детей, но куда двигаться дальше без Винса они не представляли. Появлялись идеи, что звучание можно сделать более мрачным, но в таких песнях, как See You, все еще был слышен отзвук ранних танцевальных мелодий Depeche Mode. Задача у Мартина была не из легких — он работал под влиянием его бывшего коллеги, понимая, что если они резко уйдут в другом направлении, то, не приобретя новых поклонников, с легкостью лишатся и старых. Так что, изо всех сил стараясь звучать как можно более взросло и уверенно, Мартин начал писать песни, которые отличались от Speak And Spell разве что более сухим и четким звучанием.

 

Главной же слабой стороной альбома стало то, что Мартин пока не был способен писать песни, которые идеально подойдут голосу Дэйва. Больше половины треков были спокойные и медленные, более подходящие самому Мартину. В таких песнях, как Monument, My Secret Garden и Satellite Дэйв звучит практически отчужденно. Сама же пластинка получилась довольно плоской и минималистской, несмотря на то, что некоторые песни по темпу были даже быстрее первого альбома. Но в то же время, к примеру, Photograph Of You звучит как поп песня из 50х, которую исполнили на детской игрушке.

 

Позже этот альбом будут нередко вспоминать, но в первую очередь не из-за песен, а из-за обложки. На удивление, работу над ней вновь доверили Брайану Гриффину. «Господи, как я был им благодарен за то, что они решили остаться со мной,» - восклицал он. «Потому что после неудачи с первой обложкой, вторая стала настоящим произведением искусства!» И действительно, фотография с A Broken Frame позже использовалась в качестве обложки выпуска Life Magazine, посвященного цветной фотографии 20 века. «После длительных переговоров на тему обложки, было принято общее решение о фотографии с крестьянином на поле во время работы,» - с гордостью вспоминает Брайан.

 

Несмотря на четко поставленную задачу, как и все, что творилось в то время на Mute, обложка вышла довольно спонтанно. Стилист Брайана, Жаки Фрие, получил задание исполнить костюм крестьянина в пятницу, чтобы фотосессия состоялась в понедельник. Когда они приехали на поле рядом с Саффрон Уолденом, в Эссексе, нетерпеливый фермер начал торопить съемочную группу, потому что ему было необходимо срочно заняться своим стогом сена. И тут начался дождь, который не оставлял надежд на фотосъемку в течение долгих часов. Когда же тучи разошлись буквально на 3 минуты, Брайан схватил фотоаппарат и одним щелчком создал кадр, который войдет в историю.

 

«Мне попросту повезло, что небо расчистилось на пару минут и я почувствовал магию момента,» - улыбается Брайан. «Когда из моего Полароида вылез снимок, я просто не поверил своим глазам! Мы пригласили Миллера ко мне в студию, уселись в углу и следили за его движениями, приговаривая: Давай, давай, Дэниэл, взгляни на фотографию уже!»

 

С технической точки зрения фотография получилась идеальной. Она практически стала наглядным пособием для фотографов, творящих в стиле социального реализма. Кстати говоря, в этом направлении Depeche Mode проработают еще несколько лет, в частности — с обложкой к следующему альбому. A Broken Frame выполнил свое предназначение. Далекий от идеала, он доказал, что дни Depeche Mode не только не сочтены, но их эра только начинается. « Не думаю, что наш второй альбом стал выдающимся,» - признавался Мартин через много лет. «Пришли в студию, записали, выпустили, забыли, поехали дальше».

 

Дэйв говорил более прямо: «Да все мы знаем, что A Broken frame — наш самый слабый альбом. Это несомненно. Какой-то он рваный, будто из кусков склеен... Но в тот момент мы еще только учились, у нас все получалось довольно глупо и наивно. Это же был первый альбом Мартина, к которому он написал все песни. Первый, понимаете? Ему было очень нелегко.»

 

Спустя рукава, они стали раскручивать альбом, во всех интервью говоря о том, что он знаменует собой прогресс их как музыкального коллектива и взросление каждого из музыкантов в отдельности: «Поскольку на последнем альбоме мы использовали танцевальную музыку, ритмичные звуки синтезаторов и современные биты, альбом получился очень насыщенным и крайне современным,» - уверял всех Дэйв.

