АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ЧАСТЬ 5. СЕЛЕНИНА (NEW) 6 страница

Читайте также:
  1. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 1 страница
  2. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 2 страница
  3. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 3 страница
  4. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 4 страница
  5. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 5 страница
  6. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 6 страница
  7. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 7 страница
  8. ALTERED STATES OF CONSCIOUSNESS PSYHOSEMANTICS 8 страница
  9. Annotation 1 страница
  10. Annotation 2 страница
  11. Annotation 3 страница
  12. Annotation 4 страница

- А можно чего-нибудь попить? - неожиданно прервала поток его раздумий Рыба.

- Попить? Конечно! - фальшиво-радушно улыбнулся он. - Вот, у меня есть кипяченая вода. А могу еще чаем тебя напоить! Выбирай!

- А мне бы чайку.

_ Вот, бери, - искривился от злобы скряга, протягивая ей заварник.

- Спасибо! - вежливо ответила Рыба.

Ей в свою очередь лезли в башку другие тараканы. «Блин! У него здесь кати-шаром! Да еще и ремонт ведь надо делать! Во всей квартире. Хорошо, что она еще однокомнатная. Это сколько же мне тут с ней придется ебашиться?! Я ему что, бесплатная рабыня что-ли?» Тут она опять подумала, а не удрать ли отсюда. Но гормон опять начал диктовать ей свое: «Размножайся! Не думай! Размножайся!» И под его властным и настойчивым натиском Рыба вновь стала искать оправдания всему безумию:

«Но ведь это же хорошо, я помогаю людям! Я нужна кому-то, а это главное! А заодно я и ремонт научусь делать, как следует. В жизни все пригодится! Дома мне мама помогала, а здесь я даже сама могу все сделать!»

Так она рассуждала до тех пор, пока не сожрала все печенье и хлеб. А Холмогорцев, деланно улыбаясь ей и в тайне скрипя зубами, думал про себя:

«Надо же, ну все сожрала. Гусеница прожорливая! Спрячу-ка я от нее остатки варенья».

- Ну вот, поели, а теперь давай, иди мыться.

- Я не хочу! Мне и так нормально!

- Нет-нет-нет, ты очень грязная, ты давно не мылась, у тебя все чешется, особенно голова и ты очень, ну просто очень-очень-очень хочешь ее помыть! - гипнотизировал ее Холмогорцев.

- Ну может.

- Никаких «ну может»! - Уже твердо и непримиримо ответил Холмогорцев. - Мыться и никаких гвоздей! Живо! Марш! В ванную! Вперед!

Напуганная таким напором, рыба пошла туда, где, как ей показалось, должна была быть ванная и с налету заскочила в кладовку, забитую краской, олифой, шпаклевкой и обоями по случаю ремонта.

-Стоять! - Раздался за ее спиной непреклонный командный голос Холмогорцева. - Ванная у нас находится вот здесь.

И Холмогорцев бесцеремонно втолкнул Рыбу в ванную.

- Шампунь у меня вот здесь, мочалка здесь, мыло здесь! Поняла?

- Поняла.

- А теперь раздевайся!

- Зачем?

- Ну мыться чтобы. Ты что в одежде что-ли мыться собралась? - Теряя терпение, проскрипел зубами Холмогорцев.

- Нет, но я Вас стесняюсь! Отвернитесь, пожалуйста!

- Ха-ха-ха! А чего тут стесняться?! Я итак тебя во всех видах увижу, а ты говоришь…

- Ну вот, когда увидишь, тогда и поговорим - Неожиданно заявила Рыба.

- Надо же! Ну и ца-ца! Ну ладно, я выйду, только ты обязательно хорошо помойся, а особенно голову. Ладно?

- Угу!

Закрывшись одна в ванной, Рыба стала мысленно рассуждать сама с собой:

«Надо же! Он ко мне предъявляет какие-то претензии! Голова, видите-ли у меня не такая, я не такая. Что это за чувства у него ко мне? Если бы он меня действительно любил, то ему было бы все-равно, что у меня за голова, и чистая я или нет. Ведь главное, мне мама говорила, - это чувства к человеку. И настоящая любовь не выбирает и не торгуется! А может он меня и не любит вовсе? Зачем он так настойчиво заставлял меня мыться? Ну, а куда деваться? Сухой же он меня отсюда не выпустит!» Рыба стала намыливать себя мочалкой, намылила шампунем башку и стала тереть себя во всех «разрешенных» и «запрещенных» местах. И когда ее рука коснулась кунки, то злополучный гормон стал делать свое темное дельце. Заделись нервные окончания, железы начали работать, кровь стала наполняться ферментами и «машина поехала». А вместе с изменением «химической среды» в организме стали меняться и Рыбехины мыслишки.

