АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 6. В: Истина нас освободит. Но вы предполагаете, что в каждом секторе своя истина!

Читайте также:
  1. I. ГЛАВА ПАРНЫХ СТРОФ
  2. II. Глава о духовной практике
  3. III. Глава о необычных способностях.
  4. IV. Глава об Освобождении.
  5. XI. ГЛАВА О СТАРОСТИ
  6. XIV. ГЛАВА О ПРОСВЕТЛЕННОМ
  7. XVIII. ГЛАВА О СКВЕРНЕ
  8. XXIV. ГЛАВА О ЖЕЛАНИИ
  9. XXV. ГЛАВА О БХИКШУ
  10. XXVI. ГЛАВА О БРАХМАНАХ
  11. Апелляция в российском процессе (глава 39)
  12. В странах, в которых глава государства наделен правитель-

Две руки Бога

В: Истина нас освободит. Но вы предполагаете, что в каждом секторе своя истина!

КУ: Да, но, на самом деле, это хорошие новости. Понимая эти различные истины и признавая их, мы можем более точно настроиться на волну Космоса. Высшим результатом могло бы даже быть достижение единства со Всем, или непосредственное осознание Космоса. Это кажется вам невозможным? Скорее всего, это не так. Но я думаю, что сначала мы должны понять эти истины, чтобы они начали говорить с нами, в нас, через нас.

Эти истины лежат в основе всего восстания постмодерна. Они являются ключом к внутренним измерениям; они красноречиво говорят на языках тайных богов и ангелов; они указывают на сердце холона в целом, и приглашают нас в этот внутренний мир. Они суть противоядие от скучного и увядающего мира, который уходит уже сегодня. Мы могли бы даже сказать, что эти четыре типа истины — четыре лица Духа, который проявляется в мире феноменов.

На рисунке 6—1 вы можете видеть небольшую подборку различных теоретиков, которые отнесены каждый к одному из секторов с его особой правдой. Будет полезно обсудить примеры каждого вида истин.

 

Левосторонний путь Правосторонний путь
• Интерпретация • Монологичность
• Герменевтика • Эмпирика, позитивизм
• Осознание • Форма

 

 

Индивидуальный путь   Зигмунд Фрейд Карл Г. Юнг Жан Пиаже Ауробиндо Плотин Гаутама Будда   Б. Скиннер Джон Уотсон Джон Локк Эмпиризм Бихевиоризм Физика, биология, неврология и т. д.
Коллективный путь   Томас Кун Вильгельм Дильтей Жан Гебсер Макс Вебер Ханс Георг Гадамер   Теория систем Талкотт Парсонс Огюст Конт Карл Маркс Джерард Ленски

 

Рисунок 6—1. Некоторые ученые и мыслители,

работы которых развивают представления

о каждом секторе

 

Разум и мозг

В: Хорошо, начнем вот с этого: у вас есть разум — ваш жизненный опыт, образы, символы, чувства, перечисленные в верхнем левом секторе, и мозг в верхнем правом. Значит, вы утверждаете, что разум и мозг — не одно и то же?

КУ: Можно гарантировать, что они тесно связаны. Но в настоящий момент мы должны допустить, что во многом они очень сильно отличаются друг от друга. И мы должны понимать эти различия и пробовать объяснить их.



Например, когда физиологи мозга изучают человеческий мозг, они описывают его составные части и компоненты — нервную систему, различные синапсы, нейромедиаторы вроде серотонина и допамина, динамику электрических волн и так далее. Все это — объективные, или внешние, свойства человека. Даже если мозг находится «внутри» человеческого организма, специалист по физиологии мозга познает его только объективным, или внешним, способом.

Но вы сами не можете даже увидеть ваш мозг как объект, если, конечно, вы не разрежете себе череп и не возьмете зеркало. Это единственный способ, при помощи которого вы можете увидеть свой мозг. Но вы можете ощущать свой разум и непосредственно, прямо сейчас испытывать его действие. Разум — это то, как ваше понимание выглядит изнутри; ваш мозг — это просто то, как оно выглядит с внешней точки зрения.

Ваш мозг напоминает большой разрезанный грейпфрут. Но ваш разум совсем его не напоминает. Ваш разум выглядит как ваше непосредственное восприятие мира здесь и сейчас — изображения, импульсы, мысли.

В: Но как на счет идеи о том, что они, на самом деле, есть одно и то же, ведь мы так и не выяснили, как это продемонстрировать?

КУ: Давайте посмотрим на самого эксперта по мозгу, а именно, на специалиста по физиологии мозга. Физиолог мозга может знать очень многое о моем мозге — он может подключить меня к машине, снимающей электроэнцефалограммы, он может пользоваться ультразвуковым сканированием, а также рентгеновским аппаратом. Он может составить карту физиологии мозга, определить уровни медиаторов — он может узнать, что делает каждый атом моего мозга, и все равно он не будет знать ни одной мысли из моего разума.

И если он хочет узнать то, о чем я думаю, то у него есть один и только один способ: он должен поговорить со мной. Нет никакого другого пути, следуя которому он или кто-нибудь другой могут узнать, о чем я действительно думаю, что у меня в мыслях. И если я не захочу высказать свои мысли, то вы никогда не сможете узнать неповторимого содержания моих индивидуальных мыслей. Конечно, вы можете пытать меня и вынудить меня говорить — но суть не меняется: вы вынуждаете меня говорить.