 

Второй альбом Depeche Mode был выпущен в декабре 1982 года, ровно через год после дебютного, и был очень тепло принят критиками. В чартах он добрался до 8го места, а синглы Meaning Of Love и Leave In Silence – до 12 и 18 соответственно. Но в чарте они долго не продержались и группа вскоре начала понимать, что интерес к ним резко угасает. Они осознали, что у них не получилось феноменального альбома, а слушатели уже вовсю называли их «хлюпики с синтами». Это, конечно, не имело никакого отношения к членам группы, но своими фотосессиями они лишь укореняли такой имидж в глазах поклонниках. Для Smash Hits они могли сфотографироваться в форме для крикета, чего позже крайне стыдились, понимая, что не должны были идти на поводу у фотографов, требовавших от них подобных глупостей.

 

«Мы так наивно поглощали все требования и советы, когда были молоды,» - говорил Дэйв. «Но когда вышел второй альбом, мы постепенно начали врубаться, что весь этот музыкальный бизнес — просто фарс. И тогда мы прочувствовали блеф маркетинговых компаний, о коррупции узнали...»

С неприятными эмоциями они обычно справлялись очень просто — возвращаясь к работе. Для группы, которая нередко шутила о своей лени (все кроме Алана, конечно), они были слишком трудолюбивы. Быть может они и не справлялись с эмоциями во время фотосъемок или при создании видеоклипов, но на тот момент они были самой смелой мечтой PR специалиста. Музыка была их сферой деятельности, а все окружающее ее они доверяли «профессионалам», которые тянули группу в разные стороны и советовали делать все подряд, чему музыканты моментально подчинялись.

 

Первым синглом после выхода альбома стала The Meaning Of Love, на которую был снят клип, где впервые появился Алан Уайлдер. Джулиен Темпл решил показать буквальный смысл текста песни, поэтому Дэйв был изображен в качестве научного работника, который в начале клипа читает книгу. Чтобы подчеркнуть его подкованность, режиссер надел на вокалиста очки. А для того, чтобы не отталкивать прежнюю аудиторию от группы, в клип была включена тема детских игрушек.

 

На следующий сингл, Leave In Silence, был снят не менее, если не более забавный клип. Эта неспешная, серьезная, мрачная песня стала одной из первых, оказавших наибольшее влияние на саунд Depeche Mode грядущих лет... Но и тут режиссер решил черпать вдохновение от детского телевидения. А именно — с передачи Игра Поколений. В этом видео члены группы с очень сосредоточенными лицами бьют деревянными ложками по разноцветным приспособлениям на конвейере, затем бросают друг в друга мячиками, а после этого прыгают на резиновых шарах с ручками... Это была группа, которая иногда перед записью играла в пятнашки,.. но они не очень хотели рассказывать об этом всему миру.

 

Depeche Mode, несомненно, взрослели. Почти каждый свободный день они проводили в дороге, а когда в конце 1982 года появилось несколько дней без выступлений, они направились в студию, чтобы записать еще один сингл, Get The Balance Right. В этом не было крайней необходимости, но их американский лэйбл, Sire, сказал, что, если они хотели успеха в США, им был необходим танцевальный хит.

 

В результате группа получила самый тяжелый опыт работы в студии. Прогресс не стоял на месте, предлагая все больше вариантов записи. Но раз было больше вариантов, то было и больше возможностей, что что-то пойдет не так. Сложнее всех пришлось Дэйву. Он не любил сидеть в студии часами, так что ему пришлось слоняться тут и там, пока Мартин, Алан и Дэниэл Миллер разбирались с оборудованием.

 

Записанная песня не понравилась никому, но в ней присутствовал самый мощный, быстрый и современный бит, который когда-либо был записан. И лишь через несколько лет они выяснят, что пластинка с этим синглом случайно попала в руки американскому диджею Деррику Мэю, который на ее базе создаст абсолютно новое танцевальное направление, благодаря чему его назовут «Крестным Отцом Техно».

 

Меньше всех песня понравилась Дэйву. И действительно, мелодия в ней довольно простая, вокал звучит ровно, без надрыва. Но главным козырем этого трека было то, что она указала группе дальнейшие пути развития. Успех первых двух пластинок показал, что теперь они могут позволить себе более современное оборудование. С дрожащими руками Мартин приобрел портативную студию Synclavier, на которой можно было запрограммировать целую песню! Кроме огромной базы записанных инструментов, она так же позволяла записывать новые звуки и сэмплировать их в связи с пожеланиями композитора, что было еще более ценно.