«Ой! Ну ведь он не зря же так сказал! Значит, ему нравиться чистая голова и чистое женское тело. Значит, я должна сделать все, чтобы ему понравиться. Мыться - так мыться! Он же не требует от меня, чтобы я сбривала волосы на затылке и мазала его собственной мочой, как это делают жительницы некоторых племен Африки. Не заставляет обрезать половые губы и клитор. Или с самого детства уродовать ноги колодками, как это делают в Японии. Хотя!... Если бы я оказалась на месте Африканок или Японок, то я проявлялась бы в точности же, как и они, чтобы понравиться тамошним мужикам. Во как! А здесь, что от меня требуется? Всего лишь голову помыть? Ну это же ерунда! Главное, что я кому-то нужна! Ведь он - мой принц! Я должна понравиться ему!

И с этими мыслями Рыба радостно вымылась, кое-как обтерлась и в чем есть выбежала из ванны.

Холмогорцев увидев ее, поначалу обомлел, но затем, весело глумливо заулыбавшись, молвил:

- Хвалю за храбрость! Так держать! Ну, ты пока ныряй в кровать, а я пойду тоже ополоснусь. Не помешает! - Сказал он и удалился.

Рыба радостно нырнула в пахнущую дешевыми духами «Красная Москва» кровать и погрузилась в сладостные мечты по поводу предстоящей ночи. В задернутое простынями окно светила полная луна. Ее серебристый свет наполнял всю комнату светлым сиянием, даря сладостные мечты и фееричные грезы.

Страх перед болью у Рыбы полностью пропал и она с нетерпением стала ждать своего «принца».

Холмогорцев, уединившись в ванной, стал предаваться своим раздумьям.

- Ох, и влип же ты! - Говорил он сам себя, глядя на свое отражение в старом ржавом зеркале. - Откуда ты знаешь, с кем она до тебя таскалась?! Смотри, какая она грязная. А может быть она заразная?! Не пойми кто ее до тебя ебал! Ой! Чего это я? Она же ведь еще девственница! Нет, но ведь она с кем-то все равно могла что-то делать, тот же пейтинг, например. И могла из-за этого заразиться. Ох, ну и влип же ты, дружок! Что ты будешь говорить жене в случае чего!? Ведь вы же обои можете залететь в какой-нибудь триппер-бар!¨

Холмогорцев схватился руками за голову, выронив из них зубную щетку.

«Что же делать? Что же делать?! - Бешено крутилось в его мозгу.

С другой стороны ему уже давно было невтерпеж засадить кому-нибудь «по самые кукры». Яйца чесались, плоть звала. И вот под руки попалось что-то живое. Холмогорцев начал прислушиваться к своей похоти. Неуправляемая сила влечения стала направлять его мысли совершенно в другом направлении.

- А что теперь можно поделать? На дворе уже вечер. Кого я еще смогу найти? Это нереально! А ебаться-то хочется! Ну и пусть я потом заражусь, и зато теперь мне будет хорошо и приятно. Эх, была - не была. Какие наши годы. Залетать, так с музыкой. Ну, где эта бронецелка?! Уж я-то ей сейчас покажу, где раки зимуют!

С этими мыслями раб плоти грешной направился к объекту своего вождения.

В комнате было темно. Рыба все никак не могущая уснуть, при виде своего «долгожданного», скукожилась от страха.

- А может он не будет все-таки ко мне приставать? - Утишала она себя. - Ой, а на сколько-ж он меня старше? Да он же мне в отцы годится! Мне семнадцать, а ему уже тридцать «с хвостиком»! Ну и влипла же я! Столько ровесников вокруг меня было, Киса, Прист. Ну Херман на худой конец сгодился бы. Дибильноват малость, но уж все-таки лучше, чем старик какой-то. Ох, и дура же я! Да чё теперь поделаешь?! Уже поздняк метаться. Ой, он уже ко мне ложится! Я пропала!

