АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Глава 56. Лэнгдон стоял у края купели и смотрел на бледно-желтую морщинистую посмертную маску, которая пристально и безучастно смотрела вверх

Читайте также:
  1. Http://informachina.ru/biblioteca/29-ukraina-rossiya-puti-v-buduschee.html . Там есть глава, специально посвященная импортозамещению и защите отечественного производителя.
  2. III. KAPITEL. Von den Engeln. Глава III. Об Ангелах
  3. III. KAPITEL. Von den zwei Naturen. Gegen die Monophysiten. Глава III. О двух естествах (во Христе), против монофизитов
  4. Taken: , 1Глава 4.
  5. Taken: , 1Глава 6.
  6. VI. KAPITEL. Vom Himmel. Глава VI. О небе
  7. VIII. KAPITEL. Von der heiligen Dreieinigkeit. Глава VIII. О Святой Троице
  8. VIII. KAPITEL. Von der Luft und den Winden. Глава VIII. О воздухе и ветрах
  9. X. KAPITEL. Von der Erde und dem, was sie hervorgebracht. Глава X. О земле и о том, что из нее
  10. XI. KAPITEL. Vom Paradies. Глава XI. О рае
  11. XII. KAPITEL. Vom Menschen. Глава XII. О человеке
  12. XIV. KAPITEL. Von der Traurigkeit. Глава XIV. О неудовольствии

Ищи и обрящешь.

Лэнгдон стоял у края купели и смотрел на бледно-желтую морщинистую посмертную маску, которая пристально и безучастно смотрела вверх. Крючковатый нос и выступающий вперёд подбородок были легко узнаваемы.

Данте Алигьери.

Безжизненное лицо было достаточно тревожным, и его расположение в купели казалось почти сверхъестественным. На мгновение Лэнгдон не поверил тому, что видит.

Маска … парит?

Лэнгдон наклонился ниже, пристально всматриваясь в пространство перед собой. Купель была в несколько футов глубиной - больше вертикальная скважина, чем мелкий бассейн - ее крутые стены уходили вниз к шестиугольному колодцу, заполненному водой. Странно, но маска казалась несколько отстраненной от купели... как по волшебству расположенная над поверхностью воды.

Лэнгдону потребовалось мгновение, чтобы понять, в чем причина иллюзии. По центру купели располагался вертикальный стержень, поднимающийся до половины пути и образующий некую металлическую платформу прямо над водой. Площадка казалась декоративным источником и, возможно, служила местом, куда клали ребенка, но сейчас использовалась как пьедестал, на который опиралась маска Данте на безопасном расстоянии над водой.

Ни Лэнгдон, ни Сиенна не произнесли ни слова, когда стояли бок о бок и вглядывались в резкие черты лица маски Данте Алигьери, плотно закрытой в специальном пакете с застежкой, как будто он был задушен.
На мгновение изображение лица, уставившегося на него из заполненного водой бассейна, напомнило Лэнгдону его собственные ужасные детские воспоминания о том, как он стоял на дне колодца, с отчаянием глядя ввысь.

Прокрутив мысли в голове, он аккуратно спустился и взял маску Данте с обеих сторон в месте, где располагались уши. Несмотря на то, что лицо было по современным меркам маленьким, древний гипс был прочнее, чем он ожидал. Лэнгдон медленно вынул маску из купели и поднял ее так, чтобы он и Сиенна могли ближе рассмотреть маску.

Даже через пластиковый пакет маска выглядела, как живая. Каждая морщинка и пятно на лице пожилого поэта были отражены с помощью сырого гипса. За исключением старой трещины внизу по центру маски, она была в превосходном состоянии.

- Переверни ее, - прошептала Сиенна. - Посмотрим что на обороте.

Лэнгдон уже делал это. Видео с камер слежения Палаццо Веккьо помогло Лэнгдону и Игнацио обнаружить нечто с другой стороны маски - что-то такое потрясающе интересное, что два человека, фактически, ушли из дворца с артефактом.