 

Как только они начали работу с новым оборудованием, Depeche Mode пришлось признать, что Алан становится больше, чем просто клавишник, помогающий на выступлениях, ведь он больше других хотел, любил, да и просто мог сидеть в студии. «Я уверен, что они немало раздумывали до того, как принять меня в группу, а я в свою очередь начал давить на них,» - вспоминает Алан. «Принимайте меня уже, или я ухожу!» Это больше всех испугало Дэйва, ведь с увеличением количества работы, росла и зарплата Алана, которого до сих пор так толком никто и не узнал.

 

После выпуска Get The Balance Right группа выступила с официальным заявлением, что Алан стал полноправным членом Depeche Mode.

 

Через полгода впервые в своей истории группа отправилась на восток. Именно это путешествие повлияет на Мартина перед написанием следующего альбома. Путешествуя по Тайланду, они столкнулись с нищетой, которой не видели даже в самых откровенных телепередачах: «В каждом отеле останавливались бизнесмены, воротилы, которые людей ни во что не ставят,» - вспоминал о той поездке Мартин. - «Вот что я ненавижу в бизнесе: на людей всем плевать. Имеют значение лишь деньги!»

 

Грядущий альбом станет первым, который обновленные Depeche Mode запишут в качестве квартета. Однако, впереди их ждали гораздо более серьезные перемены...

 

Реконструкция

 

Весной 1983 года Depeche Mode вошли в студию известного музыканта — Джона Фоккса из Ultravox. Через несколько лет эта студия в Шордиче станет притягивать к себе многих музыкантов, артистов и дизайнеров, но в 83м она находилась в районе, окруженном стройками и дешевыми пабами. Однако то, что там было много строек, лишь сыграло на руку Depeche Mode, которые приехали туда в поисках новых звуков. Лязг металла, бурление воды в трубах, рубка дерева — это лишь немногие звуки, которыми постепенно заполнялся их новенький Synclavier. И с самого начала такой процесс записи заинтересовал всех без исключения. Даже Дэйв и Флетч, которые никогда не занимались записью инструментов, с радостью бегали по стройке, кидая кирпичи в стены и молотя по ржавым машинам трубами. Внезапно вдохновение утраченное во время прошлой записи, вернулось в тройном объеме. Дни напролет они бегали по стройкам, круша все на своем пути и записывая это на Synclavier. Однако, подход к музыке у них кардинально отличался от авангардных и индастриал групп, которые набирали обороты в 80х. Depeche все еще хотели создавать поп музыку. Песня была им не интересна, если в ней не было мелодии.

 

Именно в это время они начали работать с Гарретом Джонсом, который был известен своим мастерством сэмплирования. В ближайшие годы он окажет огромное влияние на группу и поможет им создать лучшие альбомы в истории поп музыки. Дэниел Миллер позже будет рассказывать, что работа с Depeche Mode и Гарретом в студии было лучшим временем в его жизни. Он обожал экспериментировать с музыкой и был потрясен, как из любых звуков группа могла сделать классический поп.

 

Всепоглощающее желание быть более взрослыми, однако, могло привести к фиаско. Множество исполнителей исчезло, лишь задумавшись о том, что они хотят делать не поп музыку, а нечто более серьезное. Depeche Mode же, сколько ни экспериментировали, и каким умудренными ни хотели казаться, оставались верны структуре своих песен и желанию делать запоминающиеся мелодии. Позже они, несомненно, скажут, что Construction time Again стал поворотом в нужную сторону.

 

«Некоторые из тех песен мы выжали из себя силой,» - расскажет Дэйв Melody Maker. «Мы просто повернулись на 180 градусов. И в музыке, и в текстах. Все. Синхронно. Может быть, мы слишком старались сделать слишком многое... Сэмплировали слишком много, задумывались о смысле песен, а не концентрировались на их структуре» В этом Дэйв был, несомненно, прав. Такие песни как Two Minute Warning, Shame и опус Алана The Lanscape Is Changing делали все возможное, чтобы показать, сколь серьезными внезапно стали Depeche Mode. Сэмплы же звучат вовсе не как элементы песен, а выходят на первый план. Pipeline, к примеру, звучит так, будто ее записывала бригада рабочих, а не поп группа. Но от подобных экспериментов было уже не отказаться: они стали первой группой, которая вплела индастриал в поп музыку, причем, надо сказать, очень удачно. И уже на этой записи слышно, как прогрессировал вокал Дэйва по сравнению с более ранними записями. Не сложно представить, что в 2009 году с энергичной More Than A Party он мог бы сотворить нечто еще более удивительное.