- Кто это тут прячется?! - Раздался деланно-веселый голос Холмогорцева. - А - ну-ка, давай переходи к новой жизни! К жизни половой! Ха-ха-ха.

Холмогорцев по-хозяйски залез в постель, потеснил Рыбу, подложив ей руку под голову.

- Ты знаешь, амфибия, что я тебе хочу сказать, - издалека начал он, - тебе сейчас сколько лет?

- Семнадцать, - проблеяла Рыба.

- Совсем шпана еще! - Захохотал он. - Так вот, сейчас ты станешь женщиной. Ты начнешь расцветать. Потом тебе будет двадцать, двадцать пять. Ты познаешь много мужчин. К тридцати годам ты достигнешь своего максимального расцвета. А потом начнешь медленно увядать.

- А потом что? - Испуганно перебила его Рыба.

- Ну потом ты состаришься. - Риторически ответил он. - Но я не это тебе хотел сказать.

- А потом что?

- Ну умрешь, ты не перебивай меня и слушай внимательно, пожалуйста! - Нервничал урод. - Ты познаешь много мужчин и ты станешь понимать, что вот тот первый, который у тебя был, ничего особенного из себя не представляет. Обычный мужичонка, каких много, как говна.

- Нет, нет, Саша, ты не говно!

- Ну ты меня, в общем, понимаешь, что я обычный, посредственный, каких много, а есть даже и получше. Так что из-за меня расстраиваться не стоит.

- А?! М-хы! - Задумчиво произнесла Рыба, ковыряясь в носу.

- Ну, в общем, если ты сейчас меня не совсем понимаешь, то потом, через много-много лет поймешь. И ты вспомнишь мои слова и увидишь, что я был прав.

Рыба почти ничего не поняла из его слов. Она молча таращилась на полную луну.

Холмогорцев облегченно вздохнул: «Ну, если она не возражает, значит поняла, что я у нее первый, но не единственный. А значит, и расстраиваться из-за меня нечего. А значит, я могу быть спокоен, что из-за меня эта дура не повесится. Ха-ха-ха! Значит теперь, когда я ее уже подготовил, выебал ей мозги, так сказать, я могу и ее спокойно выебать! Ура! Успокоив себя, уродец принялся за дело. Он почесал свои волосатые яйца и слегка замацал Рыбу. Та лежала как бревно, мечтательно глядя в потолок. Уродец начал тереться об нее своим хуем и смачно присосался к ней.

У Рыбы был заложен нос и она с трудом выдержала эту пытку, думая как бы быстрее вздохнуть. Холмогорцев уже начал хуже понимать, что происходит вокруг. Им завладело одно лишь сильное желание: запиндюлить Рыбе «по самые кукры» и ебать-ебать-ебать ее до одури. Что он и начал делать.

- Ох, только бы быстрее ее пробить! Как хочется побыстрее кончить! - Судорожно думал он, вскарабкиваясь на нее. - Хули она до сих пор ни с кем не поролась?! Здоровая кобыла такая! Рыба лежала как полено с плотно сжатыми ногами и не ощущала никакого удовольствия от его ласк. Но мозги она себе ебла конкретно: - Это сейчас случится! Это сейчас случится! - Мысленно повторяла она. - Ой! А ведь он ниже меня ростом! Че это его голова на моем плече лежит?! Ой, титьку мне зачем-то сосет. Че, молока захотел что-ли? Фу, урод! Может ему сказать, что у меня молока нет? Вообще странно все это как-то!

А Холмогорцев тем временем стал раздвигать ей ноги и пристраиваться между них.

- Так, расслабься, ничего не бойся! - Произнес он. При этих словах Рыба еще больше напряглась. - Сейчас я все сделаю как надо. Потерпи!

Как опытный гинеколог он обследовал своими клешнями кунку Рыбы, а затем наставил в нее свой стручок и начал тычиться им в нее. Собачье возбуждение у него росло.

- Только бы не кончить раньше времени. Я должен сделать это, иначе я не мужик, - отчаянно думал он, - как бы не опозориться, как бы не опозориться!

