АвтоАвтоматизацияАрхитектураАстрономияАудитБиологияБухгалтерияВоенное делоГенетикаГеографияГеологияГосударствоДомДругоеЖурналистика и СМИИзобретательствоИностранные языкиИнформатикаИскусствоИсторияКомпьютерыКулинарияКультураЛексикологияЛитератураЛогикаМаркетингМатематикаМашиностроениеМедицинаМенеджментМеталлы и СваркаМеханикаМузыкаНаселениеОбразованиеОхрана безопасности жизниОхрана ТрудаПедагогикаПолитикаПравоПриборостроениеПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРадиоРегилияСвязьСоциологияСпортСтандартизацияСтроительствоТехнологииТорговляТуризмФизикаФизиологияФилософияФинансыХимияХозяйствоЦеннообразованиеЧерчениеЭкологияЭконометрикаЭкономикаЭлектроникаЮриспунденкция

Стендап и появление в кадре

Читайте также:
  1. Глава 4 - Появление золотого Снитча
  2. Глава четвёртая Появление золотого Cнитча
  3. Как предупредить появление протрузии диска
  4. Комплексный подход: появление и метаморфозы нарциссизма
  5. Наверное, я – плохая мать (появление родительской вины)
  6. Омонимы. Разграничение омонимии и многозначности. Причины появление омонимов.
  7. Появление воды в грунте
  8. Появление Геракла
  9. Появление золотого Cнитча.
  10. ПОЯВЛЕНИЕ КОРНЕВОГО СПОСОБА СЛОВООБРАЗОВАНИЯ
  11. Появление Мэри Ванс
  12. Появление народных (или плебейских) трибунов

Это очень важный вопрос. Должен ли журналист, который го­товит материал, обязательно появиться на месте событий или можно обойтись без этого? А если нельзя обойтись, то как сделать это профессионально?

Сразу вспоминаю одну американскую комедию, где авторы замеча­тельно посмеялись над современной манерой журналистов все объяс­нять «через себя». Влюбленная парочка (он бандит, она — жертва) едет по трассе с огромной скоростью. Полиция начинает преследование. На вертолете, свесившись головой вниз, репортер с микрофоном в руке ве­дет прямой репортаж с места событий. Репортер конкурирующей теле­компании привязан к крыше полицейского автомобиля. Ветер и ско­рость мешают ему говорить, но он выполняет свой профессиональный долг, рискуя жизнью. Ну и так далее. Особенно забавно сделан финал фильма, когда преступники пойманы и оказываются под объективами камер и самый крутой репортер ведет репортаж с пожарной лестницы, которая раскачивается над головами героев.

На самом деле это хорошая ирония над существующим стерео­типом. Любые находки, как только становятся общим местом, штампом, стандартом, перестают быть находками/Надо срочно что-то менять. Чрезмерное увлечение этим прекрасным профессиональ­ным приемом для западных журналистов осталось в прошлом. Те­перь там предпочитают прямые включения репортеров на месте событий и точные ответы на конкретные вопросы ведущего в сту­дии. Такой прием широко используют наши федеральные каналы. Но региональные журналисты, как это всегда бывает в России, только сейчас «открывают Америку».

• Наглядный пример .— работа «Есть такая профессия» Якутского телевидения из цикла «Линия жизни». Работа очень яркая, о профессии БИТовской бригады «скорой помощи». Здесь есть и экшн*, и лайф. Есть конкретные примеры работы врачей на выездах. И чувствуется, что жур­налист с оператором провели с бригадой не одно дежурство вместе. Геро­ем очерка стала вся бригада: не только врач, но и медсестра, и фельдшер, и водитель. Это очень правильно. Кроме того, главное действующее лицо — врач Наталья Харлампьевна Новикова — своими историями о спасенных и неспасенных жизнях запоминается сразу и навсегда. Вообще, трудно понять членов жюри телефестивалей, которые говорят журналисту — ты плохой, а герои твои хорошие. В этом есть глубокая неправда. Потому что если герой сюжета хорош — это заслуга исключи­тельно журналиста, который его нашел, сумел разговорить и располо­жить к себе. Публицистическая программа «Есть такая профессия» по­лучилась! Я вообще воспринимаю публицистику как зеркало, которое ставится перед обществом, фокусируя некие важные проблемы этого самого общества. После этой передачи действительно может измениться общественное мнение. А это и есть главная задача тележурналиста. • Но сейчас речь идет о роли человека в кадре. В программе якутской телекомпании этот человек — журналист Ирина Гоголева. И она, ко-



* Экшн — неожиданное действие, снятое от начала до конца в реальном времени.