Проявляя исключительную осторожность, чтобы не уронить хрупкий гипсовый слепок, Лэнгдон перевернул маску лицом вниз и положил на правую ладонь с целью изучить тыльную сторону. В отличие от видавшего виды, текстурного лица внутренняя часть маски была гладкой и чистой. Так как маску не намеревались носить, ее обратную сторону полностью заполнили гипсом, придавая прочность хрупкому изделию, что в итоге привело к возникновению невыразительной, вогнутой поверхности, похожей на миску для супа.

Лэнгдон не знал, что хотел обнаружить на обороте маски, но уж наверняка не это.

Ничего.

Совсем ничего.

Просто гладкая, чистая поверхность.

Сиенна тоже почувствовала смущение. - Это чистый гипс, - прошептала она. - Но если здесь ничего нет, что же тогда видели вы с Игнацио?

Понятия не имею, подумал Лэнгдон, плотнее натягивая пластиковый пакет вокруг гипса, чтобы лучше разглядеть. Нет здесь ничего! С нарастающим беспокойством Лэнгдон поднял маску к лучу света и внимательно изучил ее. Наклонив предмет, чтобы лучше рассмотреть, на мгновение он решил, что, возможно, увидел легкое обесцвечивание вверху - линию, которая проходила горизонтально по внутренней поверхности лба Данте.

Естественное пятно? Или, может быть... что-то еще. Лэнгдон немедленно развернулся и указал на навесную мраморную панель на стене за ними. - Взгляни туда, сказал он Сиенне. - Посмотри, нет ли там полотенец.

Сиенна скептически глянула на него, но повиновалась, осторожно открыв скрытый стенной шкаф, который содержал три вещи - вентиль для контроля уровня воды в купели, регулятор подсветки купели и... кучу льняных полотенец.

Сиенна выглядела удивленной, но Лэнгдон, объездив достаточно церквей по всему миру, знал, что почти во всех купелях в непредвиденных ситуациях для священников предусмотрен удобный доступ к пеленальной ткани - непредсказуемость мочевого пузыря младенцев - всемирная угроза для крещения.

- Отлично, - сказал он, глядя на полотенца. - Возьми на секунду маску. - Он бережно передал маску Сиенне в руки и взялся за дело.

Сперва Лэнгдон снова поднял шестиугольную крышку и опустил ее обратно на купель, чтобы вернуться к маленькому, похожему на алтарь столику, который они заметили первым, когда вошли. Затем он схватил несколько льняных полотенец из шкафа и расстелил их как скатерть. И наконец, он включил подсветку купели, и светильник прямо над ними загорелся, освещая место крещения и ярко сверкая прямо над застеленной поверхностью.

Сиенна осторожно положила маску на купель, а Лэнгдон достал еще полотенца, которые использовал как перчатки, чтобы вынуть маску из пакета, стараясь не прикасаться к ней голыми руками. Мгновение спустя, посмертная маска Данте, незащищенная и открытая, лежала лицом вверх под ярким светом, подобно голове пациента под наркозом на операционном столе.

Драматичная текстура маски казалась еще более тревожной под лучами света - возрастные складки и морщины подчеркивал бесцветный гипс. Не теряя времени, Лэнгдон с помощью самодельных рукавиц перевернул маску и положил ее лицом вниз.

Оборотная сторона маски выглядела заметно менее состарившейся, чем лицевая - чистая и белая, а не тусклая и желтая.

Сиенна склонила голову набок с озадаченным видом. - Тебе не кажется, что это сторона новее?

Признаться, различие в цвете было более выразительным, чем представлял Лэнгдон, но эта сторона несомненно того же возраста, что и передняя. - Неравномерное старение, - сказал он. - Тыльная сторона маски была защищена витриной, поэтому не подверглась эффекту старения от солнечных лучей. - Лэнгдон отметил про себя, что нужно удвоить коэффициент своего солнцезащитного крема для загара.

- Постой, - сказала Сиенна, наклоняясь ближе к маске. - Смотри! На лбу! Это, должно быть, то, что вы видели с Игнацио.