Рыба, почуяв давление между ног, напряглась в предвкушении нестерпимой бои. Все ее тело сжалось. Ей казалось, что сейчас произойдет что-то страшное и в то же время сакральное. - Я становлюсь женщиной! Я становлюсь женщиной, - доседонила себе тупая машина, - сейчас, скоро это случиться. Надо только потерпеть!

И боясь точно так же, как в детстве, когда брали кровь из пальца, она лежала и ждала. Запуганная завнушенная скотина!

- Ой, что-то больно, - думала она, кусая край подушки, - ну чуть-чуть еще потерплю. Это ведь для счастья нужно. Ой, а че это от него так потом воняет? И долбится он как отбойный молоток. У, сука, как больно!!!

Холмогорцев отчаянно прорывал злосчастную целку. С одержимостью танка он пер и пер вперед. Страшно сопя, извергая потоки горячего пота, он выпучил глаза и … пробил-таки броню и первым, да именно первым проник туда, куда еще никто не проникал. А что еще больше может возбуждать воображение, чем эта мысль. Теперь он мог мысленно поздравить себя! Он был первым!

- Так, а че там Рыба? - Вдруг вспомнил он. - Чей-то она подо мной не шевелиться? Не порядок это! - Думал он. - Что я, мужик плохой че-ли, что она как бревно лежит? А ну-ка, не бывать этому позору. А ну-ка, расшевеливайся, Рыба свежемороженая! Камбала глушенная! Под нормальным мужиком, говорят, и баня ходуном заходит. А я че, выходит, плохой мужик чей-ли. Нет! Ни хуя! Я докажу это! Я енту дуру до оргазму доведу! Непременно доведу!

И тут он стал шептать на ухо Рыбе:

- Ну, давай, шевелись, двигайся, бедрами двигай, ищи положение, в котором тебе будет приятно!

Рыба, едва что-либо соображавшая от болевого шока, лежала с вытаращенными глазами и почти его не слышала.

- Тебе хорошо, милая? - С деланной лаской в голосе произнес эгоист.

- А? Что? - Сквозь пелену тумана спросила она.

- Да двигайся же ты, кому говорю! Че лежишь, как полено!? Ты че, фригидная что-ли?

- Не знаю! - Проблеяла Рыба.

- Не знаешь, так давай узнавай! - Едва сдерживая нетерпение, бесился «принц».

- А как надо двигаться?

- Как-как, бедрами, задницей, туда-сюда, туда-сюда! Будешь двигать, двигать и найдешь!

- А?! Ну сейчас попробую!

Рыба стала делать неуклюжие угловатые движения, как будто она хотела задницей протереть дыру в кровати.

- Ну, ведь это нужно для принца, - думала она.

Холмогорцев обрадовался, что обучение пошло как надо и тоже стал гарцевать на ней, пытаясь подстроиться в такт ее сумбурным движениям.

- Так! Так! Давай-давай, пытайся-пытайся, ищи его, то положение, в котором тебе будет сказочно приятно!

- Черт, че-то ничего не получается. Боль только одна и больше ничего. - Простодушно пожаловалась Рыба.

«Ну вот! Столько с ней возился, столько ей объяснял, а она, тупая, ни во что не въезжает! Ну дура какая-то попалась! - Думал он про себя. - Ну почему у меня хуй такой маленький? Был бы он побольше! Я бы ей его как запиндюрил! И она бы сразу же потащилась, а тут возиться надо! Эх, испробую последний способ! Пусть-ка она ноги задерет и тогда-то уж мы на нее посмотрим!

- Рыб, слыш, а ты попробуй ноги повыше поднять.

- А это зачем?

- А в этом положении мой хуй до твоей матки достать сможет. И ты тоды кончишь!

- А? Ну коли так, тоды можно и поднять.

Рыба задрала свои ходули вверх. Одеяло поднялось и холодный воздух добрался до горе-любовников.

- Да ты их не прямыми поднимай, дура, ты согни их в коленях! Так лучше будет!

- А? Согнуть? Ладно.

Рыба согнула ходули и держа их навесу, стала опять таращиться на луну и уплывать в какие-то мечты о случившемся счастьице.

- Эй, ты че замерзла-то? Ноги согнула, а двигаться-то кто будет за тебя? Папа римский?

- Не-е-ет! - Проблеяла Рыба.