нечно, молодец, и наверное, не следует отделять ее от программы. Но самое ужасное, что все недостатки этого сюжета связаны именно с появ­лениями журналиста на экране. Не подумайте, что Ирина какая-нибудь не такая: плохо говорит или выглядит. Нет, у нее модное, восточного типа лицо, с хорошим макияжем. Она хорошо работает на камеру. Ири­на вообще умница и красавица. Но в течение 20 минут эфирного време­ни Ирина появляется в кадре 7 раз! И каждый раз сообщает нам про­писные истины, и каждый раз отторгает от себя. В сюжете постоянно нарушается тонкая грань между журналистом как представителем зри­теля и журналистом-репортером.

Журналисты НТВ появляются в кадре только ради того, чтобы сооб­щить или объяснить нам что-нибудь очень важное прямо на той точке. где находятся. Можно привести множество примеров, когда нам пока­зывают именно этот кусок золота, который в этих местах добывают, именно ту площадку, где недавно упал вертолет... Здесь журналист не является главным, но сообщает зрителям очень важ­ный факт. Он помогает воспринять картинку. А бывает журналист-ре­зонер, журналист-проповедник, который показывает свое лицо и рас­сказывает вещи, которые все знают и без него. И в этом случае передача останавливается, ритм сюжета разрушается, и более того, журналист вызывает на себя зрительское негодование.

‡агрузка...

В этом смысле программа «Есть такая профессия» очень удобная для разбора. Программа сильная, герои удивительные... Но вот появляется замечательная красивая журналистка в регистратуре «Скорой помощи» и сама начинает принимать вызов. Узнает по телефону температуру боль­ного, его возраст, адрес... и всем этим сразу вызывает страшное раздра­жение у зрителя. Все понимают, что она журналист. Тогда почему она здесь сидит? Как ей, непрофессионалу, доверили это важное дело?! По­лучается в сюжете обвал. А почему? Потому что журналист всегда дол­жен чувствовать себя представителем зрителя и быть очень аккуратным с каждым своим высказыванием. Он должен появляться только тогда, когда камера не может толком показать какой-то важный предмет. Он должен появляться как человек разъясняющий.

Вспоминаю Маргариту Симонян — одного из лучших репортеров РТР, которая в страшный момент затопления Ставропольского края един­ственная объяснила мне, зрителю, почему вдруг обрушились дома. Из сюжета было непонятно, почему чуть подтопленные дома складываются как картонные. Маргарита показала мне ту самую глину, которая соеди­няет балки домов. Она показала ее сначала в сухом виде, а потом намо­ченную. Под действием воды глина просто размылась... Это был един­ственный журналист, который без пафоса мне толком объяснил причи­ну разрушений. Вот это как раз и есть тот самый случай, когда журналист должен появляться в сюжете. Желание объяснить — первый посыл для выхода в кадр.

«Я должен призвать, показать себя!» — этот посыл неверный. Тем более 7 раз! К сожалению, сегодня это становится тенденцией. Я не думаю, что Ирина Гоголева — суперамбициозная персона. Будь этот так — она

просто не взялась бы за такой сюжет. Но, по моему глубокому убежде­нию, журналист не должен появляться в сюжете больше 1-2 раз. И в данной программе это можно было сделать.

В самом начале в кадре Ирина с чемоданчиком бригады «скорой помо­щи» рассуждает о том, что «у каждого из нас есть своя ноша». Затем на другом плане идет сентенция о том, что «есть люди, которые спасают нам жизнь». Тут же мысль о смерти, «которая пугает и притягивает». Дальше вопрос о том, «как жить, если сталкиваешься со страданием еже­минутно»... Давно доказано, что люди запоминают из речи только послед­ний пассаж. И появляясь в кадре, ведущий должен донести до зрителя только одну мысль. В нашем сюжете три начала, и все длинные. Но вот, наконец, прелюдия закончена, и... мы снова видим Ирину, прини­мающую вызов. Она вдруг поднимает на камеру глаза и красивым, делан­ным голосом говорит, что «вот так происходит... вот здесь вот...». Но для того чтобы это сообщить, совсем не обязательно самостоятельно прини­мать звонки. Было бы гораздо лучше, если бы зритель увидел другую женщину, которая ежедневно принимает эти вызовы, а объяснение тому было бы дано за кадром. Можно и в кадре, но тогда зрители должны услы­шать что-нибудь важное: сколько вызовов в день, кто здесь работает, сколько они зарабатывают, какие вопросы они задают, почему люди часто непра­вильно вызывают «скорую помощь».,. Все, что имеет отношение к пробле­ме, а не к эмоции! А журналист этой программы появляется в кадре и призывает нас любить «скорую помощь». В результате мы не любим «ско­рую помощь» и еще больше не любим журналиста. В третьем, четвертом, пятом и шестом выходах журналиста сплошные штампы и рассуждения о том, что уже и так было давно понятно из видео­ряда Тем более в этой программе операторская (Роберт Набиев, Валерий Дегтярев, Александр Жуков) и режиссерская (Иван Кривогорницын) ра­бота просто прекрасны. Много крупных деталей, оперативных живых съе­мок. И только в конце седьмого стендапа Ирина говорит фразу, которая меня потрясла. Единственная фраза, которую я оставила бы в сюжете: «У меня просьба к водителям ~ уступайте дорогу "скорой помощи"». •

