АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

ГЛАВА 10. "Что за мудак. Свинья

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  3. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  4. Taken: , 1Глава 4.
  5. Taken: , 1Глава 6.
  6. VI. KAPITEL. Vom Himmel. Глава VI. О небе
  7. VIII. KAPITEL. Von der heiligen Dreieinigkeit. Глава VIII. О Святой Троице
  8. VIII. KAPITEL. Von der Luft und den Winden. Глава VIII. О воздухе и ветрах
  9. X. KAPITEL. Von der Erde und dem, was sie hervorgebracht. Глава X. О земле и о том, что из нее
  10. XI. KAPITEL. Vom Paradies. Глава XI. О рае
  11. XII. KAPITEL. Vom Menschen. Глава XII. О человеке
  12. XIV. KAPITEL. Von der Traurigkeit. Глава XIV. О неудовольствии

 

"Что за мудак. Свинья. Скотина. С жопой вместо головы!"

 

Пока Скарлет топала через лес, напролом сквозь деревья, она обзывала Гидеона всеми матными словами, что смогла вспомнить.

 

"Говнюк. Безмозглый пещерный человек…Отец".

 

Пока, гнев.

 

Она замерла, тяжело дыша, вспотев, впиваясь ногтями в ладони. Он не знал, что он был отцом. Она вывалила на него информацию, а затем бросила его с ней одного. И она слишком хорошо знает, как невыносимо нести эту ношу в одиночку.

 

В течение многих месяцев после смерти Стила, она могла лишь плакать. Она перестала есть, даже перестала разговаривать. Возможно, если бы кто‑то позаботился о ней тогда, собрал расколутую на осколки душу, она бы оправилась раньше.

 

Как бы сильно она ненавидела – нет, ненависть слишком сильное слово. Она не знала почему. Тем не менее. Как бы сильно ей не нравился Гидеон, она не хотела видеть его раздавленным. В разгар войны. Он не мог позволить себе расклеиваться.

 

Еще бы ночь с ним, подумала Скарлет, ненавидя себя. И это было не достаточно сильным словом по отношению к ней. Она развернулась и пошла обратно в лагерь Гидеона. Она слышала, как он звал Крона, царя богов, который презирал её всю её жизнь, поскольку она стала свидетельством предательства его жены. Доказательство могли лицезреть все его соратники.

 

Неужели Гидеон ищет его, чтобы подтвердить ее рассказ, как будто ее слово и горе были не достаточным доказательством? Или он стремился отомстить Зевсу, как она когда‑то?

 

Если так, она должна его остановить. Бывшый владыка страдал в заточении, его силы отняли, осознание того, что его величайший противник занимал его трон застряла у него в уме, и он страдал сильнее, чем если бы она убила его.

 

Быстрая смерть. Слишком легко.

 

Тем не менее. Она не могла оставить Гидеона одного. Она останется с ним до конца ночи, утешит его как сможет. Не то чтобы он это заслужил, но все огни ада, она всегда отдавала ему всё, что могла. Но после, она покончит с ним. На этот раз по‑настоящему.

 

Как только она продралась скозь последний заслон из листьев, то увидела, что он уже покинул лагерь. Так быстро? Она не слышала ни единого шага. Куда, мать вашу, он делся?



 

Скарлет развернулась в поисках каких‑либо его следов. Всё, что она нашла, это сумка. Нахмурившись, она подошла к ней. По пути, что‑то твердое, горячее и тонкое обернулось вокруг её голых ног, и она остановилась.

 

Ее озадаченность переросла в смятение и непонимание, она наклонилась и подняла… ожерелье‑бабочку. Почему он оставил ее? Потому что покончил с ней и не хотел иметь с ней ничего общего?

 

Она сжала челюсти, сорвала собственное ожерелье – как глупо было носить его – и крепко зажала оба в кулаке. Металл скрипел о металл.

 

"Вонючий ублюдок". Она сделала глубокий вдох и уловила аромат божественного присутствия. Он был похож на приторный аромат, достаточно резкий, чтобы ударить в ноздри. Она чуяла этот запах большую часть своей жизни, и была счастлива, что наконец избавилась от него, когда покинула Тартар.