 

Несмотря на то, что первая версия альбома была преисполнена недостатков и недоработок, Depeche Mode были на пороге перемен, которые сыграют в их карьере решающую роль. Для микширования пластинки была избрана известная немецкая студия Hansa Ton в Берлине. Отправиться туда им предложил Гаррет Джонс. Именно здесь в конце 70х Дэвид Боуи записал свою Heroes, благодаря которой Дэйв попал в группу. К тому же, по сравнению со студиями в Великобритании, оплата за аренду была здесь значительно ниже, что также сыграло свою роль в выборе. Больше всего идея работы в Германии вдохновила Мартина. Со школьных лет он грезил этой страной и даже побывал там во время ученической поездки по обмену. Его привлекала идея свободы от привычных оков родного дома. Не удивительно, что первая песня, которую они сотворили в столь благоприятной атмосфере стала первой по-настоящему значимой в их творчестве после ухода Винса.

 

С первой попытки была записана знаменитая Everything Counts.

 

По словам Дэйва эта песня являла собой попытку сделать нечто гораздо более значимое, чем записи на предыдущих пластинках. Подчеркнуть это они решили при помощи клипа, для съемок которого был вновь приглашен Клайв Ричардсон, создавшего для них Just Can't Get Enough. Его новое видео стало введением в новую жизнь группы, которую они начали в Германии. Сингл достиг шестой строчке в общем зачете.

 

Эта песня стала также знаком того, что уверенность Мартина в себе росла день ото дня. Он писал о том, что видел в Тайланде, рассказывал о своем отвращении к миру бизнеса и отсутствия на свете тепла и сострадания. Впервые на сингле Мартин запишет свой вокал, нежно преподнося свои мысли в припеве, в то время как Дэйв агрессивно выплевывает основной текст куплета.

 

С легкостью и непринужденностью имидж неуверенных в себе начинающих музыкантов, который закрепился за ними после A Broken Frame был сброшен и на его место пришли уверенные в себе музыканты, которые, однако, оказались не совсем готовы к такой реакции на свой новый альбом. В августе 1983 года казалось, что их новый имидж работал даже слишком успешно. Еще одна прекрасная обложка, выполненная Брайаном Гриффином в советском стиле, также работала на руку Depeche Mode. На ней был изображен мужчина с занесенным над головой молотом на фоне Альп.

 

«Мы пригласили брата моего помощника, который только что отслужил в военно-морских силах, вручили ему молот и потащили в Альпы, прямо на Маттергорн,» - рассказывал Брайан. Группа же расценила это произведение как «прикольную фотографию». Наивность не оставляла молодых музыкантов, хотя они изо всех сил строили из себя умудренных опытом и взрослых мужчин. К выходу третьего альбома Дэйву был всего 21 год.

Сама «прикольная фотография» стала причиной пересудов в прессе. Незадолго до выхода альбома у Depeche Mode брал интервью Экс Мур, знаменитый вокалист левой группы The Redskins. Разговор начался с его приветственной речи, преисполненной пафоса, в которой он с распростертыми объятьями принимал Depeche в международное социалистическое сообщество. Вскоре, однако, он с удивлением выяснил, что группа вообще не представляет себе, что это за социализм такой, а Флетч так и вообще заявил, что они – обычные мальчики, которые черпают новости из The Sun. И, хотя это, конечно, было шуткой, но до флагманов революции они явно не дотягивали.

 

Однако, ярлык социалистов прикрепился к ним на несколько лет. Во время одного бельгийского шоу им предложили играть на фоне огромного красного флага с подтанцовкой, одетой крестьянами с молотами и серпами. «Мы сказали: неа, не пойдет, а они такие в ответ нам: да ладно, бросьте вы, у нас это все имеет совсем другой смысл,» - рассказывал Дэйв NME. «Ага, за спиной – советский флаг, перед носом своими серпами машут тетки в косынках. Не тот смысл. Ну да. Конечно».

 

Несмотря на успех Everything Counts, по поводу второго сингла в группе назрело довольно крупное разногласие. На альбоме попросту не оказалось второй песни, которая бы не уступала первому синглу в хитовости. Мартин проталкивал Love In Itself, но Дэйв был категорически против. «Ну это же песенка – эс-ка,» - утверждал он. «В ней очень мягкий вокал и постоянно звучит «с». «с-с-с-с-с». Ужасно звучит. Я очень недоволен этой песней. Из нее можно было бы сделать произведение искусства, но – не судьба». Не смотря на разночтения в группе, песня достигла 21 места, что указало на то, что поклонники все-таки ею довольны. Но исчезла она из чартов так же быстро, как и появилась в них.