На самом деле мужество журналиста состоит в том, чтобы из всех своих гениальных высказываний оставить лучшее. А мужество и талант режиссера в том, чтобы помочь журналисту выкинуть лишнее. А талант оператора — подсказать журналисту, где он зарылся и на­чал говорить «красивости». Люди любят журналиста не за красивые глаза, а за то, что он оказался в нужном месте, в нужный момент, что показал нужных людей и поднял нужную проблему.

Есть парадокс: умение свободно и грамотно вести себя в кадре является редким профессиональным даром, но люди, которые чувствуют; в себе этот дар, почти всегда перебирают. То, что может быть украшением сюжета или репортажа, становится провалом и минусом. Как избежать неудачи, если ты, как говорится, и хо­чешь, и можешь? Как научиться вести себя в кадре грамотно, если ты всячески избегаешь публичности и попросту боишься камеры?

Кстати, здесь я хочу привести пример, чтобы приободрить тех кто ощущает это на себе.

• Знаменитая и суперпрофессиональная Елена Масюк ненавидит стен- дапы. На занятиях в нашей школе она призналась, что всегда оставляет съемку стендапов на самый последний день за несколько часов до отлета самолета. И каждый раз, как назло, что-нибудь случается. Например, начинает идти дождь или появляется неожиданно резкий ветер. Если с погодой все в порядке, то дворовые мальчишки показывают чертиков за спиной журналиста или ее вдруг узнают и стремительно начинают с ней общаться. «Это какой-то кошмар», — говорит Елена. •

Внимательный зритель видит, что во время своих стендапов Елена точна и уместна, но очень напряжена. Однако появление в кадре — одно из условий показа телевизионного расследования по Российскому государственному телеканалу, и она должна это вы­полнять.

Зачем вообще нужен журналист в кадре? Вспомним наши три кита: касается всех и каждого, интересно, понятно.Появление жур­налиста на месте событий делает информацию более понятной и интересной. Репортер как бы влезает внутрь картинки и начинает нам объяснять: «вот здесь, на этом месте произошло столкнове­ние машин (или преступление)», «вот здесь, в этом саду появи­лось ни на что не похожее дерево с такими плодами» и т.д.

Когда внутри картинки можно подойти и указать на что-то, что-то взять в руки и обратить на это особое внимание зрителя — такую замечательную возможность нельзя упускать. Вслед за Лари Кингом Леонид Парфенов стал привозить в студию программы «Намедни» машины, шахтерские каски и даже живую лошадь. Сам ведущий в этот момент становится как бы моделью, представите­лем всех зрителей и своими движениями и комментариями разъяс­няет проблему или ситуацию.

Однако есть и другой вариант, когда появление журналиста становится некой пьесой, имеет драматургию и вызывает особый восторг и интерес у зрителя. Нельзя разные жанры называть одним и тем же термином. Преподаватель операторского мастерства в Центре «Практика» Михаил Сладков придумал, на мой взгляд, очень точное разделение работы репортера в кадре на две катего­рии в зависимости от степени сложности задачи: появление в кад­ре и стендап.В чем же разница между ними?

• Представьте себе большой промышленный город. Сегодня в этом городе произошла авария, и грязные стоки большого завода пошли из трубы прямо в реку, которая была местом отдыха и купания горожан.Две телекомпании, которые конкурируют друг с другом, посылают деву-

шек-репортеров на срочные съемки. Одна девушка — назовем ее Ната­шей — оказывается первой на месте события. Она выбирает такую точку съемки, что труба с грязной жижей оказывается у нее за спиной. Наташа говорит примерно такие слова: «Сегодня в 9 часов утра произошла ава­рия. Сброс такого-то завода попадает прямо в нашу речку. Сейчас уже два часа дня. За это время столько-то кубометров грязи...» И далее идет репортаж о причинах аварии и о том, как идет ее ликвидация. Другая девушка — назовем ее Леной — приехала *на точку съемки чуть позже. Она знает, что новости конкурирующей телекомпании выходят раньше, значит, первая информация поступит не от нее. В таком случае ей надо обыграть конкурентку если не в скорости, то в качестве. Лена нахо­дит старую лодку и объясняет задачу оператору. Они отплывают несколь­ко метров от места аварий вниз по реке. Что видят зрители? Репортер на лодочке. Речка выглядит обычным образом. Репортер говорит: «Вы узна­ли это место? Это наша речка — любимое место отдыха. Сегодня здесь вряд ли можно купаться». Девушка опускает руку в воду и вынимает ее. Рука вся черная. Камера показывает крупным планом руку репортера. Далее идет репортаж об аварии и о том, как ее ликвидируют. •