- А, ну вот тогда сама двигайся. Я что-ли за тебя кончать учиться буду?!

Рыба немного обиделась на такое обращение, но вида не подала и стала все-таки самоотверженно двигать задницей.

- А-га! Вот так! Хорошо! Давай-давай, ищи это положение! - Подначивал ее горе Казанова. - Двигайся-двигайся!

Рыба лежала и про себя думала:

«на хрен нужны все эти причуды?! Мать мне про это все ничего не рассказывала. Главное - енто, чтоб чуйства были друг к другу, а весь этот кордебалет мне чей-то совсем не понятен! И что во всем этом хорошего?! Между ног болит, ноги устали, все затекло, а он еще и о каком положении мне талдычит. Ничего не понимаю. Какое в этом счастье?!?

Холмогорцев яростно сопя, шептал Рыбе на ухо:

- Вот еще выше ноги задери. Чувствуешь, я своим хуем твою матку задеваю?

- Наверно. Не знаю. - Безучастно отвечала она. А сама про себя думала: «быстрей бы все это кончилось! Боль - ну просто адская какая-то! И что хорошего люди находят в этом сексе?! Че он все никак обкончаться не может? Заело что-ли?! Заебал, скотина!»

Холмогорцев, охваченный сладостным упоением, ебал с собачьей скоростью и орал, что есть мочи:

- Тебе хорошо, милая? Тебе хорошо?

Глаза его выпучились от нестерпимого наслаждения, дыхание учащалось как в цыганочке, ум ничего совсем не соображал.

Рыба совсем потеряла терпение и мысленно стала проклинать его: «Да отстань же ты от меня, идиот ебучий! А чтобы тебе такого сказать? А! Вот, придумала!»

- О, милый, мне так хорошо! Несказанно хорошо! Просто чудо какое-то! - Произнесла вслух она.

«Ага! Я и не сомневался в этом! Я победил! Я достиг! - Обрадовался самовлюбленный эгоист. - Я могу теперь себя поздравить! Я - настоящий мужик! Теперь-то можно позволить себе облегчиться!

- Вот, чувствуешь, - шептал он на ухо Рыбе, - я своим хуем долблю твою… твою… твою..

Что же он долбит своим обрубком, Рыба так и не успела услышать. Холмогорцев как-то странно взвизгнул, закряхтел, все его тело напряглось, конвульсивно задергалось. Но раб плоти грешной все-таки успел вытащить свой стручок и с большим облегчением выпустил фонтан спермы прямо Рыбе на живот. Он испустил странный хрип, похожий на предсмертный.

Холмогорцев на некоторое время потерял способность вообще что-либо понимать, думать и даже слышать.

После судороги скотского наслаждения его туша лежала как падаль. Он вообще ничего не ощущал, пребывая сам невесть где. Но через некоторое время он встрепенулся и глубоко вздохнул.

Когда же к нему вернулась таки способность что-то соображать, он первым делом подумал: «Ах, какой же я молодец! У меня это получилось. Никто не мог до меня это сделать, а я смог! Я могу себя теперь поздравить! Ну и пусть говорят, что стоит только одному открыть эту бутылку, как все начинают ею пользоваться, зато первым сделал это именно я! Я! Я! А она мне еще за это спасибо скажет! Ну и пусть они ничего из себя не представляет, зато я поебал ее, облегчился, так сказать, а это самое для меня главное! Во-вторых, я ее пробил, а в-третьих, я ее еще и всему обучу! Во как! Трех зайцев сразу убил! Да, кстати, как она там? Я ее не придавил случаем? А-то чей-то она не шевелится!»

- Эй, Рыб, ты как? - Испуганно спросил чадос.

- Нормально, - чуть живая откликнулась Рыба.

- А, ну, тогда давай спать! - Уже вяло и лениво ответил он. - Спокойной ночи, малыши!

- У-гу, спокойной ночи.

И не успела Рыба это ему ответить, как урод уже отвернулся от нее и как насосавшийся клоп засопел «в обе дырки».

В окно продолжала светить своим безразличным ровным светом серебристая луна. Вокруг стало тихо и спокойно. Ночную тишину нарушал только храп Холмогорцева.