‡агрузка...

Так что вы можете знать все о моем мозге, и это ничего не скажет вам о неповторимом содержании моего разума, которое вы можете узнать только из разговора со мной. Другими словами, вы должны участвовать в диалоге, а не вести монолог; вы должны принимать участие в интерсубъективной коммуникации, а не просто изучить меня как объект эмпирического исследования, что ни к чему вас не приведет.

Как мы видим, ко всем измерениям правой стороны действительно можно получить доступ только благодаря этому эмпирическому пристальному взгляду, который объективирует феномен рассмотрения и создает эмпирическую картографию. Ведь в этом случае вы изучаете только внешние, поверхностные аспекты холона, которые можно подтвердить опытным путем, феномены правой стороны, вроде мозга.

Но к явлениям, связанным с левой стороной, доступ можно получить только при помощи коммуникации и интерпретации, «диалога» и «диалогического» подхода, которые не обращают внимание на внешнее, а проникают во внутреннее. Не объективность, а интерсубъективность. Не поверхность, а глубина.

Левый и правый путь

 

В: Это приводит нас непосредственно к различию между левым и правым принципами.

КУ: Да. С самого начала поисков новых знаний, как на Востоке, так и на Западе, все подходы можно разделить на две большие категории — внутреннее и внешнее, левое и правое. Мы находим этот раскол в психологии (Фрейд против Уотсона), в социологии (Вебер против Комте), в философии (Хайдеггер против Локка), в антропологии (Тэйлор против Ленски), в лингвистике (герменевтика против структурализма) и даже в богословии (Августин против Фомы Аквинского)!

Иногда можно встретить подходы, которые объединяют в себе и левосторонний, и правосторонний принцип, и я рекомендовал бы вам придерживаться именно их, но в основном вы сможете найти только жестокую войну между этими двумя подходами. Поэтому я считаю крайне важным понять вклад двух этих путей в наше понимание условий существования человека, ведь оба они совершенно незаменимы.

И, как мы скоро увидим, фактически невозможно понять более высокие духовные события, не принимая во внимание оба этих подхода.

 

 

Монологический взгляд: ключ к правому пути

 

В: Давайте рассмотрим каждый путь по отдельности. Правый путь...

КУ: ... это все, что находится справа, все процессы и феномены на правой половине рисунка 5—2. Это объекты или явления, которые могут быть изучены опытным путем, чувствами или их продолжениями: микроскопами, телескопами, фотоаппаратами, чем угодно. Все это — поверхности, которые можно увидеть. Их положение определяется однозначно. Вы не должны говорить ни с одним из них. Вы должны только наблюдать их объективное поведение. Вы можете наблюдать поведение атомов, клеток, поселений, людей, обществ или экосистем.

В: Вы называете это «монологическим взглядом».

КУ: Да, все явления правой стороны монологичны, это означает, что их можно наблюдать в режиме монолога. Вам не нужно пытаться достичь их внутренней стороны, их сознания. Вам не нужен диалог, взаимный обмен на уровне глубины, потому что вы смотрите только на поверхность.

Если вы придете в лабораторию для того, чтобы сделать снимок мозга, то техники в лаборатории будут говорить с вами только тогда, когда без этого не обойтись. «Вы не могли бы подвинуть вашу голову вот сюда?» Техников не заботит ваша внутренняя глубина, потому что они хотят всего лишь получить образ ваших поверхностей, даже если эти поверхности находятся «внутри» вас, это просто объекты. Когда лаборанты делают этот объективный снимок вашего мозга, видят ли они действительный ваш образ? Видят ли они вас вообще?

Нет, к вам относятся только как к объекту пристального монологического взгляда, а не как к субъекту коммуникации, и именно это делает эмпирическую медицину настолько дегуманизированой. Техник в лаборатории хочет видеть вас только правым способом, а не левым, только ваши поверхности, но не ваше сознание, ваши чувства, ваши смыслы, ценности, намерения, надежды, пути к спасению. Только факты, мадам. Только внешнее. И этого достаточно. Это полностью приемлемо. Это и есть ваш мозг. Но вы никогда не сможете увидеть разум, если будете идти этим путем.

В: Феминистки всегда жалуются на то, что они являются объектом пристального мужского взгляда.

КУ: Это то же самое. Женщины часто жалуются на то, что были превращены в объект, в данном случае, в сексуальный объект мужского взгляда. Но это то же самое явление, тот же самый монологический взгляд. Вам не дают быть субъектом общения и делают объектом наблюдения, куском плоти, объектом без глубины. «Он никогда не говорит со мной». И женщины по понятным причинам реагируют на это.

В эмпирическом и научном правостороннем пути нет ничего ошибочного; просто этот путь — не все, что у нас есть. Все это эмпиризм, монологический взгляд, бихевиоризм, сверкающие поверхности и одноцветные объекты — ничего внутреннего, никакой глубины, никакого сознания.