 

Примерно в это же время Дэйв принял решение брать уроки вокала у известного преподавателя, Тоны Де Бретт, в послужной список которой входили все от Джона Лайдона до Адама Анта. Он вовсе не потерял уверенности в своих силах. Уроки были необходимы для установки профессионального контроля за дыханием, чтобы можно было выкладываться на сцене и не терять голоса. Впереди было 1,5 года непрекращающегося турне, в котором, вероятно, был намечен перерыв ишь для того, чтобы записывать следующий альбом. К сожалению, уроки мастерства пришлись ему не по душе и ему вовсе не понравилось, что его учили «правильно» петь.

 

Постепенно все больше сил и уверенности в себе приобретал и Мартин. Для Дэйва и это оказалось неожиданностью, причем не очень приятной. Помимо увлечения книгами, Гор стал обращать внимание на тенденции в моде, слушать гораздо большее количество музыки и значительно чаще появляться на светских мероприятиях. Внимание общественности медленно, но верно стало переключаться именно на него.

 

Дэйв же начал двигаться в диаметрально противоположном направлении. На удивление, он ужасно скучал по Джоанн, когда уезжал из дома, а когда возвращался, любил пойти порыбачить. Несомненно, он не стал домоседом. Он все также любил тратить заработанные деньги. Но дни распыления и глупостей, конечно, остались в далеком детстве.

 

Мартин же продолжал путешествовать и расширять свой кругозор. В 1984 году во время пребывания в Германии он познакомился с новым коллективом EInsturzende Neubauten и через год сходил на их выступление в Лондоне в Институте Современного Искусства. На сцене была установлена бетономешалка, а музыканты выходили с дрелями и пилами. Когда владельцы помещения, сообразив, что происходит, отключили электричество, шум продолжился, но на сей раз исходил от публики, которая разнесла зал в пух и прах. На Мартина это произвело неизгладимое впечатление. В Великобритании о немецкой музыке знали только благодаря песни Nena – 99 Red Balloons. Однако же, как оказалось, в этой стране есть гораздо более интересные исполнители.

 

Кроме музыки, Мартин также начал экспериментировать и со своим внешним видом. Все началось с того что он накрасил глаза и надел кожаную мини-юбку поверх своих брюк, однако и брюки вскоре испарились из его гардероба. Дэйву оставалось лишь гадать, что на это скажут поклонники. Движение Новых Романтиков уже сходило на нет, а возраст Мартина был уже далеко не переходным. «Наверное, он сейчас делает все то, что я делал лет в 15,» - рассказывал Дэйв NME в 1985 году. «Ему попросту скучно, это точно. И через все это я уже прошел. Я ходил в клубы с людьми, которые были гораздо старше меня, носил платья, красил глаза и губы. Но сейчас, если я иду в клуб, я хочу оторваться и мило провести время, а не шокировать окружающих. А что может шокировать нынешнюю публику? Да ничего! Шока больше нет! Ну разве что голову себе можно отрезать. Вот это – да. Будет шок».

 

В параллели с ростом популярности Depeche Mode росла и радость Дэйва от того, что его личная жизнь, наконец, была устроена. Он был счастлив с Джоанн, и, хотя иногда и напивался, он уже не вел тот бесшабашный рок-н-ролльный стиль жизни, который был характерен для него до Depeche. Он даже стал ходить в тренажерный зал, потому что понял, что ему иногда не хватает сил на длительные турне. После одного из концертов в Германии он был настолько утомлен, что после того, как группа сошла со сцены, Дэйв упал и роуди донесли его до гримерки на руках.

«В детстве я не занимался спортом,» - признавался он в интервью. «Когда же группа стала популярна, я сломался после первого же концерта. Так что теперь, если у меня есть выходной, то вы можете найти меня в тренажерном зале. Я качаюсь до изнеможения. Тяжести таскаю, боксом занимаюсь. После того происшествия я понял, что жизнь в группе – это очень непросто».

 

Вознаграждение

 

В январе 1984 года Depeche вернулись в Берлин. Этот город станет для них вторым домом, а для Мартина – первым, ведь он скоро переедет жить к своей девушке в Германию. Его интерес к этой стране рос: музыка, искусство, образ жизни – его привлекало абсолютно все. Кроме всего прочего, переезд в Германию станет уверенным шагом к отказу от имиджа мальчуковой поп-группы.

