АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Состав древнерусской письменности в рукописных собраниях

Читайте также:
  1. I. Понятие о завещании и его составление (форма)
  2. II. Недвижимое и движимое имущество. Составная часть и принадлежность
  3. II. Работа с лексическим составом языка
  4. II. Составные части, возмещение, ремонт, накопление основного капитала
  5. III. Изучение геологического строения месторождений и вещественного состава руд
  6. III. Товарищества неторговые, земские, крестьянские и с переменным составом
  7. А)Диаграмма состояния железо-углерод. Фазы и структурные составляющие железоуглеродистых сплавов.
  8. Административные правонарушения в области воинского учета (рассмотрение юридического состава административных правонарушений, содержащихся в главе 21 КоАП РФ).
  9. Алгоритм подбора состава тяжелого бетона.
  10. Анализ двигательного состава спортивной борьбы в свете названных теорий
  11. Анализ наличия, состава, структуры и состояния имущества предприятия
  12. Анализ потребления и инвестиций как составных частей совокупного спроса

Труды разыскания списков древнерусских произведений специфичны. Прежде всего необходимо ясно представить себе огромное количество сохранившихся рукописей.

Академик Н. К. Никольский почти всю свою жизнь составлял вместе с группой помощников (своих учеников) картотеку древнерусской письменности. Картотека в незаконченном виде поступила после его смерти (1936 г.) в Библиотеку Академии наук СССР.

Вот некоторые данные из нее.

По далеко не полному исчислению академика Н. К. Никольского, количество рукописных книг с XI по XVIII в., хранящихся в одних только крупнейших рукописных хранилищах СССР, составляет от 80000 до 100000. На каждую же рукописную книгу приходится в среднем от 15 до 20 рукописных статей (отдельных произведений: житий, слов, повестей и т. д.). Иными словами, количество списков древнерусских сочинений исчисляется по неполным данным картотеки Н. К. Никольского от 1200000 до 2000000[224].

Алфавитный список русских авторов и их сочинений картотеки Н. К. Никольского составляет 9220 единиц. Список же русских анонимных сочинений — 2360 единиц. Кроме того, в картотеке алфавитный список славянских авторов и их сочинений заключает 1560 единиц, греческих переводных — 11 200[225].

В действительности авторов и литературных произведений было в Древней Руси гораздо больше. Это видно хотя бы из того, что очень многие древнерусские сочинения дошли до нас только в одном списке, даже такие лучшие, как «Поучение» Владимира Мономаха, «Повесть о Горе-Злочастии» и др. До недавнего времени только в одном списке было известно «Слово о погибели Русской земли» и др.

Впрочем, большинство произведений известно во многих десятках, а иногда и сотнях списков. Так, например, цикл «Повестей о Николе Заразском» в свое время был издан мною по 70 спискам (сейчас число известных списков могло бы быть увеличено до 90)[226]. Такой крупный памятник, как «История о Казанском царстве», известен в 231 списке[227]; сотнями исчисляются списки некоторых житий, слов и поучений.

Особенно сложно обстоит дело с летописями. В картотеке Н. К. Никольского зарегистрировано 1211 списков летописей. В настоящее время после обследования крупнейших рукописных хранилищ А. Н. Насоновым и М. Н. Тихомировым[228] это число может быть значительно увеличено. Кроме того, в картотеке Никольского имеется 935 карточек на летописные исторические сказания и 425 картотек на хроники и хронографы. Если принять во внимание большой объем летописей и хронографов, сложные переплетения текстов, в которые они вступают, то необыкновенная трудность их изучения выступит достаточно ясно.



Из приведенных данных виден огромный объем древнерусского рукописного материала. И этот объем все увеличивается за счет собирания новых рукописей и открытия новых произведений.

В последние годы ведется интенсивная работа по выявлению и описанию древнейших славяно-русских рукописей, хранящихся в нашей стране. Опубликован «Предварительный список» рукописей до XIV в.[229], завершается составление перечня рукописей XV в.

Общие соображения о домонгольской письменности содержит книга Б. В. Сапунова[230], сведения о произведениях, авторах и переписчиках собраны в словаре, изданном И. У. Будовницем[231]. В настоящее время ведется работа по составлению словаря писателей и литературных памятников Древней Руси[232].

 

*

Как бы ни был обилен сохранившийся рукописный материал, еще больше его погибло. Общая картина древнерусской письменности чрезвычайно искажена систематическими уничтожениями рукописей — случайными и намеренными, стихийными и организованными.