Я не хочу слишком забегать вперед, но мы уже можем в нескольких словах упомянуть о том, что темной стороной парадигмы Просвещения было ее стремление быть только эмпирической. Это привело к разрушению левого измерения Космоса и господству правого пути — внутренняя глубина была преобразована в видимые поверхности. Парадигма Просвещения считала, что обычная картография этой эмпирической протяженности и была всем доступным и достоверным знанием. Она не учитывала самого картографа — сознание, внутреннее левостороннее измерение. Спустя столетие или два она в ужасе пробудилась, потому что поняла, что живет во Вселенной без ценностей, без смысла, намерений и глубины — она обнаружила себя в лишенной качеств Вселенной, управляемой монологическим взглядом, в жутком мире техника из лаборатории. И с этого, конечно же, началось восстание постмодернизма.

В: Это часть нашего дальнейшего разговора (см. главу 7). Мы говорили о различиях между левым и правым путями.

КУ: Да, как мы уже говорили, если вы посмотрите на рисунок 5—2, вы увидите, что каждый холон справа можно, так или иначе, увидеть опытным путем. У всех у них однозначно определенное положение, потому что это физические и материальные проявления всех холонов. И так с каждым феноменом правого пути: вы можете указать на него пальцем и сказать: «Вот оно». Вот мозг, клетка, город или экосистема. И даже субатомные частицы существуют как вероятности, которые могут быть обнаружены в данном месте и в данное время!

Но ничто на левой стороне не может быть так просто увидено описанным выше способом, потому что ни один из аспектов левой части Космоса не имеет однозначно определенного положения. Вы можете указать на мозг, на скалу, на город, но вы не можете указать на зависть, гордость, сознание, ценность, намерение или желание. Где же желание? Покажите мне его. Вы не можете этого сделать тем способом, которым вы можете указать на скалу, потому что эти феномены относятся к внутреннему измерению и не имеют однозначно определенного положения.

Это не означает, что они не реальны! Это означает только то, что они не имеют однозначно определенного положения, и поэтому вы не можете увидеть их при помощи микроскопа, телескопа или любого сенсорно-эмпирического устройства.

В: Так как же можно достигнуть или «увидеть» эту внутреннюю глубину?

КУ: Здесь к работе подключается интерпретация. Все правосторонние пути предполагают участие восприятия, а все левосторонние пути предполагают участие интерпретации.

И для этого есть простая причина: поверхности можно увидеть, но глубину следует уже интерпретировать. Когда мы с вами говорим, вы не просто смотрите на некоторую поверхность, некоторое улыбающееся лицо, некоторый эмпирический объект. Вы хотите знать, что происходит внутри меня. Вы не только наблюдаете за тем, что я делаю, вы также хотите знать, что я чувствую, что я думаю, что происходит внутри меня, в моем сознании.

Поэтому вы задаете мне какие-то вопросы, получаете ответы и пытаетесь интерпретировать то, что я имею в виду. В каждом предложении вы должны интерпретировать его значение. Что же он имеет в виду под этим? О, я понимаю, вы имеете в виду вот это. И так далее.

И нет никакого другого способа, кроме интерпретации, достигнуть моей глубины. Мы должны говорить, и вы должны интерпретировать значение разговора. Это совершенно неизбежно. И даже если бы вы были великим экстрасенсом и могли бы полностью читать мои мысли, то вам все равно пришлось бы еще выяснить значение моих мыслей, все равно пришлось бы еще проинтерпретировать то, что вы прочитали.

В: Это очень отличается от пристального монологического взгляда.

КУ: Да, интерпретация полностью отличается от наблюдения за некоторыми поверхностями с определенным положением. Глубина не сидит на поверхности и не ждет, чтобы ее заметили! О глубине необходимо говорить, и этот разговор должен интерпретироваться.

Именно поэтому все на левой половине рисунка 5—2 нуждается в некоторой интерпретации. И интерпретация — это единственный способ, которым мы можем понять глубину друг друга. Так что у нас есть очень простое различие между правым и левым путями: поверхности можно увидеть, а глубина должна интерпретироваться.

В: Это очень точное различие!

КУ: Да. И именно поэтому, как мы увидим далее, правый путь всегда спрашивает: «Что оно делает?», тогда как левый путь всегда спрашивает: «Что это означает

Это необыкновенно важно, потому что здесь перед нами предстают два совершенно разных подхода к сознанию и к его пониманию. Оба пути являются одинаково сильными способами познания, но они должны быть тщательно уравновешены и объединены. И это, в свою очередь, определит наше приближение к более высоким стадиям эволюции сознания, как в индивидуальном, так и в коллективном развитии, их уравновешивание непосредственно связано с нашим духовным развитием.

Мы имеем дело, если можно так сказать, с правой и левой руками Бога, или с двумя способами проявления Духа в мире.

 

 

Что означает этот сон?

В: Возможно, вы приведете некоторые примеры этих двух путей? Начнем с психологии.

КУ: Психоанализ в основе своей является левосторонним, или интерпретативным, подходом, а классический бихевиоризм — правосторонним, или эмпирическим. В психоанализе обо всем говорит название главной книги Фрейда «Толкование сновидений». Сон — это внутренне событие. Он состоит из символов. Эти символы можно понять только путем интерпретации. Что же означает сон? Одно из открытий Фрейда заключалось в том, что сон не случаен, наоборот, он содержит скрытый смысл, который можно проинтерпретировать и понять.