Вы, как говорят в Одессе, почувствовали разницу? Первый ва­риант — это появление в кадре, второй — стендап. Появление в кадре не требует особой выдумки и тщательной сценарной разработки. Важно показать журналиста на месте события для того, чтобы сюжет и информация стали более понятными и интересными для зрителя (часто это бывает важно сделать как можно быстрее просто по вре­мени). К сожалению, появление в кадре не всегда бывает оправдано. Многие журналисты любят показать себя в кадре. Это опасная бо­лезнь. Если речь идет о конной школе: вот наш журналист уже на лошади. Если героем сюжета становится модный парикмахер — жур­налисту делают прическу. Если речь идет о криминале — журналист стреляет по мишени и только затем рассказывает суть сюжета.

Этой болезнью — завышенной самооценкой («смотрите на меня, я вам сейчас все покажу на самом себе, я готов рисковать ради вас жизнью и здоровьем») давно переболело западное и лучшее рос­сийское телевидение. Обидно, когда на эти грабли наступает реги­ональное ТВ. Тысячу раз надо спросить себя: «Зачем я нужен в кадре? Что нового получит зритель от моего появления в кадре?» Если у вас нет сомнений, тогда — вперед!

Грамотное появление журналиста в кадре — это прежде все­го, возможность внутри картинки ткнуть указательным пальцем на определенное место: будь то труба, дом, вывеска, котлован, место скопления беспризорников или бомжей (хотя тыкать паль­цем в людей я вам не советую), В любом случае альтернативой ва­шего появления в кадре является хорошо снятая оператором важ­ная деталь или образ сюжета.

 

Например, горит свалка. Оператор снял на камеру дым и гору отбро­сов, уходящих за горизонт. Мы видим, как работают пожарные. Видим бомжей, которые стараются спасти свои норы, прорытые внутри свалки. Но вот в кадре появляется журналист, который, присев на корточки, пока­зывает нам, что бывает дым без огня. Оказывается, свалка тлеет, как тлеет уголь. Палкой журналист делает воронку в мусоре, и после этих объясне­ний мы по-другому воспринимаем картинку в целом.

Я вообще считаю, что задача журналиста, появляющегося в кадре, — это прежде всего задача все объяснить: коротко, точно и максимально наглядно.

Совсем другое дело — стендап. Возьмем пример с девушкой на лодке. Солнце, лодка, девушка, речка. Реакция зрителя понятна — «все хорошо, отдых, лето, красота. И вдруг — эта черная рука. Значит, все отменяется: отдых, лето, красота? Из-за чего? Из-за аварии, которая только что случилась. Совсем другой посыл. Люди будут особенно внимательно слушать и смотреть. Им теперь хочет­ся узнать: кто виноват? Что делать? Когда вновь они смогут нор­мально отдыхать на любимой речке?

Стендап требует четкой раскадровки и всегда имеет закончен­ную драматургию,т.е. включает завязку, кульминацию, развязку. Осо­бую роль при придумывании и съемках стендапа играет оператор. Собственно только оператор может точно сказать, получилось заду­манное или нет. Как правило, настоящий стендап снимается тща­тельно и в несколько дублей. Оговариваются заранее каждая фраза и каждый план: крупный, средний, общий. Именно на игре слов и выбранных для показа планах строится драматургия стендапа.

Одним из признанных мастеров этого жанра стал Михаил Дегтярь, дважды(!) лауреат национальной премии «ТЭФИ» в номи­нации «Репортер». Попробую описать несколько его стендапов.

• Футбольные ворота. Журналист в роли вратаря. Вот он ждет мяч. Вот ловит его. Поймав, говорит: «Жизнь — это тоже игра, зачастую игра без правил. Но человек может сам устанавливать правила своей игры и стать в ней победителем». Это показано на крупном плане жур­налиста в спортивном костюме с мячом в руках. Затем он брасает мяч на поле, камера делает резкую, уверенную панораму направо, и мы видим как мяч отбивает молодой человек. А в следующем кадре становится видно, что у этого молодого человека только одна нога. Он на костылях, как и все другие футболисты. Так начинается программа, посвященная параолимпийским играм инвалидов. •


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 |


При использовании материала, поставите ссылку на Студалл.Орг (0.01 сек.)