Рыба лежала и молча таращилась в темноту, думала: «Неужели это то счастьице, о котором мне все так усиленно затирали с самого детства?! Неужели во всем этом есть что-то ценное?! Х-м! Как обидно, что он отвернулся! Он ведь должен был проявлять ко мне знаки внимания, ласкать меня, говорить какие-то нежные слова! А вместо этого? Полюбуйтесь на него: отвернулся и задрых! Хам!

Рыба почувствовала холод, подбирающийся к ней и стала сильнее натягивать на себя одеяло. Холмогорцев сквозь сон что-то недовольно промычал и рванул его так, что Рыба чуть не осталась совсем без него. Агрессивное мычание продолжалось еще с минуту, а потом опять все стихло.

«Ох, уже лучше буду тихонько лежать. Так мне будет спокойней. - Решила про себя Рыба.- Ой, а в чем это у меня живот, весь испачкан? Фу! Что-то липкое и вонючее! А запах такой, прямо до боли знакомый. А, дак это же ведь молофья. А за эти три копейки все пузо в молофейке… Чем бы все это стереть? А, вот, наволочку сниму и ею вытру. Вот так, уже лучше. А что теперь делать-то? Ух и болит же пизда! Все мне разорвал, дефлоратор хуев! Э-ге, это еще что, а вот когда рожать, говорят, будешь, вся пизда до жопы разорвется. И срать потом больно будет. А вообще-то, так ведь у всех, а я что, хуже что-ли? Нет. Значит и мне все это вытерпеть - не грех!

Ну вот, я уже стала женщиной. Могу себя поздравить со своей первой, так сказать, ночью».

Рыба лежала со скомканной грязной наволочкой в руке и молча таращилась на Луну. Долго думая о том, что же случилось и счастлива она теперь в связи с этим, или нет, она так и уснула.

* * *

- Просыпается с рассветом вся советская страна, - доносилось непонятно откуда задорная песенка.

Рыба долго не могла понять, откуда доносятся эти звуки и где вообще она находится, как и когда сюда попала. Комната какая-то пустая с белыми стенами, она лежит на кровати. А кто-то песенки поет.

«Я, что в больнице что-ли? - недоуменно подумала Рыба. - Как я сюда попала?»

Неожиданно резкая боль между ног вернула ее к воспоминаниям прошедшей ночи. Она отчетливо вспомнила все события, случившиеся с ней. Невольная судорога отвращения прошла по всему ее телу.

«Постой, - тут же одернула она себя, - но ведь с тобой произошло такое важное событие! Как ты можешь так думать обо всем?! Сегодняшний день будет особенным для тебя. Ты уже женщина, а значит в этом что-то особенное. Это все вранье, что только дырка между ног появляется. Главное - должно измениться восприятие! Вот увидишь, сегодняшний день будет каким-то особенным! Вот увидишь! Стоит только чуть-чуть напрячься, как чудо обязательно случится!»

Так раба своих иллюзий ебла себе мозгени.

- Эй, а ты че до сих пор валяешься? - Раздался бодрый задиристый голос ее «принца». - А ну-ка, давай, вставай! Умываться пора.

Рыба лениво потянулась, стала тереть глаза руками. И только она открыла рот, чтобы что-то возразить, как тут же Холмогорцев очень властно произнес:

- И не забывай, что я в этом доме хуйзяин и я буду решать, что тебе здесь делать!

И в тот же миг, он достал из своих штанов свой висящий хуй, подошел к кровати и щелкнул Рыбу хуем по лбу.

От неожиданности она сначала даже не знала, как нужно среагировать. Ей мама не говорила как себя надо вести, если хуем по лбу щелкают. Но в конце-концов тупая машина решила, что надо обидеться. Закусив губу, она села на постели и уткнула голову в колени.

«Так, начинается, этого мне еще не хватало. - Отчаянно думал Холмогорцев. - Я забыл ведь, что она замужем еще не была, рога-то ей еще не обломали. Это тебе не жена «объезженная». Так, если она обидится и убежит, то я потеряю раб-силу: некому будет делать ремонт. И некого будет ебать, придется кого-то искать. А еще в Сокуре кто-то сболтнет про меня. Поползут слухи, дойдут до жены и тогда… пиши «пропало». А зачем мне все это нужно? Ладно, уж так и быть, пойду ей навстречу. Но, уж, будь она моею женою, я бы ей такое устроил! Берегись, сука!