 

Крон был здесь, осознала она. Сукин сын! Куда царь забрал Гидеона? Помог ли ему бог или навредил?

 

Ей нужно знать. И есть только один способ выяснить…

 

"Мама!" закричала она. Боги. Она поклялась никогда не делать этого снова. Однако, оставить Гидеона беспомощным перед жестокими капризами Крона не вариант. И хотя, возможно, они поладили и Гидеон был доволен в данный момент. Она сделает всё, что в её силах, чтобы разделить их.

 

Без сомнения, Крон попытается настроить Гидеона против неё. Это не должно иметь никакого значения для её планов на завтра, но часть её не желает соглашаться с этим.

 

Прошло несколько минут, но ничего не произошло.

 

"Собираешься усложнить условия игры?" пробормотала она. "Хорошо. Я тоже могу."

 

Во‑первых, она подготовится. Определенно у Гидеона в сумке было оружие. Она покрыла оставшееся расстояние и расстегнула молнию. Внутри она нашла футболки, джинсы, спортивные штаны и да, оружие. Полуавтомат, несколько ножей и топор. И самое удивительное? Нераспечатаная пачка Skittles.

‡агрузка...

 

Скарлет быстро переоделась в футболку и спортивные штаны. Штаны она подвернула на талии и лодыжках, так по крайней мере они держались. Потом она спрятала оружие по всему телу. Амулеты она положила в ножны одного из кинжалов.

 

Ну что, время попробовать еще раз.

 

"Мама! Ответь мне или, клянусь, я найду обратную дорогу на небеса. Я повсюду буду следовать за тобой. Я стану твоим постоянным спутником. Ты не сможешь встретиться ни с кем наедине – без моего присутствия. Ты не сможешь сделать ничего, чтобы я этого не увидела. Ты меня слышишь? Это твой последний шанс, Мама, до того, как я – "

 

"Довольно! Не называй меня этим отвратительным именем. Сколько раз я тебе это говорила?"

 

Тысячи. Но Скарлет это волновало также сильно, как и раньше. То есть – нихрена не волновало.

 

Голос прозвучал позади неё, и она повернулась. Медленно. Будто Рея не была достаточно сильна, чтобы бояться её присутствия за своей спиной. Если честно, ей просто было неприятно видеть женщину, которая родила её. Даже если она в ней нуждалась.

 

Когда их взгляды встретились, Скарлет едва сдержала удивленный вздох.

 

Последний раз, когда она видела Рею, она выглядела как женщина в возрасте. Её шелковистые темные волосы превратились в седые локоны, и её гладкая кожа стала чем‑то вроде сухого, сморщенного пергамента. Сейчас её волосы идеально сочетали в себе оттенки соли и перца, кожа её разгладилась, только несколько морщинок осталось.

 

От старой карги к хищнице, подумала Скарлет. Сучка.

 

На Рее был откровенный золотой наряд, её глубокое декольте демонстрировало ложбинку между грудей и верхнюю часть полушарий, Скарлет сказала бы, что при желании можно было разглядеть и её трусы в этом декольте.

 

"Ты собираешься рассматривать меня всю ночь, Скарлет, милая?" Каждое слово было насмешкой. "Я знаю, что я прекрасна, но я все еще заслуживаю уважения. Скажи мне, зачем ты звала меня и давай покончим с этим"

 

Соберись. "Сюрприз! Я бы хотела вручить тебе премию в номинации Мать Года," сухо сказала она.

 

Черные глаза, такие же как у неё, сузились. "Чтобы занять свое время, у меня есть дела поважнее, чем спорить с неблагодарной выскочкой."

 

Неблагодарной. Ну конечно. Скарлет просто отказалась удовлетворять каждую прихоть требовательной женщины. И на то были причины. Ничего хорошего бы из этого не вышло.

 

Когда‑то Рея любила её. Относилась к ней словно к драгоценности. Но когда Скарлет повзрослела, Рея стала рассматривать её как угрозу. Как конкурентку. В борьбе за мужчин, за трон, если бы им удалось сбежать, что они всегда планировали сделать. Любовь превратилась в ревность, а ревность в ненависть.