Взгляд Лэнгдона быстро переместился по гладкой белой поверхности к тому же выцветшему пятну, которое он заметил ранее через пластиковый пакет - еле заметная линия символов, горизонтально пересекавших внутреннюю часть лба Данте. Однако, теперь под ярким светом, Лэнгдон ясно видел, что эти символы были не природным дефектом...они были созданы человеком.

- Это...письмо, - прошептала Сиенна, слова застряли в ее горле. - Но...

Лэнгдон изучил надпись на гипсе. Это была одна строчка букв, написанных рукой витиеватым почерком бледного коричневато-желтого цвета.

- И это все? - спросила Сиенна почти со злостью.

Лэнгдон почти не слышал ее. Интересно, кто это написал? Кто-то из эпохи Данте? Это казалось маловероятным. В таком случае исследователи истории искусств обнаружили бы эту надпись давным давно, во время регулярной чистки или реставрации, и она стала бы неотъемлемой частью сведений о маске. Лэнгдон же никогда о ней не слышал.

Намного более вероятный источник быстро материализовался в его мыслях.

Бертран Зобрист.

Зобрист был владельцем маски и, следовательно, имел личный доступ к ней в любое время. Он мог написать текст на ее обороте сравнительно недавно, а затем вернуть в античную витрину без чьего-либо ведома. Владелец маски, сказала им Марта, не разрешал нашим работникам даже открывать витрину в его отсутствие.

Лэнгдон быстро объяснил свою версию.

Казалось, Сиенна согласилась с его логикой, но перспектива явно ее беспокоила. - В этом нет смысла, - сказала она встревоженно. - Если даже Зобрист тайно написал что-то на обратной стороне посмертной маски Данте, и также побеспокоился о том, чтобы создать проектор с указанием на нее... тогда почему он не написал что-нибудь более значимое? Это же бессмыслица! Мы с тобой искали маску весь день и это все, что мы обнаружили?

Лэнгдон перевел свой взгляд на текст с обратной стороны маски. Рукописное послание было очень коротким - всего в семь знаков длиной - и по общему признанию выглядело абсолютно бессмысленным.

Разочарование Сиенны, конечно, понятно.

Однако, Лэнгдон почувствовал знакомую дрожь от неизбежного открытия и почти мгновенно понял, что эти семь букв скажут ему все необходимое о том, что им с Сиенной делать дальше.

Более того, он почувствовал слабый аромат, исходящий от маски - такой знакомый аромат, который объяснял, почему гипс с тыльной стороны маски был белее, чем спереди... и разница не имела ничего общего со старением или воздействием солнечного света.

- Я не понимаю, - сказала Сиенна. - Все буквы одинаковые.

Лэнгдон спокойно кивнул, изучив строчку текста — семь одинаковых букв, тщательно написанных каллиграфическим почерком на внутренней стороне лба Данте.

PPPPPPP

- Семь Р, - сказала Сиенна. - И что нам с этим делать?

Лэнгдон спокойно улыбнулся и посмотрел на нее. - Я предлагаю делать в точности то, что говорит нам это сообщение.

Сиенна смотрела с непониманием. - Семь Р - это … сообщение?

- Да, - сказал он с усмешкой. - И если ты изучала Данте, весьма понятное.

Снаружи баптистерия Святого Иоанна человек в галстуке вытер ногти своим носовым платком и приложил к прыщам на шее. Он попытался скрыть блеск в глазах, искоса глядя на свою цель.

Вход для туристов.

За дверьми утомленный экскурсовод в спортивной куртке курил сигарету и перенаправлял туристов, которые очевидно не могли понять график работы здания, который был написан по международному времени.

ОТКРЫТО 13.00-17.00(ит.)

Человек, покрытый сыпью, сверился с часами. Было 10:02 утра. Баптистерий был закрыт еще на несколько часов. Некоторое время он смотрел на экскурсовода, а затем решился. Он вытащил золотую сережку-гвоздик из уха и положил ее в карман. Затем открыл кошелек и проверил его содержимое. Помимо нескольких карт и пачки евро у него было более трех тысяч долларов США наличными.

К счастью, жадность была всеобщим грехом.


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 |

Поиск по сайту:



Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)