- Послушай, Рыбуля, ты давай, вставай, иди умойся, приведи себя в порядок и все такое, - ласково запел он, - потом поедим и за работу. День длинный, а работы много!

Совсем не поняв, о чем идет речь, Рыба обрадовалась, что с ней ласково обошлись.

- Что? Мыться? Работать? Да, да, конечно, я с радостью! - И машина побежала в ванную в чем мать родила.

- Стоп! - Поймал ее за руку «принц». - Если ты так будешь при мне постоянно щеголять, то ты мне быстро надоешь и у меня на тебя вставать не будет.

- Да? А что нужно делать?

- Ха-ха-ха! Тебя что, ничему мать не учила что-ли?

- Нет. Она после восемнадцати обещала.

- Эх и гавно же она! А ты вот видишь, и сама всему теперь научишься. Поздравляю! Ха-ха!

Рыба сконфузилась и стыдливо прикрывая срам руками, продефилировала в ванную.

«Так, - отчаянно думал Холмогорцев, - план действий такой. Сейчас ее кормлю каким-нибудь пакетным супом, пою чаем, сам тоже делаю вид, что ем, а затем сваливаю нахрен к Любке. Поем там заодно. Эх, поебать ее хотел, да вот боюсь, не встанет у меня после сегодняшнего. Ну да ладно. Глазки ей построю, после шумок, заодно на будущее ее настрою. Пригодится. Так, а с ней мне что делать? А-га, пускай пока старую краску и штукатурку везде сдирает. А - я прийду и разберусь, а - то еще напорет что-нибудь без меня. Я думаю, ее мать ничему не научила и она вообще ничего не умеет. Уродица». Так думал ловкий пакостник, пытаясь заправить постель после блядской ночи.

«Так! А это еще что?» - неожиданно на белоснежных «больничных» простынях он увидел пятно крови. «О, боже, этого еще мне не хватало! - Яростно думал он, срывая злосчастную простыню. Что будет думать моя жена,когда увидит все это?! О, Господи. Нет, только не это! Я должен спасти свое положение. Но как?!! А, вот, придумал. Я слышал, что если кровь застирывать холодной водой, то она хорошо отходит и не остается никаких пятен. Вот именно этим я сейчас и займусь. Эврика! Я спасен!». Холмогорцев стал долбиться в ванну.

- Кто там? - Раздался мечтательный голос Рыбы.

- Да кто же еще здесь кроме меня может быть, еб твою мать! Открывай быстрее!

- Ой, но ведь я не одета, а ты сам говорил, чтоб тебе часто на глаза не попадаться голой!

- Да это сейчас не важно.

- Как не важно? Минуту назад ты говорил совершенно другое!

- Да открывай ты быстрее, ебаная дочь! Сейчас кровь свернется и ее потом не отстираешь!

- Какая кровь! Ты что ранен, милый?

Рыба тут же распахнула дверь и ринулась навстречу своему «милому».

- Да отойди ты! - Оттолкнул ее Холмогорцев. - Мне тут стирать надо, а ты еще и лезишь ко мне! За тобой ведь стираю!

- За мной?! А я тут причем?

- Причем-причем?! - Орал красный от злобы Холмогорцев, включая холодную воду. - Кого сегодня дефлорировали, меня что-ли?

- Нет, вроде бы меня. - Проблеяла Рыба обиженным голосом.

- Ну вот я и стираю за тобой.

- Ничего не понимаю. У нас белье дома раз в неделю стирали, а здесь что, каждый день что-ли?

- Да, когда кого-то проебывали! - Почти срываясь на педерастический фальцет провизжал Холмогорцев и, уткнувшись в раковину, стал яростно стирать.

- Послушай, но если эта кровь моя, хотя я не понимаю, как она здесь взялась. У меня месячные должны быть через две недели. Но допустим, что она моя, так давай я сама все это постираю!

- Нет!!! Ни в коем случае. Такой растяпе как ты вообще ничего нельзя доверять! Ты все сделаешь как попало и останутся следы. А я потом жене, что объяснять буду?! Что у меня месячные вдруг пошли? Иди-ка ты знаешь куда! В гробу я видам твои услуги! Вали!

- Что? Не поняла.

- Вали отсюда! - Заорал «принц» прямо в лицо тормозной дуре.