 

Многое изменилось. В основном благодаря успеху группы, Mute росли как на дрожжах и у Дэниэла Миллера оставалось все меньше времени, чтобы посвящать его Depeche Mode. В Берлине же перед ними открывались новые возможности, равно как и появлялись новые проблемы. Во время последней сессии напряжение выросло практически до предела. Мартин и Флетч в шутку дрались, практикуя восточные единоборства в непосредственной близи с модным и дорогим оборудованием Миллера. Когда Дэн увидел это, он разозлился по-настоящему и, как потом описал это Энди, стал «настоящим забиякой».

 

Как ни забавно, эта «драка» и ссора произошла во время записи песни о любви и взаимопонимании, знаменитой People are People. Эта песня, с незатейливым текстом и запоминающейся линией ударных, с легкостью станет одной из любимейших среди поклонников. Сочетающая в себе вокал Мартина и Дэйва, она будет считаться их лучшим произведением на тот момент времени. Быть может, текст и был довольно примитивным, но Дэйв с самого начала карьеры обладал потрясающей возможностью спеть любые бессмысленные строки с невероятной убедительностью.

 

Помогало и то, что Дэйв как никто другой понимал чувство юмора Мартина. «Иногда Мартин пишет чрезвычайно смешные тексты и, когда я их пою, мысленно ржу над тем, какую ерунду мне приходится делать,» - рассказывал он на радио через несколько лет. С 1980 года они хором смеялись над шутками. Вероятно, именно их корни, уходящие в Бэзилдон, сыграли в этом свою роль.

 

Любовь и сострадание, которые они воспели в People are People, вряд ли главенствовали в отношениях внутри группы. Дэйв постоянно ругался с Энди, но они никогда не дрались. Их сильные характеры могли стать причиной серьезного разногласия, так что, по молчаливому договору, до рукоприкладства никогда не доходило. Мартин и Флетч были лучшими друзьями. Дэйв был довольно далек от них, а Алан – и того дальше. Однако, роли в группе были уже четко распределены. Менеджера у них не было так что эти функции взял на себя Энди. Мартин сочинял песни. Алан работал над звуком в студии, расшивая песни Мартина все новыми эффектами. Дэйву было легче всех – он просто пел то, что ему велели, но в ряде случаев его креативные идеи помогали Мартину выйти из краткосрочного кризиса идей. Кроме того, Дэйв очень уважал Алана и вскоре принял его как близкого друга, в ответ получив ту же долю тепла и расположения.

 

Группа становилась все более и более уверенна в своих силах и это также отразилось на видеоклипах. People Are People, по просьбе Мартина, воплощал его ненависть к войне. Снимался он на военном корабле в Белфасте, который в то время выполнял роль музея. В теории идея казалось очень неплохой, ведь в клипе группа использовала наглядные элементы индастриала. Результат же, как и раньше, получился немного наивным. Сингл вышел в марте 1984 года и сразу стал №1 в Германии и №4 в Великобритании. «Мы все вспоминаем то время с улыбкой,» - говорит Алан. «В Берлине в той студии мы не останавливались ни на секунду. Мы работали над собой и над песнями постоянно. Я давал себе отчет, что эта песня может стать еще одним танцевальным хитом, так что мы добавили немного металлического звучания и сингл зазвучал совсем иначе – в нем появилась душа».

 

Во время записи в Берлине они находились в шаге от авторитарного социализма Восточного Берлина – ведь группа расположилась по соседству со Стеной. Однажды Мартин решил пройтись до той части Берлина, где никогда не был, но полиция развернула его, велев переодеться.

 

Группа стала все больше времени проводить вне студии. Когда уходил Винс, главным мотивом было то, что он не мог сосредоточиться на музыке, было слишком много отвлекающих факторов. Теперь же этот тезис стал понятен и остальным членам группы. Вне Англии, вдалеке от семей и друзей, они могли сосредоточиться на работе, лишь иногда позволяя себе расслабиться. «Знаете, многие считают, что мы здесь работаем для того, чтобы проникнуться гнетущей атмосферой,» - говорит Дэйв. «Но я абсолютно не согласен. Довольно продвинутое место, этот Берлин. Очень похоже на Брикстон, кстати!.. А в Англии я просто больше не могу работать…»


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 |



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.082 сек.)