Поэтому самым простым обобщением метода Фрейда можно считать фразу «разговор, то есть диалог излечивает»! Диалог, а не монолог, означает, что мы должны научиться глубже и адекватнее интерпретировать свою глубину. Нас наводняют симптомы, такие как нервозность или желание, которые захватывают наше сознание. Почему я так подавлен? Каковы причины и смысл этого состояния? И поэтому в курсе психоанализа я учусь смотреть на свои сны, симптомы, беспокойство, желания так, чтобы они имели смысл. Я учусь интерпретировать их так, чтобы они проливали свет на мое внутреннее состояние.

Возможно, я найду внутри себя тайную злость на потерянного отца, и эта злость проявляется как депрессия. Я бессознательно неправильно интерпретировал этот гнев как депрессию. И поэтому во время терапии я учусь интерпретировать эту депрессию более правильно, то есть учусь переводить «печаль» как «безумие». Я вступаю в контакт с этим раздраженным фрагментом своей глубины, который я сам пытался от себя спрятать, неправильно его интерпретируя и отвергая.

И чем более точно я представляю себе свою глубину, тем больше я могу видеть, что «печаль» действительно является «безумием», и тогда симптомы становятся легче, а депрессия проходит. Я более точно интерпретирую свою глубину, и поэтому глубина перестает нападать на меня в форме болезненных симптомов.

В: Значит, это пример интерпретирующего подхода левой стороны для индивидов. Это подход из верхнего левого сектора.

КУ: Да. И это относится не только к психоанализу. Все виды «излечения при помощи разговора», от когнитивной терапии, межличностного общения и юнговского психоанализа до гештальт-терапии и анализа через взаимодействие, основаны только на этом принципе, а именно, на попытках найти более адекватную интерпретацию внутренней глубины. Более точный способ поиска значения моих снов, симптомов, манеры поведения, жизни, моего существа в целом.

Моя жизнь — это не просто ряд объективных событий, разложенных передо мной наподобие камней, имеющих точное местоположение, на которые я должен смотреть, пока не увижу их поверхности более ясно. Жизнь включает в себя ряд субъективных составляющих, которые я должен понять и самостоятельно проинтерпретировать. У нее есть не только поверхности; у нее есть также глубина. И в то время как поверхности могут быть увидены, глубина должна интерпретироваться. И чем более правильно я могу интерпретировать свои собственные глубины, тем более понятной станет мне моя жизнь. Чем яснее я могу видеть и понимать ее, тем меньше реальность сбивает меня с толку, причиняет мне боль своей непрозрачностью.

В: А как насчет тех видов индивидуальной терапии, которые находятся в верхнем правом секторе? Что вы можете сказать о внешнем подходе к человеку?

КУ: Теории из верхнего правого сектора, вроде бихевиоризма или биологической психиатрии, самых крайних и радикальных подходов типа лоботомии, не хотят иметь абсолютно никакого отношения к интерпретации и глубине, внутренней стороне жизни и намерениям. Их совершенно не заботит то, что происходит «внутри», в этом «черном ящике». Многие из таких подходов даже считают, что глубины не существует. Они интересуются исключительно тем, что видно: эмпирическим, внешним поведением.

Поэтому в бихевиоризме вы просто находите заметный стимул, который вы укрепляете или подавляете. Ваша внутренняя жизнь никак не учитывается; ваше сознание просто не требуется. В бихевиоризме врач проектирует внешние условия, которые будут усиливать желательный ответ и подавлять нежелательный.

Точно так же в биологической психиатрии врач будет управлять вашим сознанием при помощи препаратов, таких как прозак, ксанакс, элавил, которые стабилизируют ваше поведение. Многие психиатры назначают лекарства уже после первой консультации, а затем только периодически проверяют ваше состояние, общаются с вами один раз в месяц, чтобы удостовериться, что лечение имеет желаемый эффект. Конечно, некоторые психиатры, приверженные старым традициям, будут иногда практиковать лечение разговором, но многие этого не делают, и это «чистый пример» верхнего правого сектора.

В этой чисто биологической психиатрии, как и в чистом бихевиоризме, не требуется вашего присутствия. Таким образом, не делается никаких попыток понять симптомы. Не производится никакой общей интерпретации ваших проблем. Не делается никаких попыток улучшить ваше понимание собственного существа.

В: Тем не менее я так понимаю, что вы не осуждаете эти внешние подходы.

КУ: Нет, это было бы не совсем верно. У каждого холона есть эти четыре аспекта, эти четыре сектора. Эмпиризм и бихевиоризм — превосходные методы для описания внешних сторон холонов. Я полностью поддерживаю их, пока они не выходят за свое поле деятельности.

Проблема, конечно же, состоит в том, что они не могут охватить все. И поэтому часто приходится осуждать их, ведь обычно они отрицают не только важность, но и само существование других секторов.

У вас депрессия не потому, что вам не хватает нужных ценностей, смыслов и радостных событий в жизни, а потому, что вы испытываете недостаток в серотонине, хотя даже постоянное снабжение вашего мозга серотонином при помощи аппарата не будет способствовать появлению нужных вам ценностей.