Не выдержав такого хамского обращения, Рыба психанула и вся в слезах кинулась на кухню.

«Ишь, уа-уа какая! Обиделась она! - Яростно думал Холмогорцев, стирая простынь со скоростью пулемета. - А мне что прикажете делать?! У меня жена через неделю приезжает. А мне тогда на кого обижаться? Ничего, переживет, не сахарная!»

Рыба забежала на кухню с грудой скомканных грязных вещей, бросила их на пол, села в угол и разрыдалась.

«Вот как! Выебал - теперь можно со мной как угодно обращаться?! А я-то, дура, набитая, думала, что после первой ночи со мною будут ласково обращаться, говорить мне нежные слова, приносить мне кофе в постель и вообще меня на руках носить. А вместо этого что?! О, Господи, за что?! За что?!» Рыба сидела голая, с растрепанными длинными волосами на груде своего тряпья и рыдала в голос.

«А откуда мне что-то знать про кровь? Меня что, каждый день дефлорируют что-ли? - Думала она. - А мать мне про это вообще ничего не объяснила. У, сука проклятая! Погань злая. Все меня «завтраками» кормила, мол, будет восемнадцать - все расскажу. А мне уже с тринадцати мужика со здоровым хуем хотелось! У, сволочь ты проклятая, ничему не научила. Я тут мучайся из-за тебя. Скотина вонючая!»

Услышав надрывные рыдания из кухни, Холмогорцев насторожился. «Так, сейчас достирываю простынь и иду утешать эту идиотку. А-то она мне всех соседей переполошит. Они жене про нее все донесут. И тогда-то уж скандал мне обеспечен. Уф, и влип же я!»

- Что случилось, дорогая? - С наигранной заботливостью в голосе произнес он.

- У-у-у!... - Нечленораздельно промычала Рыба.

- Ну, подожди, подожди, успокойся, все будет хорошо!

Холмогорцев взял ее за руку и стал гладить по голове. Это стало потихоньку успокаивать психопатку. «Слава Богу, кажется проходит», - с облегчением подумал он. Рыба с надеждой по-собачьи заглянула ему в глаза.

- Сейчас мы с тобой покушаем! Ты есть хочешь?

- Конечно! - Моментально оживилась Рыба.

_ Вот и хорошо! Сейчас я поставлю суп и чай и мы поедим. Тебе надо хорошо кушать, дорогая, ты ведь потеряла много крови! - Еле сдерживая смех, сказал он.

Рыба совсем растаяла от внимания и заботы. Обида куда-то улетучилась и она опять начала ебать себе мозги, что чудо, о котором она так долго мечтала, наконец-то случилось.

Пока несчастный Холмогорцев делал нехитрый завтрак, она смогла натянуть на себя свое застиранное вонючее тряпье и подобием расчески распутать свои патлы.

Когда же все сготовилось, Холмогорцев наспех накрыл на стол, жадно слопал свою порцию и бесцеремонно заявил:

- Так! У меня сейчас важные дела с председателем, я пошел, а ты давай тут наводи марафет, все обдирай, убирай. К обеду все стройматериалы будут.

Рыба раздобрела от его добрых слов и теперь готова была для него целые горы свергнуть.

- М-гы! Я все сделаю. - С энтузиазмом ответила она.

«Ух, ну слава Богу, хоть не зря ее сюда притащил. - Думал втихаря Холмогорцев. - Пусть она ремонт тут у меня делает, все вылизывает, а я пойду погуляю. Может в столовку зайду, если Любки дома не будет. Ох, и голодный же я после сегодняшней ебли. Как черт!».

- Ну ладно, Рыб пакедава! - Сказал он и ушел.

И Рыба осталась одна, везти грязь за своим столь неожиданно появившимся «принцем». Вот теперь-то я ему все сделаю! - Думала зомби, сдирая старую краску с батареи. - Я все тут выдраю, все отремонтирую, все будет здесь блистать и сиять! Я горы сверну! Я квартиру всю переверну! Я за ним хоть на край света пойду! Саша исключительный! Ведь именно он сделал меня». Тут неожиданной кусок старой краски попал ей прямо в глаз. Она тут же побежала к единственному в доме ржавому зеркалу в ванне.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.024 сек.)