 

Эта ненависть…Боги, Скарлет хотелось сдохнуть, когда она поняла, что её собственная мать была бы счастлива, если бы она умерла.

 

Если бы не Аластор, Греческий бог Мщения, который неровно дышал к молодой, цветущей Скарлет, Рея и Крон давно бы убили Скарлет. Но Аластор прклял обоих бывших властителей так, как мог только Мститель. Каждый раз, когда они пытались убить её, они физически старели.

 

Излишне говорить, что они все же пытались много раз. И они действительно старели, как обещал Аластор. Наконец, они прекратили свои попытки и Скарлет стала жить той нормальной жизнью, какую может иметь девушка в тюрьме. Что значит, никакой личной жизни, и постоянная борьба за кусочек пищи и всегда нужно быть готовой ко всему.

 

Было бы неплохо, если Аластор был бы сейчас с ней. Рея сделала бы всё, что Скарлет хочет. Без всяких возражений. Но, к сожалению, Аластор был убит, когда Титаны сбежали, освободив божественных правителей от его проклятия.

 

Сейчас не время для воспоминаний. Её подбородок вздернулся, как только она расправила плечи, пытаясь скрыть свое отвращение. "Твой муж был здесь. Что он сделал с Гидеоном?"

 

Рея нахмурилась, хотя не смогла скрыть проблеск удовольствия, промелькнувшего в выражении её лица. "Боюсь, я понятия не имею о том, кто такой Гидеон."

 

Невыносимо, как в аду. Мать Скарлет могла не знать, что Скарлет и Гидеон поженились – как и многие – но все знали об интересе Скарлет к воину. Больше того, все знали об армии Зевса. Хорошо, знали о воинах, которые посещали тюрьму, и Гидеон был в их числе. "Ну, Мама, перестань. Я знаю, что ты помогаешь Ловцам. И еще я знаю, что ваша команда проигрывает."

 

Щеки Реи покраснели, стирая следы былого удовольствия. "Ты ничего не знаешь, глупая девчонка."

 

Но Ночной кошмар уже почувствовал внезапный приступ страха королевы, потянулся, замурлыкал, желая ворваться в разум, использовать каждую его частичку. "Последний шанс сказать мне, что я хочу узнать, и тогда я начну искать Гидеона самостоятельно. И каждую ночь, когда я не смогу найти его, мой демон найдет тебя. Ты не сможешь закрыть глаза без того, чтобы не увидеть свое поражение. Без того, чтобы не увидеть все варианты своей смерти."

 

Рея вздернула подбородок, страх отступил, уступив место размышлениям. "Ну ладно. Сейчас я почти могу гордиться тобой. Нам бы стоило объединиться и…"

 

"Где. Он?" Никогда Скарлет не попросила бы помощи у своей матери. Ни в коем случае. Вещи, которые эта женщина делала с ней…пыталась её заколоть, подсылала мужчин, чтобы изнасиловать её, унижала её на каждом шагу. Нет. Никогда.

 

Мгновения проходили в тишине. Затем глаза Реи сузились, еще больше подчеркивая её ненависть. "Я могу убить тебя за такую наглость, ты знаешь. Нет ничего, что бы помешало мне сделать это сейчас. Никакого проклятия, которое бы состарило меня."

 

"Попробуй." Скарлет почти хотела, чтобы она попыталась. Не то, чтобы она преуспела. Скарлет теперь прекрасно могла о себе позаботиться. Фактически, она убила многих Титанов, которые причиняли ей боль в тюрьме. Рея должна знать об этом. Рея должна знать, на что она способна.

 

Когда царица богов осталась стоять на месте, Скарлет почти улыбнулась. О, да. Рея знала. Сегодня она не бросит ей вызов.

 

"Гидеон обещал выполнить просьбу Кроноса," сухо сказала её мать. "Я доставлю тебя к нему, если ты пообещаешь мне и если ты гарантируешь, что эта просьба никогда не будет выполнена."

 

Пытается управлять ею. Она должна была догадаться.