Другими словами, моя депрессия может быть вызвана отсутствием отца, а внешним соответствием данного явления может быть низкий уровень серотонина в мозгу, и назначение прозака может до некоторой степени улучшить баланс серотонина. Это очень хорошее и иногда чрезвычайно полезное воздействие. Но прозак ни в коем случае не может помочь мне понять мою внутреннюю боль, интерпретировать ее так, что она будет иметь для меня смысл и станет полностью понятной. И если вы не заинтересованы в этом, если вы не заинтересованы в понимании собственной глубины, то тогда ваши цели могут быть достигнуты только при помощи прозака.

Но если вы желаете понять собственную глубину и более точно проинтерпретировать ее, то вы должны будете поговорить с кем-то, с человеком, который уже видел эти глубины прежде и помогал другим более точно интерпретировать их. В этом интерсубъективном диалоге с психотерапевтом, который будет держать вас за руку и поможет найти путь более адекватной интерпретации, вы войдете в круг интерсубъективной глубины. Чем более ясно вы сможете проинтерпретировать и сформулировать эту глубину, тем меньшей проблемой вы станете для себя самого, тем более ясным станете вы для себя самого, тем более прозрачным будете.

Подобные методики также способны высвобождать разрушающий личность энергетический потенциал, что способствует излечению депрессий.

 

 

Социология против культурного понимания

В: А что насчет коллективного? Что вы можете сказать о подходах нижних левого и правого секторов? Культурное и социальное? Одно связано с интерпретацией, другое — с эмпирическими методами?

КУ: Да. Как и психология, социология почти с самого возникновения разделилась на два огромных лагеря: интерпретирующий (левая половина) и натуралистический, или эмпирический (правая половина). Первый исследует культуру или культурные смыслы (смыслы — принятое в философии выражение) и пытается понять их изнутри. Второй исследует социальную систему, или социальные структуры и функции извне, используя только позитивистские и эмпирические методы. И, конечно, первый лагерь спрашивает: «Что это означает?», тогда как второй: «Как это действует?»

В: Давайте рассмотрим их по очереди.

КУ: Понимание смыслов культуры — вопрос интерпретации. Вы должны изучить язык, вы должны погрузиться в культуру, узнать значение различных ее методов. На этом принципе основаны герменевтические науки о культуре, работы философов Вильгельма Дильтея, Макса Вебера, Мартина Хайдеггера, Ханса-Георга Гадамера, Поля Рикёра, Клиффорда Гирца, Мэри Дуглас, Карла-Отто Апеля, Чарльза Тэйлора, Томаса Куна.

Подходы этих авторов предполагают сочувствие, необходимость делиться опытом, разговор — они являются диалогическими, интерпретирующими. Они хотят прийти к пониманию глубины, а не только внешнего поведения. Они хотят проникнуть внутрь черного ящика и достигнуть левосторонних измерений. И единственный способ, которым это можно сделать, заключается в интерпретации.

Эмпирические общественные науки изучают поведение обществ несколько отстраненным образом. Они учитывают коэффициенты рождаемости, способы производства, типы архитектуры, процент самоубийств, суммы денег в обращении, демографию, миграцию населения, типы технологии и так далее, только внешние характеристики, никаких внутренних ценностей. Большинство таких статистических данных может быть собрано без необходимости говорить с людьми другой культуры. Здесь нет никаких черных ящиков.

Поэтому эти подходы в основе своей являются монологичными, эмпирическими, бихевиористическими. Вы не исследуете внутренний мир или глубину культуры. А если вы и изучаете смыслы или ценности, вы будете представлять их почти полностью зависимыми от социальной системы. Представители позитивистской, натуралистической, эмпирической социальной науки — Огюст Конт, Карл Маркс, Толкотт Парсонс, Николас Луманн, Герхард Ленски и так далее.

В: Вы приводите пример с Танцем дождя хопи. Он показывает, чем отличаются левый и правый пути.

КУ: Левосторонний интерпретирующий подход хочет узнать, каков смысл Танца дождя. Когда люди племени участвуют в танце, что он означает для них? Почему они ценят его? И поскольку интерпретирующий исследователь становится «участвующим наблюдателем», он начинает понимать, что Танец дождя — это в значительной степени выражение почтения священной природе, а также способ попросить эту священную природу благословить землю дождем. И он знает, что это так, потому что он услышал это непосредственно от участников ритуала, потому что в итоге достиг с ними взаимного понимания.

Правосторонний путь обращает внимание на то, что функция танца — поддерживать определенный стандарт поведения социальной системы, традиции племени (группы). Он не интересуются тем, какой: смысл вкладывают в него участники. И исследователь с таким подходом придет к выводу, что танец, несмотря на то, что говорят его участники, на самом деле является способом создания социального единства в системе общественных действий племени. Другими словами, танец обеспечивает социальную интеграцию.

В: Насколько я понимаю, вы говорите, что оба подхода правильны.