Вот как изображает гибель древнерусских рукописей Н. П. Лихачев: «... В допетровской Руси архивы гибли и от дурных сырых помещений, и от пожаров. В древних известиях о пожарах и вражеских нападениях мы постоянно встречаем указания на уничтожение книг. Во время взятия Киева войсками Рюрика и Ольговичей (1203 г.) были захвачены монастырские богатства и книги. В большом пожаре во Владимире, бывшем 11 мая 1227 г., погибло множество церквей, двор великого князя Константина и книги его библиотеки. Множество книг сгорело во время нашествия на Москву Девлет-Гирея; взятие Полоцка Баторием в 1579 г. сопровождалось пожаром, уничтожившим весьма драгоценную библиотеку, содержавшую в себе много летописей и отцов церкви в славянском переводе. Известная библиотека московских князей, как можно думать, была расхищена в смутную эпоху. Московские архивы подвергались большой опасности во время пожара 1626 года (тогда пожар истребил большую часть бумаг поместного приказа, которые пришлось пополнять материалами из других приказов и документами, находившимися в частных руках). Пожары истребили значительную часть сибирских архивов, документы которых сохранились только благодаря ученой экспедиции Миллера в первой половине XVIII века. В XVIII столетии не раз были истребляемы архивы, например, в Минске и Вильне. В 1744 г. был уничтожен пожаром Архив Войска Донского, в 1779 г. — Архангельский губернский архив, в 1811 г. сгорел магистратский архив в Киеве. В 1815 г. пожар истребил центральный губернский архив в Казани, заключавший в себе весьма важные исторические акты XVI—XVIIIвв., а в 1841 г. выгорела большая часть архивов присутственных мест в Орле. Если в 1812 году Московский архив иностранных дел весь сохранился, то этим он обязан особой предусмотрительности начальства и своему государственному значению. Но тогда же погибли весьма многие семейные архивы и библиотеки, в числе которых были известные собрания рукописей и книг — Мусина-Пушкина, профессора Баузе, Д. И. Языкова, Бантыша-Каменского, Калайдовича, г. Бутурлина, П. Г. Демидова, Общества истории и древностей при Московском университете и мн. других. К сожалению, не менее стихийных бедствий принесло вред архивам людское невежество. Еще митрополит Евгений указывал, что в киевской казенной палате гнили в погребах и ящиках многие важные материалы, пришедшие туда после отобрания монастырских вотчин, но и теперь нередко можно встретить заявления об истреблении рукописей, вещественных памятников, целых собраний, составленных учеными, и даже официальных документов, как, например, сожжение секретных дел морского архива»[233].

‡агрузка...

Новгородская четвертая летопись так описывает гибель рукописей в Москве во время нашествия Тохтамыша 1382 г.: «Книг же многое множество снесено со всего града, в зборных церквах до стропил наметано, съхранения ради спроважено, то все без вести створиша»[234].

Степень разработанности рукописного наследия у нас, однако, незначительна.

Н. К. Никольский в 1902 г.[235] прямо заявлял, что состав древнерусской книжности неизвестен, что мы не можем знать древней русской литературы и что поэтому научное построение истории древней русской литературы преждевременно. Н. К. Никольский имеет в виду плохую сохранность памятников древнерусской литературы, особенно до XV в. включительно, и односторонний подбор рукописей в монастырских библиотеках, через которые в основном и дошла до нас древнерусская книжность.

Вот что писал он же о состоянии издания и изучения памятников древнерусской литературы в 1929 г.: «Оно аналогично тому уровню, на каком происходила разработка истории западноевропейской и византийской литератур приблизительно в первой половине XVII в., когда для нее не был еще собран и систематизирован фактический материал, необходимый для воспроизведения ее прошлого и для синтетического его освещения. Среди русских ученых XVIII в. не было таких неутомимых собирателей, какими были на Западе Дюканж, Монфокон, Фабриций, Cave, Oudin, Labbe, Ассемани и многие другие, без подготовительных работ которых, продолжавшихся около двух столетий, не могло бы, по отзыву академика В. Г. Васильевского, наступить развитие исторических и (добавим) историко-литературных дисциплин на Западе в течение минувшего столетия. Между тем у нас, при наличии указанного пробела, производилось и производится так называемое “построение” истории древнерусской литературы, начавшееся поэтому не с фундамента, т. е. не с собирания и систематизации сохранившихся фактов литературной истории, а с крыши, т. е. с обобщений, основанных на недостаточном количестве отдельных наблюдений, и с применения к ним предвзятых идей и заимствованных схем. Вот почему опыты историко-литературных курсов, относящихся к допетровской письменности, появившиеся с половины прошлого столетия, очень скоро оказывались небывалыми историями небывалой словесности... Поскольку исторический синтез имеет в виду воспроизводить то, что происходило в действительности, постольку неизбежно предварительно сгруппировать фактический материал, систематизировать его, оценить его качество для поставленной задачи не с точки зрения современных понятий, представлений и схем, а с точки зрения его места в цепи явлений минувших столетий»[236].

При всех несправедливых преувеличениях этого отзыва о состоянии изучения древней русской литературы до 1929 г. в основе его лежит справедливая мысль о необходимости внимательного выявления и изучения текстов древнерусских памятников для истории древнерусской литературы.

Задача учета, систематизации и научного описания всего огромного рукописного материала, сохранившегося до наших дней, стоит перед другой наукой — археографией[237], и мы не можем поэтому останавливаться здесь подробно на вопросах специально археографических. Скажем только кратко о тех требованиях, которые предъявляет к археографии текстология.

 


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 |


Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Студалл.Орг (0.005 сек.)