“По рукам. ” Но здесь Рэя ничего не получит. Скарлет испытывала отвращение к Кроносу так же, как ненавидела свою мать. Не дать заполучить ему то, что он хочет, не составит затруднения. А, кроме того, Гедэон был лжецом, если он обещал Царю Богов что‑то, это еще не значило, довести дело до конца.

 

Поэтому, ничего страшного не случиться, если она согласиться.

 

Беспроигрышно

 

“Ну, тогда покончим с этим. “ Рэя махнула тонкой рукой в воздухе и следующее что увидела Скарлет то, что она находиться в незнакомой комнате. Стены комнаты задрапированы красным бархатом, хрустальная люстра, под потолком мерцающая как звезды. Каждый предмет мебели полированного красного дерева, служил для обольщения. Кровать под балдахином с приведенными в беспорядок простынями. Комната для двоих, книжные полки заставлены снимками с обнаженными телами, а не книгами. Комод заставлен чашами с фруктами.

 

"Где мы?" Спросила Скарлет, не в состоянии подавить свой страх.

 

"Королевский двор." Рэя огляделась с отвращением. " Кронос имел обыкновение держать эту тайную комнату для своих любовниц. Она звонко рассмеялась. – Ну, пока он и я не сожгли все до тла. Тогда Зевс восстановил ее для своих любовниц. Я приехала сюда после обретения свободы из ада, что бы глянуть, что было сделано. Ты помнишь, не так ли? Ты пыталась прийти сюда, но мы отказали тебе."

Она вновь рассмеялась, но на этот раз более жестоко.

"Возможно, Кронос и твой Гидеон любовники."

 

Как будто. Гидеон не был таким. Если бы она уже не знала, то его поцелуй уверил ее в этом. Ему нравились женщины, даже больше чем следовало, ну да ладно.

 

"Где он?"

 

"Крон? Должна тебе сказать – я не слежу за ним каждую…"

 

"Ты испытываешь моё терпение, мама. Где Гидеон?"

 

Королева прошлась языком по своим зубам, волны обиды исходили от нее, указав на кучу в центре кровати. "Ты найдешь его там."

 

"Если ты врешь…" Скарлет позволила угрозе повиснуть незавершенной.

 

Она, дрожа, приблизилась к кровати, и конечно Гидеон был там, наполовину скрытый покрывалом. Ее облегчение было не долгим. Его бледное тело вздрагивало, и болезненный пот лил с него. Его зубы впились в его нижнюю губу, и он стонал.

 

Его волосы синими прядями прилипли ко лбу и вискам, окаймляя его кожу, глаза крепко закрыты. Что с ним? Она хотела наклониться к нему, но не позволила себе приблизиться хотя бы на дюйм. Пока еще нет. Не при свидетеле.

 

Рэя появилась с ее стороны. " "Он не очень привлекателен, не так ли?"? спросила она, разговор заставил веки Гидэона открыться. Его глаза были ярко‑красными, светящимися, и он не мог сосредоточиться не на одной из них. «Эти синие волосы, пирсинг. Все эти страдания, никто не признает его настоящим воином, тем более не будут повиноваться ему".

 

"Говоришь как женщина, которая никогда не знала истиной боли". Ее ногти впились в ладони. Никто не говорит о нем плохо, кроме меня.

 

"С тобой, в качестве моей дочери, я испытала свою добрую долю. Поверь мне".

 

Ох. Скарлет могла не любить эту женщину, но ее замечания все еще ранили.

 

Возможно, потому что, в течение долгого времени, даже после того, как ее мать умаляла ее, намеренно терзая, она старалась быть хорошей дочерью. Скарлет была личной маленькой рабыней Реи, выполняя каждую ее прихоть.

 

Ее мать требовала дополнительную пищу, так девушка украла ее. Ее мать подумала, что богиня была слишком хорошенькой, и Скарлет сломала женщине нос. Ее мать хотела больше свободного времени за пределами ее камеры, и Скарлет покупала это для нее. Делая то, что требовал охранник.

 

Самым отвратительным было отдаваться мужчинам, которых она не любила и которые, не любили ее. Меньше всего она думала о себе. Скарлет чувствовала себя бесполезной без материнской любви и была настроена заработать ее снова. До первой попытки убить ее. Рэя была безумной, когда набросилась на ее горло.