КУ: Да. Это левосторонний и правосторонний подходы к одному и тому же коллективному холону. Левая сторона стремится понять значение танца, его внутренний смысл и ценность, которые могут быть поняты только при помощи погружения в культуру. А правая сторона стремится понять социальные функции танца в наблюдаемом поведении социальной системы, и они могут быть определены только при дистанцировании от системы.

 

 

Герменевтика

 

В: Интерпретация — это смысл герменевтики.

КУ: Да. Герменевтика — искусство и наука интерпретации. Герменевтика возникла как способ понимания самой интерпретации, потому что когда вы интерпретируете текст, есть хорошие и плохие способы понимания.

В герменевтике существенно важной является также интерпретация символов и новых терминов.

Томас Кун вызвал бурную и противоречивую реакцию, когда ввел понятие парадигмы как набора убеждений, ценностей и техник, разделяемых членами научного общества. Он протестовал против второстепенных контекстов, управляющих интерпретациями. Чарльз Тэйлор произвел сенсацию публикацией своего эссе «Интерпретация и науки о человеке», демонстрировавшего, что интерпретация религиозных и литературных текстов является необходимым условием для понимания культурных движений.

Пожалуйста, помните об этом, даже если вы не являетесь сторонником герменевтики. Она есть ключ ко всем измерениям левой стороны. Левая сторона состоит из глубин, а интерпретация — это единственный способ понять глубину. Как сказал бы Хайдеггер, интерпретация везде на пути вниз.

В: Но эмпирики говорят, что интерпретация не объективна и поэтому не отражает «действительной реальности».

КУ: Если вы хотите узнать смысл трагедии «Гамлет», вы должны прогнать ее и интерпретировать текст.

Верно, это не совсем объективный процесс. Но это и не субъективная фантазия. Это очень важно, потому что представители эмпирической науки всегда утверждают, что если нечто не подтверждено опытным путем, тогда это вообще не верно. Это не так. Просто нужно помнить о том, что есть хорошие и есть плохие интерпретации «Гамлета». Например, «Гамлет» написан не о радостях мести. Это плохая интерпретация, так как это неправильно.

В: Значит, есть критерии достоверности для интерпретаций?

КУ: Да. Тот факт, что левостороннее измерение нуждается в интерпретации, не означает, что оно совершенно произвольно или безосновательно, или что оно является только плодом субъективной фантазии. Есть хорошие и плохие интерпретации, истинные и ложные, или искаженные, интерпретации, интерпретации, которые более адекватны и которые менее адекватны.

И правильность интерпретации может быть определена сообществом тех людей, которые изучали эту же глубину. Как я говорил, смысл «Гамлета» не в том, чтобы показать радость мести. Эта интерпретация будет отклонена сообществом людей, которые читали текст и изучали его, то есть сообществом тех, кто вошел во внутреннее пространство «Гамлета», кто разделяет эту глубину.

Даже если вы создадите свою собственную интерпретацию «Гамлета», эта интерпретация будет основана на фактах вашего личного жизненного опыта. В любом случае интерпретация не является совершенно произвольной!

Это интерпретативное знание столь же важно, как и эмпирическое. В некотором отношении даже более важно. Но, конечно же, оно требует несколько большего умения, фантазии и творчества, чем простая очевидность пристального монологического взгляда.

 

 

Все интерпретации основаны на контексте

 

В: Вы говорите о том, что важной особенностью интерпретации является ее связь с контекстом.

КУ: Да. Первое правило интерпретации заключается в том, что все связано со мной, все связано с определенным контекстом. Например, значение слова «лук» различно во фразах «лук Одиссея» и «лук-порей». Важно то, что контекст помогает определить правильность интерпретации.

И сам этот контекст существует в своих контекстах. Продвигаясь в этом направлении дальше, мы входим в «круг интерпретации». Причина этого явления в том, что есть только холоны, и холоны вложены друг в друга: холоны более низкого уровня вложены в более глубокие холоны, контексты вложены в другие контексты, и так бесконечно.

Поэтому все смыслы зависят от контекста, а контексты безграничны. И это делает интерпретацию очень сложным предприятием. Деррида и представители школы деконструкции, конечно, сделали многое для понимания этой «скользящей» природы смысла. Но, впадая в крайности, сторонники деконструкции просто отрицают единство смысла — это другой пример крайнего конструктивизма, превращающегося в чистый нигилизм.

Мы не должны следовать этому пути. Вложенные друг в друга холоны, постоянное наличие контекста просто означает, что при интерпретации значения мы всегда должны обращать внимание на культурный контекст. И чем больше таких контекстов, как на пути вверх, так и на пути вниз, мы в состоянии учесть, тем более богатой будет наша интерпретация.

 

 

Интерпретация нечеловеческого

В: Значит, интерпретация применима и к нечеловеческому миру? Ее можно применять к холонам, не связанным с человеком?

КУ: Да, если вы хотите узнать их внутренний мир, интерпретацию нужно применять. Если вы хотите понять внутренний мир любого холона, как же еще вам поступать?