 

"Они все смотрели только на тебя. Они жаждали тебя. Тебя маленькое ничтожество". Рэя кричала, пока капала кровь.

 

Кронос, который так же был в своей камере, находился рядом с ее. "Ты можешь быть ребенком моей жены, но ты не моя наследница, и никогда не получишь мою корону".

 

Аластор проходя мимо, увидел падение Скарлет. Он вошел в камеру, оттолкнул Рэю в сторону и помог Скарлет встать. "У Вас нет больше короны", сказал он экс королю. "И не будет никогда вновь".

 

Аластор вылечил и сопроводил Скарлет в ее тюрьму, где Кронос и Рэя ожидали ее. К этому времени, Аластор уже проклял пару. Но это не мешало им пытаться снова и снова. Прошло несколько месяцев, прежде чем они заметили, как быстро они стареют. Тогда только это остановило их.

 

Впрочем, их слова по‑прежнему вспоминались ей время от времени.

 

Она горько усмехнулась. Эти отголоски прошлого были её личным маленьким ночным кошмаром.

 

"Я дам тебе знать, когда посчитаю нашу сделку оконченой," сказала она, не позволяя эмоциям отразиться в её голосе. Что получалось, ох, никогда. "Ты можешь идти."

 

Конечно, ее мать осталась стоять там же. "Я никогда не понимала, что ты нашла в нем, почему ты смотришь на него с такой жаждой. Парис, Люциен и Гален довольно симпатичные, хотя вряд ли можно назвать Люциена симпатичным". Лицо Рэи скривилось от отвращения. "Сабин сильный и решительный, Страйдер веселый. Любой из них был бы лучше, чем он, дикарь которому нравятся сражения.

 

Словно это порок. Тем не менее, Скарлет стиснула зубы, чтобы сдержать упрёк. Во‑первых, она не хотела, чтобы её мать узнала, как много Гидеон всё ещё значит для неё. Ну не то, чтобы дьявольски много, заверила она себя. Вступиться за него будет подобно крику с крыши о своих чувстах(незначительных, какими они и были). Во‑вторых, она ненавидела всех, особенно Рею, которая видела его таким, слабым и больным, да и поддержание разговора только поощрило бы богиню задержаться.

 

"Теперь они зло и подлежат уничтожению", продолжала её мать.

 

"Забавно, что ты говоришь об этом, ведь ты такая же, как они. Раздор." Ах, да. Рея была одержима демоном Раздора. Она могла это отрицать сколько угодно, но Скарлет знала правду.

 

Рея застыла, словно хищник, который выбрал жертву после слишком долгой охоты. "Произнесёшь это слово ещё раз, и я затащу твоего любовника в свою постель. Я могу сделать это, ты знаешь, и ты не сможешь ничего сделать, чтобы остановить меня. Я хорошею с каждым днём".

 

Не реагируй. Не дай выхода ревности или всепоглощающий ярости. Опять же, это лишь подстегнёт богиню. "Делай что хочешь. Позже. А сейчас просто оставь нас", сказала она, зная что приказ взвинтит нервы Реи. "Есть несколько вопросов, которые нам следует обсудить с ним, а затем ты сможешь забрать его." Так. Это должно заставить её мать отступить.

 

Сначала Рея не послушалась. Она медленно подошла к кровати с другой стороны и провела острым концом своего ногтя вверх по ноге Гидеона, по его животу и горлу. Гидеон схватил её за запястье и зарычал. Она засмеялась и её звонкий смех был словно сама смерть.

 

"Сука", прохрипел он, а затем со стоном согнулся пополам.

 

"Знаешь, я думаю, что заберу его в любом случае." С улыбкой, которая демонстрировала каждую частичку испытываемого удовольствия, королева исчезла, оставив Скарлет наедине с её мужем.

 

Наконец Скарлет смогла залезть на кровать, как она того хотела. Очень осторожно она устроилась рядом с ним, пульс бешено стучал у основания её шеи. "Теперь ты заключенный?" спросила она, приглаживая его волосы и убирая их с влажного лба.