Когда вы общаетесь с вашей собакой, вы ведь интересуетесь не только ее внешним поведением. Так как у людей и у собак есть похожая лимфатическая система, у них также есть общее эмоциональное жизненное пространство. Вы можете чувствовать, когда ваша собака грустит, напугана, счастлива или голодна. И большинство людей умеет взаимодействовать с внутренним миром животных. Такие люди хотят разделить их внутренние чувства. Когда их собака счастлива, они легко разделят это счастье. Но для этого требуется интерпретация чувств их собаки. Конечно, это не речевая или лингвистическая коммуникация; но это сопереживание и понимание внутреннего мира животного, его глубины, его уровня сознания, который, может быть, и не столь же глубок, как ваш, но тем не менее не является абсолютно нулевым.

Так осуществляется сочувствующая интерпретация. И собака делает то же самое по отношению к своему хозяину — каждый участник этого диалога пытается попасть в резонанс с внутренним миром другого. В такие моменты вы разделяете общее жизненное пространство, в данном случае общее эмоциональное жизненное пространство. Вы, конечно, отражаете его в понятиях, чего не может сделать собака. Но основные эмоции у вас с ней довольно одинаковы, и вы знаете об этом. Вы можете интерпретировать внутренние чувства вашей собаки и иметь какое-то отношение к этим чувствам. В этом и заключается весь смысл заведения собаки, не так ли?

Конечно, чем ниже по уровню холон, или чем меньше у него глубины, тем меньше его уровень сознания и тем меньше его внутренний мир, и вы можете интерпретировать и разделить меньше его чувств. Но некоторые люди прекрасно общаются и со своими любимыми камнями, что, я полагаю, поможет вам кое-что понять.

В: Значит, так как человек и собака разделяют своего рода общее жизненное пространство, в данном случае эмоциональное пространство, то они в некоторой степени могут интерпретировать друг друга?

КУ: Правильно. Общее жизненное пространство обеспечивает общий контекст, который позволяет провести интерпретацию, поделиться чем-то. Как мы уже говорили, любая интерпретация требует контекста, и в этом случае этим контекстом является общее эмоциональное пространство.

Конечно же, мы также разделяем все более низкие жизненные пространства в холархии: физическое (например, гравитация), растительное (жизнь), пространство рептилий (голод). Так как у нас есть остатки нервной системы рептилий, мы можем также разделять общий контекст с ящерицами, но это не столь увлекательно, не так ли? Чем меньше глубины, тем меньше у нас общего.

В: Значит, когда мы достигаем уже чисто человеческих контекстов...

КУ: ...да, когда мы начинаем общаться с людьми, в дополнение к более ранним пространствам (клетки, нервная система рептилий, лимфатическая система млекопитающих) появляются новые, более сложные пространства познания, языка и культуры. И наши взаимные интерпретации основываются уже на этих общих культурных ценностях (нижний левый сектор). Никак иначе коммуникация происходить не может.

В: И эти пространства развиваются.

КУ: Да, все четыре сектора развиваются, и развитие идет в соответствии с двадцатью принципами. Относительно жизненного пространства, мировоззрения и культуры — нижнего левого сектора — мы видели, что мировоззрение эволюционирует от архаичного до магического, мифического, рационального и экзистенциального, с возможностью появления в будущем еще более высоких типов мировоззрения. Каждое из этих мировоззрений задает типы возможных интерпретаций Космоса.

 

 

Духовная интерпретация

В: В чем важность интерпретации духовного опыта?

КУ: Приведите пример.

В: Скажем, у меня есть непосредственный опыт внутреннего озарения, ослепляющий экстаз, лишающий разума опыт внутреннего света.

156 Краткая история всего

КУ: Сам этот опыт действительно прямой и непосредственный. Вы могли бы даже стать единым с этим светом. Но потом вы выходите из этого состояния и хотите рассказать об этом. Вы хотите поговорить об этом. Вам также захочется обдумать такой опыт наедине с собой. И здесь вы должны будете проинтерпретировать его и понять, чем же был этот глубокий опыт. Что это был за свет? Это был Иисус Христос? Это был разум Будды? Был ли это архетип? Ангел? Может быть, это было НЛО? Или это было только некоторое временное состояние мозга? Что это было? Бог? Наркотическая галлюцинация?

Вы должны интерпретировать! И если вы решите, что это был подлинный духовный опыт, тогда придет время задуматься о его форме. Аллах? Кетер? Кундалини? Савикальпа-самадхи? Юнговский архетип? Идея Платона? Это не какая-то незначительная или вторичная проблема, не просто теоретический вопрос и не просто академическое упражнение разума. Совсем наоборот. То, как вы проинтерпретируете этот опыт, определит ваше мнение о нем, ваше отношение к другим людям в свете этого опыта, согласование этого опыта с мировым и с вашей внутренней системой ценностей и верований, а также те способы, которыми вы будете говорить об этом с другими и сами об этом думать. И ваша интерпретация определит ваше будущее отношение к этому свету!

И как все интерпретации — независимо от того, является ли их объектом «Гамлет» или внутренний свет — они делятся на хорошие и плохие. И в этой интерпретации вам тоже необходимо будет действительно понять произошедшее с вами и не совершить ошибку.

Вы должны объяснить этот опыт, извлечь из него смысл. Если вы не сможете его правильно проинтерпретировать, то это может, с большой вероятностью, довести вас до безумия. Вы не будете в состоянии соединить его с остальной частью вашего существа. Вы не будете знать, что он означает. Ваша собственная необыкновенная глубина может пугать и смущать вас, потому что вы не можете правильно ее проинтерпретировать.

В: Значит, интерпретация — это важная часть духовного или сверхсознательного опыта.

КУ: Да, определенно. Многие люди сегодня обладают такого рода духовным или сверхсознательным опытом высших или более глубоких стадий эволюции сознания. У них есть эти необыкновенные интуитивные прозрения, но они не знают, как их интерпретировать. И эти неадекватные интерпретации прерывают их дальнейшее развитие, пускают его под откос.

В: Приведите, пожалуйста, примеры «плохих» интерпретаций. Как мы можем сказать, что данная интерпретация неудачна?

КУ: Помните, что одно из основных правил интерпретации состоит в том, что весь смысл связан с контекстом. Поэтому при любой попытке интерпретировать духовный опыт такого вида необходимо быть уверенным, что контекст, по отношению к которому мы интерпретируем опыт, настолько полон, насколько это возможно. Другими словами, необходимо быть уверенным, что интерпретация проведена с учетом всех четырех секторов. Следует стремиться к «четырехсекторному» представлению, к интерпретации в контексте Космоса во всех его измерениях.

Сегодня чаще происходит так, что большинство людей пытаются интерпретировать свой духовный опыт, основываясь на фактах, принадлежащих только к одному сектору, а иногда только к одному уровню одного сектора! Это опустошает другие секторы и лишает интерпретацию полноты, нарушает целостность внутреннего опыта.

В: Например?

КУ: Многие люди интерпретируют свой духовный опыт в основном в терминах только верхнего левого сектора — они считают, что этот опыт относится к более высокому «я», более развитому сознанию, к архетипам, образцам энграмм, к заботе о душе, внутреннему голосу, трансцендентальному пониманию и так далее. Они склонны полностью игнорировать культурные, социальные и поведенческие компоненты. Поэтому полнота их понимания страдает из-за чересчур сильного внимания к высшему «я», которое нарушает связи опыта с другими секторами. В итоге опыт интерпретируется нарциссически, как простое расширение их самости. Интеллектуальные течения Новой эпохи изобилуют такими неполными типами интерпретации. Нарциссические интерпретации духовного опыта могут привести к болезненному состоянию по типу «мания величия».

Другие считают такой опыт в основном продуктом работы мозга — верхнего правого сектора. Они пытаются интерпретировать этот опыт как результат исключительно взаимодействия тета-волн мозга, обильного выброса эндорфина, синхронизации полушарий и так далее. Такая интерпретация также полностью лишает опыт культурных и социальных компонентов, не говоря уже о самих внутренних состояниях сознания. Это слишком объективный и технологический подход.

Третьи, особенно теоретические экологи «новой парадигмы», пытаются интерпретировать этот опыт главным образом в терминах нижнего правого сектора. «Высшая реальность» для них — это эмпирическая сеть жизни. При таком подходе они могут, например, интерпретировать духовный опыт как встречу с инопланетянами.

Четвертые пытаются интерпретировать этот опыт как проявление коллективного культурного сознания и будущего изменения мировоззрения, то есть в терминах нижнего левого сектора. Они не обращают внимания на работу индивидуального сознания.

В: Все эти подходы являются только частичными...

КУ: Все эти «односекторные» интерпретации могут содержать зерно истины, но они упускают из внимания ряд важных моментов. И так как они не включают в себя опыт других секторов, они ограничивают изначальный духовный опыт. Они очень плохо раскрывают эту духовную интуицию при помощи фрагментарных понятий. И эти фрагментарные интерпретации не способствуют дальнейшему развитию духовного опыта. Скорее частичные интерпретации склонны прерывать сам духовный процесс.

В: Значит, смысл в том...

КУ: Так как Дух-в-действии проявляется во всех четырех секторах, то адекватная интерпретация духовного опыта должна принимать во внимание все четыре сектора. У нас есть не только различные уровни — материя, тело, разум, душа и дух, — но и четыре варианта проявлений каждого из этих уровней: намерение, поведение, культура и социум.

Эта точка зрения, включающая в себя все уровни и все секторы, становится особенно важной, когда мы начинаем рассматривать высшие или более глубокие стадии эволюции и развития человека — дальнейшие стадии эволюции сознания и развития общества. Если нас в будущем действительно ждет трансформация, основой ее будут эти высшие, более глубокие уровни, а к ним, в их богатстве и полноте, можно получить доступ только при условии понимания истин различных типов, которые раскрываются для нашего освобождения.

Поэтому весь смысл, я думаю, в том, что мы хотим оказаться в состоянии сочувствующей гармонии со всеми аспектами Космоса. Мы хотим понять истины каждого сектора. И мы начинаем делать это, когда замечаем, что каждая из них говорит с нами своим уникальным голосом. Если мы будем слушать внимательно, то можем услышать каждый из этих голосов, шепотом говорящих о своей истине и объединяющихся в гармоничном хоре, мягко зовущем нас домой.

Мы все больше оказываемся в объятиях всепоглощающего Космоса, в самом центре космического сознания.

Но мы должны слушать очень внимательно.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.039 сек.)