 

Он наклонился, стремясь усилить её прикосновение. "Да."

 

Ложь, она знала это, потому что за его ответом не последовал еще один стон боли. "Тогда почему ты здесь?"

"Не для того…чтобы найти…Зевса."

 

Лед в её сердце начал таять; она не смогла остановить это. Так. Он хотел отомстить. "Его убийство не сделает тебя счастливее," тихо сказала она.

 

Их взгляды встретились, горячая смесь. "Я не желаю…узнать."

 

"Кронос не позволит тебе сделать это. Так зачем он перенес тебя сюда?"

 

Улыбка Гидеона была слабой, но всё же причинила ему боль. "Ему не нужна моя помощь с Ловцами. Я не просил его перенести меня сюда, чтобы я смог восстановиться после сказанной мной правды. Я не планирую проследовать в Тартар."

 

"Ты говорил правду? В лесу?" Скарлет провела ладонью по его щеке, большим пальцем обводя контуры синяка у него под глазом. "Глупый. Поверь мне, если бы я думала, что это облегчит мою боль, я бы нашла способ убить Зевса много лет назад."

 

"Скар". Он протянул дрожащую руку и обхватил ее затылок. Его прикосновение было слабым, но она знала, что он делал. Предлагал утешение. Утешение, в котором ей было отказано так долго.

 

Слезы внезапно обожгли ее глаза.

 

Опасно. Очень опасно. Она не могла этого допустить. Не могла позволить себе положиться на него. Ни в чем, даже в чем‑то столь простом и приятном, как утешение. Что случится, когда ей в следующий раз захочется, чтобы её утешили, а Гидеона не будет рядом или он не захочет её утешать? Она будет нуждаться в этом, не зная, как справиться с этой потребностью.

 

Она выпрямилась, а он был слишком слаб, чтобы следовать за ней. Его рука упала обратно на матрас.

 

Ты упрямый. Невнимательный. "Здесь, в Титании, повсюду предательство," сказала она холодно. "Ты упрятал в тюрьму многих из этих титанов, и все они будут очень рады побить тебя лежачего."

 

"Я внимателен".

 

Он может, нет, но она сделала глупость. "Мы должны вернуться на Землю".

 

"Конечно, конечно".

 

До чего сладкий, но упрямый мужчина. "Гидеон – "

 

"Что если Зевс не был именно тем, кто забрал мои воспоминания о тебе и Стиле? Что если он не стер их, чтобы я не расцеловал его за это?"

 

В этом…в этом был смысл, подумала она. Зевс был настолько могущественным, что запросто мог стереть воспоминания Гидеона для того, чтобы воин не убил его за смерть Стила. Хотя, как правило, боги и богини памяти были единственными, кто был на такое способен. Однако, Зевс мог заплатить одному или одной из них за это.

 

С каждой новой мыслью, внутри неё вспыхивал гнев. Тот же самый гнев она испытывала, сидя в своей камере, тот же гнев она носила в себе с того момента, как сбежала, но сейчас он был сильнее. Намного сильнее. Возможно, Зевс украл намного больше, чем её сына. Возможно, Зевс украл её будущее.

 

Почему она никогда не сдерживалась, чтобы позволить ему изнывать, она не знала. Это было так не похоже на нее. Может быть, кто‑то поработал с ее умом, тоже.

 

"Я помогу тебе добраться до него," сказала она с таким смертельным спокойствием, что даже ей самой стало страшно. Прольются реки крови. Тысячи ночей наполнятся криками ужаса.

 

Она хотела отправиться в путь прямо сейчас, сию же секунду, чтобы, наконец, начать действовать. Но утро быстро приближалось и скоро она впадет в безмятежный сон, не способная позаботиться о себе.

 

В этой ситуации, поняла она, Гидеон ей нужен и она позволит себе воспользоваться его помощью. Завтра…О да, завтра. Месть.

 

"Он будет страдать," сказал Гидеон, отражая её мысли. Его дыхание было неровным, и снова он застонал от боли, но следующие слова Гидеон произнес четко и ясно. "Я клянусь."

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.